Глава 20

Он накрывает губами мою кожу, вынуждая крепко зажмурить глаза.

В его прикосновениях почти нет нежности – лишь потребность, – и всё же… я ощущаю странное единение с этим непостижимым мужчиной; единение на совершенно ином уровне – не том, которого в данный момент достигли наши тела.

Крепче прижимаюсь к широкой груди и запускаю пальцы в мягкие волосы. Никогда не признаюсь – тем более ему, – что в этот самый момент мне слишком хорошо…

Открываю глаза и с изумлением осознаю это.

Мне приснился эротический сон.

И с участием кого? Его! Охотника, который засадил Ха Ру за местный аналог тюремной решётки!

Я явно устала за эти несколько суток. Переусердствовала в своём желании поскорей добраться до своего телохранителя… Утомилась в пути… Только так я могу объяснить этот беспредел в собственном сознании.

Охотник…

Бррр…

Это реально перебор.

Поднимаюсь и смотрю на часы. Самое время Геону вернуться. Но его всё нет.

На каком-то автомате зову служанку, принимаю её помощь в наведении марафета, фиксирую дальним краем сознания, что и новое платье не висит на мне мешком, а смотрится вполне прилично… решаю на будущее набрать пару кило (ну, так, серьёзно, нельзя! Графиня была откровенно тощей. А с хорошим питанием, того и гляди, и подобие груди появится, и переход от талии к бёдрам будет не таким… никаким) и усаживаюсь на кровать. Жду.

Геона всё нет.

– Вам пора идти, – негромко произносит моя служанка, низко опустив голову.

Пора, но я должна услышать его ответ! От этого зависит слишком многое! Если доверенный императора соврал и над моей памятью кто-то поработал, то, вполне возможно, я действительно посещала Ха Ру! Но идти к нему напрямую и под именем графини я точно не могла – это я поняла после разговоров с господином Ван-Цзы и императором лично… значит, я должна была скрыть своё лицо. Я могла это сделать.

Другое дело – расстояние до столицы. И это единственный момент, который никак не сходился в моей голове: от графства до столицы около трёх дней пути! Я физически не могла успеть попасть сюда и вернуться назад.

Значит, кто-то мне помог.

И этот кто-то до сих пор ходит где-то и, возможно, даже не знает, что я его больше не помню!

Но об этом думать рано… для начала нужно услышать, что к Ха Ру кто-то приходил. Кто-то, чьё имя никому не известно.

– Госпожа… – тихонько протягивает служанка, и я понимаю: времени ждать больше нет.

– Господин Ван-Цзы должен зайти за мной, – вспоминаю последний аргумент в защиту своего текущего местонахождения.

– Он уже несколько минут ждёт в коридоре. Я говорила вам об этом, – звучит испуганный ответ.

Чёрт. Кажется, я нехотя подвела её. Пропустила мимо ушей её слова.

– Хорошо, я иду, – поднимаюсь и направляюсь в сторону дверей.

– Графиня, – встречает меня доверенный императора.

Молча киваю и начинаю идти вперёд.

Знаю, он не виноват в том, что я – такая. Что иду против системы. Что не следую правилам. И, конечно, он не виноват в том, что мы оба в данный момент – заложники ситуации: он должен подчиняться императору, а я намерена подчиняться своей совести.

Но меня раздражает тот факт, что он мог так просто обмануть меня – только потому, что я ему доверилась! Сама пришла в его дом и попросила рассказать, что было в течение двух этих проклятых суток…

Но что ещё мне оставалось делать? К кому идти? У кого просить помощи?

Я должна стать сильной и больше ни на кого не надеяться.

Только на себя.

Мы пересекаем проход между частями дворца и выходим к залу, в котором уместился бы стадион, не меньше.

– Вот это размах, – протягиваю сдержанно, но внутри ликую: при таких расстояниях затеряться за какой-нибудь колонной и выпасть из поля зрения не составит труда.

– Главный зал предназначен для семейных торжеств, поминок и коронации нового императора, – отвечает господин Ван-Цзы.

Какой набор! Прям душа радуется.

