Глава 3. Чужие тайны

Следующее утро встретило меня ослепительным солнечным лучом, который настойчиво пробирался к моему лицу сквозь не плотно зашторенные окна. Потянулась, скидывая одеяла. Как же хорошо, наконец-то, выспаться!

А потом меня охватил настоящий ужас! Да такой, что я кубарем скатилась с кровати. И со всех ног бросилась в комнату сына. Просто обычно Костик будил меня по выходным, не давая нормально выспаться. Но я стойко терпела. Высплюсь еще! Когда-нибудь!

В детской Костика не оказалось! Только разворошенная постель. И меня охватила паника.

Господи, что я наделала! Я сама привела в дом оборотня! На ладонях тут же появился фиолетовый туман. Это магия дает о себе знать в экстремальных ситуациях!

Фурией из детской кинулась в сторону гостевых спален.

Но на подходе к голубой спальне пришлось притормозить и успокоиться. Из спальни доносился веселый смех сына и глубокий мужской баритон.

Мне понадобилось несколько минут, чтобы привести в порядок мысли, дыхание и внешний вид. Проделав дыхательные упражнения и пригладив волосы, постучалась в спальню оборотня.

— Входите, не заперто! — ответил мне баритон.

Открыв дверь, натолкнулась на пасторальную картину. Костик оседлал лежащего в кровати оборотня. А тот щекочет его. От чего мой сын заливается смехом. Прислонившись к косяку, оглядела, улыбаясь, обоих.

Господи, как же я перепугалась!

- Доброе утро! Как самочувствие?

— Доброе утро, миссис…

— Арнмонд! — подсказала я. — Софи Арнмонд!

— Доброе утро, миссис Арнмонд! Я Даллас Гэлбрейт. Спасибо, хорошо!

Он сел, спустив ноги на пол, а Костика посадил себе на колени.

— Мама, ты проснулась? А мы играли в лошадку!

— Костя, а разве можно с утра врываться к гостям в комнаты! — пожурила я сына. — Извините! Он обычно так себя не ведет!

— Не переживайте! Я люблю детей и дети, обычно, отвечают мне тем же.

— Мама, ну ты же спала! А я хотел посмотреть на большую черную кошку. Но Даллас сказал, что он теперь не скоро снова станет кошкой! — надул Костик. — Мам, а ты попроси, пожалуйста, господина Гэлбрейта.

Пусть он снова станет кошкой.

— Пантерой, сынок!

— Пусть станет пантерой! — заканючил Константин.

— Молодой человек, я же вам уже объяснил!

Все-таки красивый у мужчины голос!

— Что оборотни оборачиваются только в случае крайней необходимости.

— К тому же, — вставила я. — оборачиваться очень болезненно. Разве ты хочешь, чтобы наш гость страдал.

— Нет, не хочу! — понурил голову ребенок.

— Тогда не стоит об этом просить!

— Хорошо, не буду! — согласился Костик. — Мам, а мы пойдем завтракать?

— Конечно, пойдем! Вот ты беги, посмотри, что там Аманда приготовила. А мы с господином Гэлбрейтом поговорим и тоже спустимся. Хорошо?

— Хорошо, мам! — бросился Костик к двери. — Только вы не долго! А то Аманда опять будет ругаться, что все остывает! — обернулся он к нам.

— Ну, это уж как получиться! — посмотрела я на оборотня.

Когда Костик убежал, прикрыв за собой дверь. Я села в кресло, стоявшее неподалеку от кровати.

— Я Вас слушаю, господин Даллас Гэлбрейт!

Он пристально посмотрел мне в глаза, затем вздохнул и спросил:

— Что именно Вас интересует?

— Как я понимаю, Гэлбрейт не настоящее Ваше имя, а настоящее Вы мне не скажете.

— Не скажу, для Вашего же блага! — прямо ответил мужчина.

— Не знаю, чем мне навредит знания настоящего, но это Ваше право! — так же прямо ответила я. — Я хочу знать, чем мне грозит спасение Вашего бренного тела?

— Надеюсь ничем, если по документам будет мертв некий Дин Гилберт Бойд.

— Ну, допустим, имя я узнала при ритуале, а убийцы?

— К сожалению, жертве не удалось опознать нападающих. Кроме того, что их было четверо и они скрывали лица под иллюзией.

