Глава 2. · С чистого листа

— Опаздываю. Катастрофически опаздываю! — как заклинание повторяла я, мечась по комнате в поисках злосчастной туфли.

Одна оказалась на месте, лежала себе спокойно в пластиковой коробке на кресле, в которое были свалены и остальные мои покупки: дюжина практически одинаковых серых костюмов и светлых блузок (в жизни не приходилось носить ничего скучнее!), а также несколько пар обуви.

В первый рабочий день хотелось выглядеть не только красиво и по-деловому, но и чувствовать себя комфортно, а потому я остановила свой выбор на тёмной паре лодочек на маленьком каблучке.

Но сколько ни пыталась отыскать пропажу — всё без толку.

Ума не приложу, куда она могла подеваться? Сквозь землю провалилась, что ли?!

— Шиона, опаздываешь! — озвучил мою же мантру Вилар и заботливо добавил: — Я сделал тебе пару бутербродов, во флаере перекусишь. На нормальный завтрак времени уже нет.

Я тяжко вздохнула. Завтраки Авена мне нравились не меньше, чем те, что делала мне Вивита. Но друг прав, сейчас не время рассиживаться за столом и неспешно, растягивая удовольствие, поглощать блинчики его собственного приготовления.

Определённо, Авену стоило не в военную академию поступать, а идти учиться на шеф-повара, потому как любое блюдо, за которое бы он ни брался, получалось ну просто пальчики оближешь.

Сглотнула набежавшую слюну и, выпилив:

— Ты мой спаситель! — помчалась в ванную.

Если и там её нет, то всё, сдаюсь. Придётся тогда напяливать на себя те безумно красивые, но жутко неудобные шпильки на высоченном каблуке, которых я, непонятно с какого перепугу, приобрела аж целых три пары. Наверное, подсознательно хотела походить на тех важных фиф, которых в прошлом году видела дефилирующими по коридорам управления.

Забежав в ванную, едва не закричала от облегчения: туфля обнаружилась… на бортике раковины. И как её сюда занесло?

О, вспомнила! Вчера, пока умывалась и чистила зубы, параллельно примеряла покупку, да так и оставила её здесь, когда Авен позвал меня ужинать.

Странно, что не заметила её утром, когда красилась и сушила волосы. Хотя я в последнее время стала совсем невнимательной и, как здесь любят говорить, не вижу дальше своего носа. Правда, не уверена, что эта поговорка уместна в данном случае.

Из кухни, дразня обоняние, долетали запахи поджаренного бекона и тёплого хрустящего хлеба. Даже не знаю, что бы я делала без Вилара. Уже одно то, что друг оказался настолько щедр, что предложил оставаться у него, сколько потребуется, избавило меня от многих хлопот. Например, от поиска жилья, аренда которого, как выяснилось, в Авийоне стоила нереально дорого. Моих накопленных за время обучения форинов едва ли хватило бы на заключение контракта и оплаты первых трёх циклов проживания. По закону это был минимальный срок, на который можно было снять квартиру.

На тот момент я ещё не знала, как долго продлятся мои «каникулы», а потому в материальном плане чувствовала себя нестабильно. Невольно вспомнились первые дни без Рейна. Никогда не страдала от наркотической зависимости, но, наверное, именно так чувствует себя наркоман, когда наконец-то решается «соскочить». Меня вполне можно было сравнить с таким наркоманом, которого ломало без вожделенной дозы. Сколько раз я порывалась вернуться в клинику. Но всегда останавливалась в последний момент. Авен только с грустью наблюдал за моими вояжами из квартиры в лифт и обратно. И так каждый бесов день.

В очередной раз справившись с искушением, я запиралась у себя в комнате и принималась реветь. До тех пор, пока, измождённая, не засыпала. А утром всё начиналось по новой.

Спасибо Трин, которая, как ни странно, не стала морозиться, а с готовностью отвечала на мои сообщения, держала меня в курсе состояния Рейна.

Он постепенно выздоравливал — и это главное. Каждый день, получая очередное сообщение от кузины Даггерти, я чувствовала, как сдавившие сердце тиски постепенно разжимаются. Но боль, увы, проходить не спешила. Стоило только подумать о Рейне (а думала я о нём практически постоянно), как тут же вспоминался роковой эпизод из его недавнего прошлого. И от этого хотелось кричать, биться в истерике, лезть на стенку.

Но проходили дни, и слёзы постепенно иссякли.

И тем не менее я продолжала вести затворнический образ жизни. Друзья пытались меня расшевелить, уговаривали отправиться с ними на прогулку, попробовать развеяться — безрезультатно.

