Глава 15
Как известно, Милан — столица шопинга. Здесь находятся «храмы высокого стиля»: самые престижные бутики и шоурумы всех законодателей современной мировой моды. Но, блуждая по «модному кварталу», Лена постепенно теряла боевой настрой и, разглядывая наряды, с сожалением взирала на ценники. «Н-да… О, нет. Это отнюдь не то место, где можно закупиться дешевыми шмотками, - размышляла она. — Зря я не послушалась Марио. Он говорил, что сами итальянцы приходят сюда чаще на молитву, чем ради покупок». Но ехать за город, где по стоковой цене можно приобрести одежду известных брендов, времени не оставалось, и женщина совершенно не знала, как ей быть.
Она уже собралась покинуть очередной бутик и поискать более дешёвые магазины, как миловидная продавщица, угадав намерение клиентки, потащила её к стойке распродажи.
- Синьора, посмотрите на это платье. На него скидка семьдесят процентов! Почти даром! – сверкая глазами верещала она. – Последний экземпляр. На него многие заглядывались, но по фигуре никому не подходит. Я как вас увидела, так сразу поняла: оно создано для вас.
Слушая болтовню продавщицы Лена с подозрением покосилась на платье. Оно действительно оказалось интересным и яркий бирюзовый цвет ей понравился. Немного поколебавшись, Жуланова согласилась его примерить. Продавщица оказалась права, платье село как влитое и очень шло Лене. Драпировка на груди визуально увеличивала бюст, мягкий шёлк приятно облегал талию и бёдра, и при всей кажущейся простоте наряд выглядел изысканно и элегантно. Оглядев клиентку, продавщица восторженно взмахнула руками:
- Бесподобно! Кто его ни мерил, то в груди было велико, то в бёдрах мало. А на вас прямо как надо! Если вы его не возьмёте, то будете жалеть всю жизнь!
Разглядывая отражение в зеркале, Лена удовлетворённо улыбнулась.
- Беру, - кивнула она, и итальянка искренне засияла.
- Сеньора, вы не пожалеете! Всё мужчины будут лежать у ваших ног, - упаковывая наряд, щебетала она.
Расплатившись, Лена спросила, где можно сделать причёску и макияж и, получив исчерпывающий ответ, направилась искать салон. Парикмахер и стилист долго колдовали над образом, и, когда Жуланова взглянула в зеркало, поначалу растерялась.
- Я будто помолодела лет на десять, - отметила она, присматриваясь к красавице в стекле. Покинув салон, Лена больше не боялась представлять на приёме компанию «Омега». – Интересно, что он теперь скажет? – подумала она о Волошине, почему-то ей безумно хотелось понравиться в первую очередь именно ему.
***
Близился час приёма. Дмитрий Сергеевич, вернувшись в гостиницу, оставил покупки в номере и, переодевшись в свежую рубашку и новый костюм, постучался к Лене. Дверь мужчине никто не открыл и он, взглянув на часы, нахмурился. Ему успели сообщить, что автомобиль синьора Боттичелли дожидается у входа и русским гостям следовало бы поспешить. Из соседнего номера вышел Фригман.
- А где же наша нимфа? – поинтересовался старик.
- Мы с ней расстались у магазина, - пояснил Волошин.
- Ах, женщины, женщины, - вздохнул Фригман и, набрав номер Лены, поинтересовался, скоро ли она прибудет на место.
- Яков Исаакович не беспокойтесь и меня не ждите, я подъеду сама, - заверила женщина и мужчины, более не задерживаясь, покинули гостиницу.
Загородный особняк синьора Боттичелли радушно встречал гостей. Живая музыка и накрытые на лужайке столы ломились закусками и напитками. Несмотря на итальянскую непунктуальность, народу успело собраться немало. Марио носится между гостями, словно Фигаро, успевая со всеми поговорить и всем отвесить комплименты. Русских партнёров уже ждали, и стоило представительскому автомобилю затормозить у ворот, как хозяин с супругой поспешили навстречу.
- А где же синьора Елена? – поинтересовался Марио, а синьор Боттичелли, ожидая ответа, озабоченно сдвинул брови.
