Глава двадцать первая. «Не вспоминай»

В ушах поднялся шум. Голова закружилась. В голове промелькнула спасательная мысль: «это все просто совпадение». А за ней появилась другая, от которой начинало перехватывать дыхание и темнеть в глазах от паники: «это не совпадение».

Я уже не слышала, что говорит Король и Судья. Соломон взял сферу, я автоматически улыбалась и благодарила за поздравления. Очнулась я только тогда, когда вампир взял меня за руку и вопросительно посмотрел в глаза.

— Эми? Что с тобой?

Я моргнула и только сейчас поняла, что м стоим в толпе однокурсников, которые шумно нас поздравляют. Вокруг меня мелькали лица и улыбки. Кто-то хлопал меня по плечу, а я думала только о том, что все это значит.

«Соломон», — мысленно обратилась я к парню. — «Можно мне одолжить на один вечер этот трофей?»

«Конечно. Профессор Афин только что дал добро на сегодня оставить эту сферу в общежитии. Даже ничего не сказал на счет запрета вечеринки», — усмехнулся Соломон, отводя от меня взгляд.

— Давайте расходиться, — дал команду Соломон.

Трибуны уже были практически пусты. Другие факультеты ушли заниматься своими делами. Лишь наш все еще бурно реагировал. Я мысленно вздохнула. Как хорошо, что Соломон обладал нерушимым авторитетом.

Студенты тут же зашумели и начали расходиться. Кто-то говорил о заказе еды на вечер, кто-то о напитках. Я услышала, как одна из девочек предлагает принести торт. Ее с энтузиазмом поддержали. Я бы тоже была не против отведать чего-то сладкого, но мои мысли сейчас занимала только эта странная сфера.

До общежития мы с Соломоном дошли без каких-либо приключений. Я бережно держала сфер и ощущала от нее тоже отвращение и ужас, какой испытывала перед диадемой. Нет, это не могло быть просто совпадением. Только я не могла понять, как связаны король, сфера и диадема.

— Я верну ее вечером, — пообещала я, перед тем, как войти в свою комнату.

— Хорошо, — вампир нахмурился. — А зачем она тебе?

— Позже расскажу, если выясню. Она...

«Напоминает мне о моем прошлом, кажется», — мысленно закончила я.

Парень нахмурился, кивнул и направился в свою комнату.

Я же, захлопнув дверь, помчалась к своим вещам, упала на колени и начала разгребать вещи, в поисках своего украшения.

Как только диадема появилась из сумки, комнату залило мягким, голубым сиянием. Чем ближе диадема приближалась к сфере, тем ярче становило свечение.

С замершим сердцем, я разглядывала два несовместимых предмета. В голове было пусто. Я даже предположить не могла, что происходило. Возможно, именно из-за этого я решила надеть диадему.

Опустив сферу на пол, я двумя руками нацепила украшение на волосы и потянулась за сферой. Стоило моим пальцам коснуться гладкой, мерцающей поверхности, голова взорвалась болью.

Тихо вскрикнув, я попыталось снять с себя украшение, но не успела. С очередным приступом боли, свет вокруг меня померк и я погрузилась во тьму.

« — Доченька, — теплые мамины руки прижали меня к себе.

Я услышала запах выпечки, духов и пота. Для меня этот запах был уже давно привычен. Мама работала на кухне в Императорском дворце. Я редко ее видела и до сегодняшнего дня чаще всего просо сидела в комнате. Иногда мне разрешалось поиграть с детьми других слуг, но большую часть времени они тоже были заняты работой. Почему работы не было у меня, я не знала. Со слов мамы выходило, что мне ее не дают из-за того, что я часто болею.

— Мама? — я испугалась, когда услышала тихий всхлип. — Что-то случилось?

— Мира, — мама взяла мое лицо в свои ладони и внимательно посмотрела мне в глаза. — Малышка, завтра ты будешь играть с Принцессой Кирой. Ты станешь ее подругой.

— Правда? — я радостно улыбнулась.

