Глава 11. · Сжигая мосты

Рейн

— Не понимаю, как она могла так поступить! — Л'эрд Арвейл вышагивал по кабинету, раздражённо стуча тростью. Этот звук, приглушаемый мягким ворсом ковра, тем не менее казался Рейну оглушительным, больно бил по натянутым до предела нервам, — Спуталась с ненормальными, возомнившими себя непонятно кем! Тоже мне, спасители Радамана… Бес бы их побрал, этих молокососов!

Фейрус редко терял над собой контроль, практически никогда не повышал голос и уж тем более не позволял себе грубых выражений. Но сейчас ему хотелось рвать и метать, ругать и поносить всех и вся. Особенно Шиону, поступившую так глупо, так опрометчиво. Было легче на неё злиться, чем позволить страху взять над собой верх.

— Этот человек, которого она просматривала, кто он? — Рейн отстранённо наблюдал за метаниями Арвейла, поглощённый своими мыслями. Те мелькали с неимоверной скоростью, как картинки в старинном калейдоскопе, и одна была мрачнее другой. Фейрус только-только огорошил его новостью об аресте, а он уже успел нарисовать в воображении несколько вариантов развития событий.

Ни один не вселял надежды.

— Сэлиэн Фрой. Влиятельный и очень опасный человек. Им даже не хватило ума догадаться, что просмотреть такого без последствий не удастся. Не понимаю, чем она думала?!

— На Фрое стояла защита? — машинально уточнил Рейн.

Лишь единицы на Радамане могли позволить себе подобные превентивные средства, и Шионе не повезло столкнуться с одним из таких людей.

Фейрус мрачно кивнул:

— Среагировала на активацию эманала. Шиону застали прямо во время просмотра. Личная охрана Фроя. Хорошо хоть сразу отправили в полицейский участок, а не… — мужчина запнулся, отгоняя пугающее предположение, пальцы до белых костяшек сжали серебряный набалдашник трости. — Но это не значит, что Фрой всё забудет. Как только очухается…

— Она ещё там? В участке? — перебил дядю Рейн, которому в данный момент было глубоко наплевать на то, что в будущем у них могут возникнуть проблемы из-за какого-то там магната. Сейчас единственно важным было добиться освобождения Шионы, а со всем остальным они разберутся позже.

— А где ей ещё быть? — проворчал Фейрус. — Она и те двое идиотов… Какой позор для нашего Дома!

Поглощённый собственными переживаниями, л'эрд Арвейл не сразу заметил исчезновение племянника. А поняв, что тот намерился взять пример с бедовой супруги и отправиться искать приключений на свою голову или какое другое место, поспешил в холл, тяжело опираясь на трость.

— Ну и что ты там собрался делать? — крикнул ему вдогонку.

Рейн, уже почти коснувшись двери, обернулся.

В свете звезды, проникавшем сквозь мозаичные стёкла, танцевали крошечные блестящие точки, словно кто-то рассыпал в воздухе бриллиантовую пыль. Даггерти машинально скользнул по знакомой обстановке взглядом. Почему-то подумалось, что в этот дом, где прошло его детство, он нескоро вернётся. Если вернётся вообще…

Тряхнув головой, отогнал от себя неуместные сейчас мысли.

— Тебя к ней всё равно не пропустят, — тем временем увещевал племянника Арвейл. — Шиону будут просматривать, допрашивать. Ты же знаешь, я сделаю всё, чтобы её освободили. Но сегодня ты её не увидишь.

— Я попробую, — упрямо возразил в ответ.

— Рейн! Одумайся! Хоть ты не рискуй карьерой!

Но племянник его уже не слышал.

Рейна терзали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось наорать на Шиону, высказать всё, что думает о её безрассудстве, а потом где-нибудь запереть, чтобы в ближайшие циклы вообще носа на улицу не высовывала. И чтобы оборвала все связи со своим ненормальным дружком. С другой — не терпелось её обнять, приласкать, избавить от страхов. Защитить от этого чёкнутого мира и, наверное, в первую очередь от неё самой. Рейн уже даже готов был обратиться с молитвой к арийским Создателям. Или к любым другим богам. Лишь бы те вернули ему жену. И как можно скорее.

Переступая порог главного управления полиции, Даггерти твёрдо решил, что не уйдёт отсюда, пока не увидится со своим несчастьем. Пока не убедится, что Шиона в порядке и что ей ничего не грозит. Понадобится — он разберёт бесово здание по кирпичикам, но в конченом итоге окажется рядом с ней.

К сожалению, на деле всё оказалось сложнее, чем он себе представлял.

— Что значит, её здесь нет?! — рыкнул коммодор, когда дежурный полицейский сообщил, что лиэри Даггерти в списке заключённых больше не значится. Борясь с искушением схватить юнца за грудки, вытащить из-за стойки и хорошенько встряхнуть, чтобы, наконец, перестал мямлить, Рейн, едва сдерживая гнев, глухо процедил: — Она должна быть здесь! И я не уйду, пока её не увижу. Зови начальство!

