Эпилог

Несколько лет назад. Портленд. – Надья, ты уверена? Конь на d5. Я пожала плечами. Как, blyad, я могу быть уверена в том, что случится со мной через час? Или день? Да я сдохнуть могу в любую секунду. Но именно поэтому, зная слишком хорошо и свою внучку, и ее мужа, и внутреннюю кухню всех чертовых “контор” мира, ни за что не доверю этой молодежи, настоящего пороху не нюхавшей, счастье своих самых родных людей. Мне так много лет и я столько повидала на своем веку – как любви, так и жесточайшего предательства, что давно поняла: свое надо защищать до последнего вздоха. Свое, родное, близкое. И защищать порой от них самих. От их необдуманных поступков, незрелых решений, их собственной вспыльчивости и противоречивости, их гордыни и детского страха быть честными с самим собой. Мои любимые дети стоят на пороге событий, которые могут уничтожить обоих. Я не могу отвести от них беду. Да и не стала бы этого делать. Оранжерейные цветы на улице гибнут. А испытания закаляют характер и волю, даже если это испытание огнем, болью и кровью. Жаль ли мне их обоих? Нет. Вернее, не так. Я сочувствую им. Но при этом отдаю отчет в том, что, будь все по-прежнему, Тания постепенно окончательно растворится в своей слепой любви к мужу, а Ферги из волевого, иногда жесткого, но все же порядочного и честного парня рискует незаметно превратиться в домашнего тирана. Им обоим пора встряхнуться. Ему – на своей шкуре ощутить потерю того, что он считает величайшей ценностью – его семью. А ей – избавиться от уютной розовой раковины, стенки которой вот-вот раздавят ее, превратив в абсолютно nakhren  безвольное существо. Еще когда Танечка только привела своего парня в наш дом, я сразу узнала этот свет любви в ее глазах. Его не перепутать ни с чем. Внучку-то я свою знала как облупленную. А вот за выбор ее переживала. Но зря. Этот “финнбар” тогда сразу мне признался, где работает. Честный. Со своими. А ведь и свои предать могут. Как меня когда-то. Ну да бог им судья. А вот парень наш… Я еще двадцать лет назад увидела четко – будто картинку передо мной нарисовали – мальчишка из той породы солдат, что не задумываясь закроют амбразуру своей грудью. Знала я таких. Знала. Давно. Сейчас таких мало осталось. С каждым годом все меньше. А без них… Эх… С его отношением к Тание и семье мне все стало окончательно ясно, когда я обратилась к нему с просьбой помочь “беспомощной” старухе уладить мои проблемы с документами. Я разузнала по своим каналам, что он разделался с самыми опасными из братье Альварес, была в курсе, что он намеревался уволиться по просьбе моей внучки, и понимала при этом, что этот чертов Галлахер, с его характером, не сможет уйти в сторону, ввяжется в очередную заварушку и все равно попрется спасать кого-то. Такой уж он у нас. Герой. Герой, без которых не выигрывают необъявленные войны. Но кто спасет самого героя, после того как он спасет этот гребаный мир? И кто поможет моей кровиночке собрать осколки разбитого сердца, когда она узнает, что Фергал так долго обманывал ее? Пусть из самых высоких побуждений. Для нее это не будет играть никакой роли. Наш парень умен, конечно, он сообразит, как вывести из-под удара семью. Я в нем уверена, как в себе. Но он подставит под удар другое – их любовь. Да и Танюшка, я точно это знаю, выкарабкается в случае чего, найдет себя, вспомнит и осуществит все свои мечты. Но потеряет то, без чего ее жизнь станет такой же, как и моя. А я не хочу для нее своей судьбы. Я хочу помочь им все-же спасти их любовь. Потому что… Потому что сама когда-то так и не решилась бороться за нее – за свою сломанную любовь. И только много лет спустя сама поняла, что любовь не ваза, которая, даже склеенная, уже никогда не будет целой. Любовь – живучий дикий виноград, который все равно прорастет, пустит новые побеги и зазеленеет. Надо лишь дать ему опору. Основу. Новое направление. И периодически поливать. Поэтому… – Просто сделай, как я прошу. В конце-концов ты же мой душеприказчик? Пешка на с4. – И как прикажешь мне ориентироваться по времени? Ты ж помрешь не сегодня завтра. А мне тут рулить все. Слон на а6. – Самый первый ориентир – переезд Танюшки с детьми в мой дом. Я не могу точно предсказать, когда это произойдет. Но ты рядом и все видишь. Так что в этот день должен быть осуществлен перевод на ее банковский счет. Я тебе присылала все реквизиты и доступы. Ты же сохранила? Пешка на b3 – Угу. Пешка на g6. Не отследят? – Я тебя умоляю, у меня там такая запутанная схема оффшорных счетов, что им потребуется время, чтобы докопаться до сути. Но когда докопаются, то решат, что вышившая из ума старуха просто перестраховалась. А второй перевод где-то через годик-полтора, не раньше. Пешка на f4. – Принято. Сделаю. А дальше? Вот переехала она – что потом? Ферзь на b4. Шах. – Ах ты ж сучка! Подловила-таки! А дальше отслеживай новости: как только увидишь, что разгорается очередной предвыборный скандал, особенно внимательно ищи все, связанное с холдингом “Брукс энд Дарти”, ну и начинай помаленьку. Потихоньку, вразброс. Типа, сперва звоночек, потому сразу и записочку, и подозрительную машинку. Потом пару дней передых и еще один подарочек. Потом затихарись где-то на пару-тройку недель. Или месяцок. В общем, с неравными промежутками, которые невозможно предугадать. На исполнение каждого из этапов нанимай через интернет новых курьеров. Надеюсь, напоминать тебе, что делать это надо так, чтобы не отследили, не нужно? – Ты это говоришь человеку, который на спор хакнул базу Трансамерика (одна из страховых компаний США – прим. Автора)? – возмутилась приятельница. – Ага, и еле успела убрать оттуда свою костлявую задницу, за которую тебя чуть не пощупала их служба безопасности. И вообще, не перебивай. Каждое из заданий – вполне безобидно и не является правонарушением. Так что… не боись, подруга. К тебе никто не прицепится. Слон на d2. Дженни Пепкинс потрясла своими буклями и вздохнула: – Ох, Надья, доиграемся мы с тобой. Тебе то что, ты вон помирать собралась. А мне знаешь как страшно? На старости лет в тюрьму загреметь. Ферзь на b6. – А ты не суйся больше в базы ни банков, ни страховых компаний, ни, боже упаси, Пентагона, Дженни. Ферзь на e4. – Но ведь получилось же? Пешка на f5. – Вот и не лезь больше, не привлекай к себе лишнего внимания. Ты пойми, karga ты старая любимая моя, я ребят своих не могу бросить вот так. Хоть ты за ними присмотришь. Мне на том свете спокойнее будет. Ферзь на f3. – Да я-то присмотрю, пока сама жива. Только в чем смысл-то? Уж больно… жестокие игры ты планируешь для них. Ферзь на d4. Ладью твою сейчас сожру. Скажете, я слишком жестока и не имею права распоряжаться чужими судьбами? А они не чужие. Это мой род. Род Суровских. И если я не смогла воспитать из своей внучки сильную личность, если она сломается от этих испытаний, то так тому и быть. Я готова взять на душу и этот грех. Одним больше, одним меньше. Разницы мне никакой. В бога я не верю, черта не боюсь, в рай не стремлюсь. А если попаду в ад, то встречу там отличную компанию – всех тех, с кем давно хотелось повидаться. И свести кое с кем счеты. – Сама вижу, чай, не с первоклашкой играешь. Коня тебе на с4. А