Глава 4

Новый магазин, грандиозное открытие которого полностью и безраздельно легло на мои хрупкие плечи, в скором времени начинает функционирование. Я давно занимаюсь организацией новой точки продаж. Нет, я рада, что наша сеть расширяется такими быстрыми темпами, но иногда хотелось бы перевести дух.

Звонила вчера Ире, но у нее пока дел по горло, подруге не до меня. Но оно и понятно: развод в самом разгаре, да еще и только недавно ее выпустили из стационара. Шутка ли! Сотрясение мозга при беременности!

Зажатый в ладони телефон оживает. Кирилл.

— Алло! — бодро отвечаю я на бегу.

Кирилл — друг детства моего погибшего мужа. Раньше Кир был частым гостем у нас. Когда Родиона не стало, а я чуть не сошла с ума от тяжелой утраты, Кир был одним из немногих, кто поддерживал меня и оставался рядом, несмотря на расстояние. Звонки, СМС, участливое «Ну ты как? Держишься?». Видимся мы с ним довольно редко, чаще связываемся друг с другом по телефону. Да и то первые месяца четыре после того страшного дня меня не существовало ни для кого.

— Рад тебя слышать, Злата, — ловлю привычные чувственные оттенки бархатистого мужского голоса. Твердого и одновременно всепроникающего. — Ты, как всегда, куда-то торопишься?

— Я лечу в мастерскую, мне необходимо проверить гипсовые фигурки для интерьера. Мастера задержали сроки. Вот еду разбираться и заодно вникнуть в реальное положение дел.

— Я понял, — вальяжно роняет он, — уверен, ты разнесешь там все, если через пару дней партия не будет изготовлена.

— Очень хочется обойтись без этого.

— Злат, — с осуждением произносит Кирилл. — Помнишь, мы неделю назад обсуждали, что надо бы пересечься да поболтать?

— Да, конечно. У меня пока вечера выдаются напряженными: график летит, сроки горят, рабочие не успевают, куча проблем, так что я не брезгую задерживаться.

— Задерживаться на работе — это дурной тон. Но если с твоими вечерами все так беспросветно, можем попробовать увидеться в обед. Что скажешь?

Не думаю, что встреча займет больше привычных сорока минут. Ну, час от силы.

— Давай. Мой запоздалый обед начинается часов в пять, — весело замечаю я.

— Обычные люди как раз в это время начинают собираться домой, — иронизирует Кир. Он всегда немного суров и резок в общении, я долго к нему привыкала, но с Родионом они были дружны. — Хм… Смогу подъехать к половине пятого. Подойдет? — предлагает деловито.

Поразмыслив немного, я твердо соглашаюсь на встречу. Видеться с Кириллом мне непросто. Так или иначе, разговор заходит о прошлом. О том, что мне давно пора перешагнуть и отстраниться.

Да я и сама знаю. Но головой понимать и чувствовать сердцем — это разные вещи. Нужно жить дальше? Я живу. Дышать полной грудью — дышу. Работаю, отдыхаю, нахожу развлечения, поддерживаю связь с близкими, увлекаюсь новыми идеями. Хорошая оболочка, чтобы притвориться такой, как прежде, не правда ли?

Перед глазами проносится вспышка, и так живо встает картина, где Родион играючи закрепляет леску, мастерски регулируя высоту поплавка, и закидывает наживку на середину реки. Раннее утро, роса на траве, зеленая листва, выбившиеся из хвостика мои золотистые пряди и кружка горячего чая в ладонях, чтобы до конца пробудиться и согреться, не обращая внимания на промозглый утренний свежий ветерок, запускающий озноб по спине. И Родион. Мой родной Родион. Вот же он стоит рядом, мощный, высокий, непобедимый. Супруг с ехидной ухмылкой глядит на меня, лаская бархатным взглядом, и не тускнеет озорной огонек в любимых глазах цвета сочной летней зелени. Мне казалось, что этот яркий свет никогда не померкнет. Но я ошиблась. Ошиблась. Ошиблась…

— Злата? Ты со мной? — приводит меня в чувство низкий густой мужской голос.

— Прости, пожалуйста. Отвлеклась.

— Я так и понял. Так что насчет времени? Шестнадцать тридцать утроит?

— Вполне. Будем ориентироваться на это время. Я должна успеть.

