Глава 10: "У меня уже есть план"

Утешать ее или как-то переубеждать не имеет смысла. У самой такие же мысли. Нам нужно быть реалистами, только варианта все равно два: вылечить или убить.

И если прибегнуть ко второму, то все мои старания в пустую, и точно не обойдемся без подозрения.

Хотя есть еще и третий вариант. Более щадящий.

Мне нужно втереться к нему в доверие. Кем бы он не оказался в итоге, но явно важный человек. Если заступится и замолвит словечко, то может избежим проблем.

− Значит так. − Наталья Владимировна закрывает лицо руками и трет глаза. − Я заберу часть твоих, а ты займись плотно нашим особенным мальчиком. Поставь его на ноги и заставь вспомнить все, что нужно этим людям. Дальше разберемся. Начнем противиться, сделаем себе хуже. Все поняла?

− Да.

− И, Ксюша, молчи. О том, что было в кабинете не должна знать даже Алина.

− Я все поняла, повторять не придется.

Но и озвучивать свои мысли не стану. Задача получена − к выполнению приступаю. Все же он действительно именно мой пациент. За этот год Наталья Владимировна была у него от силы раз десять.

− У меня уже есть примерный план лечения, завтра приступлю. Сегодня с него хватит утренней нагрузки.

− И меньше болтать не по делу в его палате, кто знает, что они могли оставить. Видела я этих, в строительной форме. − нащупывает в кармане сигареты. − Перекур нужен. Пойдешь?

− Если угостите.

Курить начала еще в юности, в детском доме, но сейчас пытаюсь бросить и не покупаю. Обхожусь сосательными карамельками. Но сейчас нервы шалят и предпочту успокоить привычным способом.

− Тебя еще что-то беспокоит? Взгляд странный. − выдыхает дым.

− Нет. Обдумываю дальнейшие шаги. − сажусь на скамью и упираюсь головой в холодную плитку.

− Не ври. Я тебя знаю. Что, опять твой суженный мозги трахает?

Эта прекрасная женщина редко подбирает слова, обычно говорит прямо и не стесняясь.

− Нет. − усмехаюсь. − Но отношения у нас и правда натянутые.

− Из-за чего на этот раз? Много работаешь, квартира не в том районе или его мать опять оскорбляет?

Когда начинала со Славой встречаться была наивной и все рассказывала Наталье Владимировне, как самому родному человеку. Но быстро поняла, что будет лучше умалчивать, иначе она соберется и поедет лично говорить со Славой и его родными. А из этого разговора хорошего не будет.

− Говори давай, пока я ему сама не позвонила! − достает еще одну сигарету, хотя я и половину своей не скурила.

− Из-за сестры. Палату просили. Вип. И бесплатно. Ей ведь рожать скоро.

− А может ей еще мешок бабок завернуть и сразу няню на восемнадцать лет нанять? Она расценки вообще видела? Вот это наглость! Поражаюсь. Хотя нет, ничего удивительного. Там вся семейка тю-тю. − крутит пальцем у виска. − Удивлена, как ты вообще терпишь.

− Давайте не будем об этом. − тушу окурок. − Пойду работать.

Ко мне и так предвзятое отношения со стороны стареньких. Ведь я под опекой самой заведующей. А теперь, когда половину моих пациентов распределят, и вовсе получу не мало недовольств.

Мне все равно, но лишние слухи распускать не хочу.

Сейчас обеденное время и разрешены посещения, поэтому в коридоре не мало родственников с грустными лицами.

Меня не пугает смерть. Спокойно отношусь к ее проявлению в моей жизни. Но глядя на грустные и отчаявшиеся лица становится тошно. Понимаю эту боль. И никому не пожелаю испытать.

− Может помочь? − в кабинет заглядывает медсестра.

− Нет. Сама справлюсь.

Достаю из металлического шкафчика все необходимое и складываю на медицинский столик на колесах.

Любопытство остальных проявляет себя весь год, но они так и не знают, кто находится в дальней палате. И выпытать пытались разными способами. Нескольких самых любопытных заведующая уволила. И это стало предупреждением остальным.

Чертово любопытство.

Сама из-за него страдаю.

Опасаюсь, но хочу узнать все о том, кто весь этот год занимал мои мысли и почти загнал под статью.

Ставлю закрытое ведро с водой на нижнюю полку столика и собираюсь выходить, но вибрирует телефон.

Сообщение от Славы: «Милая, прости, я дурак. Вспылил. Ты права, Светка и в обычной палате полежит. Давай не будем ругаться. Ты сегодня на сутках, но завтра вечером приглашаю в наш любимый ресторанчик. Обещаю загладить вину.»

И так каждый раз. На моем лице улыбка.

После каждой ссоры готова собрать вещи и уйти, но он вовремя извиняется, и я в очередной раз даю еще шанс. Ведь если подумать, то подобно нам, живет большая часть страны.

И сейчас готова послушать его извинения и посмотреть, как загладит вину.

− Кто это?

− В вашу палату может зайти всего несколько человек. И это вновь я, Ксения.

Подкатываю столик ближе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

− По плану сегодня уходовые процедуры. − вскрываю перчатки.

− А этим занимается врач?

− Нет, но вы исключение из правил. Прошу лежать неподвижно, сама буду управлять вашим телом.

− Вашим. Неприятно звучит. Со мной можно на «ты». − его глаза открыты, но смотрит в потолок.

− Как скажешь.

Обычно все процедуры занимали у меня минут двадцать, но сейчас в пальцах дрожь. Делаю глубокий вдох и смачиваю марлю.

Его тело исполосовано множеством шрамов, но к его счастью большинство из них светлые и едва заметные. Глубоких всего несколько. Самый большой на груди. Счастье, что его сердце не разорвало на куски.

− Дожил. − слышу сдавленное недовольство, когда дохожу до паха.

− Ты болен, в этом нет ничего постыдного.

Нет. Но сейчас отсутствие четкого зрения мне на руку. Не увидит смущение. Его младшему другу практически не досталось, в дееспособности не уверена, но размер впечатляет. И видела его не раз, никогда особо не зацикливалась.

А теперь смущаюсь как школьница.

− Как сильно меня побило?

− Достаточно. Но лицо постарались сохранить, единственное, на щеке шрам. И на затылке. Но волосы скрывают.

Подстричь его тоже не помешает, но не сегодня. Дождусь, когда Алина будет на смене.

− Плевать на лицо. Главное, чтобы зрение вернули.

Бросаю марлю в ведро и беру новый комплект одежды. Я миниатюрная: низкая и тощая. Но сила есть. Да и он прилично похудел. Поэтому могу переодеть его самостоятельно.

− Постараемся. У меня уже есть план. И завтра мы начнем его осуществлять. Запасись терпением и силами.

Зачем-то вновь принюхивается.

− Что-то не так?

− Нет. Все отлично. Сделаю так, как скажете, Ксения! − произносит мое имя слишком отчетливо.