смысл, Дженни, в том, что “дружба против кого-то” здорово сближает. А если враг при этом неведомый, загадочный, таинственный и жуть какой непросчитываемый, то это же ухх! Вот я и прикинула, что помирит Танюху с ее любимым “финном” общая “жуткая опасность”. – Да с чего ты взяла, что они поссорятся? Вон же, сама говоришь, живут душа в душу. – Знаю. Просто знаю. А знаешь, почему нас с тобой никогда и ни за что не раскусят? Ты ходишь или нет? – Почему? Я не просто хожу, я забираю твоего коня своим на c4. Я закашлялась надрывающим горло и грудную клетку кашлем. – А потому, что главное правило любого расследования гласит: qui prodest, ищи, кому выгодно. Выгоду же все как понимают – выраженную лишь в материальных благах? А тут – ну какая мне, к тому времени покойной, да тебе будет от всей этой кутерьмы польза? Да никакой. Никто на нас не подумает. Да и что могут сделать две немощные древние старухи? Какая опасность может от нас исходить? Вот с вопросами к тебе прийти могут. Но, ты уж прости, Дженни, глядя на эти мерзкие кудряшки и зная твой скверный характер, максимум, в чем тебя заподозрят – что ты подсматриваешь за всеми через занавеску. Поверь, дорогая подружка, никто нас даже в расчет не возьмет. Не воспримут всерьез. Мозг сломают, а мимо нас пройдут, даже не обратив внимания. Слон на с3. Закрывайся. Я раскурила свою трубку, привычно отмахиваясь от ворчания подруги. Недолго ей меня терпеть осталось. В последние дни своего земного пути я имею полное право не отказывать себе в маленьких слабостях. Одна из которых – манипуляция пешками. Великая вещь – шахматы. Учат просчитывать несколько десятков ходов наперед. Причем с разными вариантами ответных ходов. Фергал играл со мной изредка. А я ему частенько поддавалась. А сама тем временем изучала его манеру игры, его комбинации, его привычки и поведенческие реакции, его самого. Спешить мне особо было некуда, а смысла выигрывать у него я не видела. Зачем? Чтобы он заподозрил, что я умнее, чем он думает? Пусть считает меня всего лишь суровой старухой с нелегкой судьбой. Пусть втайне жалеет и бережет. А я тем временем скирдовала до единого цента все деньги, что он, как ответственный глава семьи присылал мне “на жизнь”. А мне вполне хватало собственных заработков, о которых им и знать не надо. А вот детям в сложный момент их жизни они пригодятся. После моей смерти. Опять же, сам Фергал, с его работой, тоже может сгинуть в любой момент. По настоящему. И моя внучка останется вдовой без приданого. Что там от него достанется? Разве что его страховка, да жалкие сотня-другая тысяч? А этого я допустить тоже не могу. – Дженни, милочка, давай отложим до следующего раза нашу партию. Что-то я подустала нынче. – Да, да, конечно. Чаю? – Нет, дорогая. Давай лучше водочки kherakmen. И плевать, что еще машинку надо забрать от одного умельца. Сто грамм фронтовых мне не помешают. Самый слабый момент во всех моих прогнозах – здоровье самой Дженни. Бедняжка хоть и моложе меня на десяток лет, но тоже уже на ладан дышит. Так что я, пожалуй, и тут перестрахуюсь. Боже, благослови Америку с ее тысячами юридических контор и конторок, готовых взяться за выполнение самых нелепых причуд и указаний Клиентов, лишь бы закон не нарушали, да платили вовремя. Так что ловить неуловимого маньяка мои ребятки будет долго. А когда “поймают”… Надеюсь, не проклянут меня. Хотя даже если и так. Умираю я со спокойной совестью. Кстати, я присмотрела одну вещицу в каталоге Тиффани. Надо прям щаз купить и заказать доставку через годика три. Хороший подарок правнучке на свадьбу получится.