Когда период «слезоизвержения» закончился, я переключилась на просмотр фильмов. Вилар всё порывался подсунуть мне какую-нибудь комедию или на худой конец заставить посмотреть ужастик, считая, что это поможет отвлечься. Но в последнее время моя собственная жизнь являлась самым натуральным ужастиком, а потому я упорно отвергала его предложения. Запасшись гигантской порцией мороженого и завернувшись в одеяло, просматривала мелодраму за мелодрамой. Единственным требованием к которым являлось обязательное наличие хэппи-энда.

И неизвестно, сколько бы так продолжалось и как сильно пострадала бы моя фигура, от мороженого и стряпни Вилара, но в один прекрасный день из амёбного состояния меня вывело коротенькое сообщение. В нём говорилось, что следующим утром мне надлежало явиться в штаб-квартиру МРУ Авийона.

Первые секунды, глядя на экран планшета, не знала, радоваться мне или паниковать. Уже не раз в своих дерзких мечтах я представляла себя суперкрутым агентом, мотающимся по системам с суперсекретными заданиями. Почему-то мне моя будущая работа представлялась именно такой. А после разрыва с Рейном я даже подумывала, а не попросить ли о переводе на другую планету. Куда угодно. Лишь бы подальше от Даггерти.

Узнав, что завтра его подруга, в последнее время успешно косившая под растение, обязана будет явиться в управление, Авен развил бурную деятельность. Первым делом нагло экспроприировал у меня так и не опустошённое до конца ведёрко мороженого. Отключил на самом пикантном моменте голофильм. А в довершение ко всему ещё и забрал одеяло! И не терпящим возражения тоном велел идти собираться, язвительно припечатав:

— Если ты, конечно, не планируешь отправиться на встречу в пижаме.

Скрепя сердце я почапала переодеваться. Сама не ожидала, что прогулка окажет на меня такое благотворное действие. А посещение нескольких торговых центров Старого Города вдохнули в меня новую жизнь.

Правда, из Авена они её почему-то выдохнули. Хотя стоит отдать ему должное, бедолага стоически терпел пыточные (для него) и наиприятнейшие (для меня) часы за шоппингом и честно старался не выдавать своего состояния. Ну а вечер я посвятила примерке и общению с другом…

Схватив туфлю, быстро нацепила её на правую ногу; ту, с которой последние несколько минут как угорелая носилась по квартире, — на левую. После чего в который раз придирчиво оглядела себя в зеркале.

Достаточно ли хорошо выгляжу? Соответствует ли мой наряд дресс-коду управления? Волосы я собрала в пучок — причёска, к которой за два года, проведённых в академии, успела привыкнуть. Нанесла минимум макияжа. Из одежды на мне были серые, чуть зауженные книзу брюки длиной до щиколоток и в тон им до середины бедра жакет, приталенный сверху и трапецией расходящийся от груди. Единственное украшение, которое себе позволила, — это крошечные, едва заметные серёжки-жемчужины. И, как последний штрих, капелька духов.

Не тех, которые так любил Даггерти. Его парфюмерный фаворит уже несколько дней как почивал с миром на дне утилизатора. Так же, как и все мои мини, которые ему тоже очень нравились. Вернее, в которых ему нравилась я.

Хотя… уже и не знаю, нравилась ли…

— Шиона! — В ванную просунулась сначала всклоченная голова Вилара, а следом за ней и рука, держащая мой тормозок, которым приятель мне и помахал, намекая, чтобы поторапливалась, — Уже половина десятого. Не уверен, что за полчаса смогу домчать тебя до центра города.

Скромничал. Когда мы спланировали на парковку, было без пяти минут десять.

Вернув другу пластиковую посудину с крошками — единственным, что осталось от вкуснейших бутербродов, — попрощалась с ним и помчалась к сверкавшему в лучах Алого Солнца высотному зданию, похожему на гигантское зеркальное колесо.

Ещё в первый мой визит это сооружение поразило меня своей необычной формой. Вот только тогда я умирала от любопытства, и в запасе была куча времени на его созерцание. Сейчас же я умирала от страха и должна была спешить, а потому, устремив взгляд на вход, к которому вела широкая аллея, чуть ли не бегом помчалась к зданию. Мысленно молясь, чтобы сегодня Создатели отнеслись ко мне благосклонно, и я понравилась главе центра воспоминаний.

Интересно, какой станет моя первая миссия? Увы, ответ на этот вопрос отыскался быстро.

Холл МРУ встретил меня оглушительной тишиной, которую нарушали только мои шаги. Стук каблуков, помноженный гулким эхом, вызвал новый всплеск волнения. Пройдя ещё немного, замерла, растерянно озираясь по сторонам, не зная, куда двигаться дальше, и чувствуя себя какой-то крошечной букашкой, о которой все забыли.

