Глава 11 · О студенческой и нестуденческой дружбе
Больше всего шусы напоминали сусликов. Только ярко-зеленых. Ну и морды странноватые, вроде как даже и человеческие. А на лапах натуральные пальцы, только с длинными когтями и кривенькие. А еще хвосты гадкие: длинные такие, в два роста самого шуса, голые, толстые и гнутся поперек себя. В общем, отвратительные твари! Тарис говорит, что ученые до сих пор не решили толком, к нечисти их относить или к магической фауне. Но пока что официально, в учебниках, это зверюшки.
Когда ближайший к нам шус поймал хвостом здоровенного жука, уселся с ним на кочку, торчащую из темной воды, и принялся неторопливо раздирать добычу когтем, меня аж затошнило.
Сглотнула, поморщившись, и Тарис это заметил.
– Насмотрелась, да?
– Угу…
– Знаешь, Хелли, а ведь боевой маг должен контролировать не только свои энергетические потоки, но и эмоции.
– С этим сложнее, – вздохнула я.
– Медитация…
– Угу… – перебила его. – С медитацией у меня совсем почти не выходит. Так, делаю вид на занятиях.
– Профессор Боунер сложно объясняет, да? – понимающе отозвался мой куратор. – А что же ты молчала? Я тебе могу показать один незамысловатый практический способ. Он, конечно, не по учебнику, но работает. А потом, когда с ним получится, сумеешь и в теории разобраться.
– Правда?! Ой, Тарис, вот бы здорово! А то я только вид делаю на занятии, что медитирую, а на самом деле…
– Дремлешь тихонечко? – усмехнулся он.
Мне в первые дни знакомства усмешка его светлости не нравилась. А оказалось, что их у Тариса много – на все случаи жизни. Улыбается он редко, а вот усмешки самые разные. Есть злая, есть надменная, а есть просто веселая… Вот и сейчас была именно такая!
– Дремлю! – призналась я. – Сейчас покажешь?
– Хорошо. Только пойдем к иве, – предложил Тарис. – Здесь, у болота, ты вряд ли сможешь сосредоточиться. Кстати, конфету хочешь? Заесть гадкое зрелище…
На дерево мы не полезли: Тарис сказал, что ветки не такие удобные, чтобы расслабленную позу принять. Так что уселись под ивой. Я прислонилась, как велено было, спиной к стволу, а он напротив устроился. Оба мы отлично поместились на длинном пальто Тариса. Я не возражала, уже в традицию у нас вошло, что потом повторяем заклинание очистки одежды. Практика же!
Садиться в позу «лотоса» я уже давно не стеснялась перед мальчишками. Во-первых, в штанах же (их тоже выдали в качестве формы для тренировок и медитаций), а во-вторых, никто тут этого не стеснялся, значит, нормально все!
Тарис высыпал передо мной горсть конфет и озабоченно спросил:
– Ты же такие любишь?
Не-а. Я с темной начинкой люблю, но не говорить же об этом? Когда угощают – следует благодарить, а не капризничать. Дареной козе под хвост не заглядывают!
– Да, спасибо! Но они точно отвлекут, – предупредила, развернув конфетку и сунув в рот. Все равно ведь шоколад! Вкусный!
– Наоборот как раз, – хмыкнул мой куратор. – Теперь дай мне руки. Чувствуешь тепло? Теперь представь, что это не я тебя за руки держу, а ты протянула их к огню камина… ласковому, греющему пламени, которое тебя, огненную стихийницу, обжечь не может…
Камин я впервые увидела, честно сказать, в холле общежития – здесь, в академии. Да и тот не горел, не холода же еще. Промолчала об этом, но представила себе костер. Горит он в лесу, что около нашей деревни, сучья потрескивают, ветер языки огненные треплет…
– А теперь закрой глаза и сосредоточься на этом пламени. Вообрази, что это огонь, твой, родной, близкий… Он ласкает тебя, нежно, неторопливо… Попробуй думать только об этом, наслаждаться его лаской.
Наверное, я все же плохая ученица. Сосредоточиться на ощущениях у меня получилось практически мгновенно. Вот только вообразить и поверить, что касаюсь пламени костра, не выходило.
Руки это были! Мужские сильные и очень-очень нежные. Гладили мои пальцы, каждый по отдельности, выводили какие-то узоры на ладони, то едва прикасаясь, то щекоча, то обводя косточки на запястье… И с каждым движением, с каждой новой начерченной линией меня охватывало какое-то странное чувство. Словно этот «огонь» проникает внутрь меня, под кожу, а там медленно бежит к плечам, спускается в грудь… И да, это было очень приятно! Сладко даже, будто я и там, внутри, ощущаю вкус шоколада. Как-то так, но еще лучше! Незнакомое ощущение… Но наслаждение-то я точно испытываю…
Вот только войти в транс не получается, хоть убей! Все мысли о том, как мне сейчас хорошо!
