Глава 7 Алина

С утра в театре все будто взрывается движением. Люди снуют туда-сюда, голоса сливаются в шум, звуки инструмента прорываются сквозь разговоры. А я, словно капитан в бушующем море, держу курс, хотя волны сомнений бьют сильнее, чем когда-либо. Премьера совсем близко, но вместо волнения я чувствую странное спокойствие. Как будто моя судьба наконец-то свершится здесь, на этой сцене.

Нола все чаще приходит в театр, ее присутствие успокаивает. Ее уверенность и сосредоточенность как будто противовес моим метаниям. Ее профессионализм поражает, каждая деталь в ее работе безупречна. Я ловлю себя на мысли, что начинаю смотреть на нее с восхищением, как на человека, который всегда знает, что делать.

– Как ты вообще все успеваешь? – спрашиваю я, пока мы обсуждаем ее концерты и мою постановку.

– Просто нужно уметь расставлять приоритеты, – отвечает она, ее голос твердый, как сталь, но мягкий в нюансах. – И не бояться, что что-то пойдет не так. Ответственность всегда имеет свою цену, но ее стоит платить. Сегодня она приносит мне конверт. – Это для тебя, – говорит она, улыбаясь.

– Что это? – удивляюсь я, принимая его.

– Билеты. На концерт Рихарда, – отвечает она с такой легкостью, будто это обычное дело.

Я открываю конверт. Сердце вздрагивает. Концерт Рихарда. Того самого, композитора, чья музыка всегда была для меня чем-то особенным. Я даже не надеялась, что он приедет в нашу страну.

– Нола, ты серьезно? – спрашиваю я, не в силах сдержать улыбку.

– Конечно. Ты заслужила, – Нола отвечает так легко, что я едва верю. Ее взгляд становится чуть теплее. – Это моя благодарность. Твоя работа – вдохновение, Алина. Ты не понимаешь, как сильно ты цепляешь.

Я смотрю на нее, ощущая благодарность. Впервые за долгое время я искренне счастлива.

***

После репетиций еду к Мирону и Лие. Их дом словно другая вселенная. Уют, теплый свет ламп, запах свежей еды, тихий смех. Лия встречает меня у порога, ее глаза светятся спокойствием. Никаких теней прошлого, только любовь и покой, которые, казалось, невозможны когда-то для нее.

– Алина, заходи, мы уже ждем, – говорит она, увлекая меня вглубь дома.

Мирон сидит за столом, что-то обсуждает с Лией, но, увидев меня, откладывает бумаги в сторону.

– Алина, как премьера? Все по плану? – его голос звучит спокойно, но в нем всегда чувствуется скрытая забота.

– Хорошо, – отвечаю я и достаю из сумки два конверта. – Это для вас. Пригласительные на премьеру.

Лия берет их, глаза ее загораются интересом.

– Мы обязательно придем, – обещает она, крепко сжимая мою руку. – Ты заслуживаешь этот момент. Мы будем гордиться тобой.

Мирон кивает, не задавая лишних вопросов, за что я ему благодарна.

А вечером, после обеда с семьей, я возвращаюсь в театр. Нола уже на месте. Мы обсуждаем последние штрихи, корректируем детали. В ее руках работа спорится, и я снова думаю, как мне повезло встретить такого профессионала.

– Ты придешь на премьеру? – спрашиваю я, чувствуя легкую неловкость. Ее мнение для меня почему-то стало важным.

– Конечно, – отвечает она с улыбкой, будто это не подлежит сомнению. – Я не пропущу такое событие. И не одна.

Я передаю ей два билета на лучшие места.

– Это для тебя. Хочу, чтобы ты сидела в самом центре.

Нола принимает их, немного рассматривая, и говорит с легким кивком:

– Это будет великолепно, Алина. – Затем добавляет: – Надеюсь, ты понимаешь, как много значит этот спектакль. Для всех нас.

***

День премьеры.

Нервозность сжимает меня, как петля на шее. Сердце колотится так громко, что, кажется, его стук будет эхом раздаваться в зале. Все слова, которые я хотела сказать, исчезли. Осталось только чувство, что сейчас я открою дверь в собственную душу. За кулисами я наблюдаю, как зал постепенно заполняется. Люди смеются, переговариваются, но я их не слышу. Свет гаснет, занавес поднимается. Это мгновение растягивается в вечность.

И вот, все начинается…

Сцена оживает. Каждый жест, каждая нота как будто ожившая боль, страх, надежда. Все получилось даже лучше, чем я могла представить. Я вижу это по глазам зрителей, по их реакции.

Когда звучит финальная нота, зал взрывается аплодисментами, словно гроза разорвалась над залом. Люди встают, их лица отражают все, что я пыталась передать. Это волна, мощная и неудержимая, накрывает меня, и я понимаю: это не просто успех. Это принятие моей правды.

Я выхожу на сцену, почти не чувствуя ног. Слезы текут по щекам, и я больше не пытаюсь их остановить. Это счастье. Это освобождение. Это все, что я вложила в этот спектакль, и я вижу, как это тронуло каждого в зале.

Но в тот момент, когда я смотрю в зал, все вокруг замирает. Среди стоящих я вижу его. Мужчину с улицы. Его глаза выискивают меня в толпе, и когда они находят мои, внутри все обрушивается. Лед сковывает каждую клетку моего тела. Его взгляд пронзает так, будто он знает все, что скрыто во мне.

Что он делает здесь? Почему сейчас? Почему он смотрит на меня так?

В голове все перемешивается, мысли цепляются друг за друга, но ни одна не приносит ответа. Внутри все холодеет. У меня тысяча вопросов, но ни один из них не складывается в ответ. Слова, которые я хотела сказать, вылетают из головы. Только тишина и ужас.

Эмин здесь.