Глава 4. Ищем другие пути

Ночь плывёт над разбитым лагерем. Всюду снуют твари и подселенцы, перетаскивая вещи, расставляя скарб беженцев и возводя всё новые и новые шатры-палатки. Воздух звенит от возбуждённых разговоров, а аппетитный запах, долетающий с полевой кухни, заставляет рот наполниться слюной. Когда я последний раз ела? Спрятавшись от лагерной суеты, я сижу чуть поодаль и тупо смотрю на пляшущие языки пламени, пытаюсь собрать в кучку мысли. Но они рассыпаются мелким бисером, так и норовя закатиться в дальние углы разума, спрятаться под шкафами, набитыми воспоминаниями. После чудесного спасения ребёнка, оказавшегося подселенцем, жители Асатиды меня чуть ли не на руках носили. А я только и могла, что ошалело переводить взгляд, выискивая своих. Потому что каким-то непостижимым образом оказалась в нескольких десятках метров от моста! Надо отдать должное ребятам. Мой прыжок мы не обсуждали просто потому, что я к этому была не готова. Мне нужно было время, чтобы понять, как так получилось. И что это уже не первый раз со мной происходит. Но гораздо более важным сейчас было состояние Хэль. Ливекийка в обход запрета Иво исчерпала себя почти до смерти и теперь лежала в одной из палаток под присмотром своего рифетара. Я скашиваю взгляд на Флоренс, спящую рядом. Рыжуля, вывалившись из межгранья, почти сразу потеряла сознание. Мою панику остановило лишь её спокойное, размеренное дыхание. Решив, что с неё на сегодня хватит, я не стала её будить. Хотя очень хотелось. Ведь мне же не показалось перо Когтя? Значит, ей удалось связаться с грифоном? – Ну ты как? – за спиной раздаётся робкий голос Несси, а затем передо мной возникает и она сама. Поднимаю глаза на «сестру». В отличие от остальных, выглядит Ванесса вполне бодро. Видимо, успела отдохнуть и восстановиться. Но в её взгляде появилась затравленность. Во время боя Несси вела себя куда спокойней. А сейчас же передо мной стоит опасливо озирающийся зверёк. Со вздохом хлопаю ладонью рядом, пригашая сесть на бревно. Несси шустро занимает место и протягивает мне небольшую тарелку, заполненную густой похлёбкой. – А ты? – подняв бровь, спрашиваю я. – Да я пока на раздаче стояла, успела нахвататься, – отмахивается Несси и переводит взгляд на огонь. – Ты – и на раздаче? – не удерживаюсь от колкости. Чисто по инерции. Несси напрягается, поджимает губы и выпрямляет спину. Отбрасывает косу за спину и продолжает молча смотреть на костёр. – Извини, я не хотела, – с досадой проговариваю я, откусывая кусочек хлеба. – Ничего страшного, – с прохладой в голосе отвечает Несси. – Я понимаю. Я ведь другого и не заслуживаю. – Тут ты права. – Я и не собираюсь отпускать ей грехи. – Но всегда есть возможность измениться. И я вижу, что ты не такая, какой хотела показаться. – Да много ты видишь? – внезапно её прорывает, но, спохватившись, она продолжает: – Прости. Я тоже не хотела. Просто очень сложно в один миг избавиться от того, что требовала от меня мама, и быть самой собой. – Ты, главное, для себя реши, какая ты на самом деле. – Я пожимаю плечами, продолжая поглощать вкуснейшую похлёбку. Мы замолкаем, вдвоём наблюдая за лагерной жизнью и прислушиваясь к тихому пофыркиванию Флоренс. – А ты не знаешь, что с родителями? Внезапный вопрос Несси вызывает у меня дикий кашель. Рагу тут же превращается в редкостную гадость, и я спешу отставить тарелку. – Эй, ты чего? – С беспокойством похлопывая меня по спине, Ванесса заглядывает мне в лицо. – Не в то горло попало, – сквозь кашель объясняю я, а сама судорожно соображаю, как сказать, что она теперь на одного родителя сирота. Ну не моя это проблема! Почему я должна нести плохие