Глава 18. Тени исчезают в полдень.

Очнулся я от болей по всему телу. Меня не нашли, я успел откатится под кустарник, там и лежал, ни дикие звери, не местные жители меня не нашли, так что пока живой, и пусть не совсем здоров, уже знаю где я и что происходит. Мир этот назывался… да чёрт его знает, парнишка не знал, хотя с малолетства прислуживал учёному в их горном городке. В общем, парнишка типичный кавказец, множество племён проживало в горах Озари, откуда совершали набеги на степи, к тем самым русинам что я видел, так что особой любви между ними не было. Вот ненависти сколько угодно, техническое развитие тут на нуле. Не знаю с каким веком на Земле сравнить, где-то от второго до пятого. Огнестрельного оружия нет, холодное в основном мечи и сабли, боевые ножи и кинжалы. Луки, редкие самострелы. Передвигаются верхом, лошади дорогие. Есть телеги и повозки, то есть, колесо известно.

Парнишку звали Маром, фамилии нет, из сирот тот. Аул их вырезали, несколько детей спаслось в схронах, куда их сунули родители, успели. Там абреки резали друг друга. Мару тогда три года было. Ему повезло, когда тот побирался в городе, его приметил местный учёный, книгочей. Ну и взял его в прислугу, за кормёжку и обучение, где тот и отпахал восемь лет. Сейчас Мару одиннадцать с половиной. Точно тот и сам не знал. Учёный был полиглотом, знал четыре языка, счёт, письменность. Тут только у двух носителей языков из четырёх письменность была. Ну и учил потихоньку Мара. У него ещё пять таких учеников было. И надо сказать выучил, Мар стал толмачом, и письменность знал. Его учитель неплохо заработал, отправляя Мара заказчикам, переводить или писать чего. Опыт у того рос. Учитель умер, а его учеников расхватали разные вожди, причём не спрашивая согласия, Мар был на уровне раба. Чуть выше, но всё же. В первом же участии в походе на степи за рабами и рабынями, ну и другой добычей, отряд их попал в засаду. Не многие выжили. Мару прилетело чем-то по голове, кажется слетевшим бойком от топора. Очнулся тот уже в рабстве у русинов, где и пробыл четыре недели. Держали в свинарнике, заставляли ухаживать за живностью. Да, ему выжгли на плече тавро, что он раб. Бежать дважды пытался. А потом его повели топить, детишки русинов развлекались. Из них растили воинов, чтобы кровь почуяли, умели убивать. Добрых детишек я смотрю тут растят.

Жизнь у Мара так себе была, мне не понравилась. В принципе горцы тоже, а с русинами я сам дел иметь не буду. Я горец, точнее тело у меня его, с подозрением будут смотреть. Думаю, стоит перебраться куда в другое место. От Мара мне досталось покалеченное тело, это не страшно, восстановлю, он знал несколько языков. Это отличное приобретение, повезло мне с этим. У Мара была рваная рубаха, ранее вся в отходах жизнедеятельности свиней, но в реке немного отстиралась, пятна остались. Ну и штаны, удерживаемые тонкой бечёвкой. Всё рваное, без слёз не взглянешь. Состояние было не ах, но нужно собраться. Уйдя в Тень, я побежал обратно, выйдя у опушки, в глубине леса. Тут аккуратно ступая босыми ногами прокрался к крайним деревьям. На реке та же лодка, двое молодых парней лет восемнадцати ниже по течению забрасывают сеть, толпа народу, человек тридцать, преимущественно старики и женщины с детьми, и две телеги на берегу. Похоже утонувших не всех нашли, вот и ищут по реке. Мне это не особенно интересно было, тут жизнь, что ещё скажешь, но местным русинам мстить я не буду. Те и так пострадали, лишившись трёх отроков, вон бабы воют на берегу, а выбирал я себе жертву, моей комплекции. Нужна одежда. Чуть позже провизией займусь.