С огромным сожалением я высвободила руки и вздохнула.
– Не выходит, – сказала по-прежнему с закрытыми глазами.
– Да? – каким-то странным голосом отозвался мой учитель. – Ах да, я забыл еще вот что сказать…
Посмотрела на него и удивилась. В синих глазах дымка какая-то, и лицо такое… непонятное! Никакой усмешки, а уголки губ чуть приподняты… И выражение блаженное, будто тоже конфетка во рту.
– Тарис, ты что?
– М-м-м? – отозвался он и резко опустил глаза, потряс головой. И улыбнулся, смущенно так. – Да я сам чуть в транс не ушел.
– Так вот легко?! Хорошо тебе! – сказала я с завистью. – Так что ты забыл сказать?
– Да… Хелли, ты… Ты должна представить себе место, в котором тебе было очень хорошо. Представь, что ты сейчас в этом месте сидишь, детально вообрази все нюансы – кресло, например, или ковер, статуэтка какая-то на каминной полке…
Чердак тогда. Чердак в дядькином доме, куда я сбегала иногда, чтобы посидеть полчасика в блаженном ничегонеделании. Свет из крошечного окошка, в луче солнца золотится пыль, словно танцуют крошечные феечки…
– Ладно, давай еще раз! – воодушевленно сказала я, протягивая Тарису руки.
Он взял одну. Положил себе на ладонь, накрыл второй рукой, средним пальцем провел по моей коже от запястья до манжета блузки, едва касаясь… И меня вдруг словно током прошило! Да что ж это такое!
– Глаза закрой, – будничным тоном напомнил Тарис. Я зажмурилась, и он повторил движение. – Это пламя… тонкий язычок огня, обвивающий твою руку… Ты смотришь на него из-под ресниц, тебе хорошо… спокойно…
Угадал: я и впрямь смотрела на его пальцы, чуть-чуть приоткрыв веки, так, чтоб незаметно было. Красивые пальцы! Длинные, с ровными суставами, округлыми ногтями… Смотрела и чуть вздрагивала, потому что каждое движение этих самых пальцев и правда обжигало огнем.
Хотелось погладить в ответ, прикоснуться, вычертить линию или даже круг. И, поймав себя на этой мысли, я резко отдернула руку и наверняка румянцем залилась. Нехорошо-то как! Или это у меня такое воображение?! Да! Просто мне хочется к огню прикоснуться, он же моя стихия!
– Что случилось, Хелли?
– Не могу я расслабиться! – ответила жалобно. – Может, какую другую стихию представить? Воду? А то огонь – он же мой! Мне даже жарко стало! – сказала, пытаясь оправдать покрасневшие щеки. – И, знаешь, давай не сегодня? Но я принцип поняла!
– Точно поняла? – как-то очень тихо спросил Тарис. – Или тебе неприятно, что я тебя касаюсь?
Вот тут я вгляделась в него очень внимательно. И тут же вспомнились слова Каролины про толпу девчонок в его постели. Конечно, сейчас он просто показывал мне способ медитации. Но… вдруг не просто?
– Тарис. Я у тебя ведь кучу времени отнимаю… – сказала, тщательно подбирая слова. – Ты так со мной возишься. То есть уделяешь мне столько внимания…
– Тебя это удивляет? – И лицо опять такое… непроницаемое сделалось!
– На самом деле да.
– Я и должен уделять тебе внимание.
– Ну да, помню, – кивнула я. – Я твое наказание!
– Да, сначала я так и считал. А потом мы с тобой подружились, Хелли. Хотя и наказание никуда не делось. Я отвечаю за тебя. Пытаюсь помочь тебе, в чем могу. Как и ты мне.
И он улыбнулся, широко и искренне.
– Ну что ты? – спросил со смешком. – Я опять сделал что-то нехорошее? Глупости это, Хелли! Между прочим, в бою иногда вообще приходится чуть ли не в объятиях стоять. Спины прикрывать друг другу, выплетать общее заклятие… Много для чего бывает нужен тесный контакт!
Прав, конечно… Только вот он каждый вечер со мной, а как же все эти его девицы, о которых Кари говорила?