Я никогда раньше не видела принцессу, но сама мысль, что меня появится друг стала просто оглушительной.

— Правда. Мира, я повторяю. Ты станешь ей другом, а не она тебе. Никогда не жди от Императорской семьи ничего и предано служи им. Ты меня поняла?

Я кивнула, уже не так уверенная в том, что стоит радоваться».

Вспышка и очередное воспоминание, проносящее мне боль.

«Удар по щеке был таким неожиданным, что я не удержалась на ногах и упала на пол. Щека горела, на глазах выступили слезы, но я смогла не проронить ни одной. Мама говорила, что нельзя плакать перед Императорской семьей.

— Мама! — передо мной встала Принцесса Кира. — Мама, за что ты так? Мира же ничего не сделала...

— Дорогая...

Я, лежавшая в тот момент на полу, внезапно почувствовала себя маленькой и никчемной. Императрица — красивая женщина, с золотыми локонами — выглядела просто ослепительно. Но взгляд ее зеленых глаз, наполненных ненавистью, меня очень сильно пугал.

Но еще больше меня пугал Император. И не важно, что у него были волосы и глаза точно такого же цвета, как у меня. Он был высоким и тучным мужчиной. А для меня он казался просто огромным и опасным. И вот тогда, сидя на полу, за спиной принцессы Киры, я и услышала, то, чего не должна была слышать.

— Все из-за тебя! — крикнула Императрица глядя на мужа, так громко, что я вздрогнула. — Если бы не ты, это грязнокровное отродье не появилось бы на свет!»

Застонав от боли, вцепилась пальцами в голову. Мне так не хотелось этого вспоминать! Я так не хотела снова чувствовать ту боль и разочарование...

«Моя комната теперь была рядом с комнатой принцессы. Они были смежными. Разница была только в том, что моя комната была комнатой прислуги — маленькой, со старой мебелью и грубым постельным бельем. Но я не видела ничего больше этого за свою жизнь, поэтому была довольна. И я делала так, как говорила мама — была другом ее высочества.

В ту ночь я никак не могла уснуть. Прошел уже месяц, как меня перевели в это место.И все это время я не видела маму. На глазах навернулись слезы. Я так сильно по ней скучала. Так невыносимо сильно, что горло перехватывало, стоило мне только подумать об этом.

Была уже глубокая ночь, когда я услышала, что в покои принцессы кто-то вошел. Прижав одеяло к лицу, я замерла, стараясь даже не дышать.

— Кира, — голос Императрицы заставил меня укутаться в одеяло еще сильнее. Эта женщина пугала меня гораздо больше, чем монстры о которых рассказывала мама.

— Мама? — сонный голос принцессы был едва различим. — Что-то случилось?

— Слушай меня внимательно. Ты не должна дружить с той девчонкой.

— С Мирой? — растерянно спросила принцесса. — Но мы же, получается, сестр...

— Молчать, — послышался звук шлепка, от которого я вздрогнула и беззвучно всхлипнула. — Она тебе не сестра. Эта гразнокровка может в любой может воткнуть тебе нож в спину. Ты меня поняла?

То, что ответила принцесса, я уже не смогла разобрать. А на следующий день мне сообщили, что моя мать была казнена».

Нет, нет, нет! Я не хочу возвращаться в то прошлое! Почему? Почему я должна вспоминать об этом? За что? Мама.... мамочка.... Щеки обожгли горячие капли слез.

«Я стояла в парке, недалеко от беседки, в которой сидел Император, Императрица и Принцесса. Они пили чай и весело что-то обсуждали. А я смотрела на отца. Мы, правда, были похожи. А с Кирой так вообще словно сестры близняшки. Только я была младше на два месяца. Темно-русые волосы, лазурные глаза. Такие же, как у меня. Только Кира носила длинные волосы, уложенные в красивую прическу. А мои волосы состригли, чтобы я могла уделять больше времени Принцессе.