Дмитрию пришлось пошутить, что магазины Милана задержат в своих объятиях любую женщину и заверить, что его помощница появится с минуты на минуту. Ответ хозяев вполне удовлетворил, но спустя четверть часа Волошиным овладело беспокойство: «И где же моя лягушонка в коробчонке?» – подумал он и позвонил секретарше.
- Дмитрий Сергеевич я уже здесь, - успокоила женщина.
Мужчина развернулся и увидел подъехавшее такси.
- Ну, слава богу, - выдохнул он.
Но когда из машины вышла женщина, Волошин растерялся, разум не хотел признавать в эффектной незнакомке его секретаршу. Лена вовсе не походила на привычных размалёванных кукол, она светилась приветливой мягкостью и природным изяществом, присущим утончённым и цельным натурам.
- Хм. А Фригман-то сто раз прав. Она и в самом деле красавица, - пробормотал он, попутно размышляя, что действительно было бы интересно посмотреть и на жену и любовницу в домашнем халате и без всяких косметических ухищрений. – Да Снежана ей в подмётки не годится. И Илонку поставь рядом, сразу померкнет, - пришёл Дмитрий к неожиданному выводу и, предложив секретарше локоть, гордо повёл её к гостям.
Если ранее Марио привычно сыпал комплиментами, то при виде «новой» Лены, мужчина растёкся весенней лужицей и, оставив других женщин, не отходил от русской гостьи на шаг. Назойливое присутствие помощника синьора Боттичелли начало страшно раздражать Волошина, но он не находил предлога от него избавиться и лишь бросал на итальянца красноречивые взгляды.
Вечер проходил по обычной схеме: приветственные улыбки, тосты, пожелания процветания, заверения в дружбе и высказывание надежд на плодотворное сотрудничество, и всё это время русская делегация оставалась в центре внимания. Лена пользовалась безусловным успехом, а Волошин выслушал немало комплиментов, какая у него замечательная помощница. Пару раз у мужчины спросили, не является ли синьора его женой и на отрицательный ответ одна из пожилых матрон вздохнула:
- Как жаль. Вы прекрасная пара.
Реплику дамы Лена переводить босу не стала, а лишь, покраснев, пробормотала что-то невнятное.
После торжественной части началась часть музыкальная. Фригман, сославшись на усталость и «старые кости», ухал в гостиницу, и Волошин с Леной остались представлять компанию вдвоём. Над Миланом успела опуститься ночь, и парк озарил свет фонарей. Публику радовали зажигательными и мелодичными песнями, и Марио потащил Лену танцевать. Поначалу Жуланова отказывалась, но мужчина был настойчив, и она сдалась. Итальянец оказался заядлым танцором, и Лена, быстро подстроившись под ритм и движения партнёра, двигалась вполне свободно.
- Синьора Елена, вы в душе итальянка! – восхищался Марио.
- О, нет! Просто в юности я посещала хореографическую студию, - смеясь, отвечала она.
Волошин неотрывно следил за секретаршей, он видел совсем другую, незнакомую ему женщину. Она была не просто красивой, она буквально источала свет. Блеск её глаз будоражил кровь, открытая улыбка манила, а движения женственного тела заставляли сердце учащённо биться.
Приём подошёл к концу. Марио намылился провожать русскую гостью, но Волошин самым жёстким образом пресёк поползновения итальянца.
- Не волнуйтесь, синьор, я в целости и сохранности доставлю синьору до номера, - заверил он, и одарил итальянца настолько выразительным взглядом, что тот растерялся, а увидев, как по-хозяйски Дмитрий подхватил женщину под руку, окончательно скис.
Когда автомобиль понёс русских партнёров в гостиницу, они облегчённо выдохнули и понимающе переглянулись: и Волошин, и Лена успели устать от шумной суеты.
- Осталось лишь выдержать завтрашний день, – улыбнувшись, проговорила Лена.
- Пустяки. Остались чистые формальности, - успокоил её босс. - Уже вечером - домой.
Остановившись возле своего номера, Волошин предложил:
- Елена Александровна, давайте поднимаем по бокалу за наш успех, – и, приглашая зайти, он распахнул дверь.
- Наш? – удивилась Лена и послушно проследовала за мужчиной.
- Конечно, наш. Вы во всем мне помогали, не знаю, что бы я без вас делал.
- Да бросьте вы, - отмахнулась Лена, а босс, между тем, откупорив бутылку, разлил вино.