— Лиэри Даггерти была здесь, — заплетающимся языком уточнил полицейский. — Но где-то час назад её забрали. Я сам видел, как её выносили.

— В смысле, выносили?!

Видимо, в тот момент в глазах коммодора отразилось что-то, что заставило полицейского испугаться ещё больше. Если такое вообще было возможно. Втянув голову в плечи, молодой офицер, переходя на шёпот, вкрадчиво проронил:

— Она была без сознания. — И совсем уж тихо закончил: — При задержании в неё стреляли из парализатора.

Рейн скрипнул зубами от бессильной злости и сделал себе пометку в памяти: прибить Фроя и всю его бесову охрану, если с Шионой и их ребёнком что-нибудь случится. А заодно и Вилара за то, что подбил её на эту авантюру.

— Куда её отвезли?

— Не знаю, — чистосердечно признался полицейский. Становиться козлом отпущения для невменяемого офицера парень не собирался, поэтому поспешил добавить, заметив, как у того от гнева на лице заходили желваки: — Знаю только, что приказ поступил от её святейшества. Это она велела забрать вашу жену.

Ярость схлынула, уступив место ещё большей тревоге, которая в любой момент могла перерасти в панику.

Оказавшись на улице, первое, что сделал Рейн, это связался с другом из МРУ и попросил об услуге.

— Можешь отследить местонахождение моей жены по идентификационному чипу?

— Не вопрос. Дай мне пару минут, — легко согласился старый знакомый.

К счастью, местонахождение Шионы было обнаружено сразу, и Рейн, рискуя попасть в очередную аварию, на запредельной скорости помчался в небольшое частное НИИ, расположенное на одной из центральных улиц Нового города. Если из полицейского участка Шиону хотелось забрать как можно скорее, то из бесового НИИ — немедленно. Рейн никогда не верил в предчувствие, но сейчас что-то внутри настойчиво советовало поспешить.

Таких учреждений в Авийоне было множество. И это ничем не отличалось от сотни ему подобных. По крайней мере, внешне. Невысокое здание, по форме напоминавшее идеальный куб. Облицованное стеклянными панелями, оно отражало мириады цветов, посылаемых на землю лучами Алого Солнца.

Приземлившись прямо возле входа, Рейн, едва не срываясь на бег, бросился по ступеням лестницы.

В холле НИИ всё повторилось. С небольшой лишь разницей — вместо дежурного полицейского сейчас ему отвечала молоденькая секретарша. Инопланетянка с землистого цвета кожей и голубыми глазами на пол-лица. Девица упорно твердила, что никакой лиэри Даггерти у них здесь не было и нет. И она не понимает, почему в полиции дали ложную информацию. Служащая НИИ настоятельно советовала вернуться в участок для выяснения ошибки.

Глядя в эти рыбьи, наивно распахнутые глаза, Рейн понимал, что девушка не лжёт. А значит, Шиону доставили сюда тайно.

Даггерти вдруг почувствовал, что сейчас самое время начинать паниковать. Вот только криками и требованиями вернуть ему жену он ничего не добьётся. Пришлось зайти с другой стороны.

— Мне нужно переговорить с её святейшеством. — Рейн понятия не имел, где сейчас находится Онна. Мог лишь предполагать: раз Провидице зачем-то понадобилась Шиона, значит, она тоже должна быть здесь.

Девушка открыла было рот, явно собираясь сказать очередное «нет». Рейн подался вперёд, улыбнулся и, сменив интонацию, заговорил мягко. В былые времена этот трюк срабатывал безотказно, подобно чарам действовал на слабый пол.

— Скажите, беспокоит коммодор Даггерти. А я буду у вас в неоплатном долгу.

В душе теплилась надежда, что уж ему-то в аудиенции не откажут. А если нет… Придётся искать другой способ отыскать Шиону. В любом случае, отсюда без неё он не уйдёт.

То ли Создатели всё-таки услышали его молитвы, то ли просто повезло, девушка послушно исполнила просьбу. А потом, растянув синюшные губы в лучезарной улыбке, сказала:

— Следуйте за мной. Её святейшество вас сейчас примет.

Шиона

Когда первый шок прошёл, а отчаянье перестало туманить разум, я попыталась взять себя в руки. Сейчас передо мной лежал выбор: или тратить время впустую, на истерику и проклятия в адрес психопатки, по милости которой я здесь оказалась. Или попробовать выбраться из этой западни. А пострадать как следует я смогу и позже. Сейчас же надо успокоиться и придумать как дальше быть.

Что она там говорила про эмбрион? Избавиться? Пусть только попробуют ко мне прикоснуться! В живом состоянии это тело её святейшеству не достанется. Буду бороться до конца! Надеюсь, что до победного.