Сама не понимаю, каким образом это происходит, но в толпе знатных особ я натыкаюсь взглядом именно на Его взгляд…

– Господин Охотник переоделся, – произношу, приподняв бровь, – если это даже у меня вызывает удивление – хотя я почти не знаю его, могу представить, что творится с местным обществом.

– Пару раз в год он демонстрирует миру наличие парадного костюма – в виде исключения, – улыбнувшись уголком рта, отвечает доверенный императора.

– Какая невиданная щедрость, – протягиваю, продолжая ощущать на себе тяжесть внимания сильнейшего заклинателя.

Ему нравится смотреть именно в нашу сторону? Пусть так – его право.

Но я-то почему не отвожу от него глаз?..

Насилу делаю это, рассматривая платья светских львиц.

Всё дело в том дурацком сне, моя радость. Всё в порядке. Это временное помешательство – ты всего лишь пытаешься разобраться в процессе его возникновения.

– Но сегодня день особый, – протягивает господин Ван-Цзы, кивая то одному человеку, то второму.

– Особый? Ну да, день рождения наследницы, – киваю, вспомнив, из-за чего, собственно, все здесь собрались.

– Разумеется… – доверенный императора неожиданно понижает голос, – наверное, мне не стоит говорить вам это, однако я чувствую: вы умеете хранить секреты. – Поворачиваюсь к нему, чтобы не пропустить ни слова из-за внешнего шума. – Дело в том, что в планах императора – выдать свою дочь за господина Охотника. И мы все надеемся на то, что этот союз состоится – вопреки иным слухам и наперекор воле богатейших семей империи.

С лёгким скепсисом бросаю взгляд в сторону потенциального «жениха» и молчу. Вот это они удружили дочурке. Нет, я не спорю: выгоды в этом союзе мало, если не считать, что один из самых сильных заклинателей империи станет членом императорской семьи… но представить рядом с молоденькой девчушкой этого тяжёлого во всех смыслах человека…

Мне откровенно жалко эту девочку.

Пусть порезвится на этом празднике – времени у неё осталось совсем немного…

– А вот и виновница вечера! – На лице господина Ван-Цзы появляется такая светлая улыбка, что я с откровенным любопытством перевожу взгляд туда, куда смотрит он.

Оххх… какая прелесть.

Девочка и впрямь была солнечной. Светловолосая, грациозная и невероятно живая в сравнении с дамами, рассекающими этот гигантский зал аки ледоколы – льды Антарктиды.

Наследница империи появилась под вежливые аплодисменты и тут же оказалась в центре внимания, окружённая ровесницами и теми, кто метил на место будущего жениха. В той же толпе я успела заметить светлую макушку Тай-Вэя, чему сильно удивилась, поскольку слышала, что лишь старший сын этого милейшего знатного рода имеет виды на родство с императором, но, как выяснилось, амбиции – это у них семейное… к слову, этого старшего братца я тоже успела рассмотреть: выше Тай-Вэя на полголовы и тоньше в талии, он производил впечатление хрупкого юноши, по случайности оказавшегося не в своей возрастной категории. Его светлые волосы спускались чуть не до талии, а тонкий нос почти можно было назвать клювом… однако местным красоткам это, похоже, очень даже нравилось. По крайней мере, взгляды, которые они бросали на братца Тай-Вэя, никак иначе, как голодными, назвать было нельзя.

– Я должен покинуть вас ненадолго, – вежливо произносит господин Ван-Цзы и уходит в сторону окружённой гостями наследницы.

Даже не планирую напрягаться от того факта, что меня он с собой не позвал. Я оказалась здесь совершенно случайно… и лишь по одной причине – меня вынудил присутствовать сам император.

– Её называют Паучьей вдовой…

– Говорят, она заморила покойного графа!

– А я слышал, что она сбегала на границу от бедняги Тай-Вэя, чтобы продолжать совершать запрещённые ритуалы! Ходит слух, что она ест людей!

– Не понимаю, почему Охотник не смог почувствовать на ней всей этой грязи? Может, его компас впервые дал сбой?

Прикрываю глаза и едва заметно улыбаюсь. А я всё ждала – когда же это начнётся?.. Выходит, милые гости прекрасно видели, кто стоит рядом с доверенным императора, но не спешили открывать свои рты, пока я не осталась одна.