вести? Это Дэль у нас с косой, пускай отрабатывает свою роль по полной! – Так ты не знаешь? – тихо спрашивает Несси, когда приступ кашля заканчивается. И по голосу сестры я понимаю: она догадывается, но боится услышать правду. – Знаю, Несси, знаю, – тихо говорю я, повесив голову. Смотрю строго вниз, на мелкие камушки под ногами. Гипнотизирую их, чтобы они сами сложились в слова и избавили меня от необходимости говорить о смерти Фалисы. Несмотря на отвратительное поведение Несси, на её покушение на меня, делать ей больно мне не хочется. Я же не злодей какой-то. А потому я просто молчу. – Дэль? – Но сестрица не оставляет мне выбора. Поднимаю голову и смотрю на неё тяжёлым взглядом. Вижу, как в её серых с фиолетовым отливом глазах собираются слёзы. Но она не плачет. Кажется, она вообще каменеет – настолько недвижимо сидит. – Она защищала отца и попала под удар портальным кинжалом, – хриплым голосом проговариваю я. Не знаю для чего, просто кажется, что Несси это важно услышать. – Просила защитить тебя и говорила, что ты ни в чём не виновата. – Виновата, – то ли повторяя, то ли утверждая, тихо проговаривает Несси. – Это я нашла твои кинжалы в лесу у Обители Сестёр и принесла Аластасу. Не знала зачем, они с мамой попросили. По её щекам текут слёзы, но сестра и не думает их вытирать. Её стеклянный взгляд направлен сквозь меня, будто бы в прошлое. – Я ведь столько раз говорила маме: не надо лезть в это. Не надо доверять дэру Верндари. Мы и так столько плохого сделали, нас Всевидящий не простит. И вот… – Спазм перехватывает её горло, и она буквально каркает. – И вот мамы нет. Она всхлипывает и бросается куда-то в лагерь. В груди сводит от боли за неё, словно её эмоции прошивают и меня. Мне не жаль Фалису, но за Несси почему-то горько. Я подскакиваю, намереваясь кинуться следом, но в этот момент меня тормозит Фло. – Не лезь. – Лисичка поднимается и протяжно зевает. – Ей надо это пережить самой. Не такая уж она слабая и беззащитная, как хотела показаться. Как её Фалиса наставляла. – Уверена? – всё так же глядя вслед убежавшей Несси, спрашиваю я. – Более чем, – кивает Фло. – А у нас с тобой серьёзный разговор. – Да как будто у нас другие бывают, – мрачно проговариваю я, усаживаясь на место и чуть успокаиваясь. Рассказать о смерти мачехи нужно было давно, и сейчас у меня будто камень с плеч упал. Их, камней этих, на моём загривке ещё полно, но теперь на один из них мне стало легче. – Ты нашла Когтя? – спрашиваю я, разворачиваясь на бревне так, чтобы сидеть лицом к Фло. – Почти, – нехотя признаётся лисичка и поворачивается в сторону костра. С той стороны как раз появляются Лилу с Хучем. – Я уверена, что они живы, но в очень плохом состоянии. Нам срочно надо их спасать. Флоренс говорит спокойно и даже как-то деловито. Ни следа от плаксивости и паники, что била её ещё с утра. И это не может не радовать. Значит, всё не так плохо. Осталось только добраться до Рика и оказать ему помощь. – Больше ничего? Где они, не знаешь? – продолжаю расспрашивать отчего-то замолчавшую Фло. Ребята, завидев меня, направляются в нашу сторону, и лисичка поворачивает голову, повторяя их манёвры. – Знаю только, что они в безопасности, – морща носик, отвечает она. – Пообщаться с Когтем не удалось. Я и так от тебя слишком далеко отошла. И ведь почти добралась до него, коснулась! А потом меня дёрнуло обратно. Но они по-прежнему на Фалиоке. – О чём разговор? – громогласно интересуется подошедший Хуч и усаживается на место Несси. Лилу умащивается за Флоренс и бросает на здоровяка недовольный взгляд. Сдаётся мне, они умудрились в очередной раз поругаться. Ну, как поругаться – у них ругается Лилу, а