Глава 9

Понедельник на работе начался с отвратительной новости. Ужасной. – Тания, сегодня вечером вы с мистером Zhukov улетаете в Хьюстон. Как личный ассистент вы должны купить билеты, организовать отель поближе к штаб-квартире компании “Блуминг Пауэрс” ну и, по желанию вашего босса, можете взять в аренду автомобиль, чтобы не тратиться на такси. – В Хьюстон? – вздрогнула я. – Поездки с боссом тоже входят в мои обязанности? – Миссис Галлахер, как вы себе представляете этого недотепу путешествующим по нашей стране в одиночку? – всплеснул руками отдававший мне это распоряжение Айзек. Да прекрасно! С таким-то знанием языка он и без меня обойдется! Только… только не могу я сейчас этого сказать, чтобы не подставить Андрея. – Да, сэр. Разумеется, я все сделаю. – Придется вам взять на себя обязательства доставить его нам обратно живым и невредимым. Иисусе! В два раза больше расходов, – возмущенно покачал головой наш эйч-ар, трясущийся над каждым центом так, будто он был собственником компании, из чьего кармана нагло таскают кровью и потом заработанное. – Уж эти специалисты высочайшего класса, не знающие английского. Тания, ну как можно в нашем цивилизованном мире не знать английского? – искренне сокрушался Катош. – Ну, вы же не знаете китайского. Или испанского. А на них говорят миллионы, если не миллиарды, – ввернула я завуалированную шпильку. – Зачем? – округлил глаза Айзек. – Я же американец! Меня во всем мире должны понимать. Ну да, ну да. Бабуля моя говаривала, что Америка могла бы на самом деле быть величайшей страной в мире, если бы сами американцы были при этом не такими снобами. Я спорила с ней. Часто. До хрипоты. Убеждая, что мы и есть величайшая в мире нация, что благодаря нашим открытиям и достижениям американской демократии на планете воцарился мир и процветание. На что она презрительно сплевывала и ворчала: – Достижениям, ага. Ты мне еще про высадку на Луну расскажи, жертва пропаганды. Повзрослев, я начала чуть более критично оценивать то, что вещали с экранов телевизора кандидаты в президенты в своих предвыборных речах. Нет, я не стала меньше любить свою страну и свой народ, но к громким заявлениям о непревзойденных ценностях Pax Americana (Американский мир – прим. Автора) относилась теперь с известной долей скепсиса. Но, tshort с ним, с Айзеком и его снобизмом! К дьяволу! Куда угодно, только не в Хьюстон. Не в город, из которого я сбежала каких-то пять месяцев назад. Не в город, где столь многое напоминало мне о муже. Не в город, в котором он бросил меня, а я попыталась оставить навсегда память о нем. Ну что за podstava! – Таня, вы уже в курсе о наших планах на сегодня? – спросил меня Андрей, едва я переступила порог его кабинета. – Простите, что так внезапно и без предупреждения. Но эти придурки из Блуминга решили, что лучше меня разбираются в технологической карте, и внесли туда такие изменения, что они просто завалят проект. А по телефону подобные вещи обсуждать нельзя. Надо лететь лично. – Андрей, я на самом деле очень переживаю, что моего знания технических терминов не хватит для столь серьезных переговоров, – всполошилась я. – Таня, вот тут вообще не задумывайтесь. Как раз технический язык я вполне способен одолеть и сам. В крайнем случае буду вам вполголоса подсказывать. Мы же команда? – подмигнул босс и улыбнулся. – Вы прикрываете меня, я прикрываю вас. По крайней мере у нас, в России, именно так это и работает. Кстати, можно маленькую просьбу? Когда будете подбирать отель, не могли бы присмотреть такой, в котором есть бассейн? Желательно спортивного типа, – поймав меня этой фразой уже на пороге, окликнул Андрей. – Бассейн? – удивилась я, но отметку в блокноте черкнула. – Хорошо, посмотрю с бассейном. Айзек предлагает взять в аренду машину. Какую предпочтете? Мистер Zhukov как-то странно передернул плечами и крутанул головой, будто воротничок рубашки внезапно стал тесным. – Наверное, я оставлю выбор средства передвижения на ваше усмотрение. Я бы мог и на такси поездить, на самом деле. – Но на собственной машине быстрее, – возразила я. – К тому же никогда не надо ждать, и… – Татьяна, так я и не спорю, – вскинул руки Андрей. – Тут только такое дело… Вам придется побыть моим водителем, если мы арендуем машину. Я внимательно посмотрела на мужчину. Но ответного взгляда не поймала, потому что он делал вид, что усердно листает какие-то документы. Хм, еще одна небольшая странность моего нового босса. Фергал, если мы ехали куда-либо вместе, вел машину