Не самое приятное ощущение.

Помнится, в прошлый мой визит обстановка здесь была более оживлённой. Да и нас дожидался провожатый, чтобы доставить в центр изучения воспоминаний. Какой там был этаж? Кажется, двадцать пятый.

Наум пришла ещё одна старинная радаманская пословица, которую уже и не вспомнить, где слышала: если гора не идёт к пророку, пророк сам пойдёт к горе. Я, конечно, никакой не пророк, но это уже нюансы.

Шагнула было к лифту, как из него показался мой старый знакомый — ниилиец Керт. Коротко поприветствовав, предложил следовать за ним к его, а теперь уже и моему непосредственному начальству — директору центра изучений воспоминаний.

Наверх поднимались молча. Я не решалась обратиться к ниилийцу с вопросами, хотя в голове их роилось великое множество. А Керт и в первую нашу встречу был не очень-то многословен.

Правда, уже когда выходили из лифта, одну фразу всё-таки обронил. Хотя, как по мне, лучше бы этого не делал.

— Мне жаль, что коммодор Даггерти попал в аварию. Надеюсь, сейчас он в порядке.

На какое-то время Рейн покинул мои мысли и вот, благодаря стараниям Керта, снова в них вернулся.

Я вымученно улыбнулась и промямлила невнятное:

— Да, спасибо, он идёт на поправку.

Ниилиец коротко кивнул, удовлетворившись таким скупым ответом, и снова принял отстранённо-невозмутимый вид.

Изредка навстречу нам попадались сотрудники МРУ. Керта они приветствовали улыбкой, меня удостаивали лишь мимолётным взглядом, а некоторые — самые щедрые — сдержанным кивком.

Из-за этого внутри снова начало подниматься волнение. А вдруг я здесь не приживусь? Вдруг не смогу наладить дружеские отношения с коллегами. А мне бы хотелось. В противном случае работа будет не в радость.

У самого входа в центр ниилиец замедлил шаг и подошёл к считывающему устройству, чтобы луч сканера сверил его сетчатку.

Когда двери раскрылись, повернулся ко мне:

— После заключения договора у вас появится первый уровень допуска, который имеет каждый младший агент нашего управления.

Младший агент… Эх, звучит как-то ну совсем скромно.

Пока набиралась храбрости спросить, куда же меня с этим первым уровнем будут допускать, мы уже подошли к кабинету главы центра, и вопрос пришлось отложить до лучших времён. Сквозь прозрачные стены мне было хорошо видно просторное помещение, обставленное в их излюбленном минималистическом стиле. Из мебели только узкий светлый диван, высокая стойка с информационными накопителями, большой письменный стол у окна, занимавшего всю стену, и приставленные к нему кресла, разумеется, белые. Одно развёрнуто к окну, из-за чего разглядеть сидящего в нём человека не представлялось возможным.

Когда Керт коснулся сенсорной панели, по кабинету разнёсся тихий сигнал, сообщавший, что кто-то жаждет аудиенции. Кресло медленно повернулось, и я увидела молодую женщину, по виду немногим старше Рейна. Тьфу ты! Опять в мысли лезет!

Тонких губ радаманки едва коснулась улыбка, и меня пригласили в кабинет.

— Можешь идти, Керт, — отпустила подчинённого женщина, добавив, что скоро он снова может понадобиться, потом перевела взгляд на меня. — Офицер Таро, рада нашему знакомству. Присаживайтесь.

Я послушно опустилась в кресло напротив своей начальницы. Из любопытства украдкой принялась её изучать, в то время как она меня рассматривала без ложной скромности.

Стройная, черноволосая. С правильными, хоть и, на мой взгляд, резковатыми чертами лица. Серые глаза, светлая кожа, никак не сходящая с лица улыбка, вроде бы и искренняя, но всё равно какая-то холодная. Почему-то подумалось, что лучше не разочаровывать и уж тем более не злить эту женщину, дабы не испытывать на себе её гнев.

— К самым юным своим сотрудникам я предпочитаю обращаться на «ты», — нарушила затянувшуюся паузу радаманка. — Надеюсь, ты не против, Шиона?

Я помотала головой, всем своим видом показывая, что только «за».

— Итак, Шиона, давай знакомиться. — Женщина откинулась на спинку кресла и снова скользнула по мне изучающим взглядом, заставив заёрзать на месте. — Моё имя Онида Регейрис. Я — глава этого центра. К сожалению, я не всегда бываю в офисе, поэтому чаще ты будешь общаться с моим заместителем, Аником Кришоном. Сейчас его нет на месте. Позже он сам тебя найдёт, и вы познакомитесь.

