Глава 21

Следующим утром Лена первым делом померила больному температуру. Значение на термометре не порадовало. Напоив Волошина жаропонижающим, она занялась приготовлением завтрака, раздумывая стоит ли вновь звонить Фригману. Несмотря на отсутствие аппетита Дмитрий через силу поел омлет, и не успела Лена вымыть посуду, как раздался звонок в деверь. Яков Исаакович выполнил обещание: на пороге стоял врач. Осмотрев и прослушав больного, он покачал головой.

– Хрипы слышу. Необходимо сделать снимок. Давайте-ка прокатимся до больнички, – предложил доктор. – Заодно и анализы все сдадим, тогда и лечение назначим.

Совсем скоро незамедлительно подъехавший Михаил домчал всех до частной поликлиники. Снимок подтвердил опасения врача, но к счастью поражение лёгких оказалось невысоким. Сделав необходимые анализы, врач назначил уколы, но Волошин наотрез отказался ложиться в стационар.

– В клетку решили меня запереть? – возмущался он, и никакие доводы и уговоры на бизнесмена не действовали.

– Вам следует соблюдать постельный режим и выполнять мои предписания, – вразумлял пациента врач.

– Какие ещё предписания? Уколы? Я медсестру найму, – буркнул Волошин. – У меня работы непочатый край, а вы мне вылёживаться предлагаете? У меня сроки!

Врач только развёл руками, и Лена, наблюдая за словесной перепалкой, не выдержала и вступила в разговор:

– Раз так, я сама вами займусь, – заявила она. – Уколы делать я умею: и мужу, и маме постоянно ставила, а заодно прослежу, чтобы вы, Дмитрий Сергеевич, не нагружали себя работой.

Волошин поворчал, но согласился, ему и самому хотелось побыстрее встать на ноги.

Вернувшись в квартиру, больной безропотно отправился в постель. Температура вновь подскочила, прогулка сказалась на его состоянии не лучшим образом. Напоив босса жаропонижающим, секретарша со знанием дела приготовила инъекцию и скомандовала:

– Дмитрий Сергеевич, ложитесь на живот.

Волошин нахмурился, только сейчас он осознал, что придётся оголять зад перед подчинённой.

– Не смущайтесь, Дмитрий Сергеевич, – разгадала его сомнения Лена и хмыкнула. – Мы вроде с вами не совсем чужие. Тем более, что всю пятую точку оголять не обязательно.

Смирившись, мужчина выполнил указание, чувствуя себя при этом крайне неуютно: выглядеть слабым и беспомощным ему вовсе не хотелось. К его удивлению, всё произошло крайне быстро. Волошин и почувствовать ничего не успел, как добровольная медсестра сообщила, что он может натягивать штаны.

Остаток субботы и воскресенье секретарша добросовестно выполняла работу сиделки и домработницы в одном лице. Лена следила за состоянием больного и, несмотря на его капризы, заставляла вовремя принимать лекарства и еду. Волошина мучил кашель, температура продолжала держаться, но до критических значений уже не поднималась.

В понедельник, накормив босса завтраком и поставив очередной укол, Лена собралась в офис.

– Я на связи, – предупредил Волошин.

– Конечно. Если что, звоните! Я сразу приеду.

– Причём тут это? – Мужчина недовольно надулся. – Я про дела компании.

– Ваше самочувствие гораздо важнее рабочей рутины, – возразила секретарша и направилась к выходу.

– Елена Александровна! Держите меня в курсе, – настаивал Волошин.

– Обязательно, – с порога крикнула она, оставляя босса в полной уверенности, что его исключают из рабочего процесса.

Услышав характерный щелчок закрывшейся двери, Дмитрий вздохнул и закрыл глаза. Честно говоря, чувствовал он себя хреново и, что ни говори, был безмерно благодарен Лене за заботу.

Тут он подумал о более близких, чем секретарша, женщинах, и сердце его остро кольнуло. Волошин попытался найти им оправдание, но обида не торопилась отступать, продолжая разъедать грудь желчью. Стараясь не думать «о грустном», Дмитрий включил телевизор и, под его размеренную болтовню вскоре забылся сном.

Разбудил больного звук открывающейся двери. В груди всколыхнулась надежда, что кому-то из его женщин сделалось совестно. Дмитрий взбодрился, но появление в комнате личного водителя, развеяло радужные иллюзии.