Онна, правда, утверждала, что очень скоро я успокоюсь, стану покладистой. Интересно, скоро — это когда? Что-то мне совсем не хочется успокаиваться. Наоборот, адреналин в крови так и зашкаливал. Я готова была наброситься на любого, кто рискнёт переступить порог этой камеры. Жаль, передвигаться по ней мешал бесов браслет.

Кусая в напряжении губы, стала прокручивать в уме последние слова Провидицы. Если верить моей копии, я буду паинькой благодаря какой-то сыворотке.

Мгновение, и адреналин снова побежал по венам. От осознания того, чем меня здесь, вероятно, попотчевали, я чуть до потолка не подпрыгнула. На висках от волнения выступил пот, стоило вспомнить про гениальное изобретение профессора Риора, которое с подачи её святейшества тестировали на некоторых кадетах, в том числе и на мне. Онна ведь понятия не имеет, что Рейн, узнав о проводимых в МВА опытах, развил бурную деятельность и откопал для меня экспериментальный антидот.

Именно сыворотка Риора напрочь лишала человека воли, делала его послушным любым приказам. Оставалось надеяться, что её-то мне и вкололи и что противоядие действительно сработает.

Проходили минуты, я терпеливо ждала, но ничего не менялось. Чувствовала себя как прежде. По крайней мере, мне так казалось.

С одной стороны, безумно боялась услышать шорох открывающейся двери. Ведь пока нахожусь здесь, одна, я и мой малыш — мы в относительной безопасности.

С другой — от напряжения и волнения я, кажется, скоро свихнусь. Уж лучше сразу с головой в омут, чем изнывать в неизвестности.

Не успела так подумать, как тишину нарушил звук, которого я так опасалась и вместе с тем с таким нетерпением ждала. В камеру вошли двое. Мрачная парочка великанов-радаманцев с непроницаемыми лицами и одинаковыми наголо обритыми головами. Это у них здесь что, такой дресс-код?

Окинув их взглядом, пришла к выводу, что стоит отложить побег до более удачного момента. Я бы и с одним бугаем, и в лучшие свои времена, навряд ли бы справилась. А с двумя — не стоит даже пытаться. Вырубят как миленькую и понесут моё бесчувственное тело куда им вздумается, на какую-нибудь мерзкую процедуру.

— Поднимайся, — прозвучал приказ.

Я на секунду замешкалась. Не потому, что хотела показать характер. Сейчас важно было понять — подвластна я чужой воле или нет.

К счастью, моё тело слушалось меня безотказно.

Но дабы не заставлять бритоголовых повторять дважды, послушно подхватилась и даже, на всякий случай, вытянулась в струнку. Пусть видят, какая я вся здесь послушная и примерная, готовая к выполнению любых повелений.

Один из радаманцев подошёл ко мне.

— Стой смирно, — очередная равнодушная команда, которую его подопечная покорно выполнила: даже не шелохнулась, когда с меня наконец-то сняли браслет. Выпрямившись, надзиратель выцедил из себя ещё одно слово: — Двигайся, — и мягко подтолкнул меня к выходу.

Видать, от её святейшества поступил приказ бережно со мной обращаться, чтобы, не дайте Создатели, не попортить тело.

Ноги меня, куда бы мы ни направлялись, не несли. Но ничего не поделаешь. Приходилось тащиться за провожатыми, не забывая при этом украдкой поглядывать по сторонам. Сложно было определить, где я. То ли в какой-то частной клинике, то ли в научно-исследовательском центре, коими столица Радамана была щедро напичкана.

Назвать это место полицейским участком, где я, по идее, должна была сейчас находиться, нельзя было даже с большой натяжкой.

Часто нам навстречу попадались сотрудники данного учреждения, все в одинаковых светлых брюках и туниках, очень смахивающих на медицинскую форму. Меня так и подмывало закричать, позвать на помощь. Но что бы это дало? Не думаю, что кто-то из них проникнется ко мне сочувствием. Они на меня даже не смотрят!

Может, здесь это в порядке вещей — похищать людей для проведения всяких незаконных экспериментов?

Дойдя до конца бесконечно длинного коридора, пронизанного таким ярким светом, что порой возникало желание зажмуриться, мы вошли в лифт. Поднявшись наверх, снова оказались в коридоре, как две капли воды похожем на предыдущий.

Помню, я умирала от страха во время рейдов и всевозможных симуляций военно-захватнических операций. Но то, что испытывала сейчас, ни в какое сравнение не шло с теми переживаниями.

До последнего надеялась, что получится избавиться от конвоиров. Но нет, сбежать от них оказалось невозможно. Вскоре я уже входила в небольшой светлый кабинет. Безумно боялась, что снова увижу Онну. К счастью, вместо моего наихудшего кошмара в кабинете обнаружилась лишь радаманка средних лет. Такая же отмороженная, как и мои провожатые.

— Снимай пиджак и ложись сюда, — не дав мне времени даже осмотреться, указала она на кушетку в углу. После чего нажала на одну из ячеек в стене и принялась что-то выискивать в выдвижном ящике.

