Глава 12

– По поводу сложившихся обстоятельств нам всё же придётся поговорить, – звучат слова Охотника, когда мы спускаемся в подвал.

– Сперва я должна спросить у Хана, как он отнесётся к моему положению, – отвечаю на автомате, продолжая свой внутренний анализ… и натыкаюсь на мужскую спину.

– При чём здесь молодой Мастер? – без эмоций уточняет Рэн.

– Он вроде как сделал мне предложение. А я вроде как планирую ответить согласием, – задумчиво отвечаю.

Ситуация и впрямь непростая. У меня были планы на красавчика Хана…

Резкий разворот застает меня врасплох – и едва я успеваю отставить ногу для шага назад, как две руки, схватившие меня за плечи, останавливают моё движение.

– Вы не выйдете замуж с моим ребёнком в утробе, – произносит мужчина.

– Почему? Выйду, если Хан не будет против, – решаю добить его самообладание.

А что такого? Надо мной же издевались, считай, с самого начала – и он в том числе. Все пользовались тем, что я чего-то да не знаю. Или тем, что я слабая. Теперь я сильная, многое знаю и, возможно, буду мамой ребёнка Охотника. Как здесь принято? Кто сильный – тот и закон пишет?..

Да здравствует новая конституция Имени Меня!

– Я сейчас сделаю вид, что вам гормоны в голову ударили, поэтому вы чушь несёте, – произносит Рэн и как-то до обидного пренебрежительно отпускает меня; отворачивается и вновь начинает спускаться. – Следуйте за мной.

Ладно, посмотрим ещё, чей лоб твёрже…

Подвал меня впечатлил не меньше, чем последние слова мужчины: да тут целый дом под землей! Почти такой же по размерам, как и тот, что наверху! Мы несколько раз виляем по коридору, сворачивая так, что я не успеваю запомнить путь, а потом упираемся в стену с железной дверью.

– Вам не кажется, что это слишком? Это же простые женщины, – поправляя повязку на ладони, замечаю сухо.

– Эти женщины лишили вас силы, а вы этого даже не заметили, – замечает в ответ Охотник, и мне нечем крыть.

Да, Тэ Ра вполне могла напичкать их «сюрпризами».

Пожалуй, в его предосторожности есть здравое зерно.

Мужчина открывает засов и проходит внутрь помещения.

О… я что-то говорила про «предосторожность»?..

– Так вы их опасаетесь или нет? – негромко спрашиваю, глядя на двух свободно разгуливающих по темнице женщин.

– Я их морально подавляю содержанием в худших условиях, – бросает мне Рэн, и я чувствую в его словах откровенную издёвку.

Вот ведь! Почему он не может нормально со мной общаться?!

– Вы! – заметив меня рядом с мужчиной, едва не шипит одна из задержанных.

– Жива и здорова, – произношу ровным голосом, – благодарю за заботу.

– Вас должны были убить! Вы ответите за смерть наших родных! – кричит она и резко затыкается, получив от меня смачную оплеуху.

Судя по тишине, даже Охотник удивился. Но терпеть оскорбления по навету – это уже перебор. Меня можно обвинять в плохом воспитании (у меня его и вовсе нет: не отсюда я!), в отсутствии прав на замок (кровь графа в жилах Мино – седьмая вода на киселе) и ещё в куче других недостатков. Но ложные обвинения я выслушивать не намерена.

– Вы что, сейчас уда… – женщина вновь смолкает, получив очередную оплеуху.

Потрясение на её лице настолько живописно, что надолго врезается мне в память.

Вторая жертва обмана, желавшая вступиться за свою подругу до второй пощёчины, делает шаг назад, машинально хватаясь за лицо.

Словно почувствовав удар на себе.

– Хочешь узнать, за что я ударила тебя? – спрашиваю ровным голосом, глядя в упор в растерянные глаза.