Я молча кивнула и едва не вздохнула с облегчением, когда радаманка перестала препарировать меня взглядом и сосредоточилась на вмонтированном в стол трансляторе, на экране которого отображалась я собственной персоной и все мои данные.

— Я уже ознакомилась с твоей анкетой. — Едва коснувшись экрана, Онида свернула окно, открыла следующий файл и ровным голосом сказала: — Впечатляет. У тебя очень сильная аномалия. Хотя, — тут на её лбу появилась глубокая складочка, — результаты по некоторым дисциплинам, увы, оставляют желать лучшего.

Что ж, с этим не поспоришь. Я так и не научилась попадать с первого раза в мишень и в считанные секунды валить с ног здоровяков-кадетов.

— Но ничего. Кое-что придёт с опытом, — то ли пытаясь обнадёжить меня, то ли убеждая саму себя, проговорила Регейрис. — А что-то наработается в процессе тренировок. Ты обязана тренироваться каждый день, минимум два часа. По желанию — можно и больше. Сама выберешь удобное для тебя время. Керт потом покажет тебе, где у нас находятся спортзалы и тир. А также все остальные помещения, к которым у тебя будет допуск. Ну а теперь предлагаю ознакомиться с договором.

С этими словами она нажала на какую-то кнопку на поверхности стола и передо мной возникла сенсорная панель с небольшим экраном.

Я принялась внимательно изучать документ, вчитываясь в каждый пункт.

— Обязательный срок службы десять лет? — невольно вырвалось у меня.

— Да, всё так, как там написано. После этого будешь вольна оставить службу и уйти на честно заслуженный отдых. Либо же продолжить работу. Это уже по желанию.

Мне бы хоть до заслуженного отдыха дотянуть. Мало ли что может приключиться за долгих десять лет. Покорно кивнув, продолжила чтение.

Так-с, идём дальше. Значит, если окажусь в интересном положении, смогу оставить службу всего на год. А потом опять пахать на благо Федерации. В принципе этот момент меня вообще не должен заботить. Никакое интересное положение ни в ближайшем, ни в дальнем будущем мне не грозит, а значит, переходим к следующему пункту.

Больше всего мне понравился тот, что касался моего заработка. Ежегодный доход агента Таро составит… тут я шумно сглотнула и подумала, что уже в конце этого цикла смогу съехать от Авена и арендовать себе квартирку в каком-нибудь фешенебельном районе Авийона.

Словно прочитав мои мысли, моя визави с искушающей улыбкой сказала:

— И это только начало. Я вижу в тебе потенциал, Шиона. Уверена, ты быстро начнёшь подниматься по карьерной лестнице. Соответственно, будет возрастать и твоя зарплата. Плюс не стоит забывать про премиальные, которые получают наши агенты за успешно проведённые задания.

Всё, я уже обожаю эту работу! Оказывается, меня так легко купить.

На радостях, что отныне стану независимой, а в будущем и весьма состоятельной женщиной (надеюсь только, эту самую женщину не прихлопнут на первом же задании), я отважилась на вопрос:

— И какой же будет моя первая миссия?

А вот теперь её улыбка стала какой-то насмешливо-снисходительной, отчего восторгов у меня заметно поубавилось.

— Керт посвятит тебя в её детали. Если согласна с условиями договора, приложи вот сюда левую ладонь.

Тут же передо мной материализовалась ещё одна панель. Я была согласна. А даже если бы и нет, полагаю, отказаться всё равно не имела бы права. Регейрис это сказала просто для галочки.

— Поздравляю, Шиона, — когда «сделка с дьяволом» состоялась, проговорила радаманка. — Отныне ты младший агент Межсистемного разведывательного управления Радамана. А теперь иди, тебя ждёт Керт.

Лучась от радости и, чего уж скромничать, гордости, что теперь стану одной из тех суперделовых фиф, которые шастали по коридорам управления, поспешила к выходу. Первое, что увидела, была худосочная фигура ниилийца.

— Я готова приступить к своим обязанностям, л'эрд!

Или мне стоит обращаться к нему «саэр»? Я ведь понятия не имею, есть ли у Керта воинское звание и чем он вообще занимается в этом центре. Тоже владеет даром чтения воспоминаний? Или же исполняет обязанности секретаря. Вон как Онида им помыкает.

— Можно просто Керт, — всё в той же невозмутимой манере заявил ниилиец и поманил меня за собой. — Сейчас быстро покажу вам ваше рабочее место, а потом мы спустимся в хранилище, и я объясню вам ваше первое задание.