Меня затрясло.

Я вдруг осознала, что единственный шанс на побег безвозвратно упущен. Бритоголовые не спешили оставлять нас наедине.

А женщина уже вовсю готовилась к бесовой процедуре. Вот она подкатила к кушетке столик. Чуть повернув голову, я заметила на нём обеззараживающий гель, какие-то инструменты и прозрачный куб с микроботом — крошечным «паучком», брюшко которого было наполнено мутновато-розовой жидкостью.

— Лежи смирно. Всё будет хорошо, ты даже ничего не почувствуешь, — расщедрилась на улыбку радаманка и удовлетворённо кивнула, заметив, что пациентка не планирует бунтовать. Лежит себе овощем, тупо уставившись в потолок. А смысл сейчас дёргаться?

Попробую что-нибудь вякнуть, и меня тут же сцапают эти верзилы. Но и позволить им впрыснуть в меня отраву — тоже не вариант.

Ну же, Шиона, думай!

— Какой утебя срок? — Медик опустилась со мною рядом.

Вот теперь понятно, что это за процедура. Хотелось послать бессердечную стерву куда подальше. Но вместо этого я лишь тихо произнесла:

— Почти пять недель.

Радаманка слегка нахмурилась. Повернулась к моим конвоирам и, распечатывая куб с микроботом, распорядилась:

— Возвращайтесь где-то через час. Будет лучше, если она пока побудет под моим наблюдением. Хочу убедиться, что после аборта с ней ничего не случится.

Сохранять невозмутимость, когда при тебе с равнодушным видом говорят, что собираются убить твоего ребёнка, — этого не пожелаешь и врагу. Тут бы и профессиональная актриса не справилась. Не знаю, как сумела сдержаться я и не размозжить голову этой сучки о стену. Наверное, осознание того, что сейчас всё зависит от моей игры, помогло обуздать гнев.

Благо радаманцы не стали задерживаться, молча кивнув, покинули кабинет. Секунды, пока за ними смыкались створки, казались мне вечностью. Я лежала, не шевелясь, напряжённо глядя на то, как бесово «насекомое», спрыгнув мне на руку, шустро перебирая лапами, спешит добраться до вены.

Раздался приглушённый стук, двери наконец-то закрылись, изолировав нас от всего остального мира. Тряхнув рукой, я тут же подскочила. Успела зажать радаманке рот, прежде чем та хоть что-то сумела пикнуть. А потом исполнила свою недавнюю мечту и, схватив гадину за волосы, больше не сдерживая себя, от души приложила её головой об стену. Жертва моего гнева медленно сползла на пол, оставляя на светлой панели кровавый потёк.

Мелкая восьмилапая зараза бесцельно ползала по отполированным плитам. С каким же удовольствием я её раздавила! Едва не зажмурилась от наслаждения, услышав, как под ногой раздался едва уловимый хруст.

Надеюсь, в отличие от микробота — тому уже точно ничем не поможешь, радаманка потом очухается. Хотя, по правде говоря, в тот момент мне было абсолютно наплевать, что будет с этой гадюкой.

Что-то я становлюсь не в меру кровожадной.

Пришлось немного повозиться, стаскивая с неё одежду. Ещё минута ушла на перевоплощение в сотрудницу этой богадельни. Кое-как пригладив растрепавшиеся волосы, не теряя больше ни минуты, я бросилась прочь.

Не успела сделать по коридору и нескольких шагов, как одна из дверей раскрылась и из неё показался мужчина в такой же, как и у меня, форме. Сердце ёкнуло и остановилось, а вот я, наоборот, готова была сорваться на бег и мчаться сломя голову. Сдержалась в последний момент и даже ответила на приветствие кивком и неким подобием улыбки.

До лифта добралась без приключений. Оставалось спуститься вниз, а там уже и спасительный выход должен был обнаружиться.

Глядя на то, как на экране одна за другой вспыхивают цифры, я молилась Создателям, чтобы защитили и помогли. Выйдя из кабины лифта, первое, что увидела, это широкую лестницу, что вела в просторный холл. Там, на расстоянии всего в несколько метров, находилась долгожданная свобода. Я видела улицу, на которой бывала не раз. Отсюда до нашей городской квартиры рукой подать.

Спасение было так близко. От волнения и эйфории у меня даже закружилась голова. Рванула было вперёд, но тут увидела стоявшего у рецепшен уже знакомого мне качка-радаманца. Облокотившись о стойку, он что-то с улыбкой втолковывал глазастой девице, а та давилась смехом.

Наверное, почувствовав на себе мой взгляд, мужчина обернулся. Меня тут же унесло в сторону. Не знаю, заметил ли он беглянку, но проверять не хотелось. С быстротой молнии помчалась я по коридору, не переставая ругать себя последними словами.

