Глава пятнадцатая. «Не продолжай»

Когда я открыла глаза, меня ослепил яркий солнечный свет. В нос ударил приятный запах шалфея и мяты.

Я смутно помнила последние события. Если быть честной, то я вообще мало что помнила с момента, как потеряла зрение. Поэтому сейчас, осознав, что снов могу видеть, я подняла свои руки и внимательно их оглядела. Руки, как руки. Ничего особенного. Только одета я была не свою рваную одежду, а в белую сорочку с длинными рукавами.

— Проснулась? — голос Соломона заставил меня буквально вздрогнуть и подпрыгнуть.

Я резко повернула голову в сторону голоса. Я находила в лазарете Академии, а на соседней койке, читая книгу и укрывшись одеялом, сидел вампир. Его голова, руки и шея были перевязаны бинтами так, словно он был мумией. Одет он был в такую же больничную сорочку, как и я.

— Что... что случилось? — хриплым со сна голосом спросила я, во все глаза смотря на парня.

— Ничего особенного, — Соломон усмехнулся и снова посмотрел в книгу. — Кроме того, что мы победили.

Я некоторое время переваривала информацию, стараясь понять и осознать, как такое вообще возможно. И что, демоны побери, случилось с самим Соломоном? К сожалению, этих вопросов я задать не успела, так как двери палаты распахнулись и я увидела госпожу Валуа. Это была высокая, худощавая женщина, со строгим выражением лица и холодными голубыми глазами. Сколько ей лет не знал ни один студент. Поговаривали, что из-за своего исключительного таланта в медицине, она способна как-то себя омолаживать и продлевать жизнь. Всегда считала это глупыми слухами.

— Мисс Адлер? — женщина, заметив, что я очнулась, подошла к кровати и провела надо мной рукой. — Как вы себя чувствуйте?

— Вроде нормально, спасибо, — пробормотала я, чувствуя себя неуютно.

В лазарет я попадала частенько. В основном из-за простуды и из-за монстров. Но сама госпожа Валуа никогда не присматривала за мной. Обычно мне давали зелья и делали перевязки молоденькая медсестра.

— Это хорошо, — женщина кивнула. — Благодарите мистера Коллдуэла. Если бы не его феноменальные познания в магии, вы бы не выжили.

Я бросила взгляд на Соломона. Тот делал вид, что не слушает и спокойно читал книгу.

— А что со мной было, мэм? — осторожно спросила я, не отрывая взгляда от парня.

Только поэтому я заметила, как он слегка вздрогнул. Словно ему было страшно вспоминать о том, что произошло. А возможно, ему просто стало холодно. Или у меня просто случилась зрительная галлюцинация.

— На вас было наложено заклинание Уничтожение Плоти. Как правило, уничтожение идет с лица, а если конкретнее с глаз. К счастью, мистеру Коллдуэлу удалось заморозить ваше состояние, — госпожа Валуа достала из тумбочки, стоящей рядом с моей кроватью две колбочки с зельями.

— Выпейте, пожалуйста, это. А затем это, — женщина протянула не сначала колбу с голубым зельем, а затем с зеленым.

У первого вкус был вполне пригодный. Даже освежающе приятный. А вот второе зелье оказалось такое мерзкое на вкус, что я невольно прижала руки к губам, чтобы не выплюнуть эту гадость.

— Терпите. Это зелье позволит вашим глазам восстановиться без последствий, — женщина так строго посмотрела на меня, что рвотный рефлекс быстро прошел.

Я лишь сглотнула горькую слюну и огляделась в поисках воды. Она тоже оказалась в тумбочке, около моей кровати. Графин был извлечен на свет вместе со стаканам. Мне налили воду и я сделала первый освежающий лоток. Только сейчас я осознала, что очень хотела пить. А еще есть. И есть я хочу просто зверски.

Будто почувствовав мое состояние, госпожа Валуа сказала:

— Еду принесут через час.

И после этого вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь.

Какое-то время в палате стояла тишина. Я рассматривала свои руки и не знала с чего начать разговор. Я поняла, что Соломон тогда соврал, сказав, что снял проклятие. Но это было только ради моего спокойствия, поэтому я даже была ему благодарна. Иначе у меня была бы паника и, возможно, мы бы не смогли победить.

— А что случилось с тем оборотнем? — наконец-то нарушила я тишину.