Хуч добродушно терпит эмоциональные всплески девушки. – Рик жив, но его надо спасать, – докладываю я, переводя взгляд с Бефферадо на Верндари. – Пф-ф-ф, ничего нового, – закатив глаза, выдыхает Лилу и принимается за похлёбку. Но от меня не укрывается мелькнувшее в её глазах облегчение. Переживает за брата, хоть и прячет это. – Как будем спасать? Я, если что, в полнейшем нуле. Мне кажется, меня даже подзарядкой сейчас не оживить. Хмурюсь, вспоминая выходку Хэль. И чем больше я о ней думаю, тем больше мне кажется, что ливекийка пошла на этот самоубийственный поступок, чтобы привлечь внимание Иво. – Я, конечно, знала, что в ливекской академии муштруют так, что ты своё «я» теряешь, но чтобы жертвовать собой – это уже перебор, – не обращая внимания на меня, продолжает болтать Лилу. Облизывает ложку и задумчиво рассматривает её. – Так как будем добираться до Рика? – Как и планировали, – пожимаю плечами я. – Дэль обеспечит нам прыжок до островов Сестёр, а там мы выйдем на связь с ребятами. Пока не знаю как, но обязательно свяжемся. – Узнаю Элю. – Хуч хлопает меня по спине, вмиг сбивая дыхание. – У нас нет плана, мы страшны его намётками. – Но ведь работает, – криво ухмыляюсь я, понимая, что мы слишком часто полагаемся на удачу. Ребята, посмеиваясь, принимаются за еду, и на какое-то время у нас завязывается бессмысленный трёп. Просто всем нужно выговориться, выпустить напряжение, не обсуждая ничего серьёзного. Но когда из-за ближайшей палатки в нашу сторону выворачивает Дэль, мы, не сговариваясь, замолкаем. А Фло и вовсе переползает ко мне на колени. Но не от страха, нет. Лисичка, наоборот, словно готовится защищать меня. – Приятного аппетита, – желает Хиларике, остановившись перед бревном. – Спасибо, – в разнобой отвечают Лилу и Хуч. Но Дэль на них и не смотрит. Она полностью сосредоточена на мне. В её взгляде нет агрессии, такое ощущение, будто Дэль что-то для себя решает. – Во-первых, спасибо вам за помощь при эвакуации. Идея с модульным мостом отличная. Я и забыла, что наши модуляторы могу создать что угодно. Во-вторых, – она снова смотрит на меня, – у меня не очень хорошие новости. – Какие? – В голове мелькает догадка, но я стараюсь не разворачивать эту мысль. Мои опасения слишком часто становятся реальностью. – Наш связной, который должен был передать нужный порткам, погиб. А вместе с ним уничтожен и артефакт, – сложив руки под грудью, проговаривает Дэль и отводит взгляд. Смотрит, как рядом располагаются несколько душителей и принимаются за ужин. – И что теперь? – севшим голосом спрашиваю я, отмечая краем глаза, что и Лилу, и Хуч откладывают тарелки. – Не знаю, – выдыхает Дэль и с силой трёт лицо, впервые демонстрируя бессилие. – Подобных порткамов больше нет. Единственная возможность его добыть – это убить кого-то из тварей. Как ты понимаешь, я не могу на это пойти. – Ты действительно так переживаешь за них? – недоверчиво спрашивает Хуч. – Бефферадо, я тут больше месяца. – Дэль смотрит на него беззлобно, но с какой-то снисходительной усталостью. – Для меня они все – друзья, соратники и те, кого нужно защитить. Ты бы смог убить, допустим, Арчи? Или Интегру? Или даже того же дэра Кратоса? Или любого жителя твоей деревни? – Нет конечно, – недоумённо моргает здоровяк. – Они же люди. От слов Хуча в душе неприятно скребёт. Умом я понимаю, что его, да и остальных, растили с мыслью о том, что все твари – враги и беспощадные убийцы. Да и за один день не разрушить эти догматы. Но… От понимания этой простой истины легче не становится. Здесь не только люди нуждаются в лечении мозгов, Марфарис целиком нужно менять. – Так вот, Бефферадо, для меня нет разницы – твари, люди или подселенцы, я никем не хочу жертвовать, особенно если они ни в чём не виноваты, – чеканит Дэль, склоняясь к Хучу. – Понял? – Да куда уж понятнее, – тушуется здоровяк и виновато смотрит на меня. – Полемика – это хорошо, – вмешивается в разговор Лилу, перетягивая внимание на себя. – Но делать-то что будем? И вот тут Дэль снова переводит взгляд на меня, отчего я ёрзаю на месте, словно бревно подо мной внезапно раскаляется. – Чего? – бурчу я. – Ничего не хочешь рассказать? – с деланно спокойным видом интересуется Дэль. – О чём? – Не придуривайся, – обрубает Хиларике. – Как ты прыгнула? Ты в один миг была на мосту, затем выпала в пространстве под мостом, схватила малыша и снова прыгнула. Теперь уже в сторону леса. У тебя есть портальный артефакт? Дэль замолкает и буравит меня взглядом, часто и гневно дыша. Я же смотрю на неё растерянно и не понимаю, как объяснить, что произошло. Подобное было со мной лишь раз, в камере цитадели, когда я ни с того ни с сего оказалась в другом конце комнаты, хотя ещё секундой ранее сидела на кровати. И тогда я тоже была на взводе и нервах. Как и сегодня на мосту. – Знаешь, Дэль, сдаётся мне, Эля у нас сама по себе портальный артефакт, – внезапно выдаёт Лилу и тут же, поймав удивлённые взгляды, дополняет: – А что, логично же. – Что логично то? – чуть раздражаясь, интересуется Дэль. – Да после того как на неё напал миражник и его сила была буквально сожрана аурой Эли, это не удивительно, – разводит руками Верндари. – Лилу, клянусь, я тебя когда-нибудь стукну, – цежу я, разворачиваясь к этой заразе. – Ты можешь сразу и по-человечески объяснять свои гениальные догадки? Лилу закатывает глаза, будто спрашивает у Всевидящего, за что он ей таких тупиков послал. – Ну всё же элементарно, – принимается рассказывать она с самым занудным видом. – Ты лечила маму, как мне рассказал Рик, в вас с Фло впиталась загранная сила, что сводила маму с ума. Так? Переглядываюсь с лисичкой и неуверенно киваю. Нас так закрутил турнир, что я совершенно забыла про тот эпизод с лечением Милеи. – Но мы тогда не успели завершить лечение, – бормочу я. – Ну вот. Поэтому и прыжков не наблюдалось, – продолжает Лилу. – Тебя, скажем так, добил миражник. Он же в тебя всю свою силу выплеснул. Вспомни слова Интегры: твоя аура встроила эту энергию в себя. – Ты сейчас серьёзно? – В глазах Дэль появляется робкая надежда. – Не теоретически, а реально так и есть? Эля может прыгать без порткамов? – Где теория, там и отчасти практика, – философски отмечает Лилу, возвращаясь к еде. – А перебросить группу она сможет? Не только себя? – Хиларике тут же берёт быка за рога, примеряя мои открывшиеся способности к нашей ситуации. – Эм, это опасно. – Лилу поднимает на неё глаза и переводит взгляд на меня. – Выжжешь себя, как это почти сделала Хэль. Ну или как мой недалёкий братец, когда тянул на себе универсальную роль. – Понятно, – хмурится Дэль, складывает руки под грудью и смотрит в сторону. Но от моего взгляда не укрывается, как нервно дёргается уголок её губ, когда Лилу упоминает Рика. Бесит. Надо быстрее свести этих двоих, чтобы перестать изводить себя ревностью. Решить уже эту любовно-геометрическую задачку с неизвестным количеством вершин. А неизвестным – поскольку ещё одна возможная точка нашей фигуры появляется в поле зрения. Иво выворачивает из-за крайней палатки и останавливается рядом с Дэль. Я так до сих пор и не поняла их отношений, не поняла его отношения ко мне. Но то, как мягко он поглаживает спину Хиларике, однозначно говорит о более близких отношениях. Не просто дружеских. – Как Хэль? – Дэль нервно дёргает плечом, сбрасывая руку Беаликита. Но