Глава 2

Разговор с Ерёмой Николаевичем у меня не задался. Человеком он оказался прямолинейным, а потому, выслушав мой короткий рассказ о себе, сразу пригласил к ним в контору на комплексное обследование за умеренное вознаграждение.

Что именно они будут изучать во мне, и что в его понимании означает «умеренное», для меня осталось загадкой. Я же, в свою очередь, решил не рубить с плеча, а дипломатично сказал, что подумаю.

Удивительно, но настаивать Ерёма Николаевич не стал, лишь улыбнулся и поинтересовался о моих дальнейших планах.

А какие они у меня могут быть?

Я по-прежнему хочу начистить рожу Аскверию. Но, похоже, это дело будущего. А пока нужно вернуть власть над Словом. Ну и восстановить свою силу. И замок, конечно же.

Но говорить об этом Ерёме Николаевичу я, естественно, не стал. И после разговора, который не сильно затянулся, вернулся в свой замок, точнее, на развалины.

Надо отдать должное, Шпак задерживать меня не стал. Более того, позволил Фёдору отвезти меня домой.

Стояла глухая ночь. Но я прекрасно ориентировался в развалинах.

Я со вздохом прошёл к центру разрушенного замка, в поисках заклинательного круга — своеобразного искусственного центра с постоянным уровнем маны, при этом совершенно бесполезного для любого, кроме меня. Легко найдя собственное творение, я выдавил из себя несколько капель энергии и сотворил ключ в виде сложного символа.

— ОТКРОЙСЯ, — приказал я, опасаясь, что и тут не сработает.

Но сработало как надо. Пространство над заклинательным кругом дрогнуло, после чего пошло рябью. А потом появился горящий рыжим огнём круг, что тут же начал стремительно расширяться до тех пор, пока не охватил весь замок и прилегающую площадь в несколько десятков километров — все мои земли.

Если до этого и были какие-то сомнения, что прошли не просто десятилетия, а столетия или даже тысячелетия, ведь, как сказал Фёдор, церковь имени моего братца зародилась чуть меньше двух тысяч лет назад… Так вот, если сомнения и были, то все они исчезли. Мои земли стали абсолютно дикими, словно люди тут не то что никогда не жили, а даже и не пытались.

Найдя себе более-менее свободное от мусора место, я уселся в позу лотоса и закрыл глаза. Спустя несколько долгих секунд настройки сознания моя душа наконец вырвалась из бренного тела, а в источник потекла мана — тоненькой струйкой, но всё-таки.

Будучи бесплотным духом, я взлетел на несколько сотен метров вверх и осмотрелся. Вид открылся действительно удручающий. Ни цветущих садов, что я любовно выращивал, ни магической башни, собиравшей природную ману и являющейся гигантским накопителем. А ведь я её строил сам! Своими руками, вкладывая в каждый камешек по несколько Слов!

Ярость вновь начала подступать, пытаясь отобрать контроль, но я сдержался. Ещё не время, месть — дело не быстрое, а спешка — путь к провалу.

Ладно, нужно провести ревизию того, что безвозвратно утрачено, а где ещё остались магические контуры, и при наполнении их маной, можно попытаться восстановить порушенное.

Осталось не так много. Большинство контуров не выдержало проверку временем, а какие-то были разрушены вместе с замком. Фундамент у замка выстоял, до подземелья никто не добрался — хорошую печать я тогда наложил, не пожалел маны и Слов, вот и сохранилось. Ну и в общем-то всё. Да и леса разрослись, что, наверное, не плохо. Пойдёт на стройку, да и охранять замок будет, а то людишки больно шустрыми стали! Пришли, понимаешь, в мой замок магическое оружие искать! Хренушки им, а не оружие!

Некоторое время я скрупулёзно изучал свои владения, как на краю сознания что-то ощутил.

* * *

Степан Разин, известный в узких кругах как Зверь, уверенно шагал по предрассветной аномальной территории. Только здесь одарённый ощущал себя по-настоящему живым. Ну и за игральным столом, конечно, но это абсолютно разные вещи.

— Зверь, — окликнул его их сенсор по кличке Слухач.

— Излагай, — не сбавляя шага, приказал Степан.

— Там нездоровая движуха какая-то, — с нотками страха в голосе ответил Слухач.

— Ты кота за причиндалы не тяни, — сквозь щель в зубах сплюнул Степан. — По делу излагай, либо заткнись.

