Глава 4

Глава 4

Спустя пару дней, просыпаюсь с мыслью, что начинаю скучать по коту. И испытываю какой-то непонятный внутренний дискомфорт, в ожидании чего-то. Не могу объяснить это дурацкое предчувствие какой-то надвигающейся катастрофы. Всё-таки есть в нас инстинкт самосохранения, у кого-то он выражен не очень ярко, но мои инстинкты, как оголённый нерв. Я всегда чувствую, что вот-вот что-то произойдет. Списываю всё на минуты возвращения Пушка домой. Завтракаю молоком и печеньем, интересно, как моя задница не достигла необъятных размеров с таким рационом. Сегодня уборка в квартире была минимальной, решила пойти поискать Яну, всё-таки у нас теперь во дворе тихо. Враг народа - Глеб уехал куда-то и все его дружки притихли. Захожу за подругой, получая от её бабушки добрую улыбку, и пару пирожков с картошкой. Счастливо жую, пока шагаем к моему подъезду. 

– И, что он не вернул котяру в тот же вечер? Слушай, вот у него выдержка. – рассуждает Яна, усаживаясь на лавочку. 

– Ну может пушок не совсем безнадежен и лишь пытается казаться таким. Дай ему шанс. – пытаюсь проглотить пирожок, вытираю руки об салфетку. Сворачиваю её до состояния трубочки и просовываю в щель лавки. Да, я тоже не особо отличаюсь от моего кота. Какова хозяйка, таков и кот. 

– Вон идёт твой «медведь» с котом. – пропускаю мимо ушей слово «твой». Иду навстречу своему счастью. Имею в виду Пушка, а не нагло ухмыляющегося брюнета. Блин, я даже имя его не знаю. 

– Привет, всё-таки продержался он у вас… – прикусываю губу, чтоб не улыбнуться. 

– Ну да, есть у него минусы и помимо красоты. Скверный характер, в кого интересно? – ёпт, да у него такие красивые глаза, когда улыбается. Губы сами по себе начинают растягиваться в ответную улыбку. 

–Тебя как зовут-то? – наглость второе счастье. – Меня Илона, – ну да, может повторить пару раз, чтобы запомнил, потому что он так странно уставился на меня. 

– Ну, я вообще-то в курсе. Виталий, вроде мы знакомы уже. – я даже покраснела, однако, только вот в какой вселенной… 

–Точно, Виталик. Ну, если что скажешь, когда котята будут, я может одного возьму. – разворачиваюсь и ретируюсь домой. 

Виталик и откуда я могу знать его имя. И, что вообще, значит, мы знакомы? Когда? Я не пью и не курю кальян. Очень негативно отношусь к людям, делающим всё это. Бред какой-то. Впустив Пушка в квартиру, возвращаюсь обратно. 

– Ох, какой он классный! Почему все пацаны твои? – мечтательно вздыхает Яна. 

– Где хоть один? С этого места поподробнее! – я вся во внимании. 

– Смотри: Шурик, Глеб, Медведь. – не даю ей договорить, морщусь. 

– Виталик, он не медведь. – поправляю её. 

– Ты сама его назвала медведь, когда он в кустах ирги что-то искал. – улыбаюсь, вспоминая, точно. У медведя – Виталика спаниель, красивая такая собака. И он её в кустах искал, мне вот как-то сразу навеяло. 

– Теперь он Виталя. Не смотри на меня так! Он мне даже не нравится. – пытаюсь переубедить подружку. 

– Да, конечно, вы просто стоите и пялитесь вечно друг на друга. А ты не думала, что можно начать с кем-нибудь встречаться, чтобы Глеб отвалил? – зашибись, какая гениальная идея. 

– Илонка, скоро враг твой приедет. – кричит один из компании Глеба. Закатываю глаза, как вовремя. – он придумал классный план, плакать будешь. 

– Вали отсюда, шестёрка. – показываю ему в подтверждение своей мысли, средний палец. 