Соломон вздохнул и закрыл книгу, которую снова принялся читать. Отложив ее в сторону, парень посмотрел на меня каким-то странным взглядом.

— Его нашли в той пещере, в которое мы его и оставили. Они с партнершей, которая потеряла своего монстра, заняли последнее место.

— Но... его никак не накажут?

— Нет. По правилам, нападать на других участников не запрещено. Однако, за то что он применил проклятие высшей магии, которое было рассчитано только на смерть, скорее всего он больше не будет участвовать в гонках. Однако никому даже в голову не пришло, что тебя пытались убить, несмотря на мои показания.

— Тогда хорошо уже, что он не будет участвовать в гонках, — неуверенно сказала я. — Погоди, но почему ты в таком состоянии? Это он тебя так отделал?

— Нет, — Соломон вздохнув и отвел от меня взгляд. — На последнем этапе пришлось немного повозиться. Ты была в небе под моей защитой. Я не хотел, чтобы ты что-то натворила из-за своего страха.

— Спасибо, — тихо пробормотала я, чувствуя, как волны стыда захватывают меня.

Я была абсолютно бесполезной. С самого начала и до самого конца гонки.

— Эми.

Я вздрогнула и поднял взгляд. Мысленно почувствовал облегчение от того, что уже не реагирую на свое имя из уст вампира, как влюбленная дурочка. Все таки тогда во всем был виноват яд вампиров.

— Что?

— Если ты сейчас думаешь о том, что ты бесполезна, я с уверенностью могу сказать, что если бы не ты, я бы не выжил.

— Если ты говоришь о моей...

Договорить я не успела. Соломон сорвался с кровати и в один миг оказался рядом со мной. Его ладонь прижалась к моим губам. Взгляд стал опасно-злым. Я испуганно притихла, даже не пытаясь вырваться.

— Тихо. Никто не должен знать об этом. Ни одна живая душа, — тихо сказал вампир, смотря мне в глаза.

Я быстро кивнула. Только после этого Соломон убрал руку с моего лица. Он был настолько близко, что я могла разглядеть его потрескавшиеся губы и услышать запах мяты и почему-то корицы.

— Но как мы это скроем, если наши воспоминания забирают для трансляции? — шепотом просила я, опуская взгляд и рассматривая шею Соломона. Так было проще, чем смотреть на его лицо.

— Ты что, совсем не читала правила?

— Читала, — упрямо сказала я. — Только не до конца.

Послышался тяжелый вздох и вампир уселся рядом со мной на кровати.

— Перед тем, как забрать воспоминания, мы можем удалит те части, которые не должны попасть на большой экран. Не думаю, что кто-то хочет смотреть, как участники отдыхают. Да и просмотр занял бы много времени. Поэтому у нас есть право удалить все скучные и нежные моменты. Ты не замечала, что просмотр длится всего три часа?

— Я никогда особо не интересовалась гонками, — пожала я плечами и вздохнула. — Хорошо, что так можно сделать. А мне тоже надо уже сдавать свои воспоминания?

— Тебе нет. Профессор Гроусвелл сказал, что тебе это делать необязательно.

— Ох, ну да. Он по-любому решил, что от меня ничего интересного не увидит, — почему-то мне стало обидно и я укуталась в одеяло по самый подбородок.

— Да? — Соломон наконец-то покинул мою кровать и вернулся на свою. — А мне всегда казалось, что он относится к тебе по особенному.

— ХА?! — от возмущения я аж подпрыгнула. — Ни разу не ощущала на себе это его особенное отношение.

— Ты просто не смотрела со стороны...

Договорить Соломон не успел, так как дверь в плату открылась и вошел высокий мужчина, с коротко подстриженными черными волосами и красными глазами. Одет он был в строгий черный костюм, а в руках держал трость. Соломон был очень похож на этого вампира, поэтому я сразу предположила, что это его отец.

Странно. Пусть я и чувствовала себя неуютно, но такого панического страха, как перед самим Соломоном не ощущала. Да, мне было жутко некомфортно под взглядом этого мужчины, однако я отдавала себе отчет, что он ни за что меня не тронет.

— Отец? — в голосе Соломона отчетливо послышалось удивление и недоверие.

— Нам надо поговорить. За мной, — голос мистера был холоден. Было ощущение, что разговаривал он не с сыном, а с солдатом. Или со своим подчиненным. Ни капли любви, ни капли беспокойства.