Их команда состояла из бывших и будущих зеков, а занимались они чёрным копательством, ну и назывались соответственно — копатели. Сейчас их небольшой отряд продвигался к одному месту, где по сведениям информатора из имперской канцелярии располагался древний замок. А это всегда ништяки.

— Короче, там… как сказать… сейчас соображу, — запинаясь, затараторил Слухач.

Отряд остановился, вынужденно ожидая, пока их сенсорик сформулирует свой посыл, как внезапно воздух вокруг них заговорил. Буквально! Голос раздавался отовсюду, словно говоривший стоял за плечом у каждого, причём в количестве двух штук сразу, создавая стереоэффект.

— Кто такие? — спросил неизвестный. — Что забыли на территории моего замка?

— А кто спрашивает? — первым от потрясения отошёл Степан.

— Я хозяин, — просто ответил голос.

Вот только Слухач почему-то рухнул на колени и зажал уши руками. Его лицо исказилось в гримасе боли и отчаяния.

— Тут нет хозяев! Это место — аномалия! Она принадлежит всем, — рявкнул Степан.

Ему очень не понравилось то, как неизвестный одарённый обошёлся с его сенсориком. Слухач — это важная часть команды, без него невозможно передвигаться по аномальным территориям, так как многие твари обожают устраивать засады, от которых даже чутьё воина не всегда спасает, не говоря уже о постоянно сбоящей электронике.

— Ты обладаешь магией, — не заметив гневной тирады Степана, сказал неизвестный. — Но при этом на каком-то запредельно низком уровне. Я даже могу прочитать твою энергетику, не касаясь лично. Скажи, в это время все такие слабаки?

От такой наглости глаза Степана налились кровью, а вокруг тела закружилась алая дымка. Несколько секунд — и вместо человека появился гуманоидный монстр с головой медведя.

— Оборотень! Какая приятная неожиданность! Да ещё и сам в руки идёт! Решено, построю для тебя клетку. Будешь моим сторожем. Я, конечно, волков больше люблю, их воспитывать проще… — неизвестный на секунду замолк, словно размышляя над своими предпочтениями. — Но ты тоже подойдёшь.

Степан не стал раздавать команды своим людям, они и так знали, что делать в таком вот случае. Парни сноровисто начали готовить оружие к бою, чтобы пойти следом за своим лидером. Он был что-то вроде танка в их группе и всегда первым вступал в бой.

— Послушай мои слова, — вновь подал голос неизвестный. — Тебе лучше уйти. Если нападёшь первым, посажу в клетку. Это последнее предупреждение.

На это копатель лишь презрительно рыкнул. Словами всегда пользуются лишь слабаки, сильные же доказывают свою правоту магией и оружием.

Степан чувствовал, откуда исходит магический след техники, которую применял неизвестный, а потому уверенно понёсся к нему. Вокруг же была неровная холмистая местность, покрытая вечно сухой и мёртвой травой. Вдалеке виднелся лес, за которым уже зарождался рассвет.

Спустя несколько секунд Степан выскочил к развалинам. Когда-то здесь, скорее всего, стоял замок или особняк богача, такие вещи опытный глаз чёрного копателя подмечал сразу.

— Многие люди считают слова несущественными и видят истину лишь в грубой силе. Вижу, ты тоже из таких, — вздохнул неизвестный. — Придётся переучивать.

Пока неизвестный болтал, Степан тщательно осмотрел руины и нашёл человека, одиноко сидящего в позе лотоса. На нём была необычная хламида, длинная седая борода до пояса и умиротворённое лицо с полуулыбкой на губах.

Степан не рискнул приближаться. Вместо этого поднял с земли булыжник размером с человеческую голову и метнул. Камень метеором устремился в сидящего, но в миллиметре от тела застыл, будто пойманный невидимой рукой.

* * *

«Силён, — подумал я, еле успев перехватить снаряд. — Чутьё хорошее, но не совсем, раз не подсказало бежать отсюда, не разбирая дороги».

Оборотень не стал медлить. Его когти на руках-лапах зажглись алым, и он выпустил по мне несколько энергетических серпов. Атака была хоть и примитивной, но исполнена неплохо.

— Знаешь, я тоже когда-то был молод, — поднимаясь, покачал я головой.

В этот момент за спиной оборотня появился его остальной отряд и направил на меня оружие, похожее на то, что использовали военные, сопровождавшие археологов.

— Судьба оборотня уже решена, но вы ещё можете послушать разум, бросить оружие и сдаться без боя, — обратился я к нервничавшим людям.