только сам. Не потому что вообще не разрешал мне садиться за руль – кто бы еще развозил детей по школам и спортивным секциям, но муж даже такси недолюбливал, вечно бурчал, что они ездят кое-как, поэтому предпочитал даже на вечеринках обойтись всего лишь бокалом сухого красного вина, чтобы не превысить разрешенные промилле. Муж. Бывший муж. Который до сих пор живет там, куда я вынуждена лететь в командировку. Tshort pobyeri! Эйприл встретила новость о моей поездке совершенно спокойно. – Командировка? Здорово! Надолго? – Солнышко, на пару дней всего. Тебе не будет страшно? Может, попросить мисс Пепкинс, чтобы она… – Ма-а-а, ты издеваешься? Да мне проще… Ой, кстати, маму-у-ль, – хитрованка соскочила с высокого табурета, на котором сидела со своим планшетом, подбежала и обняла меня, заглядывая снизу вверх в глаза. – Слу-у-ушай, а ты же помнишь, что я задолжала вечеринку? Ох уж эти подростки с их вечеринками в родительском доме. – И-и-и? – вздернула я бровь в ожидании продолжения. – Ну что и? Ну можно, а? Ну пожалуйста, пожалуйста! – она сложила руки в умоляющем жесте и зачмокала губками, типа целуя меня. – Эйприл Галлахер, если хоть кто-нибудь из соседей пожалуется на шум, который будет – а я уверена в этом – издаваться из этого дома, вы будете наказаны, юная леди. – Йес-с-с! резко вскинула вверх сжатый кулачок дочка. – Мамуля, ты самая лучшая! – И никакого спиртного! – Никакого! – И никаких, боже упаси, парочек в моей спальне! – строго нахмурилась я. – Вы меня обижаете, миссис Галлахер, – оскорбленно поджала она губы, но тут же расплылась в широкой улыбке. – Мамуля, клянусь тебе на самом дорогом, что у меня есть – на своей водительской лицензии, что не подведу тебя. Вечеринка! Йес-с-с! И она ускакала наверх звонить своим школьным приятелям. Я только вздохнула с улыбкой. Моя Зая не подведет, она у нас… у меня! Она у меня! И она хорошая девочка. Быстро сложила небольшой чемоданчик на колесиках, перепроверила документы на обоих – на себя и на мистера Zhukova – и вызвала такси, предупредив, что по дороге надо будет захватить еще одного пассажира в отеле. В Хьюстоне мы приземлились поздно. Пока я оформляла документы на аренду в аэропорту, пока мы добирались до отеля, того самого, со спортивным бассейном, при этом почти в центре, недалеко от офиса “Блуминг Пауэрс”, пока зарегистрировались и расселились, было уже далеко за полночь. Андрей, сонно кивнув и с трудом сдерживая зевоту, пожелал мне спокойной ночи возле моей двери и побрел к себе. Я же, зайдя в номер, первым делом задернула плотные шторы. Если я буду смотреть на этот город, то не усну до самого утра, а я должна не только выспаться, но и умудриться выглядеть спокойно и расслабленно. Не то чтобы я ожидала встретить кого-то знакомого в этой компании – не припомню ни одного из друзей Фергала, упоминавшего этот холдинг, – но, как показывает жизнь, наш мир слишком тесен, чтобы в нем можно было затеряться. Я это хорошо уяснила, когда во время нашего свадебного путешествия в Париж прямо на смотровой площадке Эйфелевой башни нос к носу столкнулась со старинной приятельницей моей бабули. И первым делом сия достопочтенная дама принялась выяснять, замужем ли я за тем самым мрачным типом, что стоит столь непозволительно близко к юной леди. Обручальные кольца на наших руках несколько умерили ее пыл, но тот случай я запомнила надолго. Но наш довольно плотно забитый встречами и совещаниями рабочий день прошел на удивление спокойно. То есть спокойно для меня, и то только в отношении неприятных событий. А вот мистер Zhekov воевал. Да какой там! Он сражался как лев! Как одинокий рейнджер Рид против банды Кавендиша (герои фильма “Одинокий рейнджер” – прим. Автора). Он ораторствовал и вещал, как Мартин Лютер Кинг со ступеней Мемориала Линкольну, порой забывая, что по легенде он “отшен плохо беседовать в английском”, так что мне приходилось иногда пинать его под столом. Он спохватывался, снова начинал лепить ошибки в произношении и путать элементарные слова, которые тем не менее нисколько не меняли смысл его посыла: “Если вы, уважаемые остолопы управленцы, не вернете технологическую схему, выверенную мною, настоящим русским инженером, то ждет вас, братаны, крупнейшее в вашей жизни фиаско. Зуб даю”. Фразу про зуб я не переводила, сама слабо понимая ее смысл, да это и не надо было. Явно скучавшие до нашего приезда офисные дядечки в офисных костюмах и таких же выражениях лиц взбадривались, краснели, бледнели и что-то пытались важно