Когда за Коллдуэлами закрылась дверь и я осталась совсем одна, на меня накатила тревога. Мы с Соломоном не говорили об этом сейчас, но я была уверена, он тоже думал, что тогда меня пытались убить. И сколько бы я себе не врала про то, что это всего лишь совпадение, моя интуиция говорила мне, что я не права. Что меня правда пытались убить.

А что если они сейчас ворвутся в палату и закончат дело? Им же было все равно, что мое убийство увидят во время Гонок? Так что им мешает убить меня сейчас? И главное по какой причине?

Я настолько себя накрутила, что когда верь палаты открылась вновь, я вздрогнула и отпрянула, забившись в угол кровати.

Но на пороге стояли Норт и Флер.

Увидев их, все мое напряжение, копившееся во мне с момента начала Гонки, отпустило меня. И выразилось это тем, что из моих глаз побежали слезы. Я даже не заметила этого, просто смотря на друзей.

Норт подбежал ко мне первый и схватил меня за плечи.

— Что случилось? Где-то болит? — гном тряс меня с такой силой, что голов моталась из стороны в сторону.

— Все... хорошо. Отпусти меня! — я с трудом вырвалась из хватки друга и, шмыгнув носом, обняла его и Флер. — Ребят, вы просто не представляете, как я рада вас видеть. На самом деле я думала, что умру и уже никогда не вернусь сюда.

На глазах снова появилось слезы, но я благополучно стерла их об плечо Норта.

— А я говорил, что она расплачется, — сказал Норт, гладя меня по голове. — С тебя пять серебряных.

— Это грабеж! — Флер села на мою кровать и вздохнула. — Ладно. Позже отдам. Эми, ты чего ревешь-то?

— Да вы просто не представляете, как это было страшно! — я отлипла от плеча Норта и всплеснула руками.

— Но ты же уже тут? — Флер нагнулась к моему лицу и как-то подозрительно улыбнулась. — А теперь расскажи-ка нам, что вас связывает с вампирчиком?

— Флер, отстань от Эми, — Норт притащил стул от дальней стены и сел рядом с кроватью. — Хотя, меня тоже гложет любопытство.

— Вы о чем вообще? — растерянно моргнула. — Мы просто партнеры по Гонкам.

— Ой хорош врать, — Флер взяла меня за руки и улыбнулась еще шире. — После того, как ты упала в обморок на финише, Соломон взял тебя на руки и сам лично донес до палаты. И не дал прикоснуться к тебе никому, даже не смотря на то, что сам был полностью изранен.

Я распахнула глаза и некрасиво открыла рот. Первая мысль, которая пришла ко мне в голову была: «я же тяжелая, как он вообще смог меня поднять?!». Второй мыслью был просто крик смущения и осознания. Осознания того, что об этом должно быть сплетничает уже вся школа. И осознание того, что Соломон сделал это, чтобы меня не убили. Во всяком случае, я так думаю.

— Погоди, — я с трудом взяла себя в руки и обвинительно посмотрела на Флер. — Ты пришла ко мне только из-за этого?!

— Нет, — девушка невинно хлопнула длинными ресницами.

— Да, — Норт громко вздохнул. — Пока ты лежала без сознания, она мне все уши прожужжала про это. Поверь, она тут только по этой причине.

— Подруга еще называется, — обиженно пробормотала я, а потом все же решила ответить на вопрос:

— Нет между нами ничего. Абсолютно. Ни-че-го. Максимум на что я могу рассчитывать, это стать с ним приятелями. Так что Флер, тут для тебя нет ничего интересного.

Я пожала плечами. Флер же вздохнула. Она была одной из самых главных сплетниц в Академии. И даже если бы у меня появились какие-нибудь отношения, я бы ей никогда не рассказала. Флер неплохая подруга, но у нее есть свои недостатки.

Время с друзьями пронеслось незаметно. Когда Флер забыла о том, что у меня с Соломоном могут быть отношения, то разговор пошел по привычной для нас колее — учеба, уроки, преподаватели и еда.

Как раз когда мы начали обсуждать то, что в столовой не хватает разнообразия еда для малообеспеченных студентов, дверь в палату открылась и вошла молоденькая медсестра Элис. Та самая, которая обычно лечила меня. За ней шел Соломон. Выглядел он как-то потерянно.