– Дмитрий Сергеевич, Елена Александровна велела вас накормить, – забасил Михаил, кивнув на коробку в руках. – Я заскочил в ресторан и заказал всё, как она сказала. Бульончик куриный. Ещё тёплый. Сейчас распакую.

Хотя особого аппетита Волошин не испытывал, но всё же поел. Не расстраивать же заботливых сотрудников, в самом деле?

– Ну, как там, в офисе? – степенно поглощая обед, спросил он.

– Всё нормально, – водитель беззаботно пожал плечами. – Вы не беспокойтесь. Елена Александровна всё разрулит. А! Чуть не забыл! – он хлопнул себя по лбу и протянул термометр.

– Тоже Елена Александровна велела? – сердито взглянул на водителя босс.

Расплывшись в благодушной улыбке, Михаил кивнул.

– И сказала, что, если будет выше тридцати восьми, выпить жаропонижающее.

Выполнив поручение, водитель ушёл, а Волошин остался валяться дальше. Бездействие изводило. Намереваясь позвонить в офис, мужчина потянулся к телефону, но сразу передумал, наверняка ему ответят: «Всё нормально. Не беспокойтесь», – предположил он и решил не суетиться.

Пытаясь развеяться, Дмитрий взялся листать каналы телевиденья, но все ток шоу его раздражали, а сериалы казались скучными и примитивными. В интернете Волошина тоже ничего не заинтересовало, и поневоле он снова задремал. Телефонный звонок заставил больного очнуться, а высветившейся номер любовницы – улыбнуться. В груди всколыхнулась надежда, что хоть кому-то из его женщин сделалось совестно.

– Хотя я и не собиралась звонить тебе первой, но раз уж ты заболел, так и быть, прощаю, – прозвучал капризный голосок Илоны. – Ну, как ты?

Волошин мысленно хмыкнул, оказывается, это он обидел девицу, а не она его. Правда заново раздувать ссору не хотелось, Дмитрий не стал выяснять: кто прав, кто виноват, а вкратце обрисовал своё состояние.

– Котёнок, может, приедешь? – в заключении спросил он.

– Зачем? – искренне удивилась Илона. – Ты болен, тебе не до любви.

– Ещё про мужчин говорят, что мы только о сексе думаем, – усмехнулся Дмитрий. – А просто проведать больного?

– Я же объясняла твоей секретарше, мне ни в коем случае нельзя болеть, – заявила девица и поспешила попрощаться. – Ну, лечись. Как выздоровеешь, звони.

Волошин шумно выдохнул и тут же закашлялся. «Действительно, что ей со мной делать?» – мелькнула тоскливая мысль, и он снова прикрыл глаза. Но уснуть не получилось: следом позвонила Марго, чуть позже Снежана, а в завершение дочь. Все дамы задавали одни и те же вопросы и, получив ответы, проведать больного желания не изъявляли. «Хотят убедиться, что ещё не сдох? – Дмитрий в сердцах отшвырнул трубку. В груди укрепилась уверенность, что беспокойство его здоровьем они лишь изображали. – И все, как одна раззвонились. Будто сговорились! А на самом деле им на меня наплевать!» – подумал он, но тут его осенило, и, вновь подхватив телефон, Волошин набрал номер секретарши:

– Елена Александровна, ваша работа?

– Вы о чём? – поинтересовалась женщина, и Дмитрий живо представил, как она невинно округлила глаза.

– О телефонных сочувствиях, – пояснил босс. Замешательство на том конце заставило убедиться, что он прав – это с подачи секретарши все его женщины обеспокоились его здоровьем. – Что вы им наговорили?

– Ничего, Дмитрий Сергеевич, только правду, – пролепетала Лена.

– Не смей больше проявлять подобную самодеятельность! – рявкнул Волошин и снова закашлялся.

– Я хотела, как лучше…

– Я сам разберусь со своей личной жизнью, – заявил он и отключился.

На душе стало совсем паршиво: «Выходит, ни одна из них не догадалась мне позвонить», – понял мужчина, и обида ещё больнее засела в сердце.