Какая прелесть.

Хочу было развернуться, чтобы скрыться за ближайшей колонной, как слышу звонкий, как колокольчик, голос:

– Она правда здесь?! Я хочу её видеть!

О, нет-нет-нет!

Притапливаю в попытке уйти с радаров наследницы, чётко ощутив – о ком в данном случае идёт речь.

– Паучья вдова!

У девчонки и впрямь звонкий голос…

Останавливаюсь и медленно разворачиваюсь к принцессе.

– Ваше высочество, – вежливо отзываюсь, склоняя голову.

– Ты не такая страшная, как о тебе говорят! – весело заявляет наследница.

– Ваше высочество, к графине нельзя обращаться на «ты», – журит девочку господин Ван-Цзы.

– Но она вроде бы не против! – совершенно простодушно отзывается принцесса Дал-Лим, а затем вновь разворачивается ко мне: – Давай дружить!

Пространство вокруг нас наполняется шепотками. Ну да, могу представить ужас представителей высшего общества: принцесса! И дружит с опальной вдовой – разведёнкой!

– Если прикажете, мы подружимся, – решаю обезопасить себя со всех сторон.

– Тогда я приказываю! Будь моей подругой! – берёт быка за рога принцесса, взгляд которой наполняется азартом. – Ты же не слишком старая? Нам всё ещё есть о чём поговорить?

Забираю свои слова обратно: принцесса всё ещё дитя.

Император с супругой были правы, когда планировали делать детский праздник.

– Мне двадцать два года, – мягко отвечаю с вежливой улыбкой на губах.

– А вы говорили – ей сорок и у неё седые волосы! – фыркает наследница, скосив веселый взгляд на своих сверстников.

– А вы и вправду убили своего первого мужа? – тихонько протягивает белокурая девочка лет двенадцати.

– Если бы я его убила, меня бы не пустили во дворец, – отвечаю ей вежливо, а затем нахожу взглядом Охотника, – этот дяденька просто не дал бы мне сюда войти.

Все окружившие меня дети и подростки поворачивают головы в сторону высокого и темноволосого хранителя порядка.

Кажется, мой ответ, как и мой козырь, убедили их…

– Да, Охотник чтит закон, как никто в этой империи! Ему можно верить! – важно соглашается наследница, а затем на правах хозяйки дворца заявляет во всеуслышание: – Приходи ко мне в гости после бала! Я очень хочу с тобой пообщаться!

– Мы тоже! – заголосили со всех сторон.

Вот так… так.

Что же такого про меня напридумывали господа взрослые?..

И – самое интересное, – неужели меня сейчас в открытую используют, дабы показать всем вокруг, какую власть имеет наследница империи?..

– Принцесса, вас ждут другие гости, – напоминает господин Ван-Цзы, и юная прелестница, похоже, ещё не до конца осознающая, что ждёт её в течение ближайших двух лет, уходит от меня в окружении детей знати. – Вы произвели на неё впечатление, – замечает он, когда мы остаёмся вдвоем.

В очередной раз ловлю на себе взгляд Охотника и поворачиваюсь к доверенному императора.

– Скорее, на неё произвела впечатление разница между ожиданием и реальностью, – вежливо отвечаю.

– Принцесса Дал-Лим – хорошая девочка, – почему-то произносит доверенный императора.

Мудро молчу, не имея аргументов для спора. А также – откровенно недоумевая, зачем мне об этом говорят?

– Она – сильный заклинатель? – спрашиваю из вежливости, не зная, о чём ещё можно вести речь.

– Пока ещё трудно понять. Но у неё будет лучший учитель, – взглянув в сторону Охотника, произносит господин Ван-Цзы.

– Повезло ей, – вежливо отзываюсь.

– Вам тоже было бы неплохо найти хорошего учителя, – замечает доверенный императора, – такого, который смог бы раскрыть весь ваш потенциал. Я подумаю над тем, кто смог бы взять на себя подобную ответственность…

– Скажите, господин Ван-Цзы, – неожиданно уцепившись за тему, протягиваю, – а смогу ли я пользоваться порталами, когда научусь понимать свой дар?