Позади раздались спешные шаги. Я не решалась обернуться, потому как безумно боялась встретиться со своим преследователем взглядом. Завернув за угол, упёрлась в дверь.

Путь назад был отрезан, и я, не придумав ничего лучшего, подскочила к биометрическому сканеру, отчаянно молясь, чтобы моя догадка оказалась верной. Ожидание, пусть и короткое, пока шло сканирование сетчатки глаза, больше походило на пытку. К моей огромной радости, система безопасности не догадывалась о наличии в этих стенах абсолютной копии Онны, и двери с тихим шорохом разъехались в стороны.

Прошмыгнув внутрь, я остолбенела.

Не знаю, чего в тот момент во мне было больше: страха, что из всех бесовых кабинетов меня угораздило очутиться именно в том, который облюбовала для себя её святейшество. Или же радости.

Ведь теперь рядом со мной был Рейн.

Рейн

— Коммодор Даггерти, какой приятный сюрприз! Хоть и неожиданный. — Её святейшество отвернулась от окна, возле которого неподвижно стояла до появления гостя, и заспешила тому навстречу. Чуть ли не с распростёртыми объятиями. Как обычно, спокойная, безмятежная. Только на последней фразе голос ей изменил, в нём послышались резкие нотки. — Что-нибудь случилось? Зачем вы меня искали?

Онна кивнула секретарше, и та, повинуясь её беззвучному приказу, выскользнула в коридор.

— Я знаю, что Шиона сейчас находится здесь. — Ещё минуту назад Рейн убеждал себя, что следует брать пример с её святейшества и быть сдержанным, ведь Провидица не та, кого можно припугнуть или к чему-то принудить. Но увидев Онну, растерял всё своё самообладание. Уже долгое время эта женщина играла ими, словно безмозглыми куклами, умело дёргала за ниточки их жизней. И сейчас ей придётся объяснить ему правила игры. — Я хочу увидеть свою жену. И хочу понять, почему вы забрали её из полиции?

— Успокойтесь, коммодор, — после недолгой паузы ответила её святейшество. Не спеша пересекла кабинет и грациозно опустилась в кресло, — Я сделала это ради Шионы. Пусть лучше её просмотрят мои специалисты, чем это будут пытаться сделать неумелые Проводники из полиции. Знаете ведь, ваша жена плохо поддаётся просмотру. К тому же, здесь ей намного комфортней, чем в изоляторе.

— Мне нужно с ней поговорить. — Рейна так и подмывало сорвать с лица Провидицы бесову тряпку и наконец прочесть её эмоции. Чтобы понять, лжёт она или говорит правду. — А ещё объясните, почему вы проявляете к ней столь пристальное внимание?

— Боюсь, пока что удовлетворить ваше требование я не могу, — развела руками её святейшество. — Как раз сейчас Шиона находится на допросе. Ну а что касается вашего вопроса… Наверное, в этой девушке я вижу саму себя. Мы с ней во многом похожи. Я это поняла, как только её увидела. Мне будет неприятно, если с ней произойдёт что-то плохое.

Рейн мысленно выругался. Казалось, Провидица говорит искренне. И в то же время его не покидало ощущение, что она продолжает свою игру, намеренно тянет время.

— Уверяю вас, коммодор, с Шионой всё в порядке. Уже к вечеру вам вернут вашу дорогую жену, — медовым голосом продолжила её святейшество. — Целую и невредимую. Проявите немного терпения. Сейчас вы ведёте себя, как влюблённый мальчишка. — Она поднялась, ненавязчиво намекая, что аудиенция окончена. — Отправляйтесь домой и ни о чём не беспокойтесь. Как только Проводники с ней закончат, с вами сразу свяжутся.

— Лучше я её здесь дождусь, — упрямо возразил Даггерти.

— Как вам будет угодно, коммодор, — на удивление легко согласилась Онна. — Увы, я вам составить компанию не смогу. Но если что-нибудь понадобится, обращайтесь к Ри, — добавила, имея в виду секретаршу.

Рейну ничего не оставалось, как согласиться, и скрепя сердце направиться к выходу. Но не успел он коснуться двери, как та сама раскрылась. На пороге стояла раскрасневшаяся и до смерти перепуганная Шиона.

Радостная улыбка, едва коснувшись её губ, исчезла, стоило ей увидеть хозяйку кабинета.

Шиона

Первые мгновения меня словно парализовало. Внутри одно на другое нахлёстывались совершенно полярные чувства: безумное счастье, панический страх, надежда, что скоро всё закончится, и осознание того, что так просто нам отсюда не выбраться.

Но и с мечтой занять моё место теперь её святейшество может распрощаться. Не уверена, что Даггерти проникнется чувствами к потенциальной убийце своей жены и собственного ребёнка.

Поборов в себе желание схватить Рейна за руку и броситься прочь, шагнула внутрь, понимая, что добраться до выхода всё равно не успеем. По первому же зову этой психопатки сюда сбежится вся местная «рать».