Время тянулось мучительно долго, скука одолевала, и когда в замке заскрежетал ключ, Дмитрий, забыв о раздражении, несказанно обрадовался появлению Лены, и даже неизбежный укол не казался ему таким уж постыдным. Следом за секретаршей зашёл водитель с пакетами в руках.

– Это что? – нахмурился босс.

– Кормить вас чем-то надо, – ответила секретарша и обратилась к парню. – Миша, отнеси всё на кухню, – скомандовала она, а сама первым делом протянула больному термометр. Взглянув на температуру, женщина покачала головой и заставила выпить лекарство. Затем она всадила мужчине полагающуюся инъекцию и, с чувством выполненного долга, отправилась готовить ужин.

Доносящиеся с кухни запахи неожиданно разбудили аппетит и, с удовольствием поглощая пюре и нежную отбивную, Волошин окончательно разомлел.

– Поражаюсь твоему мужу, – хмыкнул босс. – Как он мог отказаться от такого сокровища?

Женщина грустно улыбнулась.

– Говорят, седина в бороду, бес в ребро, – вздохнув, проговорила она и не удержалась от издёвки. – Захотелось молодого тела. Вы должны его понять.

Волошин задумался. Возразить было нечего, и он решил перевести разговор на более волнующую тему.

– Ну, а как дела в компании? – спросил он.

– Раз я вам не звонила, значит, мы справились сами, – ответила Лена.

– Даже обидно, – вздохнул босс. – Выходит, я вовсе не нужен. Всё работает без меня.

– Наоборот, Дмитрий Сергеевич. Это говорит о вас, как об отличном руководителе. По-настоящему хороший начальник не тот, без которого невозможно обойтись, а тот, который сумел организовать дело так, что, когда он отходит в сторону, всё продолжает исправно работать.

Дмитрий задумался и мысленно улыбнулся: секретарша лила бальзам на его самолюбие.

– Всё-таки пусть Михаил завтра привезёт мой ноутбук, – попросил он. – А то без дела я скоро взвою.

Лена пообещала выполнить просьбу и, отправив босса в постель, взялась мыть посуду. Продолжая валяться на опостылевшей кровати, Волошин прислушивался к доносящимся звукам. Бескорыстная забота секретарши заполняла грудь теплом. Рядом с ней ему было спокойно и уютно, и даже выглядеть перед ней слабым уже не казалось настолько зазорным. Когда женщина появилась в комнате, он проговорил:

– Мне так неловко, Елена Александровна, я приношу вам столько хлопот. Но не беспокойтесь, я оплачу ваши труды.

– А я и не беспокоюсь, Дмитрий Сергеевич. И оплачивать мои труды вовсе не обязательно. Если хотите знать, я преследую свои эгоистические цели, – она притворно нахмурилась и, заметив заинтересованный взгляд мужчины, пояснила. – Не хочу, чтобы вы «откинули коньки». Где я ещё найду такого босса? Кто меня возьмёт на такое тёплое местечко? Видите, какая я корыстная? – заявила секретарша и, наблюдая, как вытягивается лицо босса, звонко расхохоталась.

Вслед за секретаршей засмеялся и Волошин.

– Ну, вот вы и повеселели, – отметила Лена. – А значит, скоро пойдёте на поправку. И место мне менять не придётся. Отдыхайте, Дмитрий Сергеевич, – она поднялась и направилась в гостиную на «свой» диван. – Если вам что-то понадобиться, зовите.

Действительно, заботами секретарши Волошин стал чувствовать себя гораздо лучше. Наблюдая за женщиной, он невольно ею любовался. Размеренные движения Лены действовали умиротворяюще, добрая улыбка грела душу, а заботливые прикосновения не раз вызывали желание сграбастать её в охапку и... Дальше Дмитрий старался не думать, поскольку фантазии могли завести его далеко, а он боялся обидеть свою добровольную сиделку. Со стороны секретарши он видел лишь материнскую заботу и не решался нарушить установившееся между ними взаимопонимание.

Когда Михаил привёз ноутбук, босс получил возможность, оставаясь дома, держать «руку на пульсе» компании. Вечерами за ужином он обсуждал с Леной текущие дела и, вникая в суть, указывал, на что ей стоит обратить внимание и какие документы проверить.

