Глава 10, · в которой встает ребром вопрос о методах соблазнения
Тарис Тарг
Я следил за тем, как Хелли расстилает на ветке свою потрепанную курточку, и боролся с желанием прекратить ее суету, схватить за руку, притянуть к себе, усадить вплотную… обнять…
Хотя смотреть, как она возится, тоже было приятно. Все-таки деревенская простота имеет свои плюсы! Аристократке бы в голову не пришло вот так вертеть перед моим носом кругленькой задницей… А если бы и пришло – то исключительно с определенной и отнюдь не тайной целью.
Девушка наконец закончила, что заставило меня облегченно вздохнуть. Сесть верхом она и не пыталась – неприлично же, да и ветка слишком широкая, – потому устроилась боком ко мне. Обхватила коленки и повернула голову.
– А что это за место, Тарис?
И глазами так – хлоп-хлоп, очевидно без единой задней мысли. Хотя любая другая уже как минимум задумалась бы, зачем парень завел ее в такие дебри. Хотя неистовый разврат сложно сочетается с деревьями, конечно.
Хотя…
В голове тотчас полыхнул образ того, как можно было бы устроиться. Например, опираясь спиной на ствол и усадив девчонку на себя… Я бы не торопился, о нет… Сначала расстегнул бы по одной мелкие пуговички на рубашке, целуя каждый сантиметр открывающейся молочной кожи. Хелли бы вздыхала, невольно прижималась ко мне и выгибалась в руках, словно прося еще. И я бы давал ей это…
– Тарис? Та-а-арис?
Голос виновницы развратных фантазий вырвал меня из воображаемого мира, где рубашка Хеллианы уже висела на соседней ветке, а я ласкал языком открывшиеся округлости.
Вспомнить, что именно я ей говорил до того, как меня накрыло, – стоило некоторого труда. Вдобавок очень удачно, что Хелли, как хорошая девочка, смотрела мне в глаза и не пялилась на штаны, а то там все настолько выразительно…
Надо думать о чем-то максимально непривлекательном! Очень страшном и не вызывающем возбуждения!
Кашлянув, я проговорил:
– Здесь первый и второй курс проходят практические занятия по магической фауне. Мы достаточно далеко ушли от академического парка.
– А-а-а… Я-то так и подумала. А разве можно вот так, чтобы без забора, без барьера всякого – бродила эта фауна? И ведь в парке никого я такого не видела ни разу…
– Барьеры стоят, но для зверей, а не для студентов.
– Логично… Тарис! А шусы тут есть?!
Восторг в карих глазах не поддавался описанию. Какая она все же… другая. Не похожая на остальных.
– Есть, – кивнул я. – За пятым полигоном. Там болото специальное. Конкретно здесь только белки-телепорты живут.
– Это которые передвигаются мелкими порталами и потому в них попасть нельзя и поймать нельзя? – оживилась Хелли. – У нас их мырками зовут. – И смущенно пояснила в ответ на мои вздернутые брови: – Ну потому что она мырк – и нету!
– Можно подманить, – снисходительно сообщил я. – Я тебя научу, если хочешь. Хоть одного… гм… мырка поймаешь – получишь высокий балл по предмету.
– Спасибо! – Девчонка встряхнула головой, и я невольно засмотрелся на подпрыгнувший светлый хвостик. Ну хоть не косички! То ли времени с утра не хватило их снова заплести, то ли поняла наконец, как у нее волосы хороши.
Уперся раскрытой ладонью в расстеленный сюртук, чтобы избежать соблазна пропустить между пальцев солнечные прядки.
– Но я вообще не о том спросила, – продолжала Хелли. – Я вот про иву… Мы зачем сюда залезли? Мырков ловить, может быть? Это специальное место такое?
Хороший вопрос.
Изначально моей целью было затащить девчонку подальше от чужих глаз и “прощупать почву”. Девушки разные – и методы их покорения тоже.
Кому-то нужен неистовый штурм, зажимания во всех углах и подробное расписывание на ушко, что именно я хочу с ней сделать. А другим, напротив, неторопливые ухаживания, цветы, прогулки под луной и пространные разглагольствования о том, что я вас любил, чего же боле…
Я повидал разное. Я знал разное.
Меня было не удивить ни одним из этих вариантов.
