Глава 12

Я подошла к порталу без десяти одиннадцать. Уильям уже ждал меня в зале. Сегодня он был одет неформально: вместо строгой преподавательской униформы, чем-то напоминавшей доспехи, и застёгнутой на все пуговицы рубашки с жёстким, накрахмаленным воротничком, на ректоре был красивый сине-зелёный костюм-тройка, подчёркивавший цвет его глаз. Я залюбовалась Уильямом и на мгновение забыла, зачем сюда пришла. Из задумчивости меня вывел звонкий голос двух студенток. Проходя мимо ректора, они пожелали ему хорошего дня, а затем нырнули в портал, представлявший собой огромное зеркало в металлической раме, покрытой магическими формулами. Покинуть Академию можно было разными способами, но самым быстрым был именно портал. Он за секунду мог переместить тебя в любую точку королевства. В очередной раз поправив платье, я сделала глубокий вдох и подошла к Уильяму. Он улыбнулся. — Ты чудесно выглядишь! — Комплимент из уст ректора выбил весь воздух из моих лёгких и заставил сердце забарабанить бравурный марш. — Ты тоже! — воскликнула я, — и совсем не похож на кисель… ой! — Последнее замечание вырвалось против воли, слишком глубоко в моей голове засели слова Патрика за завтраком. — При чём тут кисель? — Нахмурился Уильям. Как мне ему объяснить и не выглядеть при этом дурочкой? Хотя, наверное, уже поздно. — Просто шутка Патрика никак не идёт у меня из головы, — сказала я и нервно засмеялась. Ректор нахмурился ещё сильнее. — Так, Флоранс, сегодня я больше не хочу слышать о Патрике, ясно? — строго сказал он, — у нас как-никак свидание. Так что сосредоточься на мне! — Значит, ты признаёшь, что это свидание? — поддела его я. Вместо ответа Уильям взял меня за руку и повёл к порталу. Мы одновременно нырнули в магическое сияние, а уже через секунду стояли на главной площади столицы. Совсем недавно здесь проходил экзамен в Академию, но сейчас сложно было в это поверить. Повсюду, сколько хватало глаз, стояли пёстрые шатры и прилавки, украшенные гирляндами из разноцветных листьев, ягод и маленьких тыкв. В воздухе витал запах корицы, кленового сиропа и свежей выпечки. То тут, то там раздавался весёлый смех и радостный детский визг. Точно! Сегодня ведь праздник середины осени! Как я могла забыть⁈ В моём родном городке в этот день тоже открывалась ярмарка, а в пекане мы готовили тыквенный хлеб. Вечером я обязательно ходила на танцы, а потом любовалась фейерверками. Счастливые воспоминания заставили мои губы расплыться в улыбке. Уильям это заметил и спросил: — Любишь ярмарки? Я кивнула. — Да, очень! Когда я была маленькой, бабушка и дедушка каждый год водили меня на праздник середины осени. Там я впервые попробовала жареные каштаны, увидела настоящую фею и даже выиграла соревнования по прыжкам в мешках, — рассказала я. Уильям засмеялся. — Значит, не зря я привёл тебя сюда, — заметил он. Было приятно, что, планируя свидание, Уильям подумал обо мне, но хотелось, чтобы и ему было хорошо. — Тебе, наверное, не по душе такие развлечения? — предположила я, — ты всё-таки родился в семье аристократов и привык к более изысканным мероприятиям. Уильям ответил на сразу. Он взглянул на меня, словно решал, стоило ли делиться со мной личным, но в итоге заговорил: — На самом деле, я не из семьи аристократов, — признался ректор. Что? О чём это он? Уильям внимательно следил за моей мимикой, словно пытался прочитать мысли по выражению лица. — Разочарована? — спросил он. — Заинтригована, — поправила я и продолжила, — ты расстраиваешь меня, только когда называешь студентом. Уильям улыбнулся. Мне показалось, что после моих слов он расслабился. Неужели ректору действительно была так важна моя реакция? Похоже, Уильям