Глава 14

Спустя пару дней по возвращении из заграничной командировки в кабинет Волошина нагрянул Петров.

- Ну, давай, рассказывай! Как там, в Милане? – расположившись на диване, спросил друг.

Мужчины выпили по рюмке коньяка. Иван порадовался успешно проведённым переговорам, посочувствовал размолвкам приятеля с его женщинами, а после обсуждения нелогичного и взбалмошного поведения всех «баб» вцелом, вдруг подмигнул:

- А как там итальяночки? Говорят, горячие штучки!

- Ты словно моя жена, - поморщившись, проворчал Дмитрий. – Везде ищешь адюльтер. Я ездил вовсе не в секс тур.

- Неужто так никого и не завалил? – приятель скорчил хитрую мину. – Я по глазам вижу, что там что-то было.

- Чего ты там видишь? - Волошин сердито нахмурился и отвёл глаза.

- Ага! Даже покраснел. Колись! Ну, что ты, как не родной? – не отставал Петров.

- Да, отстань ты. Сказал, ничего не было, - огрызнулся Дмитрий. Ему вовсе не хотелось рассказывать, как по пьянке переспал со своей секретаршей.

«Наверняка Ванька подобной «победы» не оценит», – догадывался он, а насмешки в свой адрес Волошин слушать не собирался.

- Ну, старик, выходит ты совсем хватку потерял, - Иван разочаровано поджал губы.

- Честно говоря, всё осточертело, - признался Дмитрий. – Может, действительно старею? Хочется покоя и... Взаимопонимания, что ли? А не только горячего секса.

- Ещё о любви вспомни, - хохотнул Петров, и Волошин, усмехнувшись, лишь покачал головой.

- Да, Вано, романтик в тебе сдох ещё на первом курсе.

Мужчины понимающе чокнулись бокалами и, ещё немного поговорив, расстались.

***

Прошла неделя. Лена успокоилось и старалась не вспоминать о неприятном инциденте в Милане, но получив зарплатный лист, при виде обозначенной в нём суммы остолбенела. Всё внутри её заклокотало, и она влетела в кабинет шефа, гневно сверкая глазами:

- Дмитрий Сергеевич, зачем вы это сделали? - она нервно положила перед боссом квиток.

- Что? – мужчина растеряно наморщил лоб.

- Почему вы подняли мне зарплату? Хотите, чтобы вся компания задалась подобным вопросом? – щёки женщины пылали.

- Не понимаю вашего недовольства, Елена Александровна. Другая бы на вашем месте порадовалась, а вы ругаться ко мне пришли.

- Хотите, чтобы все подумали, что между нами что-то есть?

- А почему кто-то должен такое подумать? - искренне недоумевал Волошин.

- Потому что всем известно: как только секретарша становится вашей любовницей, вы ей сразу поднимаете зарплату, - воинственно протараторила Лена.

Мужчина изумлённо вкинул брови

- Кто сказал вам подобную чушь?

- Лидия Фёдоровна… Ещё до того, как я начала работать у вас, - несколько умерив пыл, пояснила Жуланова.

- Даже так? – босс строго взглянул на секретаршу, и она смущённо опустила глаза. Лене стало ужасно неудобно. Получилось, она невзначай проговорилась, какие о Волошине в компании ходят сплетни. «Да ещё Лидию Фёдоровну подставила», - запоздало осознала она. Но Дмитрий лишь пожал плечами и проговорил. – Никогда над этим не задумывался. Но даже если и так, то вам, Елена Александровна, волноваться не о чём. Уверен, по отношению к вам ни у кого ни одной дурной мысли не возникнет. Во-первых, кроме основной работы, вы выполняете функции переводчика. Во-вторых, вы задерживались в офисе сверх нормативного времени и провернули огромную работу. Ну, и, в-третьих, - Волошин сделал паузу и улыбнулся. – В-третьих: закончился ваш испытательный срок. Вы показали себя ценным сотрудником, а поэтому вполне закономерно, что ваша зарплата значительно выросла.

Лена стояла, хлопая глазами, чувствуя себя полной идиоткой.

- Простите, - наконец промямлила она. – Я всё неправильно поняла.

Волошин понимающе усмехнулся.

- Если это всё, то возвращайтесь к своим обязанностям, - произнес он и протянул секретарше расчётный лист. Приняв бумагу, Лена попятилась к дверям, и босс попросил. – И будьте добры, принесите мне кофе.