— Да, еще один висяк в отделе бедного Поллака, накануне смены начальства. Главному инспектору не позавидовать! — вздохнула я. — Но это версия для общественности, если можно так назвать! Я же хочу услышать, в чем причина такого поведения Ваших убийц. Чтобы Вам доверять я должна знать правду! — глядя прямо в лицо оборотня, произнесла я. И добавила. — Имена и титулы меня совершенно не интересуют. Но, предупрежу сразу, я чувствую, когда человек врет и когда просто не договаривает!

— Тяжело с таким даром жить. — то ли спросил, то ли констатировал факт сидящий на расстоянии вытянутой руки мужчина.

— Мне нет! — улыбнулась я. — Скорее даже наоборот. Не приходиться терпеть возле себя проходимцев.

— А вот мне очень! Но Вы хотели услышать историю?

Я кивнула соглашаясь.

— История стара, как мир. И вполне обычна для нашего королевства. — вздохнул Гэлбрейт, начиная рассказ. — Мой отец аристократ, приближенный к королю. Не встретив свою истинную пару, женился лет в шестьдесят на леди из хорошего рода. Это был очень выгодный брак. О любви, естественно ни шло и речи. Обычная выгода, объединение двух сильных семейств. Вы наверное знаете, что сила в обществе оборотней это все? Не так важны богатства или титулы, как сильное потомство! У сильных самок… Простите, женщин обычно рождаются сильные котя… дети. Вот и у моего отца старшие сыновья были вполне сильными, но, к большому сожалению моего отца, альфа-ген они не унаследовали. И спустя лет пятнадцать после женитьбы отец встречает дочь купца. Мою мать. Которая, уж не знаю на счастье или на беду, оказывается истинной парой моего отца. Обычно в таких случаях оборотень разводиться с прежней женой и жениться на истинной паре, ведь без нее он просто не сможет жить! Но в случае с моим отцом, все оказалось намного сложнее. Если бы он был простым дворянином, то ничто бы не помешало их счастью… — Гэлбрейт надолго замолчал, погрузившись в какие-то свои воспоминания. А потом словно очнувшись посмотрел на меня и продолжил. — Но вмешалась политика. Мать была перевезена в Старый замок, а отец навещал ее порталом, живя при этом в первом браке. По сути, из моей матери сделали содержанку!

Эмоции бурлили в душе мужчины, скручивая в тугой узел кипевшую в нем магию и выплескиваясь наружу в виде изменившихся рук или удлиненного зрачка.

Я же продолжала сидеть в своем кресле, никак не комментируя его рассказ. И оборотень, потихоньку успокаиваясь, продолжил:

— Мама, каким-то чудом, сумела сбежать. На пятом месяце беременности мной. И спрятаться… на долгих восемнадцать лет. Пока у меня не случился непроизвольный выброс магии, и мне не пришлось поступать сначала в гимназию, а потом и в Академию. Как очень магически одаренному! Здесь и увидел меня отец, приехав с очередной инспекцией. К сожалению, оборотни, так же как и драконы — при этом он пытливо посмотрел мне в лицо. — обязательно чуют свое потомство. Хотя в моем случае, достаточно и просто посмотреть на меня. Я точная его копия! — тяжело вздохнул Даллас. — Когда я уезжал учиться, мама ясно дала понять, что если я встречу отца. Почему-то она в этом ни на грамм не сомневалась! То ни в коем случае не должен сообщать, где находиться она сама. Она переехала, и даже я не знал куда. Просто, время от времени она сама навещала меня, балуя своей выпечкой или моими любимыми сладостями.

Когда он говорил о матери, его лицо непроизвольно становилось приветливее и ярче, что ли! На губах начинала блуждать улыбка, а глаза светились добротой и нежностью.

— Так вот учуяв меня, отец сначала очень обрадовался, пригласил к себе в кабинет. Не в дом, нет! На работу! Я помню, как меня это покоробило и оскорбило. И я не пошел. Зачем? Я жил без него восемнадцать лет и планировал прожить в разы больше, не думая о нем и не вспоминая. А тут еще и такое приглашение. Словно и не приглашение вовсе, а приказ к подчиненному! Знаете! — обратился он ко мне. — когда я был в возрасте Костика, я часто спрашивал мать, где мой отец. А она говорила, что он умер. Она, также как и Вы, числилась вдовой. Мы жили далеко от ее родных мест. Но соседи маму уважали за силу и деловую хватку, ее дело давало неплохой доход и мы ни в чем не нуждались!