ещё не понимал, как сильно нравился мне. Наверное, это к лучшему. — Расскажешь? — осторожно спросила я, — или это слишком личное? — Промолчать, чтобы ты стала первой девушкой, которая умерла от любопытства? — насмешливо уточнил ректор, а затем предложил, — давай пройдёмся? Я кивнула, и мы медленно пошли вглубь ярмарки. Уильям по-прежнему крепко сжимал мою ладонь, словно бы я уже стала его девушкой. Мне нравилось ощущение уверенности. Давно я не испытывала ничего подобного. Чувство, переполнявшее мою душу, сложно было описать словами. Сейчас всё было правильно. Именно так, как должно быть. Рядом с Уильямом я чувствовала себя на своём месте, словно я долго блуждала во тьме и, наконец, нашла свой путь. Вокруг нас царило веселье, горожане наслаждались праздником. Я и Уильям были частью этого, но одновременно оставались сами по себе, будто бы у нас был свой мир, доступный только нам двоим. — Герцог Дорсет меня усыновил, — спустя какое-то время сказал Уильям. При этом его лицо оставалось спокойным. Я этого не знала. Ходили слухи, что он был внебрачным сыном герцога Дорсета, но правда оказалась иной. — Долгое время я жил в сиротском приюте в маленьком городке, похожем на твой, — продолжил Уильям, — кем были мои родители я уже не помню, но точно не аристократами. И вряд ли порядочными людьми, иначе приютскому целителю не пришлось бы несколько месяцев бороться за мою жизнь. — Мне жаль, — искренне сказала я, коснувшись свободной рукой его ладони. Уильям улыбнулся. — Спасибо. Начало моей жизни в самом деле было не слишком счастливым, зато потом улыбнулась удача, — рассказал он, — когда мне исполнилось пять лет, в наш приют приехал герцог Дорсет. — Уильям посмотрел вдаль, словно бы на мгновение перенёсся в то время. — Помню, когда я впервые увидел его, то подумал, что герцог — очень добрый человек. Несмотря на заботу воспитателей, в приюте жилось тяжело. Я мечтал обрести дом и семью, поэтому, когда герцог уходил, я побежал за ним и попросил забрать меня с собой. Он ничего не сказал, просто взял меня на руки и посадил в экипаж. — Герцог и вправду очень добрый человек, — заметила я. Ректор кивнул. — Да, он всегда относился ко мне, как к родному сыну, а я люблю его, как отца. Пусть наша семья маленькая, главное, что мы счастливы. — Эмоции Уильяма были искренними. Мне нравилось видеть его настоящее лицо, а не строгую маску ректора. Кстати, об этом. — Значит, вот почему ты изменил правила поступления в Академию и открыл её двери для незнатных студентов? — догадалась я. Мы уже прошли всю ярмарку и остановились у одной из красиво украшенных арок. Людей вокруг почти не было, отчего это место стало более уютным. — Да, ты права, — подтвердил Уильям, — такой порядок всегда казался мне несправедливым. Ведь если бы герцог Дорсет меня не усыновил, я тоже лишился бы шанса поступить в Академии. Поэтому практически с первого учебного дня я планировал устроить маленькую революцию. — На лице Уильяма мелькнула озорная улыбка. — После получения диплома меня звали на королевскую службу, но я не забывал о своей цели и в итоге всё-таки заполучил должность ректора. — Спасибо тебе! — воскликнула я, — для людей вроде меня и Патрика это действительно потрясающая возможность! — Так, — строго сказал Уильям, — по-моему, я просил тебя не упоминать о Патрике на нашем свидании? — Ой! — Я прикрыла рот ладонью, а потом виновато проговорила, — прости. — Нет уж, одним «прости» ты не отделаешься. Мне нужно что-то более весомое, — сказал Уильям с наигранной серьёзностью. Я поняла, на что он намекал, но хотела его подразнить. Поэтому встала на цыпочки и чмокнула Уильяма в щеку. — Вижу, ты совсем не