– За то, что осмелилась покарать вас за ваши злодеяния? – трясущимися губами произносит женщина.

– Нет. Я вполне могу понять желание отомстить за смерть близких, – отвечаю спокойно и ловлю на себе два изумлённых взгляда. – Я ударила тебя потому, что ты позоришь меня перед господином Охотником, убеждая его в том, что женщины глупы и недостойны доверия.

– Что?.. – ничего не понимая, протягивает пленница.

– Твоя семья была убита Чёрным Колдуном? – спрашиваю её.

– Да, – напряжённо глядя на меня, отвечает та.

– Кто тебе сказал, что Чёрный Колдун – это я? – чуть мягче продолжаю.

– Та девушка со светлыми волосами… – оборачиваясь на свою сообщницу, отвечает женщина и вскрикивает от третьей пощёчины. – За что?! – негодуя кричит со слезами на глазах.

Да, рука у меня стала тяжёлая. Спасибо Геону.

– За то, что поверила не пойми кому и даже не проверила информацию, – чётко произношу, затем перевожу взгляд на вторую представительницу «особо умных». – Может, вам предъявили наглядные доказательства того, что я – Чёрный Колдун?

– Нет, – тряся головой, испуганно отвечает та.

И женщина напротив меня получает четвёртую пощёчину.

– Может, эта светловолосая девушка знакома вам давно и вы ей всецело доверяете? – продолжаю задавать вопросы.

– Нет, – сжавшись в комок, шепчет вторая и снова вздрагивает, когда первая вновь получает пощёчину, уже не сдерживая ни слёз, ни вскриков.

– Может, вы сами своими глазами видели, что убивала всех именно я? – чеканю последний вопрос, и едва допрашиваемая успевает открыть рот, как та, что отвечала за наказание, падает на колени и отвечает сама:

– Нет, мы не видели, что это были вы! Простите, мы виноваты! Не проверили её слова! Но как мы могли проверить?! Кто бы дал нам хоть одну возможность? А наших родных уже не вернуть!!!

– И вы решили пойти и мстить – не важно кому? Доверившись первой встречной, залившей вам в уши то, что ей было необходимо? Вам ваши головы, вообще, на что даны? – повышаю голос, возвышаясь над ней. – Если не привыкли ими пользоваться, то, может, лишить вас ненужного груза на плечах?

– Помилуйте! Гнев застлал нам глаза! Мы не ведали, что творили! – падает на колени вторая жертва обмана.

Что одной, что другой становится понятно, что если я и злодейка – то явно не того уровня, что Чёрный Колдун. Впечатлённые своим открытием, они тут же начинают вымаливать прощение, словно и не участвовали в заговоре против меня:

– Скажите, как нам исправить ту глупость, что мы натворили? Мы всё сделаем для вас!!! Всё расскажем! И про девушку ту, и про дружков её! Их четверо было! Говорили складно – что и не придерёшься! Столько на вас наговорили, а мы, глупые, – и поверили! Дайте нам шанс помочь вам поймать всех этих нехороших людей! Молим вас, госпожа наша!!!

Поворачиваюсь к Охотнику.

– Они ваши, – спокойно произношу и иду в другую сторону темницы.

Складываю руки на груди и упираюсь спиной в стену.

Было ли мне жалко этих дурёх? Нисколько. Эти двое – самые опасные представительницы рода людского: пойдут туда, куда им скажут, не задавая вопросов. В потенциале эти женщины – часть толпы, идущей с вилами громить тех, на кого ткнули пальцем хитрые манипуляторы.

Бездумные. Безголовые. Невежественные.

Не выношу таких.

Через тридцать минут поднимаемся с Охотником наверх, сосредоточенно обдумывая услышанное.

– Выходит, она давно готовилась к этому, – произношу напряжённо.

– Явно не один год, – кивает мужчина.

– Что думаете по поводу трех её спутников? – уточняю, направляясь в сторону раковины на кухне.

