Глава 60

Зена стояла в зените. Небо вокруг нее словно воспалилось желтой дымкой. От дождя не осталось и следа. Все давно высохло, но кое-где еще виднелись следы крови. Они не каплями, а настоящими плевками заливали песок и еще оставались багровыми пятнами.

Никто не спал, просто не мог спать не то от шока, после случившегося ночью, не то диких хриплых стонов, что если и затихали, то ненадолго.

У Кастера был жар. Берг постоянно менял на его лбу мокрую тряпку, набирал свежей воды попрохладней, но это никак не помогало. Он был серо-землистого цвета, кое-где на руках темными прожилками виднелись капилляры и это тревожило Берга еще больше.

Он вроде никогда особых чувств к Кастеру не испытывал. Ну парнишка, ну шумный, иногда занудный, вроде даже убийца, но ему было страшно смотреть, как он мучается, и понимать, что шансов нет, но очень хочется их найти.

— Если я отойду, ты присмотришь за ним? — спросил Берг у Шефа, что один не пытался спать, а сидел рядом с пистолетом в руках, словно проверял свое решение на прочность.

Это было одно из правил Демонов: если раненый в лагере — дать ему сутки на чудо, вдруг он все же как-нибудь очухается. За сутки, конечно, никто не выздоравливал, но порой раненым становилось лучше, хоть и не часто. Шеф сам видел, как однажды один несчастный, поймавший две пули в брюхо, выжил, потому что ему дали сутки, но через полгода окочурился с дикими болями в животе, сам орал и молил, чтобы его пристрелили, но полгода ведь прожил. Только это было одно из немногих чудес, о других Шеф только слышал, а сам не видел, просто надеялся, что Кастеру может повезти. Ночью надеялся, теперь уже ни во что не верил и только бесился, что Виту исчез. Убивать Кастера, не дав им проститься, Шефу казалось слишком жестоким.

— Ты меня вообще слышишь? — спросил Берг, коснувшись его плеча. — Мне надо пройтись и подумать, можешь присмотреть за ним.

— Да, конечно, только что тут думать, оно ведь…

— Не ведь! — упрямо ответил Берг. — Слушай, я остановил кровь, мы залили ему рану всем, что у нас было, местами прижгли, да, он потерял много крови, но, еб твою мать, он еще жив, и не говори мне, что тебе в клане человек без ноги не нужен!

— Я о таком даже не думал, — глухо ответил Шеф, чувствуя укол совести, не за то, что он думал про ногу Кастера, а за то, что давно смотрел на Берга, как на возможного преемника, и вот пожалуйста, место зама было готово освободиться.

Сам Шеф никогда не желал Кастеру зла и даже почти придумал для него аргумент мирно отказаться от должности, а теперь чувствовал себя идиотом.

— Меняй воду и компрессы, — строго сказал Берг. — И помни, я тебя придушу, если ты его пристрелишь, ясно? Это всех касается!

Он почти рычал, не понимая, почему все вокруг были готовы смириться.

«Бля, он мой товарищ или ваш, вообще?!» — спрашивал мысленно Берг, становясь в позу.

— Не кричи, до следующего рассвета никто ничего делать не станет, — ответил ему Шеф и убрал за пояс пистолет. — Иди, если это может как-то помочь его спасти, куда угодно иди.

Берг только фыркнул. Шеф на него не взглянул, только на Кастера и тут же вновь намочил тряпку, вторую побольше, чтобы не только голову горячую укрыть, а все тело обтереть, остудить места ожогов, что все же нашлись на теле Кастера, и даже убедиться, что металлическая труба, вместо шины привязанная к левой сломанной ноге, никуда не съехала — все же Кастер часто пытался дергать ногами и куда-то уползать, сам мог все испортить.

— Я очень надеюсь помочь, — выдохнул Берг, только в этот миг понимая, что не все равно не только ему, просто у других неравнодушие выглядит совсем иначе. Он был готов поверить, что пистолет в руках Шефа — тоже неравнодушие, но ничего не говорил, спеша на новую встречу с Моникой.

Та велела ему прийти в полдень в то же место на следующий день.

— Нам нужно проанализировать полученные данные, — сказала она, выслушав доклад Берга, теперь же она должна была озвучить приказ, а главное — решение по Карин, которая ничего еще не натворила, но в очередной раз подверглась опасности.

«Похер, что они решат со мной. Похер на Лотара, — думал Берг. — Пусть заберут Карин, ну и медикаменты нам дадут. Кастер без лекарств не выживет».