Когда же я отправился поступать, мать рассказала мне кто он такой на самом деле. И почему ей приходиться прятаться. Странно, она совсем не обвиняла отца, ни в чем. Но и возвращаться, как она тогда сказала, на роль «постельной грелки» она была не намеренна. Она человек, для нее «истинная пара», в принципе, пустой звук! Для нее чувство собственного достоинства выше, чем возможность видеть каждую ночь любимого мужчину. Который, всю ночь шепчет тебе о любви, а утром отправляется к официальной семье. А ты остаешься, по сути, заключенной Старого замка, где кроме тебя лишь старая супружеская пара в качестве прислуги. Ведь он ее даже в обществе не представил, как свою истинную. Побоялся, наверное, не знаю!

Оборотень опять ненадолго замолчал, чтоб продолжить, глядя куда-то поверх моей головы.

Если бы отец поступил с ней так, как велит закон, она, может быть, прожила бы жизнь очень счастливой женщины. Ведь оборотень для своей истинной сделает все! …Вот только отпустить никогда не сможет.

В общем, не считал я его своим отцом! И не пошел! Но возвращаясь вечером с занятий, был схвачен очень профессиональными ребятами, которые и притащили меня к отцу в кабинет. В тот самый, на работе. Отец был очень зол, на грани оборота. Он долго и смачно оскорблял меня, называя глупым котенком. Ну, это единственный эпитет, который можно произнести в обществе из всего набора слов, что я услышал о себе в тот вечер. — улыбнулся Гэлбрейт. — Он обзывался, чуть ли не захлебываясь слюной и пытаясь подавить меня своей альфа-силой. Но она на меня не действовала. Я сидел и смотрел. Смотрел на сломленного, по сути, человека. Который сломал себя сам! Но когда он стал требовать с меня, чтобы я назвал ему адрес матери, я не сдержался. Я впервые выпустил свою альфа-силу. Не произвольно… Просто не сдержался! Но… моя сила альфы оказалась намного сильнее отца. Его скрутило так, что он прижался к спинке своего кресла, вжав в плечи голову… Короче, я оказался единственным сыном из четырех, у которого был этот пресловутый альфа-ген. Я оказался самым сильным из всех его сыновей. И по закону Плейсара наследником.

Из-за этого закона о Силе наследника на меня и напали. Видать отец совсем плох, раз братья решили найти меня даже здесь. Они до сих пор не верят, что мне от отца не нужен ни титул, ни деньги.

Гэлбрейт замолк, а я осознала, что давно сижу, обхватив себя руками.

— И что ты теперь собираешься делать? — спросила я. Обращаться на Вы к человеку, который только что выложил перед тобой всю свою жизнь, было как-то неудобно.

— Не знаю! — честно ответил оборотень. — Но если братья будут думать, что я мертв… Я смогу начать новую жизнь с новым именем.

Я не сомневалась в правдивости его рассказа. Он говорил правду! И мне от всей души захотелось ему чем-то помочь! Пусть чуть-чуть, на первых порах…

— Мне нужен гувернер для Костика. Его няня ушла в декрет, а нанимать новую в его возрасте уже нет смысла. Поэтому если тебя устроят мои условия, можешь остаться у нас.

— Я согласен. — тут же ответил оборотень.

— Но ты же даже условия не знаешь! — удивилась я.

На что мужчина только усмехнулся.

— Судя по тому, как тебя защищают твои слуги, ты их не обижаешь! У меня только один вопрос…

— Спрашивай! — согласилась я, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

— История твоего сына похожа на мою?

— С несколькими отличиями. — ответила я. — Это был секс без обязательств, то, что я забеременела, биологический отец Костика не знает. И для почти всех моих прежних знакомых, а их у меня не так много я мертва, вот уже шесть лет.

— А биологический отец — дракон?

— Да!

— Золотой?

— Честно? Без понятия! Но в человеческом обличье он брюнет.

— Значит, черный! — утвердительно прокомментировал оборотень. — Из родни императора. Только Софи, ты ошибаешься! В отличие от оборотней, драконы могут иметь детей только от истинной пары.

Последние слова Гэлбрейта заставили меня выпасть в осадок. Но тряхнув головой и собрав волю в кулак, нечего раскисать раньше времени!

— Ладно, живы будем — не помрем! Пошли завтракать! — позвала я оборотня, поднимаясь с кресла. — А то, знаешь ли, мертвецы тоже хотят кушать! Это я тебе как некромант говорю!

Оборотень раскатисто рассмеялся, снимая застывшее в комнате напряжение. И мы отправились в столовую. Пока Аманда сама за нами не поднялась!