К сожалению, я ничего себе не подобрал. Двое было, чья одежда мне подойдёт, но не подобраться, и в лес их не отпускают. Так что я снова вглубь леса ушёл, и раз часть жителей села тут, я побежал в Тени к селу. Оно тут недалеко, за лесом, выше по реке километра на три. Сделав два выхода для изменения маршрута, я вышел внутри дома местного старосты, он же глава сельской дружины. Априори самая богатая семья. И я в курсе что у того несколько сыновей, должна одежда подойти. Ауры я вижу недалеко, пока метров на двести, но уже ясно стало, что в доме никого, лишь двое в хозяйственных постройках, так что осмотрелся, дом справный, с деревянным полом, но не из досок, это расщепленные пополам брёвна, из таких же потолок сложен, печь не по-чёрному топят, вроде хорошая на вид, с печной трубой. Придерживая плечо, сотрясения больно отдавали, благо перелом у меня без смещения, веслом плашмя попало, гипс бы наложить, но чего нет того нет. Я в светёлке вышел, осмотревшись и принюхавшись, ох и запах щей по дому расходился, у меня аж живот забурлил, и направился искать кухню, откуда такие запахи доносятся. Тут на приступке печи стоял чугунок с крышкой, литров на пять, от него этот запах и шёл. Сняв крышку, горячая, посмотрел на варево, похоже только что сняли с огня, и довольно кивнул, настоящие щи. С картошкой или нет не знаю, буду дегустировать, выясню. Хм, Мар не знает, что такое картошка, похоже её тут нет. Как принести чугунок в Тень я пока не знаю. Его взять в руки нужно и сделать шаг, а дужки у него не была, это не котелок. Да и двух рук у меня тоже нет, а одной вряд ли подниму. Разолью.

Положив крышку на место, я разогнулся и осмотрелся. Рядом что-то полотенцем накрыто было, по запаху хлеб. Откинув полотенце даже радостно улыбнулся, на столе лежало четыре каравая, ещё горячие. Их я завернув в это самое полотенце, точнее холстину, и на миг зайдя в Тень, оставил в уголочке лежать. Начало положено. Дальше берестяной короб с солью прибрал, полтора кило точно было, ложки и тарелки все деревянные, я отобрал по паре штук поновее на вид. Потом два пустых чугунка, литров по два каждый, их держа за край я унесу и одной рукой, и используя деревянный половник залил их щами почти до полного, густоту заливал, и удерживая пальцами за горловину отнёс к хлебу. Нашёл сало солёное, завёрнутое в холстину, с прожилками мяса, одуряюще пахнущие чесноком. Больше на кухне ничего не было, видимо, когда на стол накрывать будут, поднимут из погреба. Вот оно, погреб. Кстати, в печи томилась каша, по виду обычная пшённая. Литра на три котелок, сверху темная пенка. Достал, и держа чугунок рукой, пришлось использовать холстину, свернув четыре раза чтобы пальцы не обжечь, и тоже в Тень отправил. Чайника не нашёл, видимо в чугунке воду кипятят.

По пути прихватил два одеяла, они свёрнутые лежали на печке, я так понимаю местные на лавках спят, пусть они широкие, но неудобно же. Кроватей не нашёл, но нечто подобие нар с тюфяками было. Так вот, прихватив одеяла, я нашёл спуск в погреб, тут крышку поднимать пришлось, сделал, и спустился вниз. Да, тут есть что брать, забрал три крынки с молоком, две со сметаной, пять с квасом, крынку с маслом, похоже конопляным, лукошко с куриными яйцами, на сучке висел комок творога в холстине, сох, с него капало, но думаю есть уже можно. Прихватил. Бочонок с мёдом закатил в Тень, и ещё небольшой с огурцами. Это хорошо, что они тут есть. Окорок приметил, забрал, пришлось на левое плечо взвалить, в руке удержать не смог. Корзину с луком репчатым занёс. Я бы ещё что уволок, но тут шум во дворе, конные приехали. Те самые воины в кольчуге и разных доспехах. Две женщины метнулись в дом стол собирать, так что я поспешил уйти. Крик сразу поднялся, обнаружил что тут чужой побывал, жаль одежды не добыл, но зато припасы имеются. И нож нашёл, пусть кухонный с плохим лезвием, точильный камень тоже был, но хоть такой.