Он понял это очень быстро, слишком высокой была температура, а значит в кровь успело что-то попасть, и эти темные капилляры под кожей были явно не добрым знаком, но не понимая, что именно происходит, Берг мог предположить, что могло бы помочь. В конце концов, кое в чем экстренная военная аптечка походила на реанимационный больничный набор, а визуальная память у Берга была так хороша, что он, даже спустя десять лет, мог вспомнить цвет флакона в отцовских руках.

«Лучше бы я стал врачом, как хотел отец», — думал Берг, взбираясь на скалу и тут же прикладывая кулак к груди.

— Мы рады вас видеть, — говорила Моника быстрее, чем появлялось ее изображение.

Голос у нее был все же странный, с помехами, измененный, но Берга это не смущало: они на ЗиПи3, где связь не должна работать. Если уж ее смогли настроить, а она передает сигнал с перебоями, то лучше так, чем без связи совсем.

Сегодня он руку ко лбу прикладывал с уставшей покорностью и с надеждой смотрел на мерцающее изображение женщины.

— Мы изучили данные вашего доклада и сделали запрос в руководящее управление Земной Армии Правопорядка. Вынуждена вас огорчить, но Лотар Нарид вас обманывает. Он не был на экспериментальном корабле, его просто сбросили сюда, как преступника, прямо в форме, поэтому мы не рекомендуем вам с ним взаимодействовать.

— Но у него же есть право на самооборону, — поразился Берг. Ему в этот миг даже в голову не пришло, что убивать можно еще по каким-нибудь причинам.

— Это не меняет того факта, что он злоупотребил своими правами и получил свой приговор, — невозмутимо ответила Моника. — Что касается вас, то мы вынуждены признать, что не готовы эвакуировать вас на патрульный корабль — там нет людей, обученных сражаться.

— Я понимаю, — спешно кивал Берг. — У меня не было излишних иллюзий на свой счет, но Карин…

— Лейтенант Маер может быть эвакуирована, вам только надо привести ее сюда завтра на закате.

— Спасибо, — с облегчением выдохнул Берг.

— Вами чуть позже займется ЗАП. У вас будет шанс им помочь, их руководство готово рассмотреть вашу кандидатуру в качестве спец агента, но пока вы должны оставаться в банде преступников и ждать указаний.

— Я все понял, — бодро ответил Берг, с трудом сдерживая улыбку от одной мысли, что есть шанс не просто выжить, но и перейти в куда более престижный военный отдел.

Снова приложив кулак к груди, он спешно спросил:

— Могу я попросить у вас медикаменты?

— Вы больны? — удивилась Моника.

— Я здоров, но в отряде есть тяжелораненый и я… мне очень нужно его спасти и закрепить свой авторитет в отряде. Меня могут убить, если он не выживет.

Он безбожно врал, сам от этого пугался, но чувствовал, что это правильно. Ему нужна аптечка, а что он немного приврет — значения не имеет. В конце концов, ему действительно нужно остаться у Демонов и даже как-то уживаться с ними, когда Карин исчезнет. Без нее, возможно, станет легче, но еще один аргумент не помешает.

— Какие именно медикаменты вы хотите? — спросила Моника.

У Берга губы от напряжения дернулись.

«Как будто я разбираюсь в медикаментах, черт вас всех дери!» — думал он, а вслух говорил:

— Мне нужна боевая стандартная аптечка этого года.

— Подождите, — ответила на это Моника.

Ее настоящий привычный голос прорвался на миг, а потом она чуть повернула голову, зажимая рукой левое ухо, явно слушая кого-то через наушник, несколько раз кивнула и снова посмотрела на Берга.

— Мы согласны вам помочь, — сказала она. — Аптечка будет сброшена ночью в транспортной капсуле. Координаты мы точно не сможем рассчитать, так что следите за сигнальным маячком.

— Благодарю.

— Берегите себя, капитан, — сказала Моника и исчезла, оставив только дымку в раскаленном воздухе над скалами.

Только теперь Берг улыбнулся. У него были все шансы сделать две невозможные вещи: эвакуировать Карин и спасти Кастера. Тут действительно было чем гордиться.

— Главное, чтобы он дожил до ночи, — сказал Берг вслух и поспешил обратно в пещеру, где царила траурная тишина.

Кастер в его отсутствие не умер, но перестал стонать и только время от времени беззвучно шевелил губами. Его поили, даже не понимая, что он просто пытается звать Виту, но сил на это уже не хватает.