Глава 28. Порванный чулок и столичные гости
Сегодня в департаменте с утра царила атмосфера напряженного ожидания. Вместо того, чтобы работать то тут, то там с придыханием пересказывались эпические истории и невероятные раскрытия дел, гремевшие в Империи за последние десять лет. Так мои коллеги ждали прибытия легендарного менталиста Дина Киана Клэнси и не менее известного чиновника Счетного отдела столичного департамента лорда Питера Маклеллана. Чтобы добиться их приезда Эвансу пришлось задействовать свои связи в столичном департаменте. Наш владелец порта — Сезаре Мендес был, как выяснилось, личностью довольно значимой не только в масштабе Леруика, но и Империи в целом. Прищучить такого полагалось лишь «легендарным» личностям. Покрывшими себя полуметровой славой на поприще защиты интересов империи Аморан. Вот и ждали их мои коллеги с восторженными всхлипами.
Вот скажите, это только я одна понимала, что приезжают сии господа практически на все готовое. Поллок со своим отделом последнюю неделю не спали, не ели, но нарыли на хозяина порта такие неопровержимые улики, что Сезаре Ментоса можно было и так посадить далеко и надолго. И лишь пункт в законодательстве Аморан, что аристократов можно обвинить только после магического сканирования не давал Поллоку этого сделать. Был бы Мендос обычным купцом, его прах давно бы развеяли над морем. А так в самом худшем случае Мендосу грозят каменоломни Кэрдора.
Хотя! Быстрая смерть от руки местного палача была бы меньшим из зол. В Кэрдоре мало кто мог похвастаться сроком в пять лет. Большинство умирало в первые два года.
Обо всем этом я думала, шагая по пути из морга в небольшую комнатушку при зале заседаний. Сегодня только там у меня был шанс остаться в одиночестве. А все из-за племянников Монтероз, которые все-таки попали ко мне на практику, да моего глупого желания не ударить в грязь лицом перед знакомым мужа. Да, да. Именно из-за того, что Дин Клэнси оказался старым знакомым Эванса я надела сегодня платье с блейзером, вместо привычного брючного костюма. А из-за криворуких кузенов мужа, порвала чулки. Магически заговоренные! Которые до этого проносила четыре года! Четыре года без единой затяжки!
Черные. С витым магическим узором сзади, чулочки были предметом моей женской гордости. Еще бы, такой эксклюзив был во всем этом мире лишь у меня одной. А все потому, что магистр Фирс отказался заниматься «бабским шмотьем». Несмотря на все уговоры, что подобный товар будет иметь колоссальный успех, Дмитрий Петрович согласился наложить заклинание прочности только на две пары. Лично для меня. И то лишь потому, что в тот день в нашем мире было восьмое марта. А искать другого артефакторщика, согласного работать с женским бельем, мне показалось предательством старого друга.
И вот сейчас на одной паре зияла огромная дыра на коленке. И все из-за криворуких баранов… или кто они там во второй ипостаси?! Поэтому я и неслась в единственное место, где могла бы поменять чулки. Спасибо еще что, будучи практичной хранила в столе пару обычных чулок.
Секретарская при зале заседания была маленькой комнатушкой со столом, несколькими стульями и небольшим диванчиком. В нее вели две двери. Одна из коридора, а вторая — из самого зала. У нас она редко использовалась по назначению. Поэтому еще лорд Синклер отдал мне от нее ключи, разрешив пользоваться во время ночных дежурств. Чтобы не ютиться с мужчинами в дежурке. Правда, за всю службу в Леруике я дежурила от силы раза два, но ключи так и оставались у меня.
Открыв дверь со стороны коридора, не стала включать свет. У комнатушки не было окна на улицу, но жалюзи смотрового окна в зал пропускало достаточно света, чтобы не спотыкаться о мебель и переодеться. Первым делом закрыла шпингалет на второй двери, а потом встав в луч света, чтобы лучше видеть, скинула туфли. Подняв ногу на ближайший стул, взялась за резинку чулок. Чулочки было откровенно жаль, поэтому постаралась скатать их как можно более аккуратно. Проделав то же самое с другой ногой, открыла вторую пару. Стоя одевать показалось не очень удобно, поэтому присела на краешек стула.