Оказавшись в приёмной, Жуланова в растерянности разглядывала бумагу.

- Надо же, - она провела пальчиками по лбу и, вновь взглянув на цифру, улыбнулась. – Теперь точно на хороший ремонт накоплю. Вот же дура! На ровном месте скандал устроила. Напридумывала себе невесть что. Ты – и любовница. – Она покачала головой. Воспоминания о Милане неожиданно всколыхнулись, отдавшись болью в сердце. - Он меня и за женщину-то не считает. Наверняка постарался поскорее забыть ту ночь, – Лена вздохнула. – А ты ожидала чего-то другого? – спросила она себя.

Ответ был очевиден, и женщина решила больше не терзать себя и не мучиться угрызениями совести.

***

Жизнь Волошина вошла в привычную колею. Отношения в семье оставались прежними: оба супруга особо не интересовались проблемами друг друга, лишь постель время от времени их сближала. Каждый занимался своими делом: Дмитрий – компанией, а Снежана – собственной персоной.

Приём у Горбуновых оказался результативным: эффектную женщину заметили и пригласили на съёмки ролика шампуня для волос. Снежана витала на седьмом небе от счастья и строила грандиозные планы. Пока жена отдавалась карьере модели, мужа всецело поглотил контракт с итальянцами. Правда, Волошин, пытаясь найти некоторую отдушину от дел, умудрялся выкраивать время и на Илону. Девица устраиваться на работу не торопилась и настырно требовала купить для неё салон красоты. Дмитрию пока удавалось выкручиваться, но он понимал, скоро ему придётся сдаться.

Лена по-прежнему всю себя отдавала работе. А что ещё ей оставалось делать? У всех подруг семья, дети, не до встреч и разговоров по душам. Даже Лидия Фёдоровна не радовала соседку посиделками за чаем. Бурный роман тётки Волошина получил серьёзное развитие, и она вовсе переехала на квартиру к Петру Степановичу. «Надо же! Не думала, не гадала, а на старости лет так вляпалась», - краснея, словно роза, говорила она, встречаясь с Леной на работе. – Ну, а ты как? Что там твой итальянец?» - пыталась выведать Лидия Фёдоровна. Жуланова только отмахивалась. А чего говорить? Марио периодически позванивал, они обсуждали рабочие моменты, шутили, продолжая на расстоянии ни к чему не обязывающий флирт.

О своём «падении» в постель Волошина Лена не рассказывала никому. Перед Лидией Фёдоровной открываться было стыдно. А перед Ольгой? Ольга, конечно, не осудила бы, но наверняка взялась бы подталкивать к продолжению отношений. А как объяснить подруге, что Лене с Волошиным ничего не светит? Если он игнорирует её, как женщину.

Но сколько она ни пыталась «отключить» память, у неё не получалось забыть о случайной ночи. Внешне Лена оставалась невозмутима, но порой в её груди разливалась невыносимая тоска. Часто она ловила себя на мысли, что невольно любуется Волошиным. Лена могла заворожённо слушать его проникновенный голос, ей нравилось наблюдать, как он задумчиво потирает широкий лоб. Как упрямо сжимает губы. Суровая складка между бровей, и та казалась Жулановой безумно привлекательной. А уж что говорить о широких плечах и подтянутой фигуре? женщине оставалось только вздыхать. Но её восхищение боссом оставалось сродни поклонению телевизионным кумирам: таким же далёким и недоступным. Секретарше было достаточно того, что она могла находиться рядом и быть ему полезной.

Лена, в самом деле, стала правой рукой Волошина, предвосхищая все его желания. Дмитрий довольно быстро привык к умению секретарши понимать его с полуслова и боевой готовности в нужный момент подставить своё хрупкое плечо. Правда, глядя на женщину в голове босса время от времени, возникали обрывки итальянской ночи. В такие моменты он напоминал себе, что обещал забыть об инциденте, хотя уже не раз пожалел о таком решении. Но секретарша, следуя договору, вела себя исключительно по-деловому, не оставляя ему возможности даже для флирта, а он не хотел выглядеть начальником, подкатывающим к подчинённой. Тем более к такой принципиальной подчинённой.

