Глава 22

Хэлли, 17 лет

— С днем рождения, Хэл, — говорит Рио, целуя меня в шею.

Улыбаясь, я провожу пальцами по его волосам. — Спасибо.

Нависая надо мной, он продолжает свой путь поцелуев вниз по моей груди и животу, поверх рубашки. Его собственной рубашки давно нет, она брошена где-то у меня на полу.

Мы в моей комнате, на моей кровати. Рио пробрался сюда после ужина в честь моего дня рождения с нашими семьями. Я люблю своих родителей, своего брата и семью ДеЛука, но это все, что я хотела сделать сегодня. Быть с ним.

Я провожу руками по его спине, обвивая талию.

Рио резко втягивает воздух, его взгляд прикован к моим исследующим пальцам, скользящим по гладкой коже его живота, играющим с поясом его брюк.

— Рио, пожалуйста.

Он колеблется дольше, чем когда-либо. Обычно он довольно быстро заканчивает этот разговор. Мы дурачимся уже год, но у нас ни разу не было секса.

И это на сто процентов из-за чувства вины, которое он испытывает из-за того, что скрывает наши отношения от моего брата.

Его глаза перебегают с одного на другое, прокручивая это в уме. — Я хочу, Хэлли. Боже, я так сильно хочу…

Ручка моей запертой двери дергается, прерывая его ответ.

Наши широко раскрытые глаза поворачиваются в ту сторону. Никто из нас не произносит ни слова, затаив дыхание, пока мы смотрим на тень двух футов под приоткрытой дверью моей спальни.

— Хэлли, — говорит Люк, постучав в дверь. — Ты уже спишь?

Внимание Рио снова переключается на меня, и его паника так очевидна. Он спрыгивает с меня, судорожно хватая с пола свою рубашку и натягивая ее через голову.

Я изо всех сил стараюсь не рассмеяться, когда он пытается засунуть ноги обратно в туфли, спотыкаясь и чуть не падая.

Люк стучит снова, и Рио бросается к окну.

Ладно, теперь я ничего не могу с собой поделать. Я взрываюсь смехом и прикрываю рот рукой в попытке сохранить тишину.

— Не смейся надо мной, Харт, — кричит он шепотом, вылезая из окна, но я наблюдаю, как на его лице появляется игривая улыбка, пытаясь удержаться от смеха тоже. — Встретимся здесь, когда сможешь.

Я хочу рассказать Люку о нас. Я хочу рассказать о нас всем. Но даже если Люк в конце концов простит меня за то, что я скрывала от него наши отношения, с его дружбой с Рио все будет не так просто.

Их выпускной год подходит к концу, и ни Рио, ни я не хотим портить эти последние несколько месяцев кому-либо из них.

Однако в конце концов мы ему скажем.

Не включая свет в спальне, я приоткрываю дверь. — Привет, как дела? — спрашиваю я.

— Ты уже идешь спать? — Спрашивает Люк.

— Я собиралась. Ты в порядке?

— Да. Да, я просто хотел потусоваться. Меня не будет дома на твой день рождения в следующем году, так что, похоже, это последний день, который я могу отпраздновать с тобой.

Я наклоняю голову. — Оу. Люк, ты начинаешь на меня сердиться.

— Заткнись. Я буду скучать по тебе, вот и все.

— Я тоже буду скучать по тебе, но у нас еще есть пять месяцев до твоего отъезда в колледж.

— Я знаю, но, может быть, завтра мы могли бы потусоваться? Мы могли бы сходить в кино, только мы. Что ж, очевидно, мы пригласим Рио.

— Да. Да, звучит здорово. Но как насчет того, чтобы пойти вдвоем? Как брат с сестрой. Мы могли бы поужинать заранее.

— Круто. Звучит весело. Я дам тебе поспать. — Он идет по коридору в свою комнату, прежде чем крикнуть — С днем рождения, сестренка.

Закрыв дверь, я снова запираю ее, прежде чем схватить со стола компакт-диск с миксами этого года и вылезти в окно.

Посреди крыши расстелено толстое одеяло, и Рио ждет меня, лежа на спине, заложив руки за голову.

— Сегодня вечером здесь просто великолепно, Хэл. Посмотри, какая большая и яркая луна.