Кирилл успеет железобетонно. Он всегда пунктуален.

— Надеюсь. На чем будешь добираться? Я могу заехать за тобой в офис, и мы выберем что-то поблизости от твоей работы.

— Я на машине. Удобнее самой, — отзываюсь я задумчиво. Мне еще нужно созвониться с кадровым отделом в течение получаса. Администратор, которая должна была выйти на работу в новый филиал, вдруг изменила решение и заявила, что ей это место не подходит, отправив к черту наши договоренности.

— Принято, — голос его звучит ровно, ни нотки неудовольствия. Впрочем, Кирилл редко делает что-то для галочки. Если предлагает, значит, действительно считает это приемлемым вариантом. — Я выбираю место?

— Сделай одолжение, я буду признательна. К пяти часам вечера мой желудок будет сурово урчать и прилипнет к позвоночнику.

— Злата-Злата, — осуждающе тянет Кир. — Ты всегда к необходимости поесть относилась как к чему-то несерьезному.

В сознании что-то щелкает. Я вспоминаю то самое приятное чувство, что согревало душу после завтрака. Когда ты точно знаешь: о тебе позаботились.

— Давай расходиться, а то я не успею и к оговоренному времени.

— Все, условились. До встречи.

— СМС с координатами вышли! — напоминаю я напоследок.

Кирилл всегда такой дотошный. С ним не случается курьезных ситуаций. То ли дело я! Хлебом не корми, а дай в передрягу угодить.

К вечеру уже начинаю немного лениться: устала.

На часах половина четвертого.

Тянусь к телефону, чтобы отправить Киру подтверждение, что все в силе, и я его жду, но…

Едва беру в руки мобильный, как взгляд сам собой упирается в непрочитанное сообщение:

Незнакомец: «Привет, Злата. Весь день о тебе думаю, но знаю, что ты занята. С упоением жду сегодняшнего вечера. Надеюсь, он будет безраздельно моим».

И решаю промолчать.

Вечером Кирилл выбирает ресторан неподалеку от моего офиса — строгий, почти мужской интерьер: темное дерево, бордовая кожа, приглушенный свет. Я появляюсь вовремя, но мужчина уже ждет: в костюме, безупречно сидящем на широких плечах. С тем самым выражением, над которым когда-то подшучивал Родион: «У Кира вечный прищур, будто он тебя вот прямо сейчас оценивает».

Он встает, легонько касаясь моей руки. В его манере нет мягкости, но есть твердое уважение. Садимся за столик у окна, заказываем ужин.

Разговор течет привычно: он задает вопросы о моей работе, внимательно и с интересом слушает, иногда вставляет колкие реплики — и это даже успокаивает. Кому-то Кирилл может показать грубоватым, но мне привычно находиться рядом с ним, пусть даже в его резкости нет места сантиментам.

Я тянусь к мобильному, чтобы проверить уведомления. В этот момент Кирилл начинает что-то печатать в телефоне. Он бросает на меня быстрый косой взгляд, блокирует экран и снова поднимает глаза на меня. А в ту же секунду мой гаджет вибрирует.

Незнакомец: «Ты сегодня особенно загадочна. Не торопишься ответить. Занята?»

Сердце пропускает удар. Я украдкой смотрю на Кирилла. Он спокоен, сосредоточенно изучает меню, но… слишком уж совпало. Да и зачем ему меню? Мы ведь уже сделали заказ.

В голове появляется мысль, от которой становится не по себе: а если это он?

— Что-то срочное? — уточняю я с легкой улыбкой, кивая на его телефон.

— Рабочие вопросы, — отмахивается Кирилл. — Никуда от них не деться.

Я делаю вид, что приняла его ответ, но внутри все напрягается.

Мы едим. Его манера беседовать та же: резкая, но честная. Иногда даже слишком прямолинейная.

Это, конечно, невероятно глупо и нереально, но я все же решаю проверить.

Быстренько царапаю СМС:

Я: «Да, у меня сегодня встреча с другом».

И что же. У Кира вспыхивает экран, и мужчина тут же переворачивает телефон и отдергивает руку. На меня смотрит серьезно.

— Ты вроде отошла, — это он так о смерти Родиона говорит? Становится неприятно, но я знаю, что Кир ничего плохого не имеет в виду. — Как ты вообще?

