Глава 3

Глава 3

С утра занимаюсь уборкой и не знаю, откуда в двухкомнатной квартире за ночь накапливается грязь. Живут три человека, а намусорить умудряемся за ночь.  

Хотя, самое большое зло в этой квартире – мой кот. Эта белоснежная сволочь может психануть и нагадить под кровать. Встанешь ночью попить воды, и пнёшь его нечаянно. А он, недолго думая, ждёт, когда ты ляжешь обратно в постель. Залазит под нее и вредит, вонючая сволочь. Но самое трудное, это оторвать свою голову от подушки, поднять матрас, не убив при этом засранца. Потом ещё минут десять, ты все это дело проветриваешь, потому что от аммиака режет глаза. А кот идёт с чувством выполненного долга спать в зал.  

Собираю по всей квартире вещи для стирки, и думаю, может мне тоже напакостить. Ну, Пушок же ещё жив… Допустим, закину я всё бельё вместе, и поставлю на цветное, ничего же? Мир не рухнет? Наверняка кто-то в этом доме, в следующий раз потрудится сам постирать и убрать за собой. Закладываю всё вместе.  

Нашла в библиотеке новый роман Джоанны Линдсей: «Подари мне любовь», название, конечно, так себе. Но викинг там какой… вздыхаю. Оказывается, я всё ещё   романтичная особа. Поглядываю на книгу, пока вытираю пыль. Слышу скрип замка, кто-то пришёл. Открывается вторая дверь и появляется тучное тело моего отчима. Хотя мама и не состоит с ним в законном браке, но живёт он с нами около десяти лет, не меньше. Хороший, добрый мужчина, всегда улыбается, за исключением дней, когда «наша» мама гонит. Мы с ним всегда держим оборону: плечо к плечу.  

– Убираешься? Умница, дочка, – шутит он. – А чего ты у нас сегодня приготовила? Кушать хочется. Где наш тиран и диктатор? – на последних словах, смеюсь уже вместе с ним.  

– Я не знаю, наверное, на работе или где-то ещё. – убираю тряпку для уборки пыли на балкон.  

– О, тогда сегодня просмотр «Рэмбо», – довольно ухмыляется и топает на кухню. Идея с «Рэмбо» меня вообще не прельщает, я пересмотрела его не меньше сотни раз, даже больше и уже тошнит просто от названия.  

– Ох, нет, я пойду, почитаю на улице книгу, скоро возвращать в библиотеку, доплачивать за отсрочку на неделю не хочу. – Беру Пушка в одну руку, а книгу в другую. Пока обуваюсь, начинается озвучивание актёров гнусавым голосом, вылетаю за дверь. Ночью меня разбуди, и я перескажу практически все фразы и всех персонажей в этом фильме.  

На улице замечательная погода. Сажусь с ногами, на лавочку, в позу лотоса. Пушка сажаю рядом, одной рукой приглаживая шерсть. Погружаюсь в чтение. Тёплый ветерок треплет мои распущенные волосы и луч солнца, от которого никак не могу спрятаться, светит мне на макушку. Дочитывая пару глав, у меня затекают ноги, и я перемещаю свое тело таким образом, чтобы сидеть, полу лёжа, облокотившись на локоть. Наглость, однозначно, но что поделаешь, я первая пришла.  

– Привет! Какую книгу читаешь? – отрываюсь от чтения, смотрю на парня.  

Ох, это «медведь», мы так с Янкой его прозвали, из-за его всегда серьёзного лица. Кстати, где-то даже есть видео, мы проверяли новую камеру родителей подруги, и вот красавчик нам попался на глаза.  

– Про любовь. – отвечаю четко.  

Вот нравится он мне. Не могу понять, чем и лицо такое знакомое, но вспомнить, где я его видела, не могу.  

– Твой кот? Дашь мне? Кошка загуляла. – смотрю с сочувствием на Пушка, пометит же. Зато, хотя бы одну ночь за ним не убирать. Да, и завтра, думаю, он вернёт мне его, уже не с такой наглой улыбочкой. Наверное, не буду предупреждать. Сам ведь захотел.  

– Бери, только ни с одной кошкой у него ничего не получалось. – Ну, хоть об этом поставила в известность.   Подходит ближе, и я внимательно рассматриваю его. Чёрные, как смоль волосы, почти черные глаза, и обалденно длинные ресницы. Просто мечта любой девушки. Губы полные, чувственные. Я сейчас так подумала? Надо завязывать с романами. В общем, вывод – красивый. Но, парадокс, он постоянно в этой футболке, одной и той же. И я точно уверена, что раньше с ним встречалась. Возможно, в той жизни… Ухмыльнулась.  

Протягиваю ему Пушка, он аккуратно его берёт, значит кошатник.  