Вот только кто бы мне рассказал, из каких соображений я ее привел именно сюда! На мою личную, хоть никто об этом и не подозревает, иву…
Сюда я не таскал ни одну из своих одноразовых девчонок. Да и редких постоянных, как та же Элифиса, не таскал тоже.
И, заглянув в шоколадные глаза, полные ожидания, почему-то ответил правду:
– Это место… Это мое место, Хеллиана. Оно похоже на то, которое в саду моего поместья. Словом, я прихожу сюда, чтобы расслабиться. Немного побыть таким, каким был до получения титула.
На какой-то момент в темных девичьих глазах плеснуло сомнение и даже немного иронии, но почти сразу все это сменилось незамутненным наивным любопытством.
– А каким ты был? – тут же последовал вопрос. Даже губки розовые приоткрылись.
Хм-м-м… что-то есть некоторые сомнения в том, что эта замечательная маска наивной деревенской дурочки – искренняя.
Потому я не удержался и очень серьезно спросил:
– А ты разве до сих пор не знаешь? Зеленым таким, в чешуе!
Хелли сощурилась в ответ. Немного подумала и “потрясенно” ахнула, и мне стоило больших трудов не засмеяться.
– Ой! Ты заколдованный, что ли?! Или ты оборотень и тебе до титула в человека превращаться не разрешали? Так бывает, да? Или…
Я прервал поток ее догадок, выставив перед собой ладонь.
– Все-все. Я понял, что шутка была не совсем удачной!
– Ну так и не шутил бы, – тотчас перестала притворяться откровенной дурочкой Хелли. – Можно подумать, я из совсем уж дремучих болот вылезла…
Я покачал головой и миролюбиво добавил:
– Я имел в виду, что с момента получения титула не имею морального права вот так вот по-мальчишески лазить по деревьям или, к примеру, сбегать на ночную рыбалку.
– Почему?
– Потому что я герцог. Титул обязывает.
– Ясно теперь, чего ты такой замороженный… Ой, извини! Я хотела сказать – сдержанный и это… солидный!
– Хеллиана, – в одно ее имя я вложил все свое мнение по поводу прозвучавшей фразы.
– Если честно, то сначала я думала, что все аристократы такие – особенности воспитания. Но ты такой у нас один. Так что, наверное, дело в герцогстве. Сочувствую…
Она – мне – сочувствует. Прекрасно, просто чудесно.
Даже не знаю, как к этому относиться.
Да и вообще, что может понимать в моих моральных проблемах эта провинциальная малявка, будь она хоть десять раз «самородком»!
– А знаешь, у меня тоже в деревне было любимое дерево. Дуб только, – сказала Хелли, пока я боролся с эмоциями. – Я на нем от тетки пряталась… Ну и так сидела, когда время свободное было. Тарис… извини, а ты… Ну, раз ты герцог, значит, твой отец… Нет отца, да?
– Он погиб несколько лет назад, – нейтральным тоном ответил я.
– Прости, что напомнила. Просто я к тому, что я ведь тоже сирота, так что я понимаю…
Как-то я ни разу не задумался о том, кто родители навязанной мне подопечной, как она жила до академии… Есть ли мне до этого дело?
– Прости! – повторила Хелли. – Я… я очень тебе сочувствую!
Так странно. На самом деле никто и никогда еще не высказывал мне сочувствия – вот так, искренне, откровенно…
На мгновение прикрыв глаза, я напомнил себе: мое дело – соблазнить эту малышку. Причем не потому, что она мне безумно нравится, а потому, что спор – это святое. Тем более на мой ремень! И да, он мне дорог, это подарок отца. И да, я сам ломаю голову, почему согласился на него спорить!
Но теперь у меня нет нужды давить в себе неподобающее герцогу влечение к простолюдинке. Теперь она будет моя, потому что…
Да потому что она мне безумно нравится, демоны все забери! То есть это о теле. Найти что-то привлекательное внутри неотесанной провинциалки я вряд ли сумею. Вот разве что искренность действительно подкупает…
В этот момент моей руки коснулись теплые пальчики. Без всякого умысла и цели: Хелли просто положила ладонь мне на запястье и с болью в глазах, произнесла:
– Тарис, ну ты чего замолчал? Ну прости, я такая дурная! Честно, не хотела тебе напоминать… А ива чудесная! Спасибо, что ты меня сюда привел! А можно, я тоже буду сюда приходить?