— Я нормально. Общаюсь с друзьями. Работаю. Как видишь. А ты? Что у тебя важного случилось за последние месяцы?

— С работой все так же. Весь в делах. Слушай. Я собираюсь в поездку… так скажем… вылазка на природу за счет компании. Может, со мной сгоняешь? Отдохнешь, расслабишься.

Вау. Вот это номер.

— Не до того как-то. Извини...

Я пожимаю плечами.

— Ну, я так и думал. И все же. Ты не отказывайся сразу: природа, воздух, смена обстановки.

Я все еще удивлена. Они с Наташей вместе были около года.

— Почему с Наташей не поедешь? — интересуюсь, пряча прядь волос за ухо.

— Мы разбежались, — заявляет он как бы между прочим. — Не сошлись характерами.

— Ты оказался для нее слишком грубым и прямолинейным?

— Или она для меня слишком мягкой и наивной.

Кир снова тянется к телефону. Какое-то время сосредоточенно тыкает в экран. Он прячет телефон в карман, и в этот момент мой мобильный вибрирует так, что я подпрыгиваю от неожиданности.

Незнакомец: «Печально. Пока я чувствую себя обделенным, он сидит и наблюдает за тем, как ты кокетливо поправляешь волосы».

Рука застывает возле уха, пальцы отпускают волосы.

Я моргаю пару раз, перечитываю сообщение. Потом невольно поднимаю глаза. Кирилл в этот момент тянется к бокалу и делает глоток.

Я… Это я слишком мнительная, да? Это ведь не может быть правдой? Кирилл не может оказаться незнакомцем! Ему-то это зачем?

Я: «Ты следишь за мной?!»

Ответа нет.

Я хватаю бокал с тархуном, вливаю в горло половину, словно сладкая зеленая газировка может смыть нарастающую дрожь.

Кирилл собран, как всегда. Он переводит разговор в новое русло, усыпляя мою бдительность.

Мы говорим о пустяках: о погоде, о его проектах. Мой телефон подозрительно молчит. И Кирилла — тоже.

Когда ужин подходит к концу, Кир просит у официанта счет и, прежде чем я успеваю потянуться к сумочке, раздается недовольное мужское замечание:

— Даже не вздумай. Обижусь.

Он расплачивается. Его взгляд задерживается на моем лице чудь дольше приличного. Кир помогает мне встать, сжимает мои пальцы… А я все думаю о странном совпадении и прохожу вперед.

— Все в порядке? — мужчина догоняет меня. — Ты какая-то настороженная.

— Да, — отвечаю слишком быстро, чтобы скрыть замешательство. — Наверное, просто устала.

Он распахивает передо мной дверь ресторана.

— А может, ты просто испугалась составить мне компанию в выходные?

Глубокий голубой взгляд пробивает насквозь.

— А мне нужно тебя опасаться?

Вопрос повисает в воздухе, когда Кир шагает ко мне ближе. Взгляд его опускается на мои губы и вновь поднимается к глазам.

— Бредовая мысль, разве нет?

Я тяжело сглатываю. Они были с Родионом лучшими друзьями, и мне с трудом представляется, как мы…

— Может, ты поторопился, расставшись с Наташей? — лезу я не в свое дело.

— Может, тебе давно стоило… посмотреть внимательно по сторонам?

— Кирилл… ты извини, я, возможно, неправильно тебя поняла...

Его пальцы переплетаются с моими, заставив меня вздрогнуть от напряжения.

— Злата. Ты все поняла правильно.

Он преодолевает последний разделяющий нас шаг и решительно наклоняется.

Я успеваю накрыть его губы пальцами в последний момент, предотвратив поцелуй.

— Кирилл… Не надо, — отворачиваюсь, все еще чувствуя, как наши тела запретно соприкасаются. — Я так не могу.

— Его уже давно нет, — шепчет он, задевая во мне что-то очень хрупкое. — Нет, Злата. Пора выходить из кокона.

В моем взгляде он читает ответ и… больше не настаивает. Он с покорностью принимает мой отказ, отступая назад. Грудь моя наполняется воздухом, потому что секунду назад я даже не дышала.

— Что ж. Пойдем, я провожу тебя до машины. А насчет вылазки на природу ты подумай. Я позвоню.

Вечер гудит в висках, как задетая струна, натянутая до предела. И мне вновь хочется закрыться от всего мира и остаться одной.