Время летело. Первый транш Волошин рассчитывал осилить сам и занимался сбором денег для окончательного расчёта по договору. Вроде обговорено всё было заранее, но контракт намечался нешуточный, открывающий фирме новые перспективы, и Дмитрий Сергеевич волновался, стараясь всё перепроверить лично.

Наконец пришла пора вновь лететь в Италию.

К местам, в которых бываешь повторно, начинаешь привыкать, и Милан уже не казался Лене, чем-то особо экзотическим. Делегацию ожидаемо встретил Марио с ожидаемо шикарным букетом и ожидаемо сыпал комплиментами.

- Синьора Елена, как вам удаётся выглядеть настолько божественно! – стрекотал итальянец.

Хотя Дмитрий Сергеевич языка не знал, но некоторые слова понимал и смысл болтовни Марио улавливал. Поглядывая на Лену, Волошин, осознавая, что она выглядит действительно привлекательно, невольно хмурился. «Не пойму, то ли я к ней привык, то ли она с собой что-то сделала? – задался он вопросом, и неожиданно внутренний голос насмешливо хмыкнул. - Просто изначально, Дмитрий Сергеевич, вы смотрели на неё другими глазами. Через призму своих длинноногих красоток», - Волошин насторожено покосился на Фригмана и сердито подумал: – Я начал думать, как он».

Насчёт работы над внешностью мужчина был близок к истине. На этот раз Лена решила не скромничать и накрасилась, как её учила стилист, даже на причёску не поленилась потратить время.

Итальянец весёлым шмелём вился вокруг Лены, и, наблюдая за сияющей женщиной, Волошин неожиданно почувствовал раздражение. За последние дни он настолько привык к её вниманию, что интерес секретарши к другому мужчине вызвал в нём чувство, очень похожее на ревность. Марио перестал казаться Дмитрию классным парнем, и ему хотелось как можно быстрее от него отделаться. Но поглощённый флиртом итальянец продолжал трещать, не замечая хмурых взглядов Волошина.

Второй визит в Милан предполагался менее интенсивным по деловой части, но более насыщенным по развлекательной. Оставив вещи в уже знакомой гостинице, русские партнёры поспешили в офис компании, где спустя пару часов Волошин и синьор Ботичелли подписали документы и обменялись рукопожатиями. Желая торжественно закрепить сделку, итальянцы сообщили о вечернем приёме в честь русских гостей.

Услышав о званом вечере, Лена разволновалась. Одно дело посидеть узким кругом в ресторане и произнести пару тостов за дружбу и процветание, другое – большое светское сборище, где придётся находиться под оценивающими взглядами чужих людей.

- Дмитрий Сергеевич, может, я не пойду? - зашептала она.

- Интересно дело, - фыркнул Волошин. - И я останусь без переводчика?

- Марио прекрасно меня заменит.

- Ну, конечно. Марио первый мне все мозги вынесет, если вы не явитесь на приём. И чем вы это объясните, Елена Александровна? Болезнью? Хотите, чтобы синьор Ботичелли вызвал врача и обман раскрылся? Он расценит это, как неуважение или пренебрежение.

- Дмитрий Сергеевич, но… - женщина запнулась, не зная, как объясниться. – Понимаете… Я буду чувствовать себя не в своей тарелке. Вы же сами говорили… У меня вид не представительный.

- Ах, вон оно что! - Волошин усмехнулся. – Мало ли, что я говорил. Забудьте. Дурак был, - признал он, и Лена от удивления вылупила глаза. – Вы, Елена Александровна, и без боевой раскраски на местную публику производите сногсшибательное впечатление, так что отбросьте свои сомнения. А ваш вид — это пустяки. Тоже мне проблему нашли. Прямо ребячество, честное слово. По дороге заедем в бутик, подберём что-то подходящее, а там узнаете, где тут приличная парикмахерская.

Понимая, что он прав, и её отказ явиться на приём может обидеть синьора Боттичелли, Лена решила смириться и последовать совету босса.

- Дмитрий Сергеевич, насчёт платья не беспокойтесь, я и сама справлюсь. Тем более я и так собиралась обновить гардероб. Лучше потратьте своё время на подарки. Ваши женщины опять обидятся, если вы с пустыми руками к ним вернётесь.

Пришло время Волошину соглашаться с разумным предложением секретарши и, подъехав к торговому центру, они разошлись каждый по своим отделам, а чтобы не терять время, договорились встретиться в гостинице.