Миновав короткий коридор, мы оказались в помещении, поделённом на кабинеты, отгороженные друг от друга невысокими прозрачными стенами. Мой, как и мечтала, оказался угловым и располагался у самого окна, из которого открывался потрясающий вид на город. С каждой секундой мне нравилось здесь всё больше.

Запомнив номер своего крохотного, но уже такого любимого кабинета, поспешила за Кертом обратно. Оказывается, главное хранилище воспоминаний находилось этажом ниже.

— К нему у вас теперь тоже есть допуск. Правда, не ко всем секциям, — сообщил Керт и предложил мне самой разомкнуть двери в святая святых.

Короткое сканирование, и вот уже мы переступаем порог хранилища.

— Керт, а что, собственно, я должна буду здесь делать?

Ниилиец негромко кашлянул:

— Сортировать воспоминания. Некоторые уже давно следовало отправить на утилизацию, но у нас до этого всё руки не доходили. А воспоминания накапливаются и накапливаются. Сейчас я вам всё покажу и расскажу. Пойдёмте.

Ошарашенно моргнув, оглядела бесконечные ряды стеллажей, забитые информационными накопителями, и с тяжёлым вздохом поплелась за ниилийцем. Выполнять свою великую миссию по утилизации ставших ненужными воспоминаний.

Хранилище оказалось огромным. По крайней мере, та его секция, к которой у меня имелся доступ. А сколько ещё таких залов, вмещавших в себя сотни, а скорее, даже тысячи накопителей, находилось в управлении, я и смутно не представляла.

От Керта узнала, что каждая секция была поделена на зоны. Мне предстояло начать с зоны под номером 1А. В ней располагалось пять стеллажей, простиравшихся аж до самого потолка. Для того чтобы добраться до верхних полок в помощники мне определили робота. Примитивнейшее устройство, которое только и могло что шустро карабкаться по полкам, цепляясь за них своими многочисленными конечностями-присосками, и спускать мне на стол ячейки, заполненные информационными кубами.

Эх, с нашими шароботиками в MBA даже поболтать можно было. А этот реагирует лишь на простейшие команды: подай, подними, опусти, а в ответ — ни звука.

Прогнав ностальгические воспоминания, сосредоточилась на работе.

К каждому голографическому накопителю были прикреплены разноцветные этикетки с датами, указывавшими на то, когда именно были извлечены воспоминания. Кубы с красными этикетками содержали важную и, по словам Керта, страшно секретную информацию, которая не подлежала уничтожению. Такие надлежало раскладывать в хронологическом порядке, после чего возвращать на место.

Кубы с синими и жёлтыми ярлыками, датированные 550 годом и ранее, отправлялись на утилизацию. Остальные я утрамбовывала обратно в ячейки и с помощью робота отправляла на полки.

Попадались также накопители, на которых этикетки и вовсе отсутствовали. Их приходилось складывать отдельно, чтобы потом уже кто-то другой разбирался с непомеченными воспоминаниями.

Очень скоро мне наскучила однообразная работа, и внутри закопошилось возмущение. Это что же получается! Два года я мучилась в академии, потом и кровью добывала себе знания, терпеливо познавала науку чтения воспоминаний, чтобы в итоге оказаться здесь? В пыльном хранилище, в компании допотопного робота и бесконечных залежей инфокубов, которые мне было велено перекладывать с места на место. Очень захватывающее занятие!

Они что же, надеются, что офицер Таро им так всё хранилище перелопатит? Боюсь, на десять лет моего терпения точно не хватит. Скончаюсь, даже не успев распрощаться со статусом младшего агента. От скуки.

Спустя несколько часов, показавшихся мне вечностью, в хранилище заглянул Керт. Предложил сделать перерыв, чтобы мы могли продолжить познавательную экскурсию.

— Большинство сотрудников предпочитает обедать вне стен учреждения. В этом квартале есть немало ресторанов, хотя цены, сразу предупреждаю, кусаются, — пока шли по лабиринту коридоров, просвещал меня ниилиец. — Также можете приносить еду из дома и обедать на нашей кухне. Я, кажется, в прошлом году вам её показывал.

Вскоре я поняла, почему сотрудники МРУ не жалуют местную столовую. Еда из автомата не впечатляла ни своим видом, ни уж тем более своим вкусом. Очень смахивала на ту, которой нас пичкали в академии и от которой за последние две недели, что гостила у Авена, я успела отвыкнуть.