на её лице нет раздражения, скорее, какая-то опаска. Словно она сама боится тех чувств, которые в ней вызывает Иво. – Придёт в норму, – сухо отвечает ливекец, обводя взглядом нашу компанию. – Получила внушение и заверила, что больше так не будет. На последних словах Беаликит упирается взглядом в меня, словно сказанное относится и ко мне. Слышал про мои возможности и предупреждает? – Вы её ремнём, что ли, отходили? – усмехается Хуч. – Нас отец только так воспитывал. – Можно и ремнём. – Еле заметная улыбка проскальзывает на лице Иво. – Если снова на рожон полезет. Это и вас касается, ребята. Нельзя допускать крайнего истощения. В лучшем случае вы сразу умрёте, в худшем – зависнете в коматозном состоянии. Ни туда и ни сюда. – Напугал ежа голой попой, – фыркает Фло и демонстративно отворачивается. – Да уж, голым тылом вас точно не напугать, – с усмешкой отвечает Беаликит. А я ловлю на себе удивлённые взгляды ребят. И только и могу, что закатить глаза. Иво, похоже, не простит выходку Фло и будет припоминать нам её до конца жизни. Если, конечно, она будет достаточно долгой. – Так, ваши непонятные дела попрошу обсудить без лишних ушей, – взмахивает руками Дэль. – Нам надо решить, как выбраться с континента. Можно попробовать проникнуть в форпост «Клинков» на восточном побережье и уйти вместе с пересменкой… Я слушаю Хиларике, слегка опешив. И по глазам Фло понимаю, что она тоже не ожидала такого поворота. Дэль гораздо проще рискнуть мной и моментально перебросить весь отряд к школе «Гарды», чем прорываться с боем. – Погоди, нам этот путь не подходит, – останавливаю её рассуждения. – Почему? Дэль испытывающе смотрит на меня, недовольная тем, что я её перебила. – Нам нужен более короткий путь. – Почему? – Рик может погибнуть, – сдаюсь и выкладываю правду. – Нужно торопиться. Я практически слышу, как закатываются глаза Дэль, а с лица сползает дружелюбная улыбка. – Ну конечно! Могла бы и сама догадаться. Пресвятой Дейрик виль Верндари! Лилу, ничего личного. – Хиларике бросает на жующую девушку извиняющийся взгляд. – Рик нуждается в помощи, и ты на всех парах готова нестись к нему, сжигая себя и подводя остальных под удар быть выброшенными где-то в Загранье. Серьёзно, Эля? Ради чего? «Ради любви», – вспыхивает в сознании, когда я смотрю в глаза Дэль. И она прекрасно понимает мой посыл. Без слов и лишних разговоров. – Дура, – выплёвывает она. – Раз так хочется – пожалуйста. Но я пройду первой, чтобы точно в живых остаться. Мы схлёстываемся в битве взглядами. В её глазах горит гнев и разочарование, в моих – упрямство и решимость довести дело до конца. Если Дэль не за что бороться и она не верит в любовь, то это только её проблемы. Мы должны попытаться! – Да объясните же наконец, что произошло? – прерывает наш молчаливый разговор Иво. – О каком прыжке вы говорите? Вы хотите применить способность Эли? – Не мы, а она! – Дэль разворачивается к нему. – Прямо горит желанием повторить подвиг твоей подопечной и сгореть на работе. Тоже влюблённая дурында. Она отступает на шаг, а потом поворачивается к лагерю и направляется к душителям, сидящим рядом. – Что значит тоже?! – Брови Иво выгибаются в искреннем удивлении, и он смотрит вслед Дэль, а потом на меня. – Серьёзно? – шёпотом интересуется Лилу, а Хуч, шикнув, одёргивает её. – А я что? Я ничего. Просто интересно, у нас тут свободные сердца-то остались? – Это тебе ещё зачем? – тут же вскидывается Бефферадо. – Незачем. Для общего понимания ситуации, – отмахивается от него Лилу. – Пойдём, посуду сдадим. А умные люди пока план действий проработают. Она легко поднимается и, хохотнув, уворачивается от ручищ Хуча. Бефферадо, что-то