— Р-а-а-а-а! — взревел оборотень.

В следующий миг раздались хлопки, а из оружия в меня устремились какие-то мелкие снаряды. Ладно, отберу, разберу и изучу.

Мана и энергетика немного восстановились благодаря активированному магическому кругу, маловато, конечно, но на несколько простых Слов уже хватит. А потому я произнёс Слово.

— ОСТОЛБЕНЕЙ!

Резкий отток энергии чуть не свалил с ног, всё-таки я ещё полностью не восстановился. Но я не подал виду, что простое Слово отняло у меня столько сил, лишь надменно ухмыльнулся.

Врагам моя улыбка не понравилась, а в глазах оборотня возник страх. Но бежать было уже слишком поздно.

Летящие в меня мелкие, судя по характерному блеску металлические снаряды и энергетические серпы замерли в воздухе вместе с их хозяевами.

— Так-так, что у нас тут? — я подошёл к оборотню и похлопал его по мохнатой гриве. — Ничего-ничего, голубчик, в следующий раз будете прислушиваться к словам, а потом уже действовать. Голова-то вам не только для того, чтобы есть.

Затем я перевёл взгляд на его команду и сокрушённо покачал головой.

— Значит так, цена вашей свободы — восстановление моего замка, — я обвёл руками окружающую разруху. — Если надумаете обмануть, то… — мой взгляд переместился на обильно потеющие живые статуи: — … лучше тогда вам с жизнью самостоятельно покончить, ибо я вас обязательно найду.

На этих словах я подошёл к каждому и прошептал Слово-печать. Оно простое, и на него у меня маны хватило.

— А тебе, — я перевёл внимание на оборотня, — я подарю печать другую — рабскую! Ты ведь лидер своей команды, и только по твоей вине они попали в такую ситуацию. Значит, и наказание тебе должно быть серьёзнее. Как только вести себя нормально научишься, тогда и о свободе поговорим.

Заклеймив человека-медведя остатками скопленной за время медитации маны, я отпустил незадачливых бандитов. Те в свою очередь мгновенно попытались напасть, вот только даже оружие в мою сторону у них направить не получилось. Один из парней даже случайно выстрелил себе в ногу.

Я поморщился от его завываний, но ничего предпринимать не стал, ибо глупость должна быть наказана.

— Это всё правда? Я про печати… — превращаясь в человека, спросил оборотень.

— Правда-правда, — кивнул я. — Слушать надо, когда старшие говорят, а не нестись сломя голову неизвестно куда. А теперь этого к лекарю, и жду вас завтра в это же время.

— А клетка? — настороженно спросил оборотень.

— А нужно? — я выразительно посмотрел на него. — Кажется я уже создал одну клетку для тебя, из которой тебе не вырваться одной постройкой замка. Ты должен будешь доказать свою полезность. Или тебе нужна ещё одна?

Грозный оборотень вздрогнул, словно лист на ветру, и усиленно замотал головой.

— Нет, не нужна!

— Хорошо, тогда пошли вон отсюда. И советую завтра приехать с инструментами и материалами, если, конечно, из вас кто магией строительства не обладает, — сказал я и, забыв о разбойниках, вернулся к медитации. Нужно было набрать максимальное количество маны и восстановить энергетику, хотя бы её часть.

Разбойники же несколько минут ещё мялись неподалёку — проверяли мои слова на истину. Вот оборотень вытащил из специального кармашка на поясе короткое металлическое оружие и попытался незаметно направить его на меня. Естественно, рука просто перестала слушаться его, и он был вынужден прекратить попытку. Другой, не найдя ничего лучше, поднял с земли камень и решил метнуть его в моё неподвижное тело. Я не стал им препятствовать, пусть прочувствуют всю степень серьёзности ситуации. Тем более, что каждая попытка навредить мне наказывалась сильной болью.

Быстро поняв, что не в состоянии причинить мне никакого вреда, они понуро свесили головы и побрели куда-то в направлении виднеющегося вдали леса.

С их уходом взошло и поднялось солнце. Вскоре оно нещадно попыталось нанести моей непокрытой голове тепловой удар. Я поморщился и переместился под тень одной из уцелевших стен, про себя ругая выродка Аскверия и его шавок-Повелителей. Ну ничего, я ему ещё устрою весёлую жизнь! Он у меня будет проклинать тот день, когда решился на предательство!

Так прошёл день, затем ночь, а потом вернулись мои новоприобретённые работники. Да не одни, а с целой строительной бригадой на громадных машинах.