Интересно, Вилар согласится снабжать меня на работу чем-нибудь вкусненьким? Потому как я готовить отродясь не умела и считаю, что уже поздно знакомиться с азами кулинарии. А посещать здешние рестораны начну не раньше, чем получу свою первую зарплату. После вчерашнего шоппинга по самым дорогим бутикам столицы (привычку покупать только самое лучшее никак не удавалось искоренить) мой счёт заметно опустел. И тратить последние свои сбережения на обеды в фешенебельных заведениях я точно не собиралась. Мало ли, как всё дальше сложится.

Вторая половина дня ничем не отличалась от первой. Всё те же я, робот и ненавистные кубы. От цветных этикеток с выбитыми на них крохотными датами у меня уже рябило в глазах.

Ближе к вечеру Керт вернулся, дабы наконец прекратить мою агонию и возобновить нашу экскурсию. На сей раз мне показали тир, спортзалы, бассейн и комнаты для медитации. В одной из них я бы с удовольствием задержалась.

Растянулась бы на нагретом полу, прикрыла глаза и уснула, вдыхая ароматы благовоний и вслушиваясь в приятную, расслабляющую мелодию.

Правда, не уверена, что два часа, проведённые в этом окутанном полумраком помещении, мне зачтутся, как тренировка в спортзале. А потому, попрощавшись с Кертом, отправилась в раздевалку. Отыскала шкафчик со своими инициалами.

Стоило приложить ладонь к встроенному в него сканеру, и система считала мой код, дверца послушно приоткрылась. В шкафчике обнаружилось всё необходимое для тренировки.

Пока переодевалась в бриджи и майку, которую нацепила поверх облегающего топа, в раздевалку вошли две женщины: радаманка и ниилийка.

Счастливицы! Для них тренировка уже закончилась. И теперь дамы, расслабленные после душа, коротали время за болтовнёй и неспешными сборами. На меня даже не взглянули, отчего я снова почувствовала себя неловко. Какие-то здесь все отмороженные.

После короткой разминки отправилась истязать себя тренажёрами. В просторном зале было полно мужчин и ни одной женщины. Моё появление не осталось незамеченным. Стоило переступить порог, и представители сильной половины Радамана, все, как один, повернули головы в мою сторону. Сразу захотелось натянуть майку аж до самых пят, ну или хотя бы прикрыть ею бёдра.

Сделав себе отметку в памяти — обязательно прикупить мешковатые штаны, вроде тех, что носила в академии, и выбросить к бесам собачьим эти облегающие светлые бриджи, а также майку с до безобразия глубоким вырезом, заставила себя сдвинуться с места.

Надеюсь, щёки у меня сейчас не пунцовые. Хотя попробуй тут не покраснеть, когда оказываешься под прицелом множества любопытных взглядов.

Остановилась возле первого попавшегося тренажёра и, стараясь ни на кого не смотреть, приступила к упражнениям на пресс.

К моему облегчению, тишина долго не продлилась. Вскоре народ вернулся к своим занятиям. Правда, остались и те — я это чувствовала каждой клеточкой своего тела, — что продолжали нахально меня разглядывать.

Право, такое ощущение, будто они впервые в жизни видят симпатичную девушку! И арийки на Радамане уже давно перестали быть редкостью. Тоже мне, нашли экзотику.

К счастью или нет, но за те два часа, что я тренировалась, пытаясь не ударить в грязь лицом перед бравыми агентами МРУ, со мной так никто и не попытался завести знакомство.

С одной стороны, это радовало: поклонники мне сейчас однозначно не нужны. С другой — день подходил к концу, а я так ни с кем даже парой фраз не перебросилась. Керт и Онида были не в счёт.

В завершении, поплавав минут десять в бассейне и быстро приняв душ, отправилась наверх за сумкой, которую оставила в кабинете. Пока шла, думала, что как только закончится испытательный срок (не думают же они держать меня в хранилище вечно!), я вплотную займусь обустройством своего рабочего гнёздышка. Прикуплю приятных глазу мелочей, чтобы кабинет не казался таким безликим.

У самых дверей растерянно остановилась. Ещё несколько часов назад стол был абсолютно пуст. А теперь на его прозрачной поверхности красовался… пышный букет роз. Роскошные, крупные бутоны с тёмно-бордовыми лепестками завораживали своей красотой.

Хм, и что бы это могло значить? Может, в МРУ принято приветствовать новеньких цветами?

Осторожно оглянулась на своих немногочисленных коллег, несмотря на поздний час не спешивших покидать кабинеты. На меня — ноль внимания. Сидят себе, уткнувшись взглядами в экраны трансляторов, словно роботы, не замечая никого и ничего вокруг.

Снова взглянув на букет, невольно улыбнулась. Провела подушечками пальцев по нежным лепесткам одного из цветков, поискала глазами пластиковую карточку, которой обычно сопровождались такого рода подарки. Ничего.