По-видимому, та же мысль посетила и Рейна. В отличие от меня, он умел реагировать быстро. Я даже не успела уловить момент, когда у него в руке оказался небольшой парализующий бластер. Почти безвредная игрушка. Но это всё же лучше, чем ничего. Онна тоже не ожидала столь коварного выпада со стороны мужчины, которого она якобы любила, и нервно вздрогнула, увидев направленное на неё оружие.

— Пожалуйста, ваше святейшество, — нарочито вежливо обратился к маньячке Рейн, — выйдете из-за стола. Так, чтобы я видел ваши руки.

— Или что? Будете стрелять, коммодор? — с вызовом бросила лже-святейшество.

— Если понадобится — не сомневайтесь, — заверил её Рейн таким тоном, который лично у меня не оставил сомнений в его решимости.

Онна нехотя повиновалась и, не спеша, обогнув стол, встала возле окна, сверля меня ненавидящим взглядом. Как ещё дыру не прожгла.

— Расскажи ему, — потребовала я, но ответом мне было молчание. — Расскажи, как собиралась украсть мою жизнь!

Видимо, на сегодня её святейшество исчерпала лимит откровений и теперь старательно прикидывалась глухонемой, не желая признаваться в своих омерзительных поступках.

— Нет? Значит, расскажу я.

Конечно, живописать всю историю своего двойника я не стала, не было на то сейчас времени. Рассказала лишь, что каким-то образом Онна намерилась присвоить себе моё тело и превратиться в лиэри Даггерти.

— Но зачем?!

На Рейна было жалко смотреть. Когда закончила, он имел настолько бледный вид, с лёгким синеватым оттенком, что любой покойник, только взглянув на него, удавился б от зависти. Видать, перспектива стать супругом экс-Провидицы Радамана его не привлекала.

— Так и будешь молчать? — Я из последних сил боролась с желанием подскочить к Онне и сорвать с её лица дурацкую вуаль.

Как будто не понимает, что прятаться теперь бесполезно.

Терпение мужа было на исходе. Витиевато выругавшись, он нервно выкрикнул:

— Кто-нибудь мне ответит?! Я хочу знать, что здесь происходит!

Онна, наконец, отмерла. Тонкие пальцы коснулись воздушной ткани и откинули её назад, обнажив лицо. Сейчас оно было искажено ненавистью, отчаяньем, бессильной яростью.

План, так долго вынашиваемый, нежно лелеемый, рухнул в один миг. Теперь ни одно из желаний, рождённых её воспалённым сознанием, не могло осуществиться.

Провидица это понимала. Воспользовавшись шоком Рейна, резко метнулась в сторону. Не знаю, что она намеревалась сделать: поднять тревогу или, быть может, тоже схватить оружие, чтобы поквитаться со мной за все свои невоплощённые надежды. Я нисколько не сомневалась: так просто Провидица меня не отпустит. Пусть Рейн ей теперь не достанется, но и мне быть счастливой с ним она не позволит.

Все эти мысли уложились в какую-то наносекунду. Я было бросилась Онне наперерез, но Рейн меня опередил, остановив её святейшество одним точным выстрелом из бластера.

Моя копия рухнула как подкошенная. Скорее всего, она бы быстро пришла в себя, если бы при падении не умудрилась основательно приложиться головой о стол, прямо об его острый угол. Кажется, у липовой Провидицы пошла чёрная полоса.

А вот у меня — белая. Потому что опомниться не успела, как оказалась в объятиях мужа, ощутила нежность его поцелуя, на одно чудесное мгновение позабыв об ужасах, что испытала сегодня по вине своего двойника.

— Я до сих пор ни беса не понимаю. Как она… ты… — Рейн не находил слов, чтобы выразить своё смятение. Да мне и самой до сих пор не верилось, что всё это происходит на самом деле.

Даггерти прижал меня к себе, крепко-крепко, прогоняя прочь страх и возвращая в сердце если не покой, то уж точно уверенность, что скоро кошмар закончится.

— Я всё тебе объясню. Позже. А сейчас забери меня отсюда, — смахнув выступившие на глазах слёзы, уткнулась лицом в грудь мужа. Где-то на подсознательном уровне мне казалось, что стоит его отпустить, и я снова останусь одна. Жуткое ощущение.

— Тебе лучше переодеться. — Отстранившись, Рейн чмокнул меня в лоб, успокаивая и подбадривая, и занялся Онной, старательно отводя взгляд от её лица.

Убедившись, что её святейшество находится в глубокой отключке и в ближайшее время не создаст нам новых проблем, принялся стаскивать с неё одежду.

Пришлось мне снова поменять амплуа, из простого врача переквалифицироваться в Провидицу. Идя рядом с мужем по коридору, я честно старалась подражать Онне, двигаться плавно и бесшумно, как умела только её святейшество. Насколько качественной была моя игра — судить не берусь. Полагаю, что не особо. Меня так и подмывало сорваться на бег.