А что-то рано для стола, до обеда ещё два часа. Видимо тут свой график приёма пищи. Покинув дом главы села, я перебрался в другой, через два дома, тут пусто было. Ну и изучив кухню, ещё сала и хлеба набрал, и стал открывать сундуки. Похоже тут воин жил, подобрал себе отличный шитый серебрёнными нитями ремень, дорогая штучка, видимо трофей, отличный кинжал в ножнах. Мешочек, внутри кресало с огнивом и трут, эта находка меня изрядно порадовала, иначе как бы я огонь разводил? Пусть одной рукой сложно, но постараюсь справится. Хм, подумав нашёл пустой горшочек и нагрёб в него красных углей из печи. Ими и буду разводить костёр, пока рука не заживёт. Горшочек с углями в Тень убрал. Потом вернулся к сундуку. Там два боевых ножа в простых ножнах, тоже в Тень ушли, собираю коллекцию, что-то в продажу пойдёт если деньги потребуются. Я пока ничего подобного не нашёл. Этот сундук что я открыл первым, хранил разное оружие. Ножи разные, топоры боевые. Да я всё содержимое сундука отправил в Тень. В другом два колчана стрел, лук охотничий, без тетивы, она тут же в трёх экземплярах нашлась. Тут же два самострела, маленький и большой, три колчана болтов. Только за третий принялся, как движуха пошла. Глава села отправил жителей по домам, проверить не пропало ли что у них. Вот и хозяева ввалились в дом. Я в третьем сундуке из шести пар обуви, богатый тут вой жил, подобрал себе сапожки, чуть стоптанные, явно ношенные, но мой размер. Холстину на портянки нашёл, и на этом я покинул не только дом воя, но и село. Сейчас такой шум и поиски, что стоит пока уйти. Отбежав вглубь леса, почти потеряв силы в Тени, долго ею пользуюсь, я вышел наружу, и стал готовиться к приёму пищи. Как же есть-то хочется. Трофеи потом осмотрю. Щи я не трогал, зажав коленями каравай, отрезал два куска, и достав кашу, принялся за неё, черпая прямо из чугунка. А готова та, на молоке, сытная. Ел я с аппетитом, заполняя желудок. Да, Мар редко когда сытым себя чувствовал.

Насытившись. Задумался что делать. Пока не восстановлюсь, покидать село не стоит, буду брать то что мне нужно, но уже стараясь это делать незаметно. Перед уходом, уже возьму куда больше. Убрав чугунок и хлеб обратно в Тень, я достал два одеяла. Место я отличное подобрал для проживания, надо только почаще менять, чтобы на нашли, а то ведь вычислить могут, ну и сделав лежанку, устроился на боку, мне даже на спине лежать было больно, и вскоре уснул.

***

На тех запасах что из села в первый заход взял, я прожил три недели, пока они концу не подошли, особенно окорок долго продержался. Ключица вроде срослась, я пощупал аккуратно, шишка небольшая есть, но кость вроде ровная. Рукой я пока аккуратно пользовался, а так в косынке носил, сделанной из холстины. Жил в лесу, сделав шалаш, наблюдал за жизнью в селе, и на реке. Она оказывается судоходной была, разные ушкуи и ладьи ходили. Не знаю, как они тут называются, но очень похожи на рисунки и гравюры. Дважды видел боевые ладьи, их легко опознать, с щитами по бокам. Насчёт фигуры на носу, вроде как они имеются на боевых ладьях, ничего подобного не видел. Или их одевают, когда в поход идут? Не знаю, Мар тоже не в курсе был.