Пока Волошин болел, Снежана укатила на показ мод в Лондон, а Илона отправилась в Питер, как она объяснила, на учёбу. Без курсов новомодно-продвинутого макияжа девица прожить не могла. Жена и любовница донимали Дмитрия телефонными разговорами, вызывая тем лишь раздражение. Женщины, изображая беспокойство, давали советы по лечению, но возвращаться в Москву к постели больного не торопились.

Как только Волошин пошёл на поправку, Лена решила вернуться на ночлег домой. Наблюдая за её сборами, мужчина нахмурился:

– Ты что, бросаешь меня одного?

– Дмитрий Сергеевич, теперь вы не нуждаетесь в круглосуточном уходе. Сами же говорили, вы не маленький ребёнок.

Он невольно поморщился: да она права, но за эти несколько дней Волошин привык к её искренней заботе, к вечерам, проведённым вместе, к утренней суете на кухне, что теперь не представлял квартиру без Лены. Без неё она становилась пустой и унылой.

– И чего тебе там делать? – проворчал он. – Насколько я знаю, тебя там никто не ждёт. Мир не перевернётся если ты ещё побудешь несколько дней здесь.

– У меня там цветы, – возразила Лена. – Без ухода они погибнут.

Мысленно проклиная дурацкие цветы, мужчина сердито выдохнул и поднялся с кровати.

– Ну, хотя бы чаю давай попьём, а то в одиночестве чаёвничать не хочется.

Секретарша улыбнулась и без лишних вопросов включила чайник. Волошин пытался пройти к холодильнику, как женщина развернулась, и они случайно столкнулись.

– Осторожней! – воскликнул он, невольно обхватив Лену руками.

Их глаза встретились, и оба застыли. Дмитрию пора было выпустить женщину, но он не мог пошевелиться, да и она, вместо того чтобы вскользнуть из его рук, продолжала млеть от волнующей близости. Растерянное оцепенение затянулось. Волошин вздохнул и вместо того чтобы расцепить объятия, ещё крепче прижал Лену к себе и приник к её губам. Обоих обдало горячей волной, вновь отключая рассудок. Они жадно целовались, а руки, лихорадочно скользя по одежде, торопились добраться до желанного тела. Вихрь страсти подхватил, закружил, опрокинул, заставляя обоих задыхаться и ненасытно ловить губы друг друга. Чарующий танец любви сводил с ума и, одаривая чувственным упоением, уносил к вершинам блаженства. Безумство длилось долго, пока пространство не огласил торжествующий мужской рык, сливающийся со сладким женским стоном.

Пытаясь отдышаться, они приникли к друг другу. Боясь нарушить витающую в воздухе удивительную гармонию, мужчина и женщина замерли и наслаждались музыкой гулко бьющихся сердец.

– С тобой я схожу с ума, – признался Волошин.

Лена счастливо улыбнулась и потёрлась щекой о шершавую скулу мужчины.

– А я с тобой… – она вздохнула и поднялась.

– Ты всё-таки уходишь? – с долей разочарования спросил Дмитрий.

– Даже если останусь в постели, с тобой спать не буду, – напомнила Лена.

– Ну, что ты такое придумала? – фыркнул Волошин. – Ты мне сейчас роднее всех на свете.

– Вот пусть так всё и останется, – она легко чмокнула мужчину в щёку и тут же упорхнула, словно опасаясь вновь оказаться в его цепких лапах. Он вздохнул и откинувшись на подушку прислушивался е её шуршанию в соседней комнате. Лена вызвала такси и вновь появилась в дверном проёме.

– Я ушла, – проговорила она и послала воздушный поцелуй. Не успел Дмитрий ничего спросить, как женщина проговорила. – Утром приду. Что ты хочешь на завтрак?

– Даже не знаю, – отозвался он.

– Как ты относишься к сырникам?

– Честно говоря, сто лет их не ел.

– Вот и отлично, – воскликнула она и скрылась в темноте проёма. – До завтра!

– Стой! – воскликнул Волошин и, выскочив из постели, в два прыжка оказался в прихожей. Лена, ничего не понимая, замерла, и мужчина впился в её губы. Поцелуй затянулся, и она забарахтавшись в его объятиях, воскликнула.

– Больной, а ну в кровать! – скомандовала Лена и с укором добавила. – Разве можно босиком по холодному полу скакать?! Хочешь, чтобы снова температура поднялась?!