— Ваше святейшество, профессор Сэйтин хотел с вами поговорить, но я сказала, что вы заняты, — поспешила мне навстречу секретарша. К счастью, в холле она была одна, без бритоголового радаманца. — Он, кажется, был чем-то очень обеспокоен. Просил срочно с ним связаться.

— Поговорю с профессором, когда вернусь, — ответила бесцветным голосом и, обогнув девушку на достаточном расстоянии, быстренько засеменила к выходу.

— Хорошо, я передам ему, — не стала больше задерживать нас инопланетянка.

Вернулась за стойку, а мы с Рейном поспешили на улицу. Только во флаере я позволила себе облегчённо выдохнуть. Избавившись от конструкции, ошибочно именуемой головным убором, оказавшимся тяжёлым и жутко неудобным, откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Не верилось, что всё закончилось.

Поначалу летели молча. Я не интересовалась куда. Сил говорить не было, спрашивать, откуда Рейн узнал, где я, тоже. Да и сейчас это не имело значения. Главное, он нашёл меня.

— Солнышко, может, всё-таки объяснишь, кто эта женщина? Пока я тут не свихнулся, строя догадки, — чуть ли не жалобно попросил Даггерти. — Твой злобный близнец? Неудачный клон? Пришелица из другой реальности?

— Третье, — устало проронила я. Заметив, как вытянулось лицо у мужа, грустно усмехнулась, представив, что точно такое же выражение, наверное, было и у меня, когда мне открылась вся правда.

Рейн слушал не перебивая. Только пальцы заметно подрагивали, пока он управлял флаером, и глаза напряжённо всматривались в багровеющее вдалеке небо.

— Тебе нельзя здесь оставаться, — наконец, тихо проговорил он. — На Радамане. Она найдёт тебя так же легко, как это сделал я. Придётся избавиться отчипа, взять новые имена. Пока Он… Пока та Шиона жива, тебе на этой планете не место.

Я и сама это прекрасно понимала. К тому же теперь я вроде как беглая преступница. Можно, конечно, сдаться в полицию. Но где гарантия, что прямиком оттуда снова не попаду в лапы Провидицы? Во второй раз она меня точно не отпустит. Да и Рейну оставаться здесь небезопасно. Кто знает, на что ещё способна безумная, привыкшая добиваться своего любой ценой женщина.

Одного Рейна она уже угробила. Отнять у меня моего я не позволю.

— Улетим первым же рейсом, — тем временем набрасывал план действий Даггерти. — Куда угодно. Лишь бы подальше отсюда.

— Как только Онна очнётся, меня тут же объявят в розыск. Если уже не объявили. Я даже до шаттла не доберусь, как меня схватят.

— Попрошу о помощи Фейруса. Он что-нибудь придумает. — Рейн ободряюще улыбнулся и начал плавно снижаться, пока флаер не коснулся крыши небоскрёба. Отвечая на мой вопросительный взгляд, пояснил: — Здесь живёт один мой знакомый, ты с ним уже встречалась. Нужно к нему заскочить.

Знакомым оказался тот самый врач-ниилиец, благодаря которому сыворотка Риора не сработала. Если бы не этот исследователь и его изобретение, скорее всего, я бы уже была мертва.

Мужчина был явно удивлён столь поздним визитом, да ещё и к нему домой, но принял нас радушно. Пока Рейн о чём-то шушукался с ним в кабинете, у меня появилась возможность настроиться на непростой разговор.

На какое-то время я позабыла об Авене, но сейчас, когда самое страшное осталось позади, тревога за жизнь друга вернулась. Я понимала, что бессильна ему помочь. И в то же время не могла бросить его на произвол судьбы. Эти чувства давили на меня, угнетали.

Вскоре Даггерти вернулся. Собирался мне что-то сказать, но я его опередила.

— Рейн… — Поднявшись с кресла, заглянула мужу в глаза. Сложно было подобрать слова, чтобы выразить свою просьбу. Которая наверняка покажется ему немыслимой и вызовет шквал эмоций.

Потом он на меня наорёт. Это как минимум. А может, и вообще по голове стукнет. И скажет, что это для моего же блага, для прочистки мозгов.

Но попытаться всё же я была обязана.

Мне даже объяснять ничего не пришлось, муж и так всё понял по моему молящему взгляду.

— Нет, Шиона, ты достаточно рисковала ради него. И вот мы где оказались, — отрезал категорично.

— Сам знаешь, что мы здесь не из-за него. И, наверное, стоит сказать Авену спасибо. Если бы не сегодняшние события, Онна бы действовала по своему безумному сценарию. Сначала бы отослала куда-нибудь подальше тебя, а потом бы взялась и за меня. И жил бы ты до конца своих дней с психопаткой.

От этого заявления Рейна аж передёрнуло. А потом он раздражённо процедил:

— Даже не надейся, что я ещё буду его благодарить. Он тебя подставил!

— Его ведь уже должны были допросить… — заикнулась осторожно.