Я же никогда ни о чем не просила... Я всегда слушалась Императорской семьи... За что они убили мою маму?

— Дитя, — голос Императора заставил меня вздрогнуть и непроизвольно втянуть шею в плечи.

— Да, Ваше Величество? — я опустила голову и совершила поклон.

— Подойди.

Без лишних слов я в подошла к беседке и, опасаясь поднять взгляд, замерла, ожидая дальнейших указаний.

— Возьми это, — мужчина протянул мне флакончик с каким-то темным содержимым. — Выпей это сегодня перед сном.

— Хорошо, Ваше Величество, — пробормотала я, принимая флакончик.

Выпив его перед сном, я почувствовала невероятную, острую боль, пронзившую мои глаза. Кажется, я потеряла сознание, а когда очнулась, было уже практически утро.

Из-за того, что я всю ночь провела на полу, меня подкосила болезнь. Однако это не было чем-то важным. Болела я часто. Самое важное, что произошло — мои глаза изменили цвет с лазурного на карий».

Я уже не корчилась от боли. Лишь свернулась в клубочек, прижимая колени в груди, и беззвучно плакала. На меня внезапно обрушились все чувства, которые я испытывала тогда — боль, разочарование и темное, глубокое одиночество.

« — Мира, — Принцесса Кира взяла меня за руку и посмотрела с грустной улыбкой.

Мы шли по прекрасному, цветущему саду. Сегодня у принцессы должны начаться уроки по фехтованию и она попросила Императора, чтобы я тоже занималась. Но мне дозволенно было только сопровождать Принцессу.

— Да, выше высочество? — я улыбнулась вполне искренне.

Эта девочка относилась ко мне, как к подруге. И я отвечала тем же. Однако никогда не забывала слова мамы и Императрицы. Для всех них я всего лишь бельмо на глазу. Почему они не могут убить меня? Ответ на этот вопрос я не знала.

— Знаешь, пусть мама и говорит, что мы не сестры... Она даже заставила отца дать тебе зелье, которое меняет цвет глаз! Я... Я все равно считаю тебя своей сестрой. Понимаешь? — Кира обернулась и посмотрела на меня наивными лазурными глазами. Такими же, как были мои еще совсем недавно.

— Да, ваше высочество. Я тоже считаю вас своей лучшей подругой».

Мне было страшно открывать глаза. Казалось, что я снова окажусь в Императорском замке — удушающем, одиноком и холодном.

« — Что значит дракон отказался принимать Киру, как наследницу Империи?! — громкий голос Императрицы разнесся под сводами тронного зала.

Я стояла в стороне, смотрела, как Кира глотает слезы и недоумевала о каком драконе идет речь.

— Не переживай, дорогая, — Император ласково погладил жену по плечу. — Меня дракон тоже не сразу принял. Кира просто еще слишком мала.

Зеленые глаза Императрицы обожгли меня. Я быстро опустила взгляд и сжала подол своего серого платья пальцами. Мне нельзя было привлекать внимания. Ни за что.

— Если... — задыхаясь начала говорить Императрица, пока я рассматривала свои ноги, торчащие из под платья. — Если... эта... примет ее... Ты сам будешь виноват!

Уже позже, когда я успокоила Принцессу, мы вместе направились в библиотеку. Она хотела прочитать почему дракон не принял ее. А я хотела узнать, что за дракон и что происходит. Я умела читать, но в библиотеке была впервые. И впервые узнала, что Империю основали драконы. Нынешняя Императорская семья прямые их потомки. А еще под Империей спит дракон и именно он определяет, кто из наследников достоин возглавить Империю.

Я была заворожена этой историей. Драконы! Это же так интересно. Но следующая фраза, которую я прочитала в книге, уничтожила всем мое хорошее настроение. В книге говорились, что Императорская семья не имеет права убивать потомков драконов напрямую или косвенно. Иначе проклятие драконов обрушится на них.

Тогда я осознала, что все еще жива только из-за этого».