Я развернула еще одну конфетку и, комкая фантик, сказала:
– Ничего ты не сделал… Просто мне кажется, что ты из-за меня не успеваешь своими делами заниматься.
– Отлично успеваю, – весело ответили мне. – Я вообще ужасно умный и талантливый, ты разве не знаешь? И ты тоже! Я рад, Хелли, что мы подружились. Ты замечательная, мне с тобой интересно.
А вот с другой стороны, ведь мало ли что на человека могут наговорить! К тому же, чтобы было что-то кроме дружбы – оно ведь должно быть взаимно? А мне от него ничего другого не надо!
– Угу… Я замечательная. Даже вон никак не пойму, как могут меняться неизменяемые параметры, – сменила тему разговора. И из головы попыталась выкинуть дурацкие размышления.
– Никак не могут, Хелли.
– А Каролина говорит, что даже из-за десяти градусов!
Мой куратор тут же вытащил из кармана блокнот и карандаш.
– Смотри. Каролина на третьем курсе, а вот дальше формулы усложнятся… Но принцип я тебе и сейчас могу объяснить. Двигайся ближе.
Послушалась и выяснила, что ноги затекли в треклятой этой позе! Аж зашипела, распрямляя их.
– Завтра покажу тебе другую позицию для медитации. – Тарис сразу заметил мои мучения. – На занятиях все равно придется так сидеть, но сама можешь тренироваться и по-другому. Только Боунеру не говори, он педант страшный…
И добавил, глядя, как я, морщась, потираю щиколотку:
– Хочешь разомну? Это тоже умеючи надо делать.
Но я отрицательно замотала головой.
Нет уж! Вдруг опять воображу, что это огонь?!
– Как хочешь, – спокойно пожал плечами Тарис. – Тогда бери карандаш и черти мне функцию вот по такой формуле…
Да! Формулы – они в тыщу раз лучше глупых мыслей!
Тарис Тарг
Как правило, формулы и расчеты очень помогают снять возбуждение. Но не в этот раз…
И главное – было бы с чего возбудиться. Погладил пальчики-ладошки! Сам не ожидал от себя такой реакции, демоны забери эту девчонку! Там, около моей ивы, мне оставалось только благодарить всех богов подряд за то, что я одет в достаточно длинный сюртук, позволяющий без проблем скрыть бугор на брюках. Весьма болезненный, между прочим. И вид увлеченно вычерчивающей графики Хеллианы не помогал от него избавиться. От глупого разглядывания ее рук, персиковых щечек и золотящихся на закатном солнце волос меня отвлекла только опять явившаяся боль под ребрами. Кажется, впервые я был благодарен приворотному ритуалу и «змее», упорно не желающей покидать мой организм.
А еще… Еще я никак не мог понять, что же чувствует эта наивная малышка. Что именно ее смутило? Ей понравились мои прикосновения или покраснела, сообразив, что они «неприличные»?
Ну и самое странное, что я предложил ей размять затекшую ногу вовсе не ради очередной попытки соблазнить! Просто пожалел девчонку, глядя, как она трет щиколотку и морщится. И обрадовался, что отказалась! Ведь если бы еще и ножку потрогал – точно порвались бы брюки.
Словом, добравшись наконец до своих комнат, я понял, что от возникшей проблемы нужно избавляться немедленно. И вовсе не обязательно в одиночестве, хотя это самый банальный способ. В конце концов, я не сопливый мальчишка, чтобы удовлетворять себя в ванной. Вдобавок представляя все ту же Хелли… Увольте!
Первой на ум пришла Элифиса, как самая доступная и ближайшая по расстоянию. Но и здесь меня ждал облом: отправленный ей магический вестник вернулся с вежливым отказом. Странно! Чем она может быть занята в одиннадцатом часу вечера? Фиса девочка умненькая, много времени на уроки ей не нужно…
Ладно. Я абсолютно точно знаю женщину, которая не откажет мне ни в коем случае и ни в какое время.
В холле общежития я столкнулся с комендантом, но мистер Троллан останавливать меня не стал. Ответил на приветствие, окинул меня мрачным взглядом – и только. Есть все же в моем титуле свои плюсы. Например, возможность ни перед кем не отчитываться, уходя из академии в неурочное время.
Ну а баронесса Сэлми встретила меня с откровенной радостью. Уткнулась носиком в букет роз, купленный в ночной лавке, приняла давно приобретенный для нее браслетик и запорхала, отдавая приказы слугам.
Буквально двадцать минут спустя я уже полулежал на диване с бокалом шампанского, рассеянно слушал воркование любовницы и подвергался словесным и физическим «нападкам».