– Если что-то случится, сразу неси его домой. – очень строгим голосом говорю ему, напоследок ущипнув кота за усы.   В это время, парень продолжает на меня смотреть. Упёрлась взглядом в ответ, он резко развернулся и ушёл. Странный какой-то. Он ни с кем в нашем дворе не дружит, постоянно проходит мимо и смотрит. Подошёл бы уже что ли.  

– О чём задумалась? – Янка будто вырастает из-под земли.  

– Да так… Это что за агрегат. – показываю на бандуру в её руках.  

– Это папина камера, давай поснимаем общее видео. Я, правда, ещё не очень умею, но отец дал. Говорит, учись. А на ком учиться, как не на тебе, – с трудом перекидывает в другую руку сумку из-под камеры.  

– Хорошо, но у меня отчим дома. Или ты хочешь на улице? – камера нереально большая. Я такую видела только в кино.  

– Пошли к тебе, он же у тебя хороший дядька, ругаться не будет.  

Мы поднимаемся ко мне. Отчим спит на диване перед включённым телевизором. Весь в крошках, видимо, не только я сегодня отгребу. Заходим в мою спальню, и я отчаянно ищу что-то красивое. Всё-таки на память останется. Нахожу голубой топ, с россыпью страз. Волосы расчёсываю и оставляю распущенными.  

– Иди скорей сюда, смотри, кто идёт. – шипит с балкона Яна.  

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Бегу к ней, на ходу цепляю ногой палас и чуть ли не падаю на балкон. Внизу, среди листвы деревьев, марширует Медведь. Его жёлтая футболка, как пиратский флаг подрана, но постоянна.  

– Давай, снимай его. – она наводит объектив на меня. – Смотри, какой он хорошенький. Это Медведь, – торжественно произношу я.  

Яна резко переводит камеру, как раз в тот момент, когда он проходит мимо моего балкона в магазин.   Я прыгаю, как идиотка и пищу, хлопая ладошки.  

– Ты записала его на камеру, да? – радостно спрашиваю её. – Ох, как это круто, – с серьёзным лицом озвучиваю я. – Какой фирмы камера?  

Подруга переводит на себя объектив и ищет надпись, ничего не найдя, говорит.  

– Порнослоник, я не знаю. Я французский учу.  

Я начинаю ржать во весь голос. Перехватываю у неё аппаратуру.  

– Скажи-ка ещё раз на камеру! – руки трясутся от тяжести и картинка плавает.  

– Порнослоник. – с самой строгой миной, произносит она.

– Чего ты ржёшь? Отдай! – выхватывает её у меня. – Уронишь, меня папа убьёт.  

– Родителю запись не показывай, а то по шее получишь, – смеюсь.  

Мы идём на улицу и записываем всё подряд. Как я катаюсь на роликах. Кружусь около неё, а она быстро семенит, чтоб заснять. Я даже пытаюсь показать «ласточку», но падаю на попу, и дую от досады губы, сажусь удобнее на асфальт и сижу. Потом мы спускаемся к пристани, и она снимает, как я в балетках болтаю ногами в речке. Но, в какой-то момент, что-то пошло не так, и моя обувь слетает, уплывая, гонимая ветром по воде. Я судорожно кричу и начинаю бегать в поисках палки. Нахожу огромный сук и подталкиваю им обувь к себе.  

Всё это время Яна снимает и хохочет.  

Вечером, расслабленная иду домой с блаженной улыбкой, от прочтённого. Открываю дверь, и до моих ушей доносится истошный крик мамы.  

– Ты что не мог посмотреть, что именно она закинула в машинку? Она испортила все вещи! Моё бельё теперь не белого, а серого цвета с примесью зелёного! У неё мозгов нет, но ты на что! – резко распахивает дверь.  

– Привет, мам. – виновато улыбаюсь, пряча за спиной книгу.  

– Ты все свои мозги в романах оставила, сколько раз я тебе говорила, стирать белое с белым? – истошно орёт она, пока я закрываю дверь. – И, где кот? Весь дом перевернула, может, он с балкона свалился пока ты вся в мечтах о прЫнце. – под непрерывный ор спокойно разуваюсь и протискиваюсь между ней и стеной. Бить-то уж точно не будет, наверное.  

– Соседу отдала засранца, может хоть что-то полезное в своей жизни сделает. – Мою руки, бережно спрятав книгу, в корзине для белья. Я, конечно, сомневаюсь, что бесовское отродье, в виде семейства кошачьих, от моего кота получится хорошим.  

Ещё минут десять мама сокрушается над испорченными вещами от стирки, а я думаю о герое книги. Интересно, существуют ли такие в жизни отношения, когда ты его люто ненавидишь и презираешь, а потом влюбляешься. Но, как понять, что это принц? Ведь нет никаких гарантий, что, вот, оно твоё: долго и счастливо. И, возможно ли такое, вот ты его безумно любишь, а потом начинаешь так же ненавидеть. Всем сердцем и душой. Мне наверняка вредно читать книги. Слишком много мыслей.