- Прошу, – он вручил бокал. – За вас! За ваш ум, такт, доброту и… красоту! - закончил мужчина фразу и, не сводя взгляда с секретарши, чокнулся бокалами. Стекло издало мелодичный звон, и сердце Лены вздрогнуло вместе с ним.
- Спасибо, Димитрий Сергеевич, - покраснев, она опустила глаза. – Вы мне льстите. Какая уж там красота. Это всё искусство стилиста.
- Мне как-то Яков Исаакович сказал, что внешность можно приукрасить, а вот сущность человека под гримом не скроешь. И я, кажется, начал понимать, насколько он прав. Красота человека проявляется не в яркой обёртке, главное то, что у него внутри. Вот вы даже без макияжа, причёски и дорогих нарядов останетесь Еленой Прекрасной.
Под пристальным взглядом босса Лене сделалось жарко, и она окончательно смутилась. Стараясь скрыть волнение, женщина допила вино, и, желая поскорее избавиться от гипнотического влияния мужчины, поставила бокал на стол и пролепетала:
- Спасибо, Дмитрий Сергеевич, за прекрасный вечер и ваши слова, но мне пора, - она направилась было к двери, но Волошин перегородил ей путь.
- Постой, - в горле у него пересохло. Мужчина не задумывался над природой охватившего его чувства. Близость женщины пьянила, сердце в груди взволнованно металось, а дыхание сбилось. Томительно волна заполнила тело, и неожиданно для себя он заключил Лену в объятия. – Не уходи. Останься, - попросил Волошин.
- Дмитрий Сергеевич, - Лена попыталась высвободиться, но в следующее мгновение её губы захватил страстный поцелуй.
Ноги женщины подкосились, сознание помутилось и, пробираясь сквозь внезапное головокружение, она подумала: «Господи, млею, как сопливая девчонка!» Губы мужчины сводили с ума, заставляя тело таять и дрожать, но, собрав последние силы, Лена разорвала поцелуй.
- Дмитрий Сергеевич, не надо… Это неправильно… Мы не должны, - задыхаясь, прошептала она.
- Что не должны? – покрывая её шею поцелуями, спросил Волошин. – Мы же уже были вместе.
- Но тогда… Тогда вы были пьяны…
- Вот именно. Пьян. А теперь не пьян. Вернее, пьян! Но не от вина. От тебя, - хриплый голос мужчины дрогнул. - Меня тянет к тебе совершенно сознательно, - признался он. - И я знаю… чувствую… и тебя ко мне.
Не смея оспаривать очевидный факт, Лена беспомощно глотнула воздух. В висках у неё гудело, сердце предательски пело, а тело, не слушаясь, плавилось податливым воском.
- Это нехорошо, - всё ещё пыталась убедить кого-то женщина, но руки сами обхватили плечи мужчины, а губы невольно потянулись к его губам. Что-то внутри робко попыталось достучаться до разума, но Лена лишь мысленно простонала: «Нет. Это выше моих сил!»
Сладкий туман застилал глаза, губы жадно искали друг друга, руки доводили до исступления, а удушливое дыхание срывалось невольным стоном. Оба не понимали, что делают. Одежда поспешно свалилась на пол и два разгорячённых тела сплелись в чувственном танце. Безумство продолжалось долго и когда они, обессилевшие, замерли, то не могли проронить ни слова. О чём говорить? Как выразить словами восторг, накрывший сознание?
Волошин взял ладошку Лены, прижал её к щеке и, зажмурившись, осторожно поцеловал каждый пальчик. Млея от нежных прикосновений, женщина улыбнулась и прильнула к его мощной груди.
Прислушиваясь к гулкому биению мужского сердца, она замерла, но, тяжело вздохнув, поднялась.
- Мне пора, - проговорила Лена
Облокотившись на подушку, Дмитрий с любопытством наблюдал за женщиной.
- Ты куда? – спросил он.
- В свой номер. Спать.
– А чем тебя не устраивает моя кровать? – он потянулся и, поймав её за руку, притянул к себе.