Сидим дальше и сплетничаем о всякой ерунде, я знаю, как это выглядит со стороны. Ходить куда-то не охота, да и у меня комендантский час до девяти. Сижу грызу ногти, пока Яна проверяет свой фотоаппарат, остались ли кадры. Между деревьев мелькает что-то жёлтое. Мед… ой Виталя пройдёт мимо или к нам. Блин, точно к нам! 

– Вот, я же говорила тебе, смотри как лапами размахивает, медвежий принц. – подкалывает подруга. Мне даже в её голосе показалась нотка зависти. 

– Илона, можешь подойти на минуту? – Виталик стоит рядом с кустом шиповника, как будто старается спрятаться. 

Подхожу, молча к нему, становлюсь так, чтобы Яна не видела моего лица. 

– Опять кота надо? – спрашиваю его. 

– Эээ, нет. Ты… Ты, не хотела бы погулять, ну, там в кино сходить? – немного покраснев, спрашивает он. 

Стою наверняка, с глупым выражением лица, открыв рот, и вытаращив глаза. Что сказать-то? Ты мне не нравишься? Так это не правда. Я на самом деле очень хотела его внимания. Но, вот встречаться… И тут его глаза метнулись на мою грудь в топике. Вот же шь говнюк. 

– Пьёшь? Куришь? – мгновенный план созрел в моей ужасной голове. Медленно оглядываю его оценивающим взглядом. 

– Да. – твёрдо отвечает мне, выражение его лица изменилось. В глазах промелькнуло, что-то вроде раздражения. 

– Не подходишь. – отвечаю я. Он просто разворачивается и уходит. 

Возвращаюсь к Яне в жутком настроении. 

– Ты больная? Ты его отшила, да? – тихо произносит Яна, поджимая губы. – Нафига ты это сделала? Ты же сказала, что он тебе нравится. 

– Да, нравится, но ты видела его взгляд? Он аж губы облизал. – срываюсь на крик. – Я не хочу быть долбанной вишенкой на торте. Он сам не понял, что он больше хотел. То ли рассматривать меня, то ли кота взять.

Я больше чем уверена, что кот был лишь предлогом. Так расстроилась, что сама уже не знаю, чего хочу. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Пошли к твоему сводному брату, ты же хотела, чтоб он тебя с каким-то другом познакомил? – видя мой настрой, она пытается спасти ситуацию. 

Знает, что мне достаточно вспылить, и я становлюсь невыносимой. 

– Я не хочу видеть отца, и если Серёга меня прикроет, как он это делает всегда. Да, пойдём. – улыбаюсь. 

Мы переходим дорогу, и подходим к общаге, в которой живет мой отец со своей второй семьёй. Не знаю почему, но он вечно живёт где-то поблизости от нас и при этом не заходит ко мне годами. Около подъезда стоит Сергей, с каким-то полным парнем. 

– Привет, Илона. Ты к отцу? – прищуривается. – Или просто поболтать? 

– Просто гуляли, и я решила наведаться к тебе. Ему не говори, что я приходила. – пожимаю плечами. – Сам знаешь: баба с возу, кобыле легче. 

Серега смеётся и прощается со своим другом. Протягивает руки и обнимает меня. Из всей семьи отца, я дружу, как бы странно это не выглядело, со своими сводными братьями. То есть, с детьми его жены. Но, не с кровными. 

Кровные – это Лида и Саша. Они меня любят, и я для них свет в окошке. Красавица, спортсменка и умница. А они для меня никто. Я стараюсь избегать их. Особенно меня поражает сравнение. «Лида - вылитая Илона». «Посмотри, они же на одно лицо». Да, с какого перепуга?! Они моя полная противоположность, пошли в мать. Но, им так хочется, чтобы её страшные дети, были похожи на меня, и внушают это всем. 

– Ну, рассказывай, сестрёнка, что случилось? Опять с отцом поругалась? – останавливается на углу дома и украдкой достаёт сигарету, прикуривая. Втягивает с наслаждением дым. Гадость. 

– Ты травишь себя. – показываю рукой на сигарету, от чего он прищуривает один глаз и снова с удовольствием затягивается. – Хорошо, травись ради Бога. Мы всё равно не родные. 

Сергей заливисто хохочет, да так, что давится дымом. 