Открыв глаза, я села и оглядела свою комнату. За дверью уже начиналась вечеринка, а мои глаза до сих пор были мокрыми. Внутри меня бушевали эмоции, о которых я так давно забыла. Перед глазами всплывали воспоминания, которые я не хотела видеть. В ночь, когда на замок напали, Императрица обездвижила меня, надела на голову диадему принцессы и сбежала через тайный ход. Только я выжила. Как? Это воспоминание так ко мне не вернулось. Я точно знала, что вся Императорская чета погибла. Но как тогда выжила я?

Стук в дверь нарушил тишину моей комнаты. Вздрогнув, я медленно поднялась и автоматически открыла дверь, совсем позабыв, что на голове у меня диадема. Увидев меня, Соломон резко распахнул дверь, закрыл ее за собой и обескуражено оглядел меня с ног до головы.

— Что случилось? И что это такое? — вампир указал мне на голову.

А я смотрела на его обеспокоенное лицо и понимала, что эта жизнь — простой деревенской девочки, нравится мне куда больше жизни бастарда. Я осознала, как я была счастлива, просто не помня того, что было тогда. Опустив взгляд, я сделала шаг вперед и обняла вампира за пояс и уткнулась лицом ему в плечо. Сейчас мне просто хотелось получить поддержку хоть от кого-то.

— Все хорошо, — Соломон аккуратно погладил меня по спине.

Чтоб прийти в себя, мне потребовалось минут двадцать. Когда последние слезы высохли, я выдохнула и отстранилась от Соломона. На плече его белой рубашки отчетливо виднелось мокрое пятно. Я смущенно отвела взгляд. Внезапно стало очень стыдно из-за своей несдержанности.

— Так теперь ты объяснишь, что происходит? — как ни в чем не бывало спросил Соломон, взмахом руки высушивая мокрое пятно на плече. — Ты что-то вспомнила?

— Да, я... Давай я расскажу все, когда мы соберемся вместе с Нортом. А сферу можешь забирать.

Я нагнулась, подняла с пола светящуюся сферу и протянула ее вампиру.

— Прости, что смутила своим поведением. Просто воспоминания оказались куда хуже, чем я думала, — пробормотала я.

Когда Соломон забрал сферу, я стянула диадему с голову и снова запрятала ее в свои вещи. Нельзя, чтобы хоть кто-то узнал, кем я являюсь. Я нахожусь в Королевстве, которое уничтожило Империю изнутри. Убив всех (как они думали) представителей Имперской крови, они могли пользоваться всеми землями и благами Империи. Но если жители Империи узнают, что есть прямой наследник драконов, может подняться восстание. Поэтому меня хотят убить?

— Хорошо, я подожду, — недовольно поморщившись, согласился вампир. — Приводи себя в порядок и выходи в гостиную. Так как мы «герои», без нас не начнут. Но в разгар вечеринки, позовем Норта и сможем незаметно уйти.

— Хорошо, — я кивнула и улыбнулась. Сама хотела предложить именно такой план.

Соломон вышел за дверь, а я свалилась на кровать, раскинув руки и прикрыла глаза. Вся моя жизнь буквально за мгновение перевернулась с ног на голову. Ну как такое вообще может быть? Почему именно я? И как мне теперь быть?

«Если меня пытаются убить из-за моего происхождения, то это может быть только Королевская семья. Вот почему Принц танцевал со мной на балу? Он хотел убедиться? Он сказал, что я похожа на его знакомую, которая давно умерла... Неужели он имел ввиду ее высочество Киру».

Перевернувшись на бок, я посмотрела на свои ладони. Как они могут принадлежать потомкам драконов? Как я вообще могу быть кем-то настолько незначительном, но в то же время проблемным?

— Хватит. Обсужу все с Нортом и Соломоном. А потом будем решать, что делать.

Я решительно встала с кровати, посмотрела в зеркало и кое как привела себя в порядок. Никто не должен заподозрить что-то неладное. Особенно те, кто за мной следит. А то, что таковые имеются, я почему-то была уверена.