Глава 34

Глава 34.

Стиральная машинка начала уже отжимать и при этом изводила меня глухим звуком раскачивающегося барабана из-за того, что не отцентрована. Я разбираю белье по кучкам, в ворохе периодически ловлю маленького зайчонка, которая все не может успокоиться. Мама стоит на кухне и жарит блины, пока каждый занят своим делом и старается никому не мешать. София умудрилась перемазать все свои футболки красками, и теперь нам предстояла большая стирка благодаря ей.

Мама пару раз пыталась поговорить со мной о похоронах, почему я так быстро вернулась. Но мне было нечего сказать ей, сплетничать об их семье…, да она и так знала, на что они способны. Вонзить в спину нож, и добавить еще грязи не в моем стиле. Я всегда стараюсь щадить своих близких, даже если сама очень переживаю.

Когда в кухне запахло ванилином, я с удовольствием втянула в себя воздух. В выходной день, еще и осенний, хочется, чтобы в доме пахло выпечкой. Это создает определенный настрой, погоду в доме. Я вообще люблю уют во всех его проявлениях.

София в очередной раз перепрыгнула кучу белья и, запнувшись, чуть не проехалась лицом по линолеуму. Нам явно было тесно вчетвером в этих сорока двух квадратах.

– Господи ты Боже, убьется ведь, – восклицает мама, когда я хватаю ребенка за шкирку.

– А ты попробуй, объясни ей, что это опасно, – выразительно смотрю на дочь. – А если ты сломаешь себе что-то?

София окидывает нас обеих взглядом и с довольной улыбкой на лице сочиняет ответ.

– К врачу поеду. Мне подарят конфеты, и больше ничего не будет болеть, – заключает она и снова прыгает через белье.

– А можно еще и укол вкатить, не так ли? – беру ее чуть выше локтя и увожу подальше от опасных игр.

– Так не честно. На улице холодно, дома скучно. Я устала, – канючит мелкая напоминая мне о тех временах, когда я рвалась на улицу, уставая от безделья.

– Помоги бабушке, – мама тут же выходит из кухни с маленькой лопаткой в руках.

– Вот не надо, она прошлый раз так помогла, что мне пришлось еще и всю плитку на кухне отмывать. – Лучше разбуди деда, он уже отдохнул после поездки и попроси повозить тебя по городу.

София тут же срывается с места и громким голосом басит: «Дедушка уже не спи». Естественно, когда она так орет уже и кот решил, что время сна закончилось. Я напрягаюсь от воспоминания, как она постоянно кричала маленькая и как часто болела. Я думала, свихнусь! У нас даже появилась личный доктор, которой мы платили за вызов на дом, так как постоянно сидеть в диких очередях – было нереально. Ларингиты были раз в месяц стабильно, гнойная ангина, фарингит, бронхит, я уже вполне могу стать врачом даже без обучения.

Мимо меня проходит отчим с заспанным лицом, он только что вернулся из Тольятти, рвался домой к любимой внучке и решил вздремнуть днем. Его тучное тело задевает двери, и он пытается пройти боком.

– Надо худеть, – говорит мама и я уже знаю, что сейчас защитница будет рвать и метать за эти слова.

– Не правда! Он толстый и добрый! А кто худой, тот злой! – вот так считает моя дочь, теперь ее невозможно переубедить в ином. – А еще он мягкий!

Я выглядываю из-за двери и смотрю, как она прижалась к его круглому животу, обняв своими ручками-веточками.

– Устами младенца… – довольно говорит мой отчим и ворует один блинчик для себя, а второй для Софии. – Ну что ребенок? Едем в путешествие?

От радостного визга лопаются перепонки, она сейчас разнесет всю кухню если не успокоится. Бросаю одну из ее футболок назад в таз для замачивания от пятен и быстро вытираю руки. У меня все доведено до автоматизма, перехватываю ребенка, когда она практически смахивает блины на пол. Перекидываю ее на руку и волоку в зал. В шкафу нахожу черные штаны с утеплённым подкладом в горошек, свитер с цветочками, и быстро натягиваю на нее. Я надеюсь, что они начнут снова игру «как вывести из ребенка – монстрика» в машине, но это зря.