Руку хотелось отмыть от пощёчин. Даже сам факт прикосновения к лицу той глупой женщины меня раздражал.

– Думаю, они могут быть опасны. Ха Ру был хорошим телохранителем?

– О чём вы? – нахмурившись, переспрашиваю.

– Его боевые навыки, – поясняет мужчина.

– Я не видела его «в бою», – качаю головой, – но драться он умеет и делает это мастерски. Мой начальник стражи не просто так позволил ему стать моим телохранителем. К чему вы ведёте?

– Они могут быть бойцами – все четверо. Бойцами, натренированными против Мастеров.

– Это плохо, – резюмирую, ловя себя на том, что мне нравится вести разговор с Охотником.

Нравится быть с ним в команде…

Так, графинька, соберись! Этот остолоп умудрился заделать тебе ребёнка и скрыть сей факт мало того что от всего света, так и от тебя лично!

– Вы удивили меня. Не думал, что вы можете поднять руку на своих подданных, – замечает мужчина.

– Я бы не стала поднимать руку на чужих подданных, потому что это была бы уже не моя мера ответственности. А за глупость своих людей мне придётся отвечать, поэтому я могу и даже имею право вставить им мозги на место, – парирую спокойно, начиная мыть руки в раковине.

А затем удивлённо задумываюсь. Давно ли я превратилась в такую суровую правительницу? И почему чувствую себя в этом образе так комфортно?

– Что это… – Рэн неожиданно останавливается, затем сводит брови к переносице, глядя куда-то вперёд, но явно дальше помещения столовой.

Куда-то намного дальше…

– Рэн? – произношу негромко, затем срываюсь за мужчиной, резко развернувшимся и направившимся на выход из дома.

Едва выйдя на воздух, я поняла, что вторжение почувствовал не только хозяин – слуги тоже вышли, напряжённо глядя вперёд.

Как я поняла, что это было именно вторжение? Рэн стремительно шёл по дороге, выложенной из камней, туда, где вдалеке виднелся забор. Ничего себе – территория у дома! В пару раз больше, чем у меня вокруг замка…

Мы пересекаем всё расстояние до забора, выходим из калитки и ещё метров сто идём вперёд по лесной дороге. Наконец Охотник замедляется, убирает руки в карманы, останавливается совсем и спрашивает холодным голосом:

– Что вам здесь нужно?

Выглядываю из-за его плеча и изумлённо выдыхаю:

– Хан!

– Мино! Вы целы? – молодой Мастер хочет пройти вперёд, но шага так и не делает, вспомнив о какой-то невидимой моему глазу преграде.

Да, это территория владений Охотника. Вряд ли сюда можно так просто попасть…

– Не пропустите меня? Я пришёл к графине, – замечает он.

– Она под моей защитой, – замечает в ответ Рэн.

– Я ей точно не наврежу, – парирует Хан.

– Как вы вообще нашли это место? – сосредоточенно спрашивает Охотник.

– Я не искал это место. Я настраивался на Мино, – произносит Мастер.

– И пробили один из слоёв моей защиты, – прищурившись, произносит Рэн.

– Прошу прощения, – без какой-либо искренности отзывается Хан.

– Это был самый первый и самый слабый слой.

– Это вышло случайно.

– Ну естественно, – протягивает Рэн.

Так, стоп. Они чем тут меряются?..

– Вы можете меня выпустить? – спрашиваю у Охотника.

– Что? – удивлённо переспрашивает тот.

– Если ему к вам нельзя, – логично рассуждаю, – может, я могу выйти?

– А где вы вообще? – нахмурившись, уточняет Мастер.

– А что вы видите? – с любопытством спрашиваю.

– Вы стоите в тумане. Здесь всё в тумане, – оглянувшись вокруг, замечает Хан.