– Только со мной, – предупредил я, аккуратно накрывая ее ладошку своей. Понимал, что она воспримет этот жест как дружеский, но нужно ведь с чего-то начинать. – И, Хеллиана… Оказывается у нас с тобой нашлось общее.
– Но лучше бы какое-нибудь другое, правда? – вздохнула она, как-то очень корректно убирая свою руку. Мне показалось, что неохотно.
Я решительно выбросил из головы все эти бредни – вешать лапшу на уши девчонке можно сколько угодно, но самому в это начинать верить?.. Увольте.
Пока следует аккуратно сближаться. Хелли сама себя в кровать не уложит.
Так что воспользуемся недавно упомянутыми белками и попробуем девочку потрогать.
– Да, конечно, – согласился я и перенес ладонь на ее плечо. – Смотри, смотри, вот она!
– Кто?! – Хелли завертела головой, и я с удовольствием остановил ее движение, сдвинув пальцы на подбородок и чуть надавив:
– Левее смотри! Вот демонова белка, исчезла уже…
Убирая руку, как бы ненароком коснулся щеки. И будто обжегся от внезапного удовольствия. Такая нежная…
– Жалко! – с чувством сказала девочка. – А подманишь опять ее?
Не заметила. Все же есть что-то милое в такой непосредственности… Но вот привычные мне знаки надо менять. Обычный подход тут явно не работает. Попробовать прямее?..
– Ну смотри… – проговорил я, осторожно обнимая малышку за плечи. – Вот с той ветки, прямо перед нами, она ушла в портальный прыжок…
Последние слова я проговорил машинально и наконец замолк. А Хелли, сбросив мою руку, уже стояла на ветке, и в карих глазищах едва не молнии сверкали.
– Ты что?!
– Что? – Я изобразил удивление. – Ты чего вскочила? Так мы никого не подманим, Хеллиана.
– Не надо меня обнимать, Тарис! – гневно выдала она. – Это… ты…
М-да. Кажется, придется начинать с конфет…
Очень-очень, ну очень издалека.
– Хеллиана Вэртззла, – с нарочитой усталостью сказал я. – Я не обнимал тебя. Просто хотел указать. Дружеский жест, не более.
– Не надо таких жестов, – пробормотала девчонка, слегка успокоившись. Опять сверкнула на меня глазами и, явно на что-то решившись, произнесла: – Чтобы не было недоговорок, Тарис. Я не ищу себе покровителя. Если ты это имел в виду, предлагая помощь, то нет.
– И в мыслях не было! – совершенно честно ответил я, тоже поднимаясь.
Ничьим «покровителем» я себя никогда не считал. Мои подарки той же Фисе – это не более чем подарки. Я не собираюсь связывать себя ничем, кроме необременительного секса. Не хочу даже жениться и, хотя эту обязанность мне диктует титул, постараюсь отложить ее на как можно более долгий срок.
– Правда? – настороженно спросила Хелли.
– Правда. И повторюсь: если кто-то будет тебе навязывать свое расположение, обратись ко мне. Я пресеку все попытки.
– Правда?
Разумеется, ведь совсем не в моих интересах, чтобы рядом с тобой крутились еще желающие.
– Конечно. Ты ведь хочешь учиться, Хеллиана?
Быстрый кивок, и в глазах такая надежда…
– Тогда я предлагаю тебе дружбу, – весомо проговорил я, удерживая благосклонное и искреннее выражение лица. – Как куратор и старший товарищ.
– Ага… – кивнула она, мигом расплываясь в улыбке. – Тогда ладно. Я согласна!
Мне с размаху подали ладошку, и я торжественно ее пожал, позволив себе улыбнуться.
– Только ты все равно меня не обнимай, – попросила эта… невозможная девчонка, сжимая мои пальцы с изрядной силой. – Нехорошо это.
– Договорились, – солгал я. – Ладно, пойдем. Что-то мы засиделись, Хеллиана.
– Хелли, – предложила она, просительно заглядывая мне в глаза. – Ну раз мы друзья, то можно ведь?
– Хелли, – сдался я.
Малышка весело тряхнула головой, подняла свою куртку и поскакала вниз. По деревьям она лазила и впрямь хорошо. А вслед за ней бесшумно спускалась белка-телепорт, норовя поймать лапой мечущийся хвостик светлых волос…
Подхватив сюртук, я спрыгнул с ветки и успел подхватить девчонку за талию. Поставил на землю и тут же разжал руки, отступил.