вякать. Но превратившийся в звезду “открытого микрофона” скромный русский недотепа яростно парировал каждую реплику, сыпя такими зубодробительными терминами, что у меня временами не хватало дыхания, чтобы перевести фразу до конца. А еще он тонко троллил. Очень тонко для важных дядечек, но совершенно очевидно для нескольких специалистов-технарей, явно приглашенных для того, чтобы дать организованный отпор заезжему выскочке. Однако гость, вместо того, чтобы сдуться и покорно сложить лапки, буквально первой же байкой из собственного инженерного опыта заинтересовал коллег, а следующим реверансом в виде упоминания статьи одного из них в журнале Американского общества инженеров-механиков окончательно покорил и перетянул на свою сторону. Так что теперь кабинетным менеджерам противостоял сплоченный коллектив нюхнувших настоящего пороху “полевых агентов”, не понаслышке знающих реальную цену малейшей ошибке в проектно-сметной документации. В результате переговоры было решено продолжить на следующий день, и мы с Андреем после искренних рукопожатий и взаимных похлопываний по плечу со вставшими на нашу сторону господами из “Блуминг Пауэрс” вышли из офиса с видом победителей. – А не отметить ли нам первый успешный этап бокальчиком пива? – вдруг предложил босс, когда мы уже уселись в арендованную машину. – Хм, я не пью пиво, – покачала я головой. – И потом, простите, Андрей, давайте мы перенесем празднование как минимум до того момента, как вашу технологическую карту вернут официально. – Да куда они уже денутся, – беспечно махнул рукой босс. – Единственный, кто мог что-то противопоставить мне, это Роджер Блэк. А он, сами видели, уже с рук ест. Так что нам нечего бояться. Но, воля ваша. Домой? Домой. Дом. Аккуратный двухэтажный дом на Ривер-Оукс (один из самых престижных районов Хьюстона – прим. Автора) – как и все коттеджи в этом квартале не имеющий ни забора, ни ворот, ни решеток на окнах, но бывший для меня самым безопасным, уютным и любимым местом в моей жизни. Дом, в который я вложила силы, душу и кучу времени. А потом сбежала, не забрав ничего, кроме личных вещей – А знаете, пожалуй, мы с вами выпьем по бокальчику, но только не пива, а сидра. Единственная просьба – давайте я вас высажу в отеле, а сама кое-куда заеду, буквально на полчаса. Очень надо. – Да не вопрос. Сидр так сидр. Полчаса так полчаса. Надо больше – я просто подожду в лобби. И все же выпью пива, пока вы не видите, – легко согласился босс. Мне действительно надо было отлучиться. В понедельник утром, еще до переполоха, связанного с организацией срочной деловой поездки, мне на личную почту прилетело письмо от одной из приятельниц: “Приглашаю на беби-шауэр” (Вечеринка, которую устраивают для будущей мамы перед рождением ее малыша. Прим.Автора). К счастью, до намеченной даты оставалось еще две недели на подготовку, но задуматься о подарках для новорожденного требовалось уже сейчас, поэтому я решила разобраться с этим вопросом именно здесь, в Хьюстоне. Уж выбор подарков тут однозначно будет богаче, чем в Портлэнде. Вечером в торговом центре, примеченном мною буквально в паре кварталов от отеля, народу было полно, мне едва удалось найти место для парковки, и уставшая после чертовски насыщенного рабочего дня, озадаченная выбором чего-то милого, но полезного, я смешалась с толпой других покупателей. В одном из бутиков на глаза попался очень славный костюмчик, но проблема заключалась в том, что пол новорожденного собирались раскрыть только на вечеринке, и я никак не могла определиться с цветом, пока не остановилась на прелестном полосатом экземпляре. Распрощавшись с продавщицей, откопавшей этот милый комплект, я вышла из бутика и внезапно вздрогнула: мимо меня, помахивая сумочкой и беззаботно не глядя по сторонам, продефилировала Лаванда – моя старинная приятельница, мой бывший адвокат и по совместительству предательница. После развода я еще несколько дней обрывала ей телефон, а затем смирилась и просто удалила ее номер из списка контактов, решив больше никогда не общаться. Лаванда тоже не стремилась выйти со мной на связь. Но теперь, буквально столкнувшись с ней нос к носу, я вдруг испытала невероятный прилив ярости. Позабыв о том, где нахожусь и зачем сюда пришла, я бросилась через толпу следом за бывшей подругой, догнала и резко схватила ее под локоть, повернув к себе лицом. – Ну, здравствуй, Лав (игра слов в английском языке: сокращение от имени Лаванда и заодно “любимая”, “милая”, “дорогая” – прим. Автора).