Конечно, я осознавал в полной мере, что ничего доброго они мне не построят, но крыша над головой для спокойного восстановления сил просто необходима. Не лезть же в подвал, он для жизни совсем не приспособлен. Там можно, конечно, переждать дождь или снег, но жить постоянно — нет. Так что, пусть строят.

Из первой машины выскочил оборотень, который спешно подбежал ко мне и низко поклонился. Судя по лицу, за прошедшие сутки разбойник не раз и не два пытался косвенно мне навредить, как самостоятельно, так и с помощью своих подельников. При моей печати это всегда чревато болезненными последствиями. Оттого и круги под глазами от бессонницы, и страх в глазах от осознания своего положения.

— Господин.

— Павел Повелитель Слов, — кивнул ему я. — Вижу, вы ответственно отнеслись к моим словам.

— Конечно, господин.

— Хорошо, — благодушно улыбнулся я. — Как тебя зовут?

— Зверь, — мгновенно отозвался он.

Я поморщился:

— Это тебя так мать с отцом назвали?

— Простите, господин, — замахал он головой. — Степан я. Так матушка назвала. А фамилия — Разин.

— Доброе имя и фамилия звучная. Гордись тем, кто ты есть, Степан. А все эти клички, — я пощёлкал пальцами, подбирая нужное слово, — для животных домашних, а не для людей.

— Хорошо, господин, — тут же согласился он.

— Ладно. Я на прогулку, а вы тут работайте. И чтобы на совесть!

— Будут какие-то пожелания?

Я на мгновение задумался, глядя, как люди выбираются из транспорта и вытаскивают инструменты и строительные материалы. Поначалу-то я хотел восстановить замок каким он был раньше, но это долго, и простые люди тут не справятся. Замком займусь, когда восстановлю свою силу, а пока…

— Давайте вот в этом месте дом, и чтоб максимально современно. Интересно, как живут сейчас люди.

— К сожалению, электроника здесь не живёт. Слишком плотный фон маны, — сокрушённо покачал головой Степан, словно действительно переживал за мой комфорт.

— Не знаю, о чём ты, но делайте максимально современно, насколько возможно, — сказал я и зашагал в ту сторону, откуда только что приехали работники.

Из-за работы строителей медитировать не получится, поэтому я решил пока оглядеться, во что превратился мир. Ночью-то я мало что разглядел. Да и когда было? Не из окна машины же? Так что, я решил прогуляться до города. Естественно, сначала при помощи Слова очистив и приведя в порядок себя и свою одежду. А то мне очень не понравилось, как морщили носы бестия и Ерёма Николаевич.

Добравшись до невидимой границы, где плотность маны из жиденького киселя превращалась в практически бесплотную воду, я присел под дерево, перевести дух и немного восстановить маны, тем более что маны в ближайшее время мне взять будет неоткуда.

Когда я почувствовал, что искалеченный, с прорехами из которых постепенно утекала мана, источник оказался заполнен, я пружинисто поднялся и направил свои стопы дальше. Мне нужно было посмотреть на новый мир и получить из него максимум для моей текущей задачи — восстановление замка и прилегающей территории. Как и всегда, дела нужно решать от малого к великому.

Спустя час я, ругаясь на чём свет стоит, призвал простенького элементаля земли, на котором помчался в сторону города. Кто бы знал, что город так далеко? По ощущениям мы с Фёдором очень быстро добрались. Неужели эти машины так быстро передвигаются? Нужно на досуге и себе такую приобрести, но это терпит.

* * *

Ефрейтор Петрушкин Станислав Иннокентьевич по привычке вглядывался в горизонт. Он уже третий год служил на границе аномальной территории, и ещё ни разу за весь этот срок ему не встречалось ничего особенного. Изменённые маной звери никогда не выходили к людям из-за очень слабого магического фона вне территории. Служба была не просто спокойной, а унылой. Лишь редкие проверки забредающих в эти края авантюристов и археологов разбавляли серые будни.

Внезапно он заметил на горизонте пылевое облако. Петрушкин сузил глаза, силясь разглядеть подробности, после чего хлопнул себя по лбу и вытащил из наплечной сумки бинокль — забыл о нём из-за ненадобности.

Настроив линзы, он с удивлением обнаружил, что к его заставе по дороге очень быстро приближается человек.

Когда человек приблизился, Петрушкин смог разглядеть его детально.

С непривычно длинной бородой, широкой улыбкой на лице и верхом на чёрно-коричневом кабане, который нёс старика по грунтовой дороге.