Так он даже не понял, что это дом Охотника?.. Оборачиваюсь назад, смотрю на небольшой особняк вдалеке… и понимаю, что если этот «самый слабый слой защиты» находится на таком расстоянии от охраняемой точки и уже конкретно сбивает ориентир, то что за слои идут за ним?!

– Я выйду к вам. Ненадолго, – обнаружив ладонь на своём запястье, произношу чётче и специально для одного не в меру перестраховывающегося мужчины.

Затем пересекаю незримую черту, выпадая из зоны защиты.

– Мино, – руки Хана мгновенно оказываются на моих плечах, а глаза ищут на моём лице следы страха.

Но их нет.

– Я узнал о том, что на вас напали, и… Мино, ваша ладонь! – заметив бинт, напряжённо произносит Мастер.

– Всё в порядке, – успокаиваю его, – это небольшой порез.

– Порез? Они напали на вас с ножом? – В глазах Хана появляются вертикальные зрачки.

Ух ты, и впрямь – змея!

– Что Геон рассказал вам? – решаю избавить себя от необходимости врать.

– Что на вас было совершено покушение. Мне не дали взглянуть на тела нападавших, но я понял, что их было несколько.

– Как? – удивлённо спрашиваю.

– Слишком много стражи на территории сада. Вы не ранены? Этот порез – единственный? – взволнованно уточняет Хан.

– С чего бы ему не быть единственным? – усмехаюсь немного нервно.

Не стоит рассказывать про удар по животу. Рано ещё поднимать эту тему.

– Вы бы не спрятались, получив небольшую рану. И Охотник не взял бы вас под свою защиту, – произносит Хан уверенным голосом. – Что это были за люди? И почему они напали на вас?

– Хватит, – произносит Рэн, выходя вперёд и утягивая меня за свою спину, – на этом свидание закончено.

– Почему вы мешаете нам? – нахмурившись, спрашивает Мастер.

– Потому что в данный момент имеет на это право, – произношу вместо Охотника, останавливая спор; всё-таки это территория Рэна, его дом; поднимаю голову и прошу у Хана: – Пожалуйста, дождитесь, когда я вернусь в замок.

– Когда это произойдёт? – напряжённо уточняет тот.

– Думаю, завтра, – осторожно отвечаю.

– В течение пары дней, – парирует Рэн. – Мы должны убедиться, что графине ничто не угрожает.

Ага. Ну как же. Скорее – убедить графиню рожать ребёнка в этом особняке.

– Хан, всё хорошо. Всё обошлось, – мягко произношу и тепло улыбаюсь молодому Мастеру. – За меня не нужно переживать. Как только я вернусь, я дам о себе знать.

– Буду ждать, – бросив на Охотника не самый дружелюбный взгляд, произносит Хан и растворяется в пространстве.

– Он заботливый, – протягиваю вслух.

– А вы слишком падкая на внимание, – бросает мне Рэн и начинает идти обратно.

– Не понимаю, о чём вы, – парирую спокойно.

– И непостоянная, – продолжает забрасывать «комплиментами» мужчина.

– А вас сильно беспокоит то, что я хорошего мнения о молодом Мастере, – замечаю с усмешкой.

– Нисколько, – как-то до обидного равнодушно отбивает Рэн. – В конце концов, когда вы чувствуете опасность, вы зовёте именно меня.

К слову, а он прав…

– А как вы вообще услышали мой зов? – с любопытством уточняю.

– Понятия не имею. Но почему-то слышу вас, когда вы думаете обо мне, – звучит ровный ответ.

Какая своевременно полученная информация. Надо будет последить за своими мыслями.

– И когда это началось? – прищурившись, спрашиваю недобрым голосом. – После…

– До, – отрезает Рэн. – Это произошло сразу, как только вы узнали моё имя. Я начал вас слышать. – А затем добавляет чуть тише: – Думаю, с этого всё и пошло…

– Что «всё»? – уточняю, но мужчина молчит.

Некоторое время идём молча.