Да, наверное, всё-таки от коллег. А иначе — от кого бы?

Но те ничем не выдавали свою причастность к презенту и со мной не спешили знакомиться. Что ж, может, завтра повезёт?

Взяв в руки букет, источавший безумно приятный аромат, хотела уже со всеми попрощаться, когда услышала заливистый женский смех, которому вторил не менее весёлый мужской голос.

Спустя пару секунд показалась и сама парочка. Мужчина, что-то шепнув своей собеседнице на прощание, пошёл дальше, а девушка направилась к одному из кабинетов, продолжая мечтательно улыбаться. Из-за улыбки на её щеках появились ямочки, сделав её лицо ещё более миловидным.

Незнакомка была одета в серое облегающее платье длиной до середины колена и укороченный жакет. Не то чтобы этот цвет ей не шёл, но с ним её и без того светлая кожа казалась ещё более бледной. Прямо как у Диона, с которым когда-то меня так коварно разлучил Даггерти.

Как знать, возможно, не вмешайся тогда Рейн в наши только начавшие зарождаться отношения, и сейчас у меня был бы верный и любящий жених. И я бы не страдала.

Задумавшись о беспринципной выходке своего уже дважды бывшего, сама того не осознавая, я продолжала глазеть на незнакомку. Та поймала мой взгляд и, неожиданно поменяв траекторию движения, направилась к моему кабинету.

Легонько ударила кулаком по прозрачной створке и, прислонившись к ней, всё с той же очаровательной улыбкой спросила:

— Новенькая?

— Да, сегодня первый день. — Почувствовала, как мои губы тоже растягиваются в улыбке. — Шиона Таро, — представилась и зачем-то уточнила: — младший агент.

— Элея Эйрис, — в свою очередь назвалась девушка и, смеясь, сказала: — К счастью, уже не младший. — Заметив у меня в руках охапку роз, удивлённо вздёрнула брови. — Какой симпатичный букетик! Кавалер поздравил с первым рабочим днём?

— Кавалеров не имею. — Надо же, произнесла почти без запинки. Возможно, ещё удастся переболеть. — Думала, это от сотрудников.

— Ммм… интересно. — Элея задумчиво прикусила губу и пришла к неожиданному выводу: — Значит, тайный поклонник. Вполне возможно, что и из сотрудников. Здесь любят новеньких. — Оторвавшись от двери, махнула рукой. — Пойдём, представлю тебя этим нелюдимым. Небось за день даже слова тебе не сказали.

Положив букет обратно на стол, я поспешила за девушкой. Благодаря которой меня наконец-то заметили! Церемония знакомства оказалась короткой, но оставила после себя только положительные эмоции. Теперь я знала поимённо трёх коллег (не считая Элею), оказавшихся очень приятными в общении радаманцами. Вернее, радаманками. С мужской половиной коллектива пообщаться в тот вечер не удалось, по одной простой причине: никто из мужчин на глаза нам так и не попался.

Элея уверила меня, что народ в управлении хоть и не слишком общительный, но доброжелательный и отзывчивый. И посоветовала ни о чём не беспокоиться.

— Я тоже в первые дни чувствовала себя здесь не в своей тарелке. А потом ничего, пообвыкла, — пока спускались на первый этаж, делалась опытом девушка. — Кстати, у нас принято, чтобы новенькие проставлялись, — хитро сощурилась она, став похожей на лисичку. Каштановые волосы с рыжинцой и маленький заострённый носик только усиливали сходство с этим зверьком.

— С радостью, — отозвалась я, мысленно прощаясь с тем, что ещё осталось от моих сбережений. — Как насчёт завтра?

— Супер! Тогда предупрежу народ, — обрадовалась Элея.

На улице мы простились. Девушка поспешила к стоянке, а я села в вызванный заранее аэробол. В который раз приказав себе не дрейфить, ввела адрес Рейна.

Ну почему иногда я становлюсь такой трусихой?! Казалось бы, нет ничего страшного в том, чтобы заглянуть на минутку к бывшему забрать свои вещи. Тем более что Рейн в медцентре, а значит, не будет болезненных встреч и неловких моментов. Но если продолжу и дальше откладывать визит к Даггерти, тогда возрастёт и риск с ним столкнуться. А я этого не перенесу!

Пока летела в городскую квартиру Рейна, не могла заставить себя не думать о минувших циклах. Невольно вспоминались его слова о том, что как только поженимся, окончательно осядем в столице. Начнём заводить общие знакомства, строить семью, а в будущем, возможно, и маленьким Рейном обзаведёмся. Или маленькой Шионой. Глаза защипало от слёз. Ненавижу эти воспоминания!