– Думаю, да, – кивает мужчина, практически не задумываясь над ответом.

А я прикрываю глаза и едва заметно выдыхаю.

Значит, моя догадка верна – в этом мире есть способ преодолевать огромные расстояния за короткое время! Порталы! Как же мне повезло с таким прицельным попаданием…

– Оххххх! Прошу прощения!!! – Незнакомый голос вырывает меня из тяжёлых дум и возвращает в реальность, где на доверенного императора нечаянно пролили бокал вина.

Этот слуга с ума сошёл?..

– Я прошу меня извинить, – сверкнув на бедолагу не самым добрым взглядом, произносит господин Ван-Цзы и уходит в сторону уборных, а меня неожиданно берут за руку.

– Графиня, вас ждут! – шепчет слуга-неудачник и подталкивает моё тело в сторону дальней стены.

Иду, весьма заинтригованная, а потом замечаю за колонной служанку, прислуживающую мне в покоях.

– Ваша светлость! Сюда! – шепчет она, махнув рукой, а затем быстро перебегает к незаметной двери для прислуги.

Захожу в помещение и сталкиваюсь с начальником своей стражи.

– Геон! Я так ждала тебя! – восклицаю, с теплотой подумав о своей милой помощнице. С собой её, что ли, забрать?..

– У меня несколько новостей, ваша светлость. И, поскольку мне здесь находиться нельзя, я вынужден быстро сообщить их вам и удалиться – пока у нас обоих не возникли проблемы, – произносит вояка сосредоточенным голосом.

– Слушаю, – тут же отходя в угол, чтобы не мешать слугам выполнять их работу, произношу напряжённо.

– Первая новость вас не обрадует: Мора в данный момент даёт показания против Ха Ру в зале суда. Поверьте, она делает это, чтобы защитить вас…

– Ничего не говори, – прерываю его, моментально ощутив себя преданной.

Не думала, что удар может прийти с этой стороны…

– Вместе с ней показания должна давать ваша служанка Ли, но та по какой-то причине так и не вымолвила ни слова. Полагаю, на неё оказывалось давление, – продолжает добивать меня Геон.

Мора! Ты принуждала девочку клеветать на её возлюбленного! Этому вообще нет прощения.

А я ведь обещала Ли, что больше её никто не обидит…

– Она ответит за свой поступок, – цежу сквозь зубы, стараясь держать себя в руках.

– И ещё одна новость, – произносит вояка, и я вынуждена поднять на него взгляд – таким странным был его голос. – Я выяснил, что заключенного Ха Ру навещали только один раз: его дальняя знакомая – какая-то горбатая простолюдинка с грязным лицом… и приводил эту девушку Охотник. Лично.

Смотрю на Геона во все глаза и ещё не до конца понимаю то, что мне открылось. Это значит…

– На этом всё. Я вынужден удалиться, дабы не поставить вашу светлость под удар, – начальник моей стражи разворачивается и уходит в глубь коридора для слуг, а я продолжаю стоять и смотреть на то место, где он только что был.

Ха Ру навещали. Неизвестная никому девушка и Охотник Его Величества.

Это не моё больное воображение. Я действительно там была. И с кем!

Резко выхожу обратно в зал и ищу глазами того, кто обязан будет сейчас мне всё объяснить!

Мне без разницы – почему я его вообще не запомнила. Мне откровенно плевать, почему он решил забрать все мои воспоминания, связанные с ним. Но как он посмел лишить мою память тех драгоценных мгновений, которые я провела, поддерживая своего единственного защитника?!

Что вообще происходило во время нашей встречи?

Запускаю руку в волосы, тут же вспоминаю, что у меня там какая-то причёска, и по привычке тянусь к паучку, висящему на груди. Нужно успокоиться. Обдумать вопросы. Понять, как быть – дальше. Пальцы нащупывают новую цепь – и это становится спусковым механизмом.

Мне пытаются преградить путь. Меня путают. Меня убеждают, что я погибну, решив протянуть руку своему телохранителю. Меня даже лишают воспоминаний о встрече с ним. Меня откровенно запугивают – и при этом не разрешают показывать всем свою силу.

А, какого чёрта?..