недовольно бурча, подбирает тарелки и спешит за умненькой заразой. Порой слишком умненькой и внимательной. – Можно? – Иво обращается, как ни странно, к Фло и взглядом показывает на место рядом. – Да садись, болезный, – вздыхает она, а потом мстительно добавляет: – Если филей позволяет. – Спасибо, мой филей прекрасно поживает, – в тон ей зубоскалит Беаликит, но усаживается чуть дальше. – Не забывай, то была лишь демонстрация. – Флоренс угрожающе щёлкает пастью. – Лучше бы тебе нас больше не обманывать. – Я и не обманывал, – пожимает плечами ливекец. – Недоговаривал, это правда. – Не увиливай, – злится Фло. – Так! – врываюсь в этот бессмысленный диспут. – Мы тут о другом разговариваем! – Я просто ей нравлюсь. – Игриво дёргая бровями, Иво чуть наклоняется к нам. – Да я тебе сейчас покажу, как ты мне нравишься! – Флоренс распушается, и я еле успеваю схватить её поперёк брюшка. Её челюсти щёлкают буквально в миллиметре от носа Иво. – Я же говорю, – довольно хмыкает он, откидываясь назад. – Нравлюсь! – Пусти! Пусти меня! Я ему сейчас покажу все прелести лисьей любви! Рыжуля и не думает угомониться. И я, грешным делом, начинаю подозревать, что Иво в чём-то прав. Ну с чего бы ей так беситься? – Успокойся, – с силой прижав её к себе, приказываю я. – Лучше отдохни в межгранье. А потом мы с тобой поговорим. Поняла? – Ага! И оставить тебя одного с ним? – Фло бросает гневный взгляд в сторону ливекца. – Он же тебе голову запудрит, наплетёт что-нибудь про Рика, а ты и поверишь! Встряхиваю Фло и поднимаю на уровень глаз. – На данный момент я верю только себе и тебе, ясно? А твоё поведение очень сильно настораживает. Так что прошу по-человечески – отдохни. – Я и тут могу отдохнуть, буду молчать. – Фло склоняет головку, старательно строя глазки. – Уверена? – вкрадчиво шепчет Иво. – Я тебя сейчас на подселенческий шашлык пущу, – тут же огрызается лиса и, спохватившись, виновато смотрит на меня. – Я поняла, мне надо отдохнуть. – Умница. – Целую её в лоб и отпускаю. Флоренс напоследок показывает Беаликиту язык и исчезает, выбросив целый сноп рыжих искр в сторону ливекца. – Она у тебя с характером, – замечает Иво, отмахиваясь от сверкающих частиц. – Зато точно за меня, – не поворачиваясь к нему, отвечаю я. Мы на какое-то время замолкаем и наблюдаем за лагерной жизнью. У меня возникает ощущение, словно Иво хочет что-то сказать, но не знает, с чего начать. А потому это делаю я. Объясняю ему всю ситуацию с атакой миражника и моими спонтанными прыжками. Ливекец, нахмурившись, слушает внимательно, периодически кивая каким-то мыслям. Мне даже кажется, что я слышу, как Иво рыщет в кладовых своих знаний, выискивая нужную информацию по этому поводу. – Думается, мы можем решить нашу проблему с прыжком до школы, при этом не подвергая тебя риску. – Потерев подбородок, Иво бросает на меня короткий взгляд и хитро подмигивает. – Как? Я, конечно, не сомневалась в знаниях ливекца, но неужели всё действительно решается просто и без угрозы жизни? У меня – и без этого? Да не бывает! – Слушай. – Иво подсаживается ближе, так, что я оказываюсь между его широко разведённых ног. – Если твоя сила сродни порткамам, то нам всего лишь нужен инструмент, к которому мы можем тебя подключить. Недалеко от Асатиды есть старый форпост «Клинков». Он давно покинут войсками, но на его территории находится стационарный портал. Сейчас он, естественно, не работает. Я предлагаю запитать его от тебя и открыть устойчивый проход до школы. Всё время, пока Иво выкладывает свою идею, я прислушиваюсь к себе. К своим ощущениям. Беаликит, безусловно, красивый и притягательный мужчина. От него волнами расходится аура