– То есть, если я сдохну, и ты даже не придешь проститься? – уточняет, но при этом, смотрит так, не поверив, ни одному моему слову. 

Пожимаю плечами и меняю тему. 

– Так вот, помнишь у тебя был друг умник, программист вроде. Который в математике соображает и во всех компьютерных программах. Твоя подружка ещё по нему прётся. – иду в ва-банк, чтоб наверняка согласился. 

– И зачем он тебе? Мы вместе курим, отдыхаем. Он малолетками не интересуется. – выкидывает бычок и наступает кроссовкой. 

– Ты такой понторез. Малолетка, да ты старше меня всего на год. Просто познакомь. – настаиваю. – Ты постоянно говоришь о нём. Блин, ну имя скажи хоть его? Или давай ты меня возьмешь с собой на какую-нибудь тусовку. – оттопыриваю нижнюю губу. Складываю руки перед собой, будто молюсь. Мне кажется, я так похожа на зайку. Но взгляд Сергея говорит о том, что я похожа на идиотку. 

– Нет. – отрезает он. 

– Тогда ты мне больше не брат. – кричу ему в спину. 

– Да, я тебе и так не брат. Мы друзья. – показывает мне из за спины козу и уходит домой. 

Гад гадостный. Вот кто он после этого? Яна всё это время мнётся около подъезда, где стоял Сергей. 

– Ну, и? Познакомит? – грызёт кожу около ногтей до крови.

Дурацкая привычка, выглядит жутко. Я вот ногти грызу, но не кожу же свою ем. 

– Нет, он козёл. – говорю очень громко, ведь он, скорее всего, поднимается в подъезде по ступенькам. А, так как, все окна битые, точно услышит. – Жадный козлина. 

– Эй, я всё слышу! – он выглядывает из разбитого окна, и скалится. 

– И пофиг. – показываю ему средний палец и ухожу под его улюлюканье. 

Идиотизм какой-то. Я, на протяжении нескольких лет, прошу его познакомить с этим неизвестным другом. А он постоянно находит отговорки. Я уже начинаю сомневаться, что этот друг вообще в природе существует. 

Мы решаем пройтись по пристани, там всегда спокойно. Люди сидят на лавочках или в траве. Спортсмены бегают, есть прокат велосипедов. 

– Слушай, давай пойдём на велосипеде покатаемся? Возьмём один на двоих и по очереди. – машет передо мной деньгами. Я лезу в свои карманы и там, естественно, пусто. 

– Да, мы и так можем походить. Тем более, ты знаешь с моим везением – убиться легче лёгкого. 

– Тогда берём два велосипеда и тебе каску, наколенники… – задирает голову, о чём-то задумавшись. 

– Ага, ещё подшипник и я буду напоминать одного из черепашек ниндзя. – Нет, дорогая. Никакой экипировки. – направляюсь к прокату. 

Мы берём два горных велосипеда. Едем по проезжей части, я поглядываю то на дорогу, то на бегунов. Ноги жутко болят крутить педали. Лёгкие жжёт, но вот это чувство непередаваемой свободы. Ветер бьёт в лицо, волосы торчат в разные стороны. И я счастлива, как никогда. 

– Ян, смотри, я сейчас отпущу руль и буду как птица. – отпускаю одну руку и начинаю ехать медленней. 

– Ты раненный дятел, отбивший башку об дерево. Вспомни все свои сотрясения. Дура, тормози, руки не отпускай. – орёт она.  Это звучит, по крайней мере, как оскорбление, назло отпускаю, блефую. Сама боюсь без управления, не такая уж я везучая. Виляю рулём из стороны в сторону. Яна подстраховывается и спрыгивает с велика, едва не падая на задницу. 

– Вот и кто из нас дятел? – останавливаюсь около неё. – Сейчас именно ты повела себя, как трусиха. 

– Илона, твоя храбрость порой граничит с безрассудством. Ты меня пугаешь, – дуется она. 

- Да, ладно тебе. Давай еще кружок и закругляемся, - двигаюсь вперед, знаю, что она поедет за мной.

Возможно она права, я не всегда действую голосом разума. Я, как лист опавший, куда ветер дунул, туда и лечу.