Уже будучи в лифте ощутила внезапный выброс адреналина, спровоцировавший и новый всплеск страха. Нет, не пойду! Бес с ними, с вещами! Пусть лучше выкинет их, чем я ещё хоть раз переступлю порог его квартиры. В которой мне довелось испытать столько мгновений счастья…

Разозлившись на себя окончательно — за слабость, за те чувства, что всё ещё к нему испытывала, — в последний момент всё-таки сдержалась и не повернула обратно. Мгновение, и вот я уже выхожу из лифта, обвожу глазами полутёмное помещение и… встречаюсь взглядом с Рейном.

Он стоял около входа в спальню, прислонившись к стене. Бледный, немного осунувшийся, с тёмными кругами под глазами. А может, это просто тень так падала на его лицо. Я не успела толком разглядеть, потому как уже в следующую секунду опустила голову. Не смотреть на него было проще.

— Привет, — ляпнула машинально и вдруг осознала, какое это глупое слово.

И ситуация глупая. Стоим и смотрим друг на друга. Вернее, он на меня, а я куда угодно, но только не ему в глаза. Вдруг вспоминаются мгновения нашего расставания. Сколько же ненависти и боли я тогда испытала. Готова была рвать и метать, проклинать его. А сейчас всё, на что меня хватило, это на нелепое «привет».

— Здравствуй, Шиона. — Рейн оказался общительнее, расщедрился аж на два слова. И тусклую улыбку, лишь на миг показавшуюся на усталом лице. Которую я заметила, снова вскинув взгляд. Невольно отметила, как он похудел. И на ногах с трудом держится. Странно, почему его выписали. И почему он здесь, один.

— Думала, ты ещё в клинике, — очередная неловкая фраза.

А за ней — спокойный, лаконичный ответ:

— Сегодня вернулся.

— Ты как? — Я продолжала мяться на пороге, не решаясь ни пройти в квартиру, ни дёрнуть обратно в кабину лифта.

Последнее, хоть и отдавало трусостью, сейчас для меня было бы предпочтительнее. Идиотка! И зачем только сюда притащилась!!!

— А разве тебя это волнует? — Рейн запустил пальцы в волосы, стараясь их пригладить. На губах — горькая усмешка. — Моё самочувствие.

— Я переживала за тебя, — упрёк в его голосе задел за живое.

— Настолько, что даже ни разу не пришла навестить.

Как будто не знает, почему меня с ним не было! Как будто не понимает, насколько мне больно! Видеть его, слышать его голос, когда-то такой родной. Понимать, что он так близко и в то же время бесконечно от меня далеко. Не на другом конце комнаты — в другом уголке Вселенной. Такое расстояние нам не по силам преодолеть.

Следовало что-то говорить, что-то делать. Забрать бесовы вещи и уйти, как мечтала.

— Я только на минуту. Возьму своё.

— Шиона, — к счастью, Рейн не пытался подойти, иначе я бы точно сбежала, — не знаю, что тогда ты увидела, но я не лгал тебе. Не было никакой измены.

— И я тоже тебе не лгу, — зажмурилась на миг, из последних сил сдерживая треклятые слёзы. — Это воспоминание… Оно преследует меня везде. И во снах, и наяву. Я вижу его, как вижу сейчас тебя. Эту девушку… Наверное, её лицо теперь знакомо мне даже лучше, чем моё собственное. Её черты, её мимика. И то, как она сходила с ума от страсти. В твоих руках.

— Возможно, это было видение из прошлого. — Он всё-таки ринулся ко мне, но не пройдя и двух шагов, покачнулся и был вынужден снова прислониться к стенке. — Ты должна мне верить. Нельзя вот так просто взять и разорвать всё, что нас связывает.

Должна? Как будто это так просто. Взять и отключить эмоции. Внушить себе, что ничего не было. Ни обмана, ни предательства.

— Однажды я тебя уже простила. И поверила. Второй раз не смогу. Просто не вынесу снова такой боли. — Отступила, понимая, что мы в тупике: он не перестанет мне врать, а я уже не могу за нас бороться. И говорить здесь больше не о чем.

— Наверное, лучше потом как-нибудь загляну. Или… если сможешь, отправь вещи в управление. Флаер уже у Фейруса. А колечко…

— Трин мне его отдала.

— Ну тогда нам ничего не остаётся, кроме как начать жизнь с чистого листа, — жалкая попытка пошутить и не менее жалкая — улыбнуться. Шаг, и вот я уже в лифте. — Прощай, Рейн.

Он ничего не сказал в ответ. Просто стоял и смотрел, как половинки лифта смыкаются, и я исчезаю из его жизни. Навсегда.