раскаиваешься в своём поведении? — спросил он, а затем положил руку на мою талию и привлёк к себе, так что наши лица оказались совсем близко друг к другу. В этот раз я хотела, чтобы первый шаг сделал Уильям, поэтому не пыталась сократить разделявшее нас расстояние, лишь перевела взгляд на его губы. Кажется, ректор догадался о моём желании и поцеловал меня. Очень осторожно, словно опасался получить пощёчину. Но я не только его не оттолкнула, а, наоборот, обвила руками шею Уильяма, крепче прижавшись к нему. В тот же миг из нежного, поцелуй превратился в жадный и даже собственнический. От такого напора у меня закружилась голова. Мир вокруг исчез, остались только горячие губы Уильяма. Он целовал меня так, словно бы это был последний миг наших жизней. Я начала задыхаться и отстранилась, жадно глотая ртом воздух. — Подожди, — прошептала я. Мои щёки горели, словно печи. Казалось, если коснусь их ладонью — обожгусь. — Прости, — сказал Уильям. Его голос стал хриплым. — Постараюсь держать себя в руках. — Не надо! — тут же воскликнула я, а в следующий миг поправилась, — то есть, надо. В смысле, мне нравится тебя целовать, но давай немного сбавим обороты. Уильям засмеялся. Наверное, для него я была слишком молодой и наивной. — Конечно, нам некуда торопиться, — сказал он, а затем поцеловал меня в лоб. Я обняла его и в этот момент краем глаза уловила какое-то движение. Машинально обернувшись, я успела заметить знакомую фигуру, спешно скрывшуюся за одним из шатров. Меган! Кажется, она всё видела! Я мгновенно побледнела. — Что-то не так? — обеспокоенно спросил Уильям, — плохо себя чувствуешь? Неужели Меган опять за мной следила? Или это было совпадение? Что ж, тогда я очень невезучая девушка. — Кажется, моя соседка видела, как мы целовались, — сказала я. — И что с того? — поинтересовался Уильям. — Ну, ты ей вроде как нравишься, — сообщила я. — А она мне нет, — отрезал ректор. — Ты не понимаешь! — воскликнула я, — Меган завидует и постоянно мне пакостит. Уильям нахмурился. — Почему не рассказала мне раньше? — строго спросил он. Я виновато опустила взгляд. — У тебя и без меня забот хватает, — промямлила я. Уильям вздохнул, а затем коснулся пальцами моего подбородка и заставил поднять голову. — Впредь, если у тебя возникнут проблемы, сразу говори мне, — велел он, — я со всем разберусь. А что касается твоей соседки… По правилам Академии наказывать её пока не за что, но я могу тебя переселить. — Правда? — удивилась я, — но разве все комнаты уже не заняты? — Нет, мы всегда оставляем несколько свободных спален на случай, если в Академию переведутся студенты из соседних королевств или возникнут другие непредвиденные обстоятельства, — рассказал Уильям. — Ясно, — проговорила я. Мне было неловко, что сам ректор вмешался в мой конфликт с соседкой. Имела ли я право использовать наши отношения, чтобы решить свои проблемы? — Эй, не надо себя накручивать, — попросил Уильям, словно прочитав мои мысли, — я обо всём позабочусь. — Спасибо, — тихо поблагодарила я. — Кстати, слышал, тут проходят соревнования по прыжкам в мешках. Не хочешь поучаствовать? Ты же чемпион. — В его глазах мелькнул озорной блеск. Я легонько стукнула кулаком в его плечо. — Между прочим, это довольно сложное соревнование, — обиженно сказала я, — мешок всё время мешается, и прыгать неудобно. — Охотно верю! — Уильям засмеялся. Чтобы его остановить, я встала на цыпочки и поцеловала ректора. — Это запрещённый приём! — воскликнул он и хотел было притянуть меня к себе для ещё одного поцелуя, но я вывернулась из его объятий. — Давай лучше перекусим! — предложила я и поманила Уильяма за собой. Продолжая улыбаться, он взял меня за