— И что ты предлагаешь? — лицо Даггерти напоминало каменную маску. — Потащить его с собой на корабль? Мы понятия не имеем, в чём твой Вилар ещё замешан. Скорее всего, его даже под залог не отпустят.

— Но если поручишься ты…

Усмехнулся, горько и безнадёжно:

— Ты ведь понимаешь, что это ещё больше всё усложнит. Неизвестно, когда мы в таком случае сможем сюда вернуться. Если вообще сможем…

Продолжать настаивать, просить его пожертвовать всем ради меня и моего друга — было неправильно. Не менее неправильным было бросить здесь Авена.

— А если бы дело касалось Флара? Как бы ты поступил? — В тот момент я ненавидела себя за эти слова. За то, что не желала отступить и сдаться.

Рейн не спешил с ответом. Смотрел на меня, буквально пронизывая взглядом. Секунды тянулись невыносимо медленно, пока надежда во мне то угасала, то снова начинала слабо тлеть.

Наконец решение было принято, и муж проговорил:

— Я попробую. Не обещаю, что получится, но попробую. — Обняв меня, коснулся губ коротким поцелуем и приступил к наставлениям: — Делай всё, что скажет тебе профессор Дарт. Потом отправляйтесь в космопорт и ждите меня там. От Дарта — ни на шаг. — И одарил меня совсем уж тяжёлым взглядом. — Шиона, не заставляй меня снова сходить с ума от страха.

Я заверила его, что буду паинькой, не стану теряться и последую за ниилийцем хоть на край света.

Попрощавшись с профессором, Рейн ушёл, и в душу снова закралась тревога. Стоило Даггерти скрыться в лифте, как гостеприимный хозяин пригласил меня в кабинет для, как он выразился, совершенно безболезненной процедуры. И хоть с недавних пор это слово вызывало во мне самые пренеприятные ассоциации, я послушно последовала за ниилийцем.

А спустя каких-то несколько минут перестала существовать для Радамана. Идентификационный чип был извлечён и уничтожен, а с ним и та нить, что связывала меня с этим миром.

Сложно описать в тот момент свои ощущения. Долгожданное освобождение? Опустошённость? Скорее всего, всё сразу.

Закончив с уничтожением моей личности, ниилиец пригласил меня на кухню. Настоял, чтобы я с ним поужинала, как следует подкрепилась перед полётом, хоть мне сейчас кусок в горло не лез. Все мысли были об Авене и Рейне.

Остаток вечера прошёл словно в тумане. Не знаю, сколько длился наш полёт до космопорта: несколько минут или, быть может, вечность. Бессвязные молитвы Создателям, обрывочные воспоминания минувшего дня и неясные надежды, что завтрашний день будет лучше.

Ожидание в зале космопорта. Невыносимо долгое, когда перед глазами мелькают незнакомые лица, а ты мечтаешь увидеть только одно единственное. Самое родное и любимое. И ругаешь себя за то, что отпустила. И клянёшься самой себе, что больше никогда не отпустишь. Только бы сейчас он вернулся.

Страх, в который раз за этот день смертоносной змеёй сжавший сердце. Отчаянье, вдруг совершенно неожиданно сменившееся радостью. Настолько сильной, всепоглощающей, что, кажется, можно свихнуться. Или как минимум лишиться чувств.

Спасибо профессору Дарту, вовремя подхватившему меня под локоть и передавшему в крепкие руки мужа.

В которых я быстро ожила. Едва не задушив в объятиях Рейна, бросилась то же самое проделывать с Виларом.

— Спасибо, Ши, — прошептал тот растроганно.

Отстранившись, внимательно осмотрела друга. Живой и вроде как даже невредимый. Что весьма странно, ведь забирал его из тюрьмы Даггерти.

Словно прочитав мои мысли, Рейн усмехнулся:

— Было такое искушение — выбросить его из машины. Сам удивляюсь, как сдержался.

— Мой герой, — приподнявшись на носочках, в благодарность за подвиг и выдержку поцеловала мужа в щёку.

— А ещё человек, устроивший побег преступнику. Вернее, двум, — покосился на меня благоверный. В синих глазах, несмотря на всю серьёзность нашего положения, плясали смешинки. Взяв за руку, Рейн провёл по моей ладони большим пальцем, задержавшись на едва различимом рубце на месте удалённого чипа. — Осталось ещё незаконно проникнуть на транссистемный лайнер, чтобы завершить картину наших правонарушений. Хотя после всего, что произошло, — это уже такая мелочь.

Попрощавшись с профессором Дартом, мы отправились на посадку в шаттл.

Если бы не Рейн, не помощь его друзей и вмешательство Фейруса, ни я, ни Авен ни за что бы не покинули тогда планету. Только любовь мужа, его отвага, готовность пожертвовать ради меня всем подарили мне шанс на спасение и возможность обрести счастье в новом мире.

Вместе с любимым.