Интересно, Мэддокс успел что-нибудь раскопать на Фишер? Прошла почти неделя, как мы заслали в замок нага с отрядом под видом рабочей бригады. Он, конечно, ежедневно отчитывался перед Эвансом, но пока экономка Бокальта была замечена лишь в одной странности. Ежедневные вечерние прогулки в подземелье. Пройти за ней по пятам у нага не получилось. В открытых коридорах было невозможно спрятаться. Поэтому спецы пошли по другому пути, расставляя магические маячки и уже по ним отслеживая путь экономки. С каждым днем продвигаясь все дальше по запутанным коридорам катакомб.
Задумавшись, натянула один чулок. Рассмотрела вытянув ножку.
Что ни говори, а те были лучше!
— Бараны тупоголовые! — в сердцах обозвала новоприобретенных родственничков, натягивая второй.
И тут что-то хлопнув, упало на пол.
Хлопок включил свет.
В кресле у противоположного угла в расслабленной позе сидел мужчина, пожирающий меня взглядом.
— Это лучшее эротическое представление в моей практике! — захлопал он в ладоши. — Так меня еще никто не соблазнял!
— Больно надо! — фыркнула я.
Спокойно натянула второй чулок и поправила подол платья.
Эванс рассказал, что его приятель красный дракон. А то, что передо мной именно этот представитель чешуйчатых, так это к бабушке не ходи. Достаточно бросить взгляд на его шевелюру. Помню в конце девяностых мои подруги повально перекрасились кто в «красное дерево», кто в «пылающий рубин». А вот у мужчины, с лица которого сейчас на глазах сползала уверенность в своей неотразимости, такой цвет волос явно красовался не благодаря стилисту.
Сам же мужчина переводил нечитаемый взгляд с меня на мои ступни, которые я пыталась всунуть в туфли.
— Д..да. Это я! — с некоторой заминкой кивнул мужчина.
— Понятно! — одев, наконец-то, туфли я поторопилась открыть дверь. А то мало ли благожелателей вокруг!
— А можно узнать имя прекрасной незнакомки, похитившей мое сердце? — тут же вскинулся в след за мной этот Казанова.
— Сафина Эмили Рамсей. — открыв дверь, я повернулась к дракону и протянула руку.
Видно было, что господин Кленси совсем не этого ожидал услышать. Тут же растеряв всю показушность, дракон произнес серьезным тоном:
- Счастлив познакомиться, леди Рамсей! — но руку не пожал, хотя я и подавала ее ладонью кверху, а перевернув, приложился губами.
— Что ж не буду нарушать ваше уединение! — кивнув дракону на прощание, толкнула дверь.
И уже в коридоре услышала сквозь не плотно закрытую дверь:
— Вот ведь везучий сукин сын!
Возвращаться снова в морг, где с помощью тряпок и метел отрабатывала провинность, наказанная мною тройка оборотней, ужасно не хотелось. Идти к Эвансу, в кабинете которого сейчас скорее всего гостил столичный счетовод, желания как-то не возникло. К Поллоку — тоже не выход. Следственный отдел сегодня напоминал растревоженный улей. Немного постояв подумав, отправилась вниз в бухгалтерию. В вотчине Энн Буханан всегда царила атмосфера тишины и степенности.
— Леди Рамсей, простите! — на лестнице меня остановил Эшер Келли.
После того случая полукровка старался не попадаться мне на глаза. Хотя время от времени я замечала, как он наблюдает за мной из окна или с другого конца коридора. Но делала вид, что не вижу. «Парень он неплохой! — пояснил мне Эванс, — а вот дракон ему достался сильный. Его твоя драконница привлекает. Ничего, найдет свою пару, успокоится. Просто не обращай на него внимание! — посоветовал мне тогда муж».
— Да, констебль Келли, что-то случилось?
Взглянув на лицо, щедро усыпанное конопушками, не смогла не улыбнуться.
— Вам тут передали! — запинаясь, но при этом прожигая меня восторженным взглядом, еле слышно ответил паренек, протягивая мне переноску.
— О, вовремя! — потерла я ладошки. — Попридержи!
Не забирая сумку к себе, открыла ее. Аманда как всегда была на высоте. По департаменту разнесся умопомрачительный запах выпечки. Ммм, сегодня к чаю круассаны с варенной сгущенкой! Вытащив лишь пакет с выпечкой, закрыла сумку.