– Забыл меня, совсем забыл, мой хороший! – посмеивалась Леяна, неторопливо расстегивая мой жилет, рубашку… небрежно, на пару секунд запуская руку под знаменитый ремень и снова перебираясь на грудь.
Чуть царапая кольцами, которые носила на каждом пальце, не снимая. Это всегда вносило пикантную нотку в наши любовные игры… но не сегодня. Сквозь полуопущенные веки я наблюдал за действиями баронессы, слегка поглаживая ее распущенные локоны. И в какой-то момент поймал себя на том, что кольца только мешают. Мешают мне представлять на своем теле совершенно другие пальцы – чуть короче, чуть тоньше, без длинных ногтей…
Да что же это такое!
Я отставил бокал на низкий столик и решительно обнял Леяну. Надо сказать, что это не заставило ее сменить темп – продолжала меня легонько поглаживать и даже чуть отстранилась.
– Мой сладкий мужчина торопится? – спросила, чуть надув губки. – Или соскучился?
– Второе, – уверил я и приник к нежной шее. Если закрыть глаза…
Тело, к счастью, все же отзывалось на легкие ласки баронессы. Обнажившаяся грудь привычно легла в мою ладонь, Леяна мурлыкнула, принялась расстегивать мои брюки… Ну, так себе отзыв, на самом деле.
– Ты как-то скован, Тар… Устал?
Эдак меня скоро начнут обвинять в импотенции!
– Да нет… Но хочу побыть не совратителем, а совращаемым. Или…
– Тогда мне стоит сменить платье?
– Лея, ну зачем нам платье…
– Прозрачная сарияна… облако шелковых панталон вокруг ног… Я стану рабыней с Южноморья, ласкающей своего господина, м-м-м?
– И повязку на волосы, – прикинул я. – Да, давай так.
Мы перебрались в спальню, баронесса погасила верхний свет, огромную кровать окружили крошечные розовые светильники…
И все было прекрасно.
Вот только никогда раньше я не чувствовал себя… разделенным. Мое тело блаженствовало, стремилось достичь вершины удовольствия, а душа будто наблюдала за нашими кувырканиями. Хладнокровно так. Ей будто не хватало чего-то…
Но чего, позвольте спросить, может не хватать в постели с шикарной женщиной, которая тебя однозначно хочет, ничего не боится, ничем не смущается… С красивой женщиной, имеющей идеальные пропорции фигуры. Способной остановиться в самый пикантный момент, продлевая обоюдное наслаждение. Умеющей прошептать нужные слова. Стонущей так, что чувствуешь себя едва ли не богом…
Но этого оказалось мало. Может, просто потому, что это была не та женщина?..
– Кстати, – сказала баронесса, устало откинувшись на подушки, когда наша игра завершилась. – Я прикупила кое-что новенькое. Хочу попробовать…
– М? О чем ты? – расслабленно спросил я.
– Попробовать с тобо-ой… – протянула она, легонько дернув меня за мочку уха.
– А-а… Очередное снадобье страсти? – И я счел нужным высказать возмущение: – Леяна, ты что же – мной недовольна?
– Ну что ты, – хмыкнула она. – Но ведь сам знаешь: все эти добавочки дают интересные эффекты. Только ради них, Тар! К тому же… ты показался мне сегодня слегка отстраненным. Словно был где-то… не здесь. Не со мной.
– Так и есть, – не стал я оправдываться. – Но дело не в тебе.
– Радует, – улыбнулась моя любовница. Как ни крути – лучшая из всех!
Я склонился, целуя бархатную щеку.
– Но я хотела бы, Тарис, чтобы ты был весь мой… Нет-нет! – предупредила она вопрос, – всего лишь на пару часов! Пока ты здесь, у меня. Чтобы не думал ни о чем другом, кроме вот этой постели. – Баронесса обвела рукой пространство вокруг нас. – Ни о чем, кроме моего тела! – Она огладила свой живот и тут же кокетливо прикрыла полой сарияны, которую я так и не снял с нее.
– Я согласен, – сказал, усмехаясь. – Особенно если на тебе будет две пары вот этих чудесных тряпочек.
Подхватил валявшиеся в ногах панталоны, сбросил с кровати и промурлыкал:
– И обе я на тебе порву…
– О да, мой саблезубый тигр! Когда ты так говоришь, я готова в тебя влюбиться! – таким же мурлыканьем ответила Леяна. Пошутила, надеюсь… – Но снадобье надо выпить за день до того, как ты придешь.