– Хочу, – хохотнул Дмитрий. – Тогда ты точно останешься.

Лена вновь чмокнула его в щёку и поспешила скрыться.

Проводив женщину, Волошин вздохнул и вернулся в кровать. Глядя в потолок, он вспоминал недавнее безумство и улыбался. В груди разливалось давно забытое чувство, и причину собственной эйфории мужчина объяснить не мог.

Неожиданно в памяти всплыли обидные слова Илоны об её отвращении от близости с ним, и Дмитрий окончательно понял: девица не врала, она действительно не испытывала особого наслаждения. «Впрочем, как и Снежана, – подумал он и грустно усмехнулся, но мысли быстро вернули мужчину к воспоминаниям о Лене. – А с ней? С ней всё не так. Всё необыкновенно… Так естественно. Искренне. И восхитительно…»

Они без слов понимали друг друга и это было непостижимо. Волошин зажмурился. Всё в душе пело, за спиной буквально раскрылись крылья. Странное дело, недавнее обвинение жены в мужской немощи показалось Дмитрию смешным, а признание Илоны уже совершенно не ранило. Неожиданно на ум пришли строчки Асадова:

Как много тех,

с кем можно лечь в постель,

Как мало тех, с кем хочется проснуться…

Неожиданно он понял, насколько Лена была права, избегая совместного пробуждения, но главное, что осознал Волошин, ему безумно хотелось проснуться именно с ней, но… ему вновь приходилось засыпать в одиночестве.

Последующие дни радовали безбашеной беспечностью. Отбросив все барьеры, оба упивались жизнью и страстью. Единственное, что Дмитрий никак не мог преломить, так это упрямство Лены ни в какую не соглашающуюся оставаться с ним в постели до утра, и сколько он не пытался объяснить, что это глупо, она стояла на своём и, вызвав такси, уезжала на ночлег домой.

Отдавшись чувствам, Лена старалась не задумываться о своём «падении», хотя иногда разумная сторона сознания пыталась упрекнуть её в связи с «женатиком». Но женщина решила прислушаться к греховному голосу, требующему ловить каждый миг счастья.

Наконец врач осмотрел больного и позволил ему вернуться к работе. Волошин незамедлительно отправился в офис, и тем же вечером в приёмную явилась Снежана:

– Вот что хватит дурить, возвращайся домой, – потребовала супруга.

- Наконец вспомнила обо мне? – хмыкнул Дмитрий за время болезни он вовсе забыл о существовании жены.

– Просто я была безумно занята, - возразила она и, не обращая внимания на угрюмый вид мужчины, заявила. - В конце недели мы даём приём. Ещё не хватало, чтобы сплетни поползли.

– Какой ещё приём? – удивился Волошин.

– Ну, как всегда! – женщина осуждающе закатила глаза и напомнила. – Годовщина нашей свадьбы! Я полгода назад списки приглашённых составила. Ты сам утвердил каждую кандидатуру. Будут все нужные люди, – напомнила она, и её глаза торжественно блеснули. – Папа готовит нам приятный сюрприз, но я не знаю, какой, – тарахтела Снежана и вдруг нахмурила бровки. – Он отругал меня за нашу ссору, и я обещала, что мы обязательно помиримся, – с этими словами женщина прильнула к мужу и змеёй обвила его шею.

Волошин поморщился. Ласки супруги не вызывали ничего, кроме раздражения. Но, действительно, слухи ему были вовсе не нужны и опять-таки злить тестя не хотелось. В груди остро защемило: - «Ну почему сейчас?» - подумал он и, с сожалением взглянув на секретаршу, нехотя потащился за женой.

Проводив босса с супругой, Лена чувствуя, как у неё пылают щёки шумно выдохнула: - «Н-да... Всё хорошее рано или поздно заканчивается…» - подумала она и, стараясь сдержать подступившие слёзы, поспешила в туалет. Освежив лицо водой, женщина взглянула в зеркало.

– Ну что, получи, – проговорила она отражению.

– А я предупреждал! – тут же оживился разум и хмыкнул. – Что так и будешь служить ему спасательным кругом?

– Нет. С этим надо завязывать, – дала себе слово Лена и, ругая себя за глупую слабость, поплелась домой, в пустую квартиру.