— Спасибо! — поблагодарила дракона.
Теперь к нагини можно заявиться не с пустыми руками!
И насвистывая нехитрую мелодию отправилась дальше.
— А… Куда остальное? — вслед мне выкрикнул Келли.
— Отнеси лорду Рамсею! — не оборачиваясь, ответила я.
По лицу сама собой расплылась ехидная ухмылка «А некоторые криворукие могут и поголодать денек!»
Аманда, конечно, передала на пятерых. Дело в том, что благодаря моей доброте и Леонард Гейрил, и братья Уилсоны жили у меня. Ну не могла я заставить, можно сказать, родственников ежедневно отправляться порталом к себе в Инвернесс. Какое-то доставшееся еще с советских времен предубеждение не разрешало поступить так с лю… оборотнями. Даже Эвансу мое решение не совсем понравилось. Хотя сам он переселился не просто ко мне домой, а в мою комнату, как он сам говорил, на «законных» основаниях. Отказываясь занимать соседнюю.
— Я буду спать с тобой! — безапелляционно заявил он мне в день нашего возвращения из замка его родителей.
— Но ведь даже твои родители спят в разных комнатах. — напомнила я ему.
Не то, что мне хотелось прогнать дракона куда подальше, просто какой-то чертенок внутри заставлял обязательно с ним поспорить. По любому поводу.
— А я не мои родители! — дракон тут же сграбастал меня в свои объятия. И рыкнув в макушку, повторил. — Я буду жить с тобой! Засыпать с тобой! И просыпаться тоже с тобой! А ночью лежать и любоваться тобой, спящей! И я не хочу, чтобы при каждой ссоре, ты отправляла меня в мою комнату!
— Буду отправлять на диван в кабинете. — тут же нашлась я с ответом прежде, чем прикусила язык.
Пример был из личного опыта, помниться мой земной муж по любому поводу перебирался в кабинет, причем всегда по своей инициативе.
Эванс же меня просто развернул, а потом поцелуями у него легко получилось уговорить меня и на общую кровать и на все остальное.
Так вот, уже три дня кузены мужа занимали гостевые покои в моем доме. Признавая авторитет мужа, Далласа и кухарки. Рядом с Амандой оборотни вообще ходили по струнке смирно. И лишь в департаменте их словно подменяли. Первые два дня я еще как-то сдерживалась, пыталась отшучиваться на их нелепые подколки и подкаты, пока рядом не было мужа.
Но сегодня просто не выдержала!
Все началось с не вовремя перегоревшей лампочки.
Сегодня в морге вообще-то был аврал — восемь трупов с которыми нужно было справиться до обеда. Так как после, я, как штатный некромант, была обязана присутствовать на сканирование Сезаре Ментоса. Конечно, магическое сканирование сегодня не такое рискованное, как раньше. А при должном мастерстве менталиста, так вообще пустяк. Но некромантов все равно обязывали присутствовать.
Поэтому я торопилась. И тогда мне пришла «гениальная идея» привлечь своих практикантов. И чем я только думала, спрашивается?
Тем не менее, расспросив еще раз этих оболтусов, проводили ли они ритуал призыва, каков порядок действий при этом ритуале и тому подобное, раздала каждому по трупу. Нет вначале все шло очень даже хорошо. И я в предвкушении, что справлюсь раньше, чем начнется процедура сканирования, уже потирала ладошки.
Рано радовалась, как говориться!
Вдруг перегорает лампочка. Мальчишки естественно отвлекаются. Леонард при этом еще и наступает ногой на пентаграмму подчинения, тем самым нарушая ее и выпуская духа. А дальше события нарастают девятым валом.
Эти … слов моих нет кто, напрочь забывают, что они некроманты. Вереща словно пансионерки на выданье, а не сыны доблестных семейств Джереми и Майкл носятся по некромантской, сшибая мебель, роняя ритуальные свечи и нарушая уже свои пентаграммы.
За доли секунды у нас три вышедших из подчинения не упокоенных духа. Хорошо еще, что амулет на двери не выпускает из зала пока ритуал не закончиться. Страх оборотней придает им все больше сил и возможностей. Мне же приходится бороться со своим духом, который теперь тоже рвётся из пентаграммы. И требуется прорва сил, чтобы упокоить его таким образом, чтобы потом можно было снова поднять. А не развеять к чертовой бабушке!