- Именно тем, что она твоя, - Лена провела пальчиками по его плечу. – Пробуждение в одной постели обязывает… Поверь, так будет лучше. Сейчас всё хорошо. Мы подались романтике ночи. Магии Италии. Витаем в облаках. А утром… Утром всё будет выглядеть иначе. Очарование разрушится. И тебе, и мне станет неловко. Давай оставим всё как есть. А завтра сделаем вид, будто ничего не было. Словно нам приснился сон. Прекрасный сон, – она улыбнулась и выскользнула из его рук. Собрав раскиданные вещи, женщина оделась. – Спокойной ночи, - она чмокнула Волошина на прощание и поспешила к дверям. – Я захлопну.
Стоило раздаться характерному щелчку, Дмитрий откинулся на подушку и, глядя в потолок, подумал: - «Удивительная женщина. Что со мной случилось сегодня? Крыша буквально поехала. До безумства захотелось именно её. Может, потому, что именно она была рядом? Была бы другая, захотелось бы её? Возможно… – пытаясь разобраться в себе, он нахмурился. - Илонка и Снежана и моложе, и краше, - мысль оборвалась. – Хотя нет. Насчёт краше – это ты загнул, - мужчина хмыкнул и вернулся к прежним размышлениям. – Другая бы на её месте постаралась бы прочно обосноваться в моей постели. И особенно в кошельке. А эта сбежала».
То, что секретарша сбежала, не оставалось никакого сомнения, и этот факт вызывал особое удивление. Пытаясь уснуть, Дмитрий закрыл глаза, но воспоминания о недавней близости не отпускали, в груди сладко заныло, а желание прижать к себе Лену только усилилось. Он вздохнул. Всё с ней было не так. «Может, оттого, что я не в состоянии её предугадать? - подумал Волошин, не понимая, отчего ему было так хорошо, как ранее ни с одной другой женщиной. «Странно. Всё странно…»
Найти объяснения собственной слабости он не мог, но накативший сон прекратил его копания в себе.
Вернувшись в номер, Лена первым делом поспешила в душ. Подставляя тёплым струям лицо, она вновь и вновь вспоминала Волошина, и сердце в груди радостно пело. От недавних страстных поцелуев губы немного покалывало и, не в силах избавиться от сладкого ощущения, женщина подумала: «Господи я сошла с ума! Даже девчонкой не вела себя так глупо!»
Неожиданно в голове промелькнуло понимание, что ни первый юношеский поцелуй, ни любой другой не вызывал в ней подобного трепета. Даже целуясь с будущим мужем, она не теряла рассудка. Тогда всё происходило размерено и правильно, не вызывало вопросов и сомнений. А теперь? Теперь всё кувырком. Жуланова никогда не позволяла себе не то что флиртовать, она думать не смела о женатых мужчинах. И вдруг… Так низко пасть! Кошмар! Лена тряхнула головой. «Да что же с тобой такое? - отругала она себя. – Ну, ладно, Волошин. Ему не впервые жене изменять. А ты?! Неужели не понимаешь, что ты для него лишь развлечение? Игрушка. Способ снять напряжение».
Терзаемая запоздало проснувшимися угрызениями совести, женщина закрыла воду и поплелась в постель. Шёлк простыней напоминал о нежных прикосновениях, и сердце сладко застонало: - «Но мне никогда не было так хорошо, как с ним, – прошептало что-то в груди, и женщина с раздражением потёрла виски. - Ой дура, дура! Да, что с тобой?»
«Не знаю, - всхлипнуло это что-то. – Не могу ему противостоять».
– Влюбилась?! - спросил разум.
Отгоняя глупую мысль, Лена поморщилась.
- Что за глупость?!
– Влюбилась, – констатировал разум. – Как последняя дурочка влюбилась.
Испугавшись своего открытия, Лена разволновалась.
- Нет, это пройдёт, - постаралась успокоить она себя.
- Конечно, пройдёт. Уже завтра. Как только вы вернётесь в Москву, он тут же забудет о тебе. Волошин отправится к своим молодым красоткам, а ты будешь зализывать раны и поливать слезами подушку.
- И что делать? – женщина печально вздохнула. – Это сильнее меня.
- А что тут поделаешь? – хмыкнул разум. – Лови каждый миг счастья. Пока оно есть. Но на многое не рассчитывай. Так будет легче принять отставку.
- Всё так. Лучше о нём и не мечтать… - согласилась Лена.