Глава 21

Следующий месяц Корас большую часть времени проводил в медблоке. Главврач скормил подчиненным байку про тему своей докторской диссертации и проводил обследование бойца на всем доступном ему оборудовании.

Сначала он обрадовал сержанта тем, что утренние поллюции являются сигналом омоложения внутренних органов. Потом посмеялся, когда утренняя чистка зубов обернулась выплевыванием всех пломб. Через неделю доктор уже удивленно хмурил брови, когда у десантника заболели суставы, появились судороги, усиленное сердцебиение и боль в мышцах. А когда десантнику удалось поморщиться при виде толстой иглы для пункций, хирург так поднял брови, что они скрылись под его колпаком.

В конце месяца врач снова загнал Кораса в диагност и, наконец, вынес вердикт:

– Вам старший сержант по всем показателям снова около двадцати. Реакция, зрение, слух – все на максимуме. Более того, у вас наблюдается та же картина, что у леди Яанн – более качественное питание привело к росту костей и мышечной массы, улучшился состав кожного и волосяного покрова, зубы затянули изъяны, повысились сила, гибкость и точность. Даже мышечная и нервная ткань на лице восстанавливается, хотя шрамы и швы затрудняют этот процесс. Вы теперь – почти идеальный солдат!

Корас промолчал. Официально находясь в лазарете, он продолжал соблюдать режим десантника, то есть, занимался на тренажерах, посещал бассейн, сидел в тактическом классе и дежурил на точках быстрого реагирования. Он постоянно был на глазах товарищей, стараясь не выделяться и не привлекать к себе лишнего внимания, и поэтому изменения в его внешности заметил только каптенармус, который выдавал сержанту внеочередной комплект формы и дополнительный паек – растущий организм требовал калорий. Правда, доктор прикрыл внезапный рост бойца выдачей витаминов и гормонов, но кто ж поверит, что тридцатилетний сержант снова начал расти?

Как обстояло дело со внешностью леди Яанн, Корас не знал. Больше на посиделки в капитанскую каюту его не приглашали, а сама «старушка» и носа не показывала из каюты. По слухам, ей даже еду оставляли под дверью. Но после озвученных результатов исследований главврач велел сержанту явиться в каюту капитана:

– Завтра прибываем на Ихтис, дурацкий маленький мирок, живущий рыбой, водорослями и всем, что дают реки и моря. Леди требуется выход в люди, капитан надеется, что Вы возьметесь ее сопровождать.

Корас отдал честь и отправился в кубрик, переодеваться. Почему-то ко встрече с леди Яанн он готовился серьезнее, чем к параду. Начистил ботинки, отутюжил форму, проверил длину стрижки и точное расположение значков и медалей. Парни с удивлением смотрели на его хлопоты, но узнав, что вызывает капитан по поводу увольнительной все поняли и с ухмылками занялись собственными сборами. Выход на Ихтис для многих было хорошим поводом расслабиться с местными «русалочками».

Ровно в восемь вечера по корабельному времени сержант стоял у каюты. Он не успел придавить сенсор, как дверь приоткрылась, и лейтенант СБ пригласил его внутрь. За столом сидели те же самые мужчины и… стильная высокая женщина лет сорока! Сержант споткнулся и пристально уставился в знакомые зеленые глаза. Пепельницы на сей раз не было, вместо кувшинов со спиртным на столе стоял сок, и пара чайников с чаем.

Корас сел в предложенное кресло, но никак не мог оторвать глаз от леди Яанн. Теперь ни у кого не повернулся бы язык назвать ее «старухой». Прежний строгий костюм явно подвергся переделке и теперь облегал не только плечи и спину, но и вполне крепкую грудь, подчеркивал талию, намекал на приятную округлость бедер. А волосы! Когда-то они были белыми, а теперь темной волной обрамляли лицо, прячась в пучок на затылке. Яркие глаза, аккуратный нос, улыбающиеся губы – это лицо совсем не портили мелкие морщинки вокруг глаз и губ, слегка отвисшая кожа на подбородке… Боже, на эту женщину хотелось смотреть! Ловить ее улыбку, заглядывать в глаза, ждать что произнесут эти чувственные губы…

Доктор отчетливо хмыкнул и протянул леди Яанн бокал сока:

– Вот видите, леди, Вы – великолепны, можете не сомневаться!

– Я и не сомневалась, – прежним язвительным тоном откликнулась женщина, – просто Вы запретили мне сигареты и спиртное, а это делает меня невыносимой!

– Потерпите, Ваши дурные привычки могут слишком сильно повлиять на конечный результат! – явно не в первый раз сообщил доктор.

Женщина раздраженно дернула плечом, потом залпом выпила сок, словно виски и, поморщившись, пожаловалась:

– Видите Корас, как жесток этот человек! Не дает даже бокальчик шерри!

Док поднял руки, словно сдавался:

– Хорошо-хорошо, я понял – мы безбожно ограничиваем Вас, а Вы устали. И это значит, что на Ихтисе Вам и сержанту положен отпуск! – и перевел взгляд на капитана.

– Мне нужны сутки, – сказал СБ-эшник, – но это в том случае, если все пойдет хорошо.

– А если нет? – капитан был краток.

– Два дня, – посчитав что-то в уме, сказал лейтенант.

– Значит, остановимся на трое суток. В первый день увольнительные тем, кто заслужил, остальные будут пополнять припасы и драить палубы. На вторые сутки выход для второй волны, третьи сутки собираем опоздавших и улетаем, – припечатал капитан.

Корас ничего не понял, но леди уже перестала изображать жертву мужского произвола и коротко все ему объяснила:

– Лейтенант Свифт попробует поднять на Ихтисе старые связи, чтобы прикрыть перемены в моей внешности. Ему на это потребуется время, а у меня будет шанс немного развеяться, если Вы не откажетесь меня сопровождать.

– Я согласен, мэм! – сразу ответил Корас.

– Отлично! – улыбнулся доктор.

– Завтра в десять утра жду вас у шлюза, – припечатал лейтенант.

– Надеюсь, через сутки Вы вернетесь сержант, – тускло сказал капитан.

Корас недоуменно поднял брови, а Сб-эшник пояснил:

– У Вас заканчивается контракт, сержант. В общем, Вам ничто не может помешать выйти на Ихтисе и раствориться в толпе.

Десантник только хмыкнул. Во-первых, коренных жители Ихтиса давно называли «русалами» за зеленоватый оттенок волос и синюю рудиментарную чешую, – затеряться чистокровному человеку в такой толпе сложно. Во-вторых, больше всяких бумаг его держала на корабле леди Яанн. Теперь Корас мог признаться в этом кому угодно. Его гормоны пели рядом с ней. Возможно, вылазка на Ихтис будет хорошим способом проверить только ли для нее они поют?