Кое-как справившись, переключаю внимание на остальных.
Вызванные духи, не будь идиотами, пытаются прорвать магическую защиту комнаты. Кому-то свободы захотелось?! Напитанные страхом мальчишек они возомнили себя всесильными. И пока два других не прекращают попыток разорвать магическое плетение, один полностью переключается на меня.
— Держите нити, мать вашу! — ору я на дебилов, что от страха забились в угол и даже не думают мне помогать. — Да, ****, ****, достали уже!!! — великий и могучий русский мат вырывается непроизвольно, когда обретший достаточно сил дух, нападает на меня, опрокидывая на передвижной металлический столик.
И я уже прекрасно понимаю, что сейчас не до упокоения. Успеть бы развеять! Тем более, что двое других сумели, каким-то образом разорвать первый контур!
Ничего себе у них сил немерено! Откуда? При жизни были магами?
Пытаюсь создать нужное заклинание, но мне мешает буквально таранящий меня дух. Слава Богу, наконец-то мальчишки приходят в себя и пытаются накинуть на духа подчиняющую сеть. Тот отвлекается, и я успеваю напитать заклинание магией.
Только, упс! Немного не рассчитываю. Заклинание не только развевает наших духов, но и сносит напрочь второй, уже надорванный духами, магический контур.
— Вот гадство! — констатирую я, после того как в комнате оседает пыль.
Перевожу взгляд на сбившихся в кучу оборотней, что сейчас прожигают меня самыми преданными и умаляющими взглядами.
Ага счазззз!
— За дверью, что слева кладовка. Там найдете все необходимое! — говорю я, глядя на пацанов.
Уйти красиво походкой от бедра не получается. Да я и не стараюсь. Потирая ушибленную коленку, хромаю как старая бабка в сторону открывающейся двери. Артефакт сработал.
И уже выходя, добавляю:
— После того, как закончите приводить комнату в порядок. С каждого отчет: «Что я сделал неправильно во время ритуала призыва». Не менее трех листов. И переписанный в трех экземплярах. Да, и никакой магии! — добиваю я их. — Защиты тут, — обвожу комнату пальцем, — еще дня два не будет. Так что, ручками, ручками. — улыбаюсь, глядя на их шокированные после моих последних слов физиономии.
Ага, знаю я таких! Хотели сделать все минут за десять! Нет уж, фигушки вам! Труд из обезьяны человека сделал!
— Вот с***! — не сдерживаюсь я, в шоке разглядывая дыру на любимых чулочках.
Матерясь, как старый сапожник, распихиваю оставшиеся трупы в холодильник. Мне потребуется дня два, чтобы заменить защитные контуры в морге. Нужно будет сегодня же отправиться в Инвернесс. Надеюсь, Дмитрий Петрович, успеет до завтра проверить артефакты защиты. После такого, напитывать силой непроверенные артефакты чревато. Да и неприятных сюрпризов в будущем бы не хотелось.
Так что дня на два работа встанет. Что за ***!
Ладно, нужно успокоиться! Просто успокоиться!
Надеюсь хоть в бухгалтерии у меня это получится!
Всегда удивлялась, за что служащие департамента невзлюбили нагиню? Деловая степенная женщина. С ее подходом к делам в нашем мире была бы успешной бизнес леди. Эн Буханан была скрупулезна, педантична, а за ошибки в отчете могла устроить форменный нагоняй. Так ведь бухгалтер! Ей положено такой быть!
— Нагиня! Что с нее возьмешь! — часто слышала я от сослуживцев, после того, как бухгалтерша пропесочивала очередного желающего схалтурить и сбагрить ей сырой отчет.
А в бешенстве Буханан была страшна! Нагини редко пользовались своей второй ипостасью, предпочитая на людях пользоваться ногами. А теперь представьте, что над вами на мощном темно-зеленом змеином хвосте раскачивается взбешённая женщина. И с шипением, пробуя воздух раздвоенным языком, выговаривает:
— Есс-сли ты ещщще разз принессешь мне это безобразззие, — и над сжавшимся мужчиной красиво разлетаются листы отчетности, — я просссто откушшшу твою никчччемную голову!