– Этикет предполагает и физическую помощь даме, – объяснил, предупреждая новый взрыв. – Подать руку, помочь спуститься, подняться…
– Да, я знаю, – вздохнула Хелли. – Непривычно просто.
Посмотрела, как я надеваю сюртук и вдруг сказала:
– Камзол помялся весь.
– Сюртук, Хелли.
– Ага, я их вечно путаю… Давай поглажу? – И тут же усмехнулась. – Дружеская помощь, Тарис!
– Ну хорошо, – согласился я. – Только поступим так: ты мне покажешь положение пальцев, и дальше я сам. С практикой у меня очень слабо, – неохотно признался.
Минут через пять Хелли вздохнула и осведомилась:
– Как же ты экзамен-то сдал?
Сам я полагал, что профессор Риот просто смертельно устал – от меня и от моих крайне вежливых издевок над его предметом. Но малышки Хелли это не касается. Кроме того, энергетические потоки при бытовой магии рассчитываются совершенно иначе, и пальцы к таким движениям непривычны.
– У меня достаточное знание теории, – процедил я, покосившись на ее ничуть не сочувственную на сей раз мордашку. – А в практике я редко нуждаюсь.
– Я понимаю. Давай еще попробуем ботинки почистить?
В конце-то концов, от дружбы должны быть дивиденды, верно? Если уж ее тонкие пальчики пока демонстрируют мне свое отличное владение бытовыми заклинаниями, а не ласкают мое тело.
Ключевое слово здесь: «пока».
Вот только чтобы выиграть спор, пристроив эти пальчики в нужное место, у меня остался всего месяц. А задачка видится очень непростой, и это проблема.
Что ж…
Для начала надо выяснить у Элифисы, какие сладости предпочитает моя малышка.
* * *
Хеллиана Вэрртзла
Когда у тебя радужное настроение – так и весь мир вокруг кажется радостным. Или наоборот? Если мир радостный – то и тебе хорошо?
– Ты опять не туда вычерчиваешь! – голос Каролины выдернул меня из философских рассуждений, и я поспешно уткнулась в тетрадку. – Ну Хелли, тут поворот на сорок градусов, а у тебя тридцать!
Ох уж эти функции… Ох уж эта теоретическая магия… В расчётах ведь что главное? Сосредоточиться! А как, если на улице яркое солнышко и серебристые листочки тополя друг с другом играют, беззаботно так, аж зависть берет… Этот тополь, как назло, прямо под нашим окном растет. И стучится ветками в стекло, будто зовет: иди гулять, не сиди за книжками, ведь осень уже, последние дни теплые! Скоро и листья пожелтеют, и дожди зарядят!
Ох уж эта осень…
– Хелли!
Я схватила выпавший из расслабившихся пальцев карандаш и быстро дорисовала… Нет, не линию параболы, а тополиный листочек.
– Я через полчаса уйду, – напомнила Кари. – Вот будешь тогда сама векторы совмещать через свою кривую параболу!
– А я тоже через полчаса уйду, – огрызнулась я. – И вот Тарис говорит, что вообще-то можно обходиться без параболы, потому что…
– Можно, – кротко согласилась Каролина. – Когда весь раздел освоишь, вот тогда и можно. При большой практике… А сейчас из-за этих десяти недостающих градусов ты не только направление молнии перекривишь, но и короче она станет. А значит, ответ будет неправильный. А уж если воплотить, а не теоретически…
– Как это короче?! – возмутилась я. – Это ж неизменный параметр! Тарис говорит, что…
– Хелли, – ласково сказала Кари, – ты домашнюю работу делаешь. Твой куратор тебе обрисовывает… э-э-э… будущие возможности. А домашку никто не отменял же. И правильно – потому что если ты начертишь неверно, то и посчитаешь неверно. И неизменные параметры так ручками разведут – да и свалят к шусам из твоего заклинания.
– Чушь какая… – пробормотала я, невольно представив эти самые параметры в виде пары человечков «палка-палка-огуречик», которые, воздев тоненькие ручки-черточки, спрыгивают с вектора и, печально сгорбившись, бредут прочь от этой клятой параболы. – Кари, да не даст такое малое отклонение никакой особой беды! Та…
Выпорхнувшая из своей комнаты Фиса остановилась около стола и фыркнула, заглянув в мою тетрадку.