— Привет, служивый! — крикнул странный человек и на ходу махнул Петрушкину рукой.

Тот остолбенело проводил взглядом кабана с его наездником и сглотнул. Кажется, он перетрудился. Нужен отпуск — срочно!

* * *

Земляные элементали издавна принимали форму кабанов, так как именно эти звери, кроме живущих в самой стихии, активно любили купаться и рыть своими пятаками почву. Хотя, как по мне, выбор необычный, есть масса иных животных, что не менее любят землю, ну да ладно, пусть.

Промчавшись мимо небольшой военной заставы, я через несколько десятков минут оказался в пригороде, и вот здесь мой элементаль встал как вкопанный, отказываясь продолжать движение по странной твёрдой дороге серого цвета.

Я вылез из мягкого земляного кресла и подошёл к проезжей части, по которой с головокружительной скоростью проносились машины, наподобие той, на которой мы ехали с Фёдором.

«Вот же ж! — махнул я рукой от досады. — Опять пешком тащиться?»

Внезапно, одна из приближающихся машин остановилась рядом со мной. Окно опустилось и на меня с улыбкой посмотрел молодой смуглый мужчина. Хм, не видел таких раньше, слишком смуглый для местных.

— Садись, отец, подкину до города! Старших уважать надо! — с лёгким акцентом проговорил он.

«Возможно, я был строг к судьбе, когда клял её. Вот она уже заглаживает своё наплевательское отношение ко мне».

— Спасибо, добрый человек. Не каждый в это время понимает такие очевидные вещи.

Он мне открыл изнутри дверь и попросил пристегнуться, когда я сел.

Немного поворчав на современную технику, я разобрался с ремнём, видимо предназначенном для безопасности при движении, и мы сорвались с места.

— Я — Иракли, а как тебя зовут, отец? — спросил он, неотрывно глядя на дорогу.

— Меня зовут Павел Повелитель Слов. Я изучаю слова и языки.

— Филолог, что ли?

Я на мгновение задумался, проникая в смысл сказанного и ответил:

— Верно, но только одарённый.

— Вот как! — удивлённо воскликнул он. — Я ни разу с вашим братом не встречался! А правда, что вы всякие фокусы можете творить?

— Конечно, — заверил его я. — Хочешь прямо сейчас продемонстрирую?

— Очень, — признался Иракли, и на мгновение скосил взгляд на меня. — Только давайте остановимся

— Это не потребуется, — поняв, что смущало собеседника, сказал я. — Просто начни разговаривать на своём родном языке и всё поймёшь.

— ჩემი სახელია ირაკლი. ოცდაათი წლის ვარ (Меня зовут Ираклий. Мне тридцать лет.) — произнёс он.

— Продолжай говорить, — с лёгкой улыбкой сказал я. Кроме магии, я всегда обожал осваивать новые языки. Каждая новая языковая матрица, позволяла стать чуточку искуснее в искусстве Слова.

К концу поездки мы уже свободно беседовали на его родном, грузинском, а Ираклий, пригласил меня в гости. Причём и в городскую местную квартиру, и к ним в Грузию, где у него родители.

— Вы очень похожи на моего папу, он такой же светлый и мудрый человек, дай бог ему здоровья.

— Спасибо за добрые слова, — улыбнулся я. — Если получится — приеду.

На том мы распрощались с ним, и я вышел из машины, оказавшись в оживлённом городе. Хотя не так, в ОЖИВЛЁННОМ до предела! И если ночью было много людей и машин, то сейчас их было до безобразия огромное количество. И каждый, словно все сговорились, куда-то спешил.

Я сделал несколько глубоких вздохов, пытаясь адаптироваться к этому месту, но тщетно. При виде этой шумной толпы, голова начинала болеть и даже кружиться.

Я сделал несколько шагов в сторону, и меня тут же чуть не сшиб какой-то молодой парень, что прижимал к уху чёрную маленькую плашку. Он зло зыркнул на меня, что-то неразборчиво пробурчал и поспешил дальше.

Я же потихоньку пробирался сквозь людской поток, сфокусировав внимание на тёмном проулке между высоченными серыми зданиями. Там была тень и не было видно людей.

Ещё несколько столкновений с прохожими, и я достиг своей цели.

Утерев пот, я с удовольствием шагнул в тень и первым что услышал оказался гнусавый голос:

— Эй, ну чё ты ломаешься, мы с Валерчиком попользуем тебя и отпустим, даже сумку твою тебе оставим.