Срываю с себя подвеску и убираю в потайной карман между складок платья – туда, где камень не соприкасается с кожей.

Люди передо мной мгновенно замирают, а затем резко оборачиваются.

Боялись меня? Хотели сделать ручной и смирной?

Не с той связались.

Плевать, что я ничего не умею: кто об этом знает? Плевать на их мудрёные подковёрные интриги: я к ним отношения не имею. Всё, что мне важно, я намерена защищать – как могу.

А остальное пусть горит синим пламенем!

– Что это за сила?

– Почему я ощущаю её так же ярко, как силу Охотника?

– В зале Мастер? Где он?

– Здесь я, – решаю помочь особо не одарённым.

– Графиня, что вы творите? – Господин Ван-Цзы оказывается рядом со мной так быстро, что я начинаю искать на его ногах сапоги-скороходы… или хотя бы какой-то местный аналог.

– То, что давно пора было сделать, – произношу и иду вперёд.

Моя цель стоит рядом с только что появившимся императором… стояла… а где он?.. Неожиданно ощущаю, как меня подхватывают под локоток и выводят из зала. Что за чёрт? Почему я не могу вырваться? Почему тело не слушается?

Меня буквально несёт из главного корпуса в гостевой; вот уже и переход пройден, а впереди – мои покои… Дверь резко открывается, а меня вталкивают внутрь.

Разворачиваюсь и смотрю на Охотника.

– Что вы себе позволяете? – спрашивает он.

– Что ВЫ себе позволяете! – бросаю ему. – Забрали мои воспоминания и решили, что я не замечу?

– Это было необходимо, – ровный ответ.

– Кому? Вам? Какое вы имеете право решать, что мне помнить? – Этот вопрос так и не получает ответа, за что мне вновь достаётся право голоса. – Немедленно верните их.

– Не могу.

– Можете! Как забрали, так и вернёте! – выхожу из себя. – Я должна знать, что мне сказал Ха Ру!

– Он сказал вам не лезть в это дело и позволить событиям развиваться так, как они развиваются, – спокойно произносит Охотник.

Напряжённо смотрю на него. На приёме доверенный сказал, что этот человек не может врать.

– Это бред какой-то! Он не мог так сказать… – качаю головой.

– Это его решение.

– Я не дам ему умереть!

– И что вы намерены делать? Вы даже не умеете пользоваться своей силой. Зачем вообще было демонстрировать её всем?

– Только так я могла заставить всех вас обратить на меня внимание! – произношу собранно.

– Всё наше внимание и так только на вас, – отвечает Охотник, отчего мне становится немного не по себе. – Вы слишком эгоистичны – либо действительно не понимаете, что делаете. Это не ваш праздник. Но вы сделали всё для того, чтобы ваши проблемы стали главным событием вечера.

– Мои проблемы и впредь будут становиться главным событием всех вечеров, – обещаю ему на полном серьёзе, – пока вы не научитесь вести нормальный диалог! Всё, что я здесь получаю, – это неадекватные реакции на мои логичные вопросы, уничтожение моих воспоминаний и сплошной поток требований закрывать глаза на огрехи системы. При таком раскладе я предпочту объединиться с семейкой Тай-Вэя и бороться против императора, чем давиться такой «помощью»!

– Чего вы хотите? – через несколько секунд спрашивает Охотник.

Его холодный взгляд меня не пугает. У меня только одно желание.

– Ха Ру не должен умереть. Делайте всё, что угодно, но спасите ему жизнь! – взволнованно восклицаю.

– Вы с ума сошли? – В мои покои вламывается господин Ван-Цзы, очевидно, заставший и вопрос, и ответ.

– Приговор будет вынесен, – произносит Охотник, глядя в мои глаза.

– Тогда готовьтесь к моей реакции или убивайте меня прямо здесь – потому что я молчать не стану! – сжав кулаки, предупреждаю его.

– Графиня! – повышает голос господин Ван-Цзы.

– Мне не нужен ни этот титул, ни привилегии от императора, ни это общество! – повернув к нему голову, бросаю чётким голосом. – Единственное моё желание – сохранить жизнь человеку, который не виноват в том, за что его судят! Это простая позиция! Не понять её невозможно! – Впервые откровенно выхожу из себя, ощутив близость истерики.