– Что-что там опять Тарис? Вот зря ты с ней возишься, Кари! Она вон на полях смотри какую красоту малюет! Вроде профиль чей-то, а?
– Листочек это! – возразила я, с ужасом вглядываясь в рисунок. А ведь правда, вроде профиль… Вот ведь!..
– Ой, Фиса, иди уже! – отмахнулась моя репетиторша, мотнув копной кудряшек.
– Да мне тебя жалко, – пожала плечами красотка. – Ты ей вдалбливаешь, а у нее один Тарис на уме! Последние дни только и слышу: Тарис это, Тарис то… Смотри, провинция ты наша, эдак быстро статуса отличницы лишишься. И повышенная стипендия – фью-у-у!..
Я быстро подштриховала завиток листка, и впрямь напоминавший нос, и успокоила Фису:
– Не лишусь! А на уме у меня как раз учеба! Тарис-то мне помогает тоже, вот и… Но ты, Кари, лучше объясняешь! Без заумных этих терминов…
– Вот и черти давай! – велела Каролина, мельком глянув на настенные часы.
– Кари… – Я отложила карандаш и линейку. – А ты когда вернешься? Давай вечером продолжим, а? Я правда что-то не могу сосредоточиться…
– Ну давай, – вздохнула соседка.
– Да и вообще не очень понимаю, зачем мне все это… То есть мне-то нравится! Интересно все! Ну почти… Но вот, девочки, а после академии это точно все пригодится? – И призналась: – Я все никак в ум не возьму, где работать-то потом? Боевой маг – это ж специфичная профессия! Война нужна! А у нас вроде мир везде. Получается, придется сидеть в казарме какой и ничегошеньки не делать, пока войны нету… Скучно!
Фиса захихикала и выдала сквозь смех:
– Еще бы я в казарме не сидела! Ой, дурная…
– Да что ты, Хелли! Боевые маги нужны не только на войне, – пояснила Каролина. – Бывают, например, нашествия нечисти, неужели не знаешь? А еще охрана – вот в стражу королевского дворца исключительно боевиков набирают. А еще полиция! Мы с Сарешем туда служить пойдем, как отучимся. И в семейном плане очень удобно, мы уж все продумали: один дома с детьми сидит, другой на смене, потом наоборот… Но главное – интересно как!
Ничего себе! Я и не подумала… А ведь правда, ну кому еще в полиции-то служить, как не боевикам!
– Не забивай дурочке голову! – посоветовала Элифиса. – Вам, бюджетникам, понятно, получше работы не найти… Но что ты интересного в такой работе находишь, мне в жизни не понять.
Пока они – явно не впервые – обсуждали полицейскую службу, я ошеломленно прикидывала открывшиеся перспективы.
– Тарис наверняка тоже в полицию пойдет! – подумала вслух. – Точно же, это так круто! Расследования всякие…
Ловить преступников, защищать людей! Всякие сложные детективные дела распутывать! Но я всегда думала, что на полицейских отдельно учатся…
– Ой, не могу-у-у… – простонала Фиса. – Тарис – в полицию!.. Если только главой департамента госбезопасности! Ему там самое место, пожалуй.
– В департамент да… – вздохнула Кари. – А вот в следователи – это наука отдельная, Хелли. Мы с Сарешем просто в городскую полицию собираемся, это чистая боевка. А там видно будет.
– А почему Тарис…
Тут Фиса отчего-то в сердцах сплюнула и вымелась за дверь. Судя по красивому платью и струящейся накидке вместо обычного пальто – на свидание намылилась!
Даже чуточку завидно стало. Вот и Кари сейчас к своему Саршику побежит, у них любовь, он ей и предложение давно сделал… Поженятся сразу после диплома, работать вместе будут… А я хоть и тоже вроде как с мужчиной встречаюсь сегодня, да только вовсе не для любви.