Да в департаменте была своеобразная проверка для новичков — «Тест на бухгалтерию» называлась. Это когда молодого бойца отправляли к Буханан с отчетом, а старожилы делали ставки, мокрые у бойца штаны будут или нет. Надо сказать, что провалившие тест надолго в департаменте не задерживались. Я даже как-то в шутку предложила нагини повысить себе оклад, как тренирующую молодежь. На что госпожа Буханан лишь отмахнулась:
— Скажешь тоже! Мне хватает.
Вообще у нагини было большое доброе сердце. Правда не всех она к нему подпускала. Вот надо мной госпожа Буханан, можно сказать, взяла шефство с первых моих дней в департаменте. Так и объявила на совещании, где меня представляли коллегам:
— Кто девочку обидит, будет иметь дело со мной!
И обвела притихший зал пристальным взглядом от которого вздрагивали и опускали глаза даже матерые служащие.
Вспоминая тот день, не смогла скрыть улыбку. Да, «веселые» были деньки!
— Я все переделаю, госпожа!
Открыв дверь в бухгалтерию, увидела, как какой-то парень ползает по полу собирая бумаги, а над ним раскачиваясь, словно маятник в часах, нависает злая как тысячи чертей нагиня.
— Ты иззздеваешшшсся? — шипит она. — В пятый раззз переделаешшшь? Можжжет тебе просссто руки оторррвать, шшштобы не муччилссся?
— Нннне ннаддо! — прижимая собранные листы к груди, бледнеет паренек. — Я переддделаю, ккклянусь! — заикается он.
— Кажется, я вовремя! — приподнимая над головой пакет с круассанами, говорю я.
— Ещщще воссемь миннут! — пробуя языком воздух, все же немного успокаивается наш бухгалтер.
— Ничего, успею вскипятить чайник. — отмахиваюсь я, — ты же меня приютишь?
— Куда я денуссь! — разворачиваясь ворчит нагиня, продвигаясь к своему столу. Раньше я удивлялась, почему в бухгалтерии так просторно. В комнате шесть на девять стояли лишь два стола, да одна стена была занята шкафами. А потом увидев пятиметровый нагий хвост, вопрос отпал сам собой.
— Откуда мальчишка? — поинтересовалась, устанавливая чайник на маггорелку.
— Да, Фергюс из статистики развлекается! — застучала она по клавиатуре счетного аппарата. — Прибила бы урода!
Мальчишка, что собрал уже все листы, но продолжал сидеть на коленях, сжимая отчет, готов был вот-вот расплакаться. И только гордость не позволяла ему этого сделать.
— Вставай! — сказала я ему. — Отдай отчет мне, а сам иди к господину Макэлрою и передай, что отчет приняли. Только не хватает его подписи и печати отдела. Пусть сам придет.
— Нно ттам ведь есть ппечать! — затрясся паренек.
Видать своего непосредственного начальника он боялся не меньше, а может и больше, чем Эн Буханан.
— А ты скажи, что я велела исправить на месте, а теперь мне нужна печать и подпись. — не переставая стучать, поддержала меня нагиня.
— Ххоррошо! — все же выдавил паренек, улепетывая из кабинета.
— А ты неплохо придумала! — похвалила меня подруга. — Этот урод меня уже достал! Хотела уже сама пойти, разнести всю их статистику к гроховой бабушке.
— Зачем ругаться! — пожала я плечами, наливая кипяток в заварник. — Посадим этого дракона недоделанного вот здесь, и пусть сидит, пока отчет не будет в идеальном порядке. Я только на стул заклинание по обездвижению сейчас накину. И пусть сидит.
Буханан наконец-то отвлеклась от аппарата и лучезарно мне улыбнувшись ответила:
— Софи, ты просто чудо! Как думаешь два дня будет достаточно?
— А давно надоедает?
— Порядком! — скривилась подруга.
— Тогда нет!
Мне этот Фергюс Макэлрой, признаться, самой не нравился. И это еще мягко сказано! Мерзкий, противный старикашка, главным хобби которого было портить другим жизнь.
— Только ты тогда и заклинание молчания сразу накинь! Мне бы хотелось работать в тишине.
— Ага! — согласилась я, выбирая стул. — Только придется чай пить за твоим столом.
— Сейчас, еще три минуты!