– Я буду сегодня твоим принцем, и мы пойдем на бал, – доносится из комнаты голос отчима.

– Нет, – строгим голосом отвечает София и шипит, когда я дергаю расческой ее белокурые вьющиеся волосы. – Ты не будешь принцем! У меня уже есть Демид.

– Ну, пусть он будет уборщиком. Я принц, ты принцесса, – София даже не дает ему договорить, издавая рычащий звук. – Я перепутал, ты не принцесса ты львенок.

– Не-е-ет! – еще сильнее орет моя дочь, и я постепенно начинаю закипать.

– Вы можете заткнуться оба и просто уехать уже? – мама заходит в зал и строго смотрит на отчима. – Вот ты уже старый, а мозгов так и нет!

– Почему нет, я же с ней играю, – добродушно отвечает отчим.

– Ты так играешь, что она орет дурниной! – строго говорит мама, пока я заканчиваю заплетать косички.

– И пусть орет, она горло тренирует. Может, будет певицей, – он выходит из комнаты и подмигивает мелкой.

– Я буду актрисой. – София проходит мимо него гордой походкой, берет в руки ботинки и, кряхтя, пытается их одеть, но кожа еще не растянута, так как они новые.

– Тебе помочь? – улыбаясь, спрашивает ее отчим. – Или актрисы, наверное, самостоятельные. Я например певец, умею красиво петь так: ла-ла -ла.

– Нет! Я певица и ты не будешь петь свое ла-ла-ла! Я лучше пою! – устало я провожу ладонью по лицу и прикрываю рот. – Мама скажи ему! Я же лучше.

Вот мне в свою очередь безумно хотелось бы сказать, что она певица от Бога, но, к сожалению, после ее соло с игрой на фортепьяно… Она драла глотку с песней о Заиньке, у которого длинные ушки, первый седой волос наверняка вылез у меня именно в этот момент. Я же всегда говорила, что не лгу, поэтому мне приходится выкручиваться другим способом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Так, если вы уже ссоритесь, София может остаться дома, – вот, мне кажется, мужчины вообще не выходят из детского возраста, сейчас эти двое смотрят на меня совершенно одинаково.

– Нет, мы хорошие! – восклицает ребенок, она выталкивает в спину отчима за двери, даже не зашнуровав обувь.

– Они невыносимые оба, – мама ставит на стол румяные блинчики, и наливает кленовый сироп в специальную посуду. – Ну и ты, собираешься пойти погулять?

Я возвращаюсь в кухню с бельем, которое надо отстирать и заполняю барабан. Сейчас начнутся расспросы, и мы можем перейти черту.

– Мне вроде как не с кем, – мама наливает себе и мне чай, достаточно громко ставит кружки на стол и хмыкает.

– Мне показалось, что сегодня у тебя встреча. И вообще, надо завести новых друзей. Или позвонить старым. Я понимаю, что ты не хочешь повторения истории, но это же не дело постоянно находиться: то на работе, то дома. Должны быть развлечения! – я включаю кнопки на стиральной машине и сажусь рядом с ней.

– У меня есть развлечения, – показываю на старого уже потрепанного жизнью кота и игрушки, каким-то образом, появившиеся на пороге прихожей. – Когда мне надо было развлекаться, я выбрала семейную жизнь и ребенка. Даже если это у меня не получилось, мои старания можно причислить к победе. Я росла вместе со своим ребенком, вполне осознавая, что пока я занята – соплями, рвотой, и прочими детскими неожиданностями, мои однокурсники не станут ждать меня. Далее произошло следующее, подруга оказалась предателем, лжедрузья – врагами и только моя семья рядом. Поэтому не стоит меня винить в том, что я не хочу менять свой уклад жизни. Мне просто не с кем это сделать.

Мама внимательно меня слушает, дует на горячую жидкость в стакане. Аккуратно отпивает и медленно водит ложечкой в чашечке с медом.