Мы с Тарисом пойдем шусов смотреть за пятый полигон, там для них болото специальное устроено. А то я этими монстриками только ругаться и могу, а на деле пару раз мельком в деревне видела. Они же шустрые и следов не оставляют! Курятник опустошат – ни перышка не найти, чистенько все! Зато потом в этом курятнике лет пять кур держать нельзя, они там делаются жирные, да мясо горькое и кровь зеленая. Потому всегда на все загоны с живностью магическую защиту ставят, а она мало что дорогая, так и маги не любят с шусами связываться, твари они злопамятные и полуразумные вдобавок.
В общем, свои пробелы в магической фауне я еще не все подтянула… Это к тому, что про любовь мне думать совсем не время!
– Хелли… – Кари потрясла меня, задумавшуюся, за плечо. – Слушай, ты ведь и правда часто герцога поминаешь.
Вот чего они обе ко мне с этим пристали?
– Так он мой куратор. Занимается же со мной.
– Что-то первое время он пренебрегал этим самым кураторством, а тут вдруг чуть не каждый день занимается… – протянула Каролина. И посмотрела на меня как-то хмуро.
– Да мы вроде как подружились, – поделилась я. – Он неплохой на самом деле! Я сначала думала, противный. Надменный такой, прям весь из себя аристократ. А он просто не показывает никому, что у него на душе, скрытный. Этот… интригерт.
– Интроверт!
– Ой, да! Интроверт! Спасибо! В общем, он не такой вовсе, как все думают.
– Не такой, значит… – вздохнула Кари. – И красивый, да?
– Ну да, ничего так, – кивнула я.
А что с очевидным спорить?
– Хелли, ты только не забывай, что он бабник тот еще. Девчонок меняет, как обувь.
Я сразу вспомнила, что есть у Тариса эта привычка – с утра в одних ботинках на занятия идет, а вечером уже другие на нем. Небось мыть да чистить вручную ленится, а с бытовыми заклинаниями у него таки погано очень…
И тут до меня дошло.
– Как бабник?..
– Да вот так! – мрачно подтвердила соседка. – Ну что ты на меня так смотришь? У него куча девчонок перебывала в постели! Причем он сразу с несколькими обычно романы крутит. Да и романом-то такое не назовешь! Переспал разок – и к следующей! Мало кто надолго с ним задерживается.
– Ну… – растерянно сказала я. – Ну я не собираюсь же с ним… Ты что, Кари! У меня и в думках этого нет! Он же старше, и вообще он мой куратор! И не до этого мне. А уж спать… Фу!
– Ну хорошо, что не до этого, – кивнула Каролина. – Но ты запомни мои слова, Хелли. Пока не влюбилась в него ненароком. Больше, чем в постели покувыркаться, ты от него никогда не получишь! А парень он видный, голову потерять легко. В прошлом году одна такая вот дурында отравиться из-за него пыталась.
– Да ты что! – ахнула я. – Прям яд выпила?!
– Вот представь себе, прям яд! Едва спасли. А ему хоть бы что! Хоть попечалился бы денек! У него даже невесты еще нет, насколько я знаю. А когда и будет – то такая же герцогиня. Уж точно не бюджетница из провинции! Так что с ним и аристократкам-то не каждой светит.
– Ужас какой… Кари, да я не собираюсь с ним роман крутить! – жарко уверила я. – Мы просто дружим. Зачем я ему, сама подумай?
– Ты ему, может, и низачем, так, поиграться, – жестко ответила Каролина. – Но главное, чтобы он тебе не понадобился! Смотри у меня!
– Тоже мне, нянька нашлась… – буркнула я.
– Нянька не нянька, а не нравится мне, что ты все время о герцоге поминаешь. И не с чего ему с тобой вдруг дружить! Странно это.
– Да ладно, – примирительно сказала я. – Я ничего такого ему не позволю, даже не сомневайся. Сама терпеть не могу бабников!
Но все равно не верилось… то есть про меня. Он ведь меня и пальцем не пытался коснуться, с тех пор как я ему сказала, что не надо меня обнимать. За руку брал, да… Ну и с дерева вот снимал, и в первый раз, и потом тоже, вроде как традиция у нас такая образовалась. Но больше-то ничего! Вчера конфетами шоколадными угостил, так сказал – все время их в кармане носит, шоколад энергию восполняет быстро. А еще любимое место показал. И про отца своего рассказал… А такими вещами только с друзьями же делятся.
Так что зря это Каролина!
Но даже если вдруг на минуточку и предположить, что у его светлости нехорошее на уме, – я-то точно ничего ему не позволю!