подавляющей уверенности. С такими, как Иво, ты всегда будешь чувствовать себя в безопасности. И понимая всё это, я ничего не чувствую. Ливекец так и остаётся для меня не больше чем временный союзник. Я даже другом его назвать поостерегусь. – Так как? – не дождавшись моего ответа, переспрашивает Иво. – Ты думаешь, это может сработать? Портал не выжжет меня? – Потерев лицо и виски, я сосредотачиваюсь на беседе. – Это безопаснее, чем идти на твоей сырой силе. Стационарные порталы и рассчитаны на то, чтобы работать на кратком импульсе от поркамов. В любом случае, если что-то пойдёт не так, я просто отброшу тебя от портала, контакт прервётся, и ты точно не уйдёшь за Грань. Бросаю на него скептический взгляд, чётко давая понять, какого я мнения о его схеме. – Что? – Иво в притворном недоумении вскидывает брови. – По крайней мере, это мой план, а не твой. Процент того, что всё пойдёт Фло под хвост, минимален. – А ты уже наслышан, какой я хреновый стратег, да? – усмехаюсь я, хоть сама ситуация и не из весёлых. – Наслышан? Да я имел честь лицезреть тебя в действии, – огладив меня по плечу, смеётся Беаликит. Перекидывает ногу через бревно и садится вплотную. – Ладно, дэр Иво Беаликит, попробуем по-вашему. – Склонившись к нему, я хитро прищуриваю глаза. – Всё равно других вариантов нет. Ливекец кивает с довольным видом, и на какое-то время мы замолкаем. Сквозь пламя костра рассматриваем существ, беседующих вокруг. Взгляд сам собой находит Дэль, которая со всей серьёзностью слушает доклад одного из душителей. Я украдкой перевожу взгляд на Иво. Беаликит смотрит только на неё, и вид у него при этом уж очень говорящий. – Ты ведь её любишь. Я не спрашиваю – утверждаю. Иво оборачивается ко мне и, горько усмехнувшись, снова устремляет взгляд на Дэль. Наш командир уже успела сменить собеседника и теперь занята разговором с целой группой тварей, похожих на тушканчиков-переростков. У меня до сих пор в голове не укладывается, что эти существа разумны. Более того, они порой более человечны, чем сами люди. – Ты видишь только то, что она хочет показать, – наконец произносит Иво. – Но я видел её другой. Храброй, отчаянной, готовой отдать жизнь за них. – Ливекец обводит рукой поляну, заполненную тварями Загранья. – За таких, как я. – Он прикладывает руку к груди. – Вы с ней очень похожи. Не кривись, я говорю как тот, кто знает и тебя, и её. Просто тебе чуточку больше повезло с окружением и родными. – Это не оправдывает те жуткие вещи, которые она творит, – хмурюсь я. – И прости, но я не понимаю, как можно полюбить такую стерву. – А я и не утверждаю, что люблю её. На самом деле, я уже не понимаю, к кому и какие чувства испытываю, – с щемящей тоской произносит Беаликит и смотрит на меня так, что возникает острое желание вскочить и бежать. – Иво… – начинаю я, поднимаясь. – Не надо, Эля, – машет рукой ливекец. – Я и без твоих попыток сгладить, не обидеть всё понимаю. Иди, отдыхай вместе с ребятами. Я как-нибудь сам со всем разберусь. Не маленький ведь. Он переводит взгляд на костёр, тем самым показывая, что разговор окончен. И мне бы радоваться, что не пришлось выяснять отношения и делать ему ещё больнее. Но почему-то остаётся чёткое ощущение, что невысказанные слова ударили по Беаликиту гораздо сильнее, чем он показывает. В голове так и крутится мысль, что лучше бы я поговорила с ним, выслушала, и мы расставили бы все точки над «Иво». Но вместо этого я разворачиваюсь и иду к той палатке, которую выделили мне и ребятам. Не знаю, смалодушничала или нет, но сейчас я настолько устала, что мне хочется простого человеческого поспать. А завтра – найти Рика, и пускай все миры подождут!