руку и повёл к выходу с ярмарки. Мы покинули центральную площадь столицы и свернули на пешеходную улицу, вдоль которой располагались театры, дорогие магазины и шикарные рестораны. Здесь же прогуливались богачи и аристократы. Многие знали Уильяма и здоровались, вежливо кивая. Мне сразу стало неловко. Рядом с таким мужчиной должна идти светская красавица в модном наряде. А я в своём старом платье выглядела бледно на его фоне. Но Уильяма это, похоже, не смущало, он открыто держал меня за руку, и совершенно не стесняясь, представлял своим знакомым. Мы пересекли пол-улицы и остановились около кафе-кондитерской с золотой вывеской. — Как насчёт этого места? — спросил Уильям, — говорят, здесь готовят лучшие десерты в столице. А ещё в эту кондитерскую любят заглядывать члены королевской семьи. При мысли о возможности столкнуться с Его Величеством меня охватила паника. Я испуганно отступила. — Может, найдём что-нибудь попроще? — предложила я. — Нет уж, — отрезал Уильям, — да и тебе, как пекарю здесь будет интересно. В кондитерской открытая кухня, сможешь увидеть, как готовят разные сладости. В моей душе боролись любопытство и смущение, но в итоге Уильям просто открыл передо мной дверь, не оставив выбора. Пришлось переступить порог. Я тут же уловила запахи кофе, шоколада и мяты. — Мистер Дорсет? — к нам подошла официантка в бледно-розовом платье и фартуке с рюшами. — Столик на двоих, пожалуйста, — сказал Уильям, — и желательно поближе к кухне. — Конечно, следуйте за мной. — Девушка проводила нас вглубь зала к маленькому столику с белой скатертью, располагавшемуся на небольшом возвышении. Отсюда была хорошо видна вся кухня, защищённая магическим куполом. Я села на стул с коваными ножками, взяла в руки меню, бросила взгляд на поваров и пропала. Какая слаженная работа! Как ловко они управлялись с тестом. А крем! И шоколад… на кухне же наверняка жарко, почему он не таял? Я следила за каждым движением поваров, совершенно забыв обо всё на свете. Отвлекло меня только деликатное покашливание Уильяма. — Я, конечно, рад, что тебе здесь так понравилось, — сказал он, — но у нас всё-таки свидание. — Прости! — воскликнула я и с трудом отвела взгляд от кухни. — Вижу, выпечка — это на самом деле твоё призвание, — заметил Уильям. — Так и есть, — согласилась я, — мне с детства нравилось проводить время на кухне. Бабушка и дедушка редко покупали сладости, потому что считали их вредными. Но я нашла выход — начала готовить десерты сама. — Отличное решение, — похвалил Уильям, — наверное, кто-то из твоих родителей тоже был поваром или пекарем? Его вопрос застал меня врасплох. В первую секунду я хотела рассказать правду. Что про своего отца я ничего не знаю, а мать продала меня случайной женщине и исчезла, но потом передумала. Я понятия не имела, как Уильям отнесётся к такой правде, и мне было слишком страшно его разочаровать. Молчание затянулось, и Уильям понял его по-своему. — Не нужно говорить, если для тебя это слишком тяжёло, — сказал он, — и прости, что спросил. — Всё в порядке, — заверила я и переключилась на меню, чтобы сменить тему, — что посоветуешь заказать? Уильям задумчиво оглядел список десертов, а я ощутила укол вины. Он ведь рассказал мне о своём детстве, и я должна была ответить тем же, но струсила. Быть может, если я найду свою мать и выясню, почему она меня бросила, то перестану бояться, и тогда между мной и Уильямом не останется секретов? Забавно. Изначально я ведь поступила в Академию, только чтобы найти информацию о своей матери, но из-за учёбы и отношений с Уильямом совсем про это забыла. А надо бы всё-таки проникнуть в архив, чтобы навсегда закрыть для себя эту тему.