– Рэн – это ведь не настоящее ваше имя, – произношу, когда мы подходим к дому.

– Нет. Это сокращение, – звучит ответ.

– Полагаю, раз вы удивлены тому, что слышите меня… подобная схема работает только с теми, кто знает ваше полное имя?

– А вы догадливая, – протягивает Рэн, открывая дверь и взглянув на меня.

– Это всё из-за моей силы, верно? – спрашиваю, сосредоточенно глядя на него в ответ.

– Почему вы так думаете? – задает вопрос Охотник.

– Потому что Хана тянет ко мне из-за моей силы. Полагаю, меня тянет к вам из-за вашей. И поскольку я в этой империи – вторая после вас, вы слышите меня лучше, чем остальных.

– Вы считаете, что вы – вторая после меня? – подняв бровь, уточняет мужчина.

– Не по мастерству. По уровню силы, – отвечаю ровно.

Иначе император не стал бы делать всё, чтобы сковать меня по рукам и ногам. Свобода Хана красноречиво демонстрирует, что Мастера ничем не ограничены. Но меня пытаются спеленать почти так же, как и Охотника…

Короче, не удивлюсь, если причина этих навязанных ограничений кроется только в силе и происхождении.

– Вы правы. По силе вы – вторая, – глядя мне в глаза, произносит Рэн. – Так вас тянет ко мне?

– Это то, что я могу игнорировать, – растягиваю улыбку на губах и прохожу мимо него.

– А зачем вам это игнорировать? – звучит вопрос мне в спину.

– Потому что в данный момент вы не заслуживаете моего внимания, – отвечаю честно.

– Несмотря на то что спас вас? Несмотря на то что не дал вас оклеветать? И несмотря на то что присматривал за вами с момента первой встречи?

Вспоминаю чужие визиты в мой сон – в первые дни моего пребывания в этом мире – и поджимаю губы.

Он увидел меня в трактире и с тех пор следил за мной, ни на секунду не выпуская из виду…

– Вы делали это, потому что оберегали силу внутри меня, – припоминаю его слова, при этом понятия не имея, когда они были сказаны.

– Поначалу всё так и было, – произносит Рэн.

Поначалу…

Что бы это могло значить?..

– Скажу честно, мне нравится Хан. И до новостей о своей собственной беременности я планировала связать с ним свою жизнь, – произношу ровным голосом.

– Вы даже не влюблены в него, – звучит сухое утверждение.

– В вас я тоже не влюблена: вы постарались, – замечаю во имя справедливости.

– Я не знаю, что такое отцовство, но не планирую отдавать своё дитя в чужие руки.

– А давайте не делить шкуру неубитого медведя, – предлагаю, закатив глаза.

– Мы сейчас про моего ребёнка говорим, – холодно возражает мужчина.

– Я не готова вести такие разговоры, – ставлю точку и ухожу в ту комнату, что была выделена для меня.

– Я редко это делаю…

Вздрагиваю и оборачиваюсь, обнаружив Охотника внутри.

Он что, открыл портал в мою спальню?

– …но сейчас позволю себе наплевать на чужие чувства… – продолжает Рэн, отрываясь от стены и подходя ко мне.

– Вы ошибаетесь: вы всё время себе это позволяете! – парирую, отступая.

– Вы опять не дослушали – и уже сделали вывод, – качает головой мужчина.

– И чего же я не услышала? – бросаю ему, упираясь ногами в край кровати.

– Я позволю себе наплевать на чужие чувства… потому что ваша гордыня способна погубить нас обоих, – наклонившись ко мне, произносит Охотник.

– Не надо этого делать, – шепчу напряжённо, неожиданно почувствовав страх внутри.

– У вас сейчас ничего не болит? – ровным голосом уточняет мужчина.

– Нет, – сосредоточенно глядя на него, отзываюсь всё так же тихо.

– Тогда простите, но я всё же сделаю то, чего мы оба хотим.