Но долго быть сосредоточенной и задаваться вопросом по типа «что случилось» я не смогла. Запах от подносов был просто невероятный. Я готова была съесть целого кита! Но, к сожалению, мои тарелки была стандартного размера. Но лежало в них не простое блюдо, предназначенное для малоимущих. Это был суп с морепродуктами, название которого я даже не представляла. Что-то похожее на манты. Тарелочка с круассанами и горячий шоколад.

Когда я это увидела, я удивленно замерла и вопросительно посмотрела на Соломона. Заметив мой взгляд, он пожал плечами.

— Мы же договаривались, — коротко напомнил вампир, садясь на свою кровать и приступая к свое порции. Она отличалась от моей лишь заменой горячего шоколада на кофе.

После его слов на физически ощутила на себе взгляды Норта и Флер. И ладно Норт смотрел на меня лишь с легким любопытством. Взгляд Флер же будто готов был дыру во мне прожечь. Я мужественно проигнорировала это и выставила друзей за дверь, аргументировав это тем, что им тоже пора на обед.

Оставив разговоры с Соломоном на потом, я начала есть. Темная дыра, образовавшаяся в моем желудке, постепенно заполнялась. Но, к моему несчастью, еда закончилась слишком быстро. Я даже толком не ощутила ее вкуса. Лишь поняла, что круассаны невероятно нежный. Они были съедены в одно мгновение.

— Держи, — я вздрогнула и повернула голову в сторону Соломона, который протягивал мне один из своих круассанов.

— Чего это ты решил поделиться? — с подозрением спросила я, но от еды не отказалась.

— Я знаю, что ты сейчас есть хочешь зверски, — усмехнулся вампир и сделал глоток кофе. — А я не очень люблю сладкое.

Я кивнула в знак того, что приняла его объяснение. Хотя, разумеется, не поверила. Да как можно не любит сладости? Это же божественно! Так я думала, пока уплетала вкусную, нежную выпечку и попивала горячий шоколад. И мне сейчас было невероятно комфортно. Я даже не мгновение забыла том, что хотела рассказать Соломону.

Когда наши подносы унесли, я тихонько выдохнула и откинулась на подушку. Настроение улучшилось. И даже мысль о том, какие сейчас сплетни ходят о нас с вампиром, меня не особо задевали. Ну ходят и ходят. Что мне сделается-то?

«Тебя разорвут его фанатки. Вспомни хотя бы Лурей».

Я поморщилась, вспомнив ее влюбленное лицо. Да, надо с этим что-то делать.

— Соломон.

— Эми.

Разговор мы начали одновременно. Одновременно и замерли, смотря друг на друга удивленно.

— Давай, ты первый, — предложила я, понимая, что так будет быстрее. Потому что обсуждать наши «отношения» не самая быстрая задача.

— Хорошо, — вампир нахмурился и посмотрел мне в глаза. — Завтра отец хочет поговорить с нами.

— Что? — я растерянно моргнула. — Твой отец хочет поговорит с нами? И со мной? Почему?

— Из-за нашей ситуации.

Короткий ответ Соломона меня ни капли не устроил, но переспрашивать я не стала. Скорее всего все дело в том, что моя кровь какая-то не такая. Или в том, что Соломон меня чувствует. Я буду только рада, если нас избавят от этих аномалий. В конце концов, жить просто и нормально — мое кредо. А еще не выделяться. Хотя с этим у меня всегда были проблемы учитывая мою невезучесть и неуклюжесть.

— Ты вроде тоже что-то хотела сказать.

— А, точно, — я села на кровати поудобнее и серьезно посмотрела на вампира. — Ты вообще в курсе, что вся школа думает о нас, как о парочке?

— В курсе, — Соломон кивнул, взял книгу с тумбы и раскрыл ее где-то на середине.

— Что?! И тебя это никак не смущает?

— Нет, — парень пожал плечами, пробегая взглядом по странице. — Я могу сказать, что доволен. Теперь никакие мухи возле меня не будут виться. А даже если и будут, у меня же есть ты.

На последних словах Соломон посмотрел на меня и усмехнулся.

Мои щеки вспыхнули то ли от гнева, то ли от смущения. Я была так возмущена, что даже не смогла подобрать слов, чтобы выразить все мое негодование. Да как он смеет вообще прикрываться мной?! То есть теперь меня будут пытаться убить не только неизвестные, но и множество представителей женского пола?!

Не высказала я все это по одной простой причине — все время Гонок я прикрывалась Соломоном. И он, можно сказать, в праве так поступать. Но ничего! Когда-нибудь я ему все выскажу в лицо.