– Может ты и права. Жизнь проходит, я об этом переживаю. Ты молодая, красивая, но одинокая. До двадцати пяти моя жизнь тянулась, а после – пролетела в один миг, я только видела, как закатывалось солнце за горизонт, а казалось, я только проснулась, – я прикасаюсь к руке мамы и сжимаю ее. – Хорошо, я больше не стану говорить об этом. Блинчики?

Я не особо люблю теперь блины, он их любит, и эти ассоциации меня не располагают к трапезе. Но мне все еще нравится, как пахнет тесто после того, как его пожарят. Чай нещадно обжигает мое нёбо, открываю рот и громко дышу.

– Кстати там, Софья мудрила у тебя в знакомствах чего-то, – тут мне уже стало интересно, и я убрала ложечку с кленовым сиропом назад в чашку, даже не притронувшись к нему.

Нахмурившись, я медленно поднялась со стула и поплелась в зал, нажав на кнопку процессора, ожидая, когда он загрузится. Черный экран сменяется синим и на мониторе появляется смешное лицо дочери. Снизу в колонке выскакивает значок с четырьмя сообщениями, и я мгновенно проваливаюсь в знакомства одним нажатием мыши.

– Хорошо… Хорошо, что она еще не умеет толком писать, – разочарование тут же окатывает меня с ног до головы.

Мой ребенок отвечала всем, кому хотела, мужчины совершенно незнакомые мне задавали вопросы, а она, как ни в чем не, бывало, отправляла кучу смайлов и невпопад «Да» и «Нет», видимо это все, что она умеет, при том…к моему счастью она едва умеет читать.

– Блин, вот собственными бы руками… – быстро строчу каким-то туркам, и прочим озабоченным идиотам, что я не собираюсь с ними «Фак», и отвечала моя дочь. Письма выходят нереально большими, и чем строчить каждому, я копирую и делаю рассылку. Затем удаляю и блокирую их анкеты. Позорище, если бы еще эти озабоченные отправили член во весь экран, было бы ужасно. София зараза! Почистив историю, ко мне приходит новое сообщение, и я прищуриваю глаза. Появился значит снова? Я не читала его сообщение в прошлый раз, и все разы которые были, просто удаляла.

– Лицо какое знакомое, – мама как Каспер подобралась так, что я даже не услышала ее. – Это не…как же его? Ты еще с ним в сад ходила , потом на танцы… А он же тогда нашего Казанову брал на случку с их киской. Да как же его?

– Да Виталя это с четвертого подъезда, – резко отвечаю я и едва не нажимаю кнопку удалить сообщение.

– Так, а чего он уже минут сорок стоит около нашего подъезда? За тобой, что ли пришел? – со стоном я усаживаюсь на мягкое кресло и захожу в сообщение.

Мои брови касаются наверно корней волос. У нас свидание оказывается…

– Та-ак, а теперь давай подробней с этого места, – мама садится на спинку дивана и начинает вытирать руки о кухонное полотенце, затем и стол за которым я сейчас сижу. Мне приходится отодвинуться и закрыть глаза, гнев уже вот-вот рванет наружу.

– Значит так, Виталя написал мне сообщение с вопросом: «А не пора ли нам увидеться». – Мама приподнимает брови и расплывается в улыбке. – Я помешкала, но ответила, что возможно. И он исчезает на несколько недель. Потом он написал мне, я решила, что не нуждаюсь в его внимании и стерла сообщение. И вот незадача, Софочка, оказалась умней меня, когда он пишет…смотри. – Тычу пальцем в экран.

– Умная девочка, но если честно она показала мне это, когда отвечала. Я одобрила, поэтому у нее с дедом договоренность о прогулке, – она приподнимает меня за локоть и тянет в комнату. - Иди, давай, невеста. Погуляй немного.

– Ты ужасный купидон, – кошусь на нее, пока мама переворачивает мою косметичку в поисках подводки для глаз.

– Мне кажется это очень символичным. Не может столько раз вас сводить судьба. Город не маленький, – я издаю звук похожий на стон, закатываю глаза и падаю спиной на кровать.