Он прав. Это идеально. Погода. Вид. Него.

Слова моего брата звучат у меня в голове.

— Идеальная ночь для нашего последнего совместного дня рождения.

Он поворачивается, чтобы посмотреть в мою сторону. — О чем ты говоришь?

Я подхожу к центральной линии крыши и ложусь на одеяло рядом с ним. — В следующем году тебя не будет в школе на мой день рождения. Мы не сможем встретиться на крыше.

— Хотя после колледжа у нас будут все дни рождения. Каждое восьмое марта. Это не последнее. — Он осторожно изучает меня. — Все в порядке?

Я киваю, но ничего не говорю.

— Иди сюда. — Подняв руку, он подталкивает меня, чтобы я легла ему на грудь. — О чем ты так беспокоишься?

— Все изменится.

— Так и есть.

— Тебя это не пугает?

Он запускает пальцы в мои длинные волосы. — Немного, но я не боюсь за нас. Я боюсь того, как сильно буду скучать по тебе, и я боюсь пытаться сосредоточиться на хоккее, когда знаю, что буду думать о доме. Но ты и я, Хэл? Когда дело касается нас, бояться нечего.

Я хочу верить ему, и, конечно, я верю, что именно это он сейчас чувствует.

Но это не значит, что я не чувствую себя неуверенно, думая о том, что он уедет и забудет обо мне. Он собирается играть в хоккей в школе D1 за восемьсот миль отсюда. Он получил полную стипендию, за что я им так горжусь, но парню будет уделяться много внимания. Он уже любит, но даже не догадывается, сколько девочек в нашей школе положили на него глаз. И все потому, что они не знают, что он мой.

Не то чтобы я беспокоилась о его неверности. В Рио нет ни единой косточки неверного. Но я человек, так что да, какая-то часть меня боится, что он почувствует вкус жизни за пределами нашего маленького Бостона и поймет, что хочет большего.

— Ты же не думаешь, что забудешь обо мне?

Он разражается смехом. — Ты действительно понятия не имеешь, насколько прочно здесь обосновалась, да? — Он хлопает себя по груди. — Ты практически живешь без арендной платы, Хэлли Харт.

Я зарываюсь в него еще сильнее.

— Жаль, что ты не можешь заглянуть в мою голову, Хэл. Ты бы увидела картину нашего будущего, которую я нарисовал, и каждая ее часть вращается вокруг тебя, хорошо? — Костяшками пальцев он приподнимает мой подбородок, чтобы я посмотрела на него. — Это ты и я. Я обещаю.

Я улыбаюсь ему. — Хорошо.

Он наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Хорошо.

Я кладу компакт-диск с миксом ему на живот, и ухмылка на его губах становится еще шире.

— Я ждал этого.

Я могу немного съежиться, когда позже мы послушаем это вместе и он поймет, что каждая песня написана в момент, проведенный с ним, но это нормально. Он был частью всех моих лучших воспоминаний в этом году, как и в большинстве лет. Любые воспоминания, которые я хотела бы перемотать назад и пережить заново, — это те, которые были у нас с ним на протяжении многих лет, когда мы росли вместе. Узнаем друг друга. Влюбляемся друг в друга.

Он крепче обнимает меня одной рукой, притягивая к себе, в то время как другой проводит по цифре семнадцать и букве "Х", написанным несмываемым маркером на компакт-диске. В этом году он задерживается ненадолго, следуя линиям вокруг сердца, которое я рисую, чтобы обозначить свою фамилию. Затем, как всегда, он прикрывает указательным пальцем маленький лишний хвостик.

Я не отталкиваю его руку. Я не обижаюсь на него за то, что он дразнит меня и мои шаткие нарисованные сердечки. Я просто смотрю на его пальцы, пытаясь запечатлеть этот образ в своей памяти, потому что знаю, что в следующем году мы не будем на крыше в это время.

Мне хочется плакать, когда я думаю об этом. Думаю, обо всех переменах, которые вот-вот произойдут в нашей жизни.

— Хэлли, знаешь, почему я не боюсь? — Он поднимает компакт-диск со смесями. — Это потому, что я знаю, что у меня впереди целая жизнь, чтобы получать их от тебя. У нас впереди целая жизнь, полная лучших моментов.