Я слишком устала за эти дни. Нервы ни к чёрту.

И меня откровенно достало повторять одно и то же! Я как с глухими разговариваю! Или с теми, кто намеренно меня не слышит.

– Я дам ему шанс, – звучит голос Охотника.

…

Мы с доверенным императора одновременно разворачиваемся к нему.

– Для всех окружающих он умрёт. Но в действительности у него будет возможность выжить, – продолжает Охотник, а моё сердце начинает буквально взламывать грудную клетку.

– Говорите! – восклицаю, сцепив пальцы.

– Есть одно наказание… для «своих»… Оно до сих пор числится в списке возможных мер, хоть и давно ушло в прошлое… – протягивает мужчина, не глядя ни на кого.

– Рэн, ты совершаешь ошибку, – негромко произносит господин Ван-Цзы, – императору это не понравится…

– Об этом наказании будет знать ограниченный круг лиц. Весь мир будет считать, что чёрного колдуна казнили там, где он не смог никому навредить перед своей смертью… на деле же мы перевезём вашего телохранителя и забросим в место, где у заклинателей нет шансов выжить, – не слушая его, произносит Охотник.

– Вы говорите об острове… – доходит до моего опухшего от всех событий мозга.

Даже не думаю напрягаться и вспоминать, откуда я помню об этом самом острове…

– Какой смысл обнадёживать её? Он – заложник собственных страстей, он не справится, – замечает доверенный.

– Самое главное правило – отсутствие тёмных помыслов. Если единственным желанием этого молодого человека является защита графини – он не привлечёт внимания местных обитателей.

– А если он сможет вернуться? – прищурившись, произносит господин Ван-Цзы. – Что я должен буду сделать? Поприветствовать нового Охотника?

Что это значит?..

– Если он сможет вернуться, – ровным голосом отвечает Охотник, повернув к нему голову, – никто не будет иметь права как-либо вредить ему. Даже останавливать его.

– Я против этого плана! – восклицает доверенный.

– Я – за! – ещё громче произношу. – Если вы гарантируете, что у него есть шанс выжить там – пусть даже один из ста… то я за. Прошу вас лишь об одном – сдержите своё слово!

– Я всегда держу слово, – сухо отзывается Охотник.

– Тогда я обещаю, что не буду мешать вашим планам, – поворачиваюсь к доверенному, – и что буду тихо сидеть в своём графстве, не привлекая внимания.

Некоторое время тот молчит, а затем поджимает губы и опускает голову.

– Подтверждаю факт сделки, – выдавливает из себя, – но я должен предупредить, что у всех у нас будут проблемы, случись что-то непредвиденное…

Напряжённо киваю, боясь ощутить облегчение внутри. Неужели это происходит? Я смогла сделать хоть что-то полезное… Не знаю, почему, но я чувствую: Ха Ру может справиться с этим испытанием. И вижу по лицу Охотника, что по какой-то причине он тоже в этом уверен.

Чего я не знаю о своём телохранителе? Или… что забыла?..

Охотник ничего не произносит и идёт на выход.

– Куда вы? – спрашиваю его.

– Наводить порядок в зале. Думаю, вы даже не заметили, сколько шуму наделали демонстрацией своих сил, – отвечают мне.

– Я с тобой. Нужно успокоить людей и сообщить, что графиня Дайго лишь учится контролировать свой дар, – покосившись на меня, произносит господин Ван-Цзы, – потому её стоит немедленно отослать обратно в графство – дабы она никому случайно не навредила.

– Что? Вы сделаете меня нестабильной в глазах высшего света? – изумляюсь его решению.

– А вы думаете, что вы – стабильная? – подняв бровь, отзывается доверенный императора и выходит из покоев.

– Собирайтесь, – только и произносит Охотник, выходя вслед за ним.

Сажусь на пол, опускаю голову на ладони. Мне так и не открыли причин моей частичной амнезии. Так и не объяснили, почему Ха Ру должен для всех умереть. Мне вообще ничего толком не сказали. Но мне пообещали, что он получит шанс выжить.

Даже не знаю, плакать мне или смеяться.