А так как все припасы у меня закончились, одна соль осталась, да и пользовался я ею мало, когда в чугунке яйца отваривал. Жарить не на чем было, так и пользовался. А со сметаной яйца шли отлично. Не майонез конечно, но вкусно. У меня масло осталось, жарить-то не на чем. Мёда, не так и много съел, да и всё. Даже огурцы ушли. Ну и пол корзины лука тоже есть. Собравшись, я ушёл в Тень и побежал к селу. На опушке скорректировал движение, на дом старосты, и направился к нему. В доме две женщины суетились, во дворе стоял крик и звон, там несколько десятков воинов тренировались, это у них часто бывало. Двор у главы села большой, шесть рабов имеет, их в сарае держат ночью. Мар вот был в рабстве у какой-то занюханной семьи на окраине. Повезло им что при дележе доля с рабом досталась. Единственный раб в семье. Двух отроков те растили, воинов готовили. Один из них это тот кому стрела в грудь попала, второй на берегу был. В доме также старики были, помнится они на берегу были, когда тела искали. В доме нужно двигаться осторожно. Я скользнул в комнату где сундуки были, осторожно поднимал крышки, ворошил вещи и опускал. В основном оружие и збруя была. Прибрал восхитительную кольчугу с зеркальцами, мне до неё расти ещё лет пять, с капюшоном была, потом великолепную саблю с отличным клинком вроде булата. Наконец одежды нашёл, подобрал себе три комплекта разной: первая для работы, вторая чуть лучше, повседневная, и третья парадная. Обувь и головной убор тоже. Пусть всё ношено, зато мой размер. Даже кафтан тёплый взял, на зиму, и шапка вроде треуха из лисьего меха. Потом поди сыщи нечто подобное. Тут старик захотел в комнату зайти, пришлось опустить крышку сундука, чтобы не хлопнула, и уйти в Тень.

Пока старик ворошил один из сундуков, я другой дом посетил, соседний. Тоже большой, семья немаленькая. Тут не удалость ничего свиснуть, народу много. А вообще время обеда, а мне нужна готовая приготовленная пища. Значит все семьи вокруг должны сесть за стол, но не прикоснутся к еде. Как это сделать? Да пожар на окраине, чтобы туда все сбежались. Пожары для сельчан страшное дело. Ждать пришлось недолго, многие уже за столы начали садится, вот в печке одного дома набрал углей и переместился на окраину села и запалил амбар. Рванули туда все с вёдрами и баграми, сразу. Всё село амбар тушило, это реально для них бедствие. А пока те делом были заняты, я обносил дома. Старики тоже выходили наружу, глядели тревожно на столб дыма, не расширяется и не приближается ли, а я за их спинами обчищал столы, забирал почти всё. У некоторых подвалы и кладовые посетил, несколько мешков круп и муки увёл. Прошлогодняя, свежей ещё не было, середина лета всё же.

Естественно всё это сложить я не мог на пол. Поэтому сначала в разных домах отбирая сундуки поновее, вываливал всё содержимое, и волоком затаскивал в Тень, там ручки по бокам для переноски. Ну и ставил у стены. Так что в сундуки с обоих сторон уходила готовая еда, и сверху на крышки тоже. Они ровные, многие эти сундуки как спальное место использовали. Один сундук для оружия и запасов моей одежды оставил, еле ушло, но ушло. мешки с крупами и мукой с трудом, но на крышки нескольких сундуков сложил. Несколько бочонков из подвалов закатил. Я бы больше утащил, но всё, складывать некуда. Так что покинув село, там уже тревогу подняли, обнаружили пропажи, да и амбар потушили, многие домой возвращались.

В этот раз я покидал эти края. Вообще село километрах в четырёхстах от отрогов гор находится, и дружина из села, с хозяином окрестных земель полгода была на страже границы. Весной, когда их время службы истекало, уже почки распустились, трава зелёная, дороги просохли, они и обнаружили кавказцев. Быстро посыльных разослали, и устроили засаду на пути, и почти всех перебили. Если кто и ушёл, то мизер. Кстати, эта группа абреков два конных патруля вырезала, чтобы тихо в степи проскользнуть. Один патруль был из жителей этого села. Да и потом вовремя засады потери были. Так что сдали те заставу сменщикам и забрав трофеи и пленных, направились домой. А там вскоре и я в теле Мара оказался. А бежал я к одному городку на реке, той самой где появился в этом мире. Как раз сорок километров было, дальность одного моего рывка в Тени. Рывок получился зачётным, правда вышел я не на территории городка, как планировал, а на окраине леса. Вообще лес этот крупный, на одной стороне стояло село, раскинувшись на берегу реки. Городок с другой стороны леса, тоже на этой реке. Пришлось этот лес пересекать. Сил едва хватило чтобы на опушке выйти, где я и повалился обессиленный, отдыхая. Причём есть хотелось как не в себя, я конечно по мелочи похватал, пока со столов собирал и из печей доставал, многие семьи в селе лишились обеда, но нормально не поел, только чуть голод утолил. А сейчас все силы на дорогу ушли, и я снова был голоден, поэтому выходя из Тени прихватил каравай ещё горячего хлеба и кусок копчёного сала. А выйдя, упал обессиленный, хлеб и сало покатилось по траве, не удержал.