Вообще эти обращения “мой зверь”, “саблезубый тигр” и тому подобное изрядно забавляли, но я прекрасно понимал, что правила игры есть правила игры.
– Тогда давай сейчас, – предложил я. – И я приду завтра.
Баронесса вздернула брови.
– Неужели?
– Да, завтра, – подтвердил я.
Почему нет? Чем чаще я буду заниматься сексом, тем меньше буду думать о нем! И о той девочке, из-за которой я уже добрый месяц ни о чем другом не могу думать.
Леяна тем временем подскочила с постели и быстро вернулась с полной рюмкой на высокой ножке. Налитое зелье отсвечивало приятным синим цветом.
– Тогда пей! Половину.
Я доверял баронессе Сэлми. Уже потому, что взрослая женщина не станет проводить опасные ритуалы и отлично соображает, что результат приворота всегда печален и не имеет ничего общего с любовью, которой так жаждут юные дурочки. Возможно, она и не отказалась бы выйти за меня замуж, но вряд ли по любви.
Однако, наученный пусть единственным, но горьким опытом, я проверил снадобье заклинанием, подсказанным мне бабушкиным другом-магистром.
Чисто. Обычный возбудитель с отложенным сроком. Правда, эффект…
– И что же будет со мной через день? – спросил с придыханием.
– Да ничего особенного, – с некоторой гордостью ответила Леяна. – Пять волн на пике, а шестая пройдет, опоясывая ноги по спирали.
– О как! – восхитился я, рассматривая рюмку. – Интересно!
Выпил и передал остатки любовнице.
– Я подумала, – сказала она, опорожнив рюмку, – что если в этот момент…
– Поцеловать тебя под коленкой… – подхватил я.
– Обоюдно! – подтвердила баронесса. – Но знаешь, прошлое снадобье мне тоже трудно забыть!
Тут я был с ней согласен. Горьковатая алая жидкость, которую мы с Леяной пили в конце лета, имела любопытные и очень приятные последствия: достаточно было самому потрогать себя под мышкой, чтобы снова испытать весь букет удовольствия. И продолжалось это целых два дня! Благо был я на тот момент в родном замке, а не в академии.
– Смотри только, не трогай завтра вечером невинных студенток! – напутствовала меня Леяна на пороге своего особняка. – А то не дойдешь до меня, и это будет гадко с твоей стороны, – сообщила, опять нарочито надув губы.
– А виновных можно трогать? – парировал я, ухмыляясь.
И уже по дороге в академию вдруг подумал об одной студентке, которая точно была виновна передо мной… сама того не подозревая.
М-да.
Завтрашнее вечернее занятие с Хеллианой придется отменить. Да и вообще лучше уйти из академии сразу после ужина, а то и до него. Во избежание, так сказать, случайного столкновения с той же Фисой. Хотя бы потому, что это будет нехорошо по отношению к баронессе…
Подходя к общежитию я зачем-то попытался отыскать взглядом окошко Хелли. Третий этаж… кажется, пятое слева…
Темное, конечно, ведь ночь давно. Малышка спит. Интересно, как именно?
Представилось, что на спине. Одеяло сползло вниз, открывая грудь и живот. Голые, разумеется…
Я помотал головой и напомнил себе, что маленькие невинные девочки наверняка спят в длинных ночных рубашках. Но у меня будет возможность ее отучить от такой ненужной скромности. И даже заставить надеть шелковые южноморские панталоны…
Хелли снова встала перед глазами – только теперь одетая, сидящая на ветке моей ивы. Обхватила коленки, посмотрела на меня смеющимися шоколадными глазами.
И я понял, что хочу ее и вот такую: в обычных форменных штанах, потертой курточке… И даже с косичками, которые с удовольствием бы лично расплел.
В любом виде хочу, демоны ее забери вместе с шусами!
Ее светлость герцогиня Таргская как-то задумчиво сказала, что мой дед в молодости был тот еще ходок, пока не женился на ней. Наверное, он женился по любви… Но уточнять это у бабушки, леди до каждого безупречно ухоженного ноготка, я не стал.
Тем более что уж мне-то точно никакая любовь не светит. Одного навязанного раза хватило навсегда. Пугает даже сама мысль об этом!
И совершенно непонятно, с чего эта мысль вообще возникла…
Может, потому, что еще ни одна женщина не занимала меня так сильно, как Хелли Вэртззла? Но и ни в одной я не встречал такого сочетания раздражающих меня факторов, видимо, дело в этом.
Ничего. Скоро я уложу малышку в постель – и сразу же перестану о ней думать!