Все же пунктуальность у нагини была доминирующей чертой характера. Вот что такого, начать обеденный перерыв на три минуты раньше? Так нет, нагиня продолжала подчеты, пока стрелка не замерла ровно на часу по полудни. И только после этого, убрала со стола отчеты, закрыв их в сейф. Спустила на пол увесистый счетный аппарат, расчищая свой стол для чаепития.
За три минуты я успела подготовить место для нашего «подопытного», и задвинув стул перебазировалась за другой стол.
Только мы разложились, в дверь постучали.
— Входите! — крикнула госпожа Буханан.
И на пороге собственной персоной показалась Шона Мокгилл.
— Тебе чего? — не обрадовалась ее появлению нагиня.
— Так это, — замялась девушка, — сегодня на обед не отпускают. А я с собой ничего не взяла. А тут лорду из дома обед принесли, он с господами закрылся в кабинете, а мне велел погулять пока. Но ведь из департамента сегодня нельзя!
— Почему нельзя? — удивилась я.
— Пункт сто четырнадцать колдоговора. — просветила меня нагиня. Но увидев, что я все еще в прострации, добавила. — Ты коллективный договор вообще читала?
— Ага! — кивнула я. — До сорок второго пункта, кажется.
— А дальше? — я прям видела, как брови девушки ползли вверх.
— А дальше! Дальше Костик проснулся, я подпись поставила и пошла кормить сына. — добавила я.
— Пункт сто четырнадцать гласит, что при нахождении на территории департамента представителей столичного отдела никто из служащих не имеет права оставлять территорию департамента, кроме как при исполнении служебных обязанностей.
— То есть если эти нелюди до вечера не закончат, мы и домой не пойдем?
— Да! Ладно, проходи, бери стул! Чай попьем.
— Не этот! — синхронно крикнули мы, когда Шона отправилась за заговоренным стулом. Девчонка аж вздрогнула от нашего крика
— Любой другой, — немного смягчила тон Буханан, — у этого ножка сломана. — добавила она.
— А! — расслабилась секретарша, беря другой стул и присаживаясь за наш стол. — А вы видели господина Клэнси? Красавчик, правда?
— Не красавчик, — раздавая нам чашки с ароматным чаем, менторским тоном заметила нагиня, — а кобель, каких еще поискать надо! Так что ты, девонька, держись от него подальше! Как говорит Софи, поматросит и бросит. Если, конечно, вообще внимание обратит! — отпивая чай, добавила она.
— Ну ведь какой красавчик! Ах! Была бы моя воля!
Шоне сейчас наставления Буханан в одно ухо влетали в другое вылетали. Не успевая задерживаться.
— Ничему видать тебя жизнь не учит, Шона! — покачала головой нагиня, глядя на то, как девушка «ушла в астрал», представляя образ красавчика дракона.
Кажется, я еще чего-то не знаю.
— А может я тоже хочу, как леди Софи оказаться кому-нибудь парой!
— А что за история с похождениями Клэнси? — спросила я, стараясь переменить тему
— Так поговаривают он увел фаворитку самого императора. — шепотом поведала мне Шона.
— За что поплатился местом при дворе и титулом! — нагиня голос не понижала. — Только хороших менталистов у нас меньше, чем хорошеньких женщин. Поэтому император вскоре сменил гнев на милость. Но титул так и не отдал, говорят в назидание.
- Надеюсь она того стоила? — рассмеялась я.
— Не знаю. — пожала плечами бухгалтерша. — Поговаривают, что ее спешно выдали замуж за какого-то посла, отослав с глаз долой. Но, сама понимаешь, это просто сплетни.
— Ага! Только в любой сказке есть доля правды.
Мы еще посидели, попивая чай. Пока в кабинет в очередной раз не постучались:
— Извините, леди Рамсей, госпожа Буханан, госпожа Могкилл. — поклонился Люк Дрисколл. — Леди Рамсей, Вас лорд к себе вызывает. Он просил передать, что для магического сканирования все готово. Начнут ровно в два по полудни. Пятый зал, нулевой этаж.
— Спасибо, Люк! Я сейчас подойду. — поднялась я из-за стола. — Ладно девочки мне пора, служба зовет. Но вечером я еще зайду, — подмигнула я Эн Буханан, — проверю отчет.
— Обязательно заходи! — тут же согласилась бухгалтер. — Не уйду, пока не зайдешь! — пообещала она.