Отлежавшись, я подобрал пищу и настрогав бутерброды с жадностью впился в первый. Только после третьего я почувствовал некоторую сытость. Потирая плечо, кость разнылась, работая я изрядно перетрудил её. Понимаю, что рано, но мне было нужно две руки. Я на левую основную тяжесть перекидывал, но и правой тоже изрядно досталось. Так вот, потирая плечо, я задумался. Сейчас идти в городок или подождать следующего утра? Решил, что всё же завтра стоит сходить, поэтому отойдя подальше вглубь леса, от натоптанных тропинок местных охотников и собирателей даров природы, стал разбивать лагерь. Заодно переоделся. Хламиду Мара, в которой я так и ходил, только обувь на ногах была, выкинул. Я постоянно в этих сапожках ходил, чтобы ноги привыкли, а то Мар в основном босиком бегал, только зимой разную обувь выдавали. В горах холодно, но редко ему доставалась обувь его размера, приходилось несколько пар портянок наматывать, чтобы обувь не спадала с ног. Да и состояние её обычно ужасное было, каши просило. Одел я повседневную одежду, сапожки те же оставил. Кстати, нательное бельё было, но своего размера только один комплект нашёл, тоже ношеный. Завтра на рынке городка, чёрт его знает как он называется, куплю ещё пару запасных. Денег в разных монетах я нашёл, целый кошель собрал, пусть там и вперемешку медь, серебро и золото, хватит. Шапка на голову тоже есть, застегнулся тем ремнём с рисунком из серебрённой нити, кинжал на ремень, и хватит пока. Да, в селе я нашёл наконец несколько сумок, из пяти две кожаные, вроде дорожных, и прибрал, а то вовремя первого набега ничего подобного не встретилось. Несколько походных фляг было. Одна дорогая, серебряная на литр, у главы села нашёл, остальные кожаные на два-три литра. Не бурдюки, из хорошо выделанной кожи фляги сделаны. Мастер сделал, и похоже один, тавро мастера было у всех одинаковое. Видимо где-то вблизи живёт, все у него закупают изделия.

Утром поев каши, на молоке, я вчера этот казанок начал, только из печи, на пять литров, а сегодня одолел… уже на треть. Вкусная каша. Чаю попил, в этот налёт нашёл и заварку, и несколько чугунков кипятка имею в запасе. Да ещё сдобные булочки нашёл, как раз к чаю. Я их мёдом полил, вкустнятина.

А пока завтракал размышлял. Похоже всё же я действительно умер и в этот новый мир попал. Что плохо в той наркоте, границы грёз и реального мира размыты, не поймёшь что-где. И щипать себя бесполезно. Я вот чуть не умер от боли, когда веслом по плечу получил. Думал сердце от болевого шока встанет. Спасло что в воде был, она приглушила чуть боль. Но именно что чуть. В прошлых своих грёзах, первых пробных, я тоже в разные истории попадал и боли натерпелся за пятнадцать лет жизни. Никаких сравнений с щипками, чтобы очнутся, так что это не показатель. Тень пуста, стеллажей и накопленного имущества нет. Однако выверты моего сознания любую картинку могут подсунуть. Я тут вот что подумал. Атаковал меня там у озера явно переселенец со своим даром, и возможно бегун, под которого я маскировался. Видимо убить задачи не ставилось. Как бы поступили заказчики моего захвата? Усыпить это понятно. А если они о той наркоте знают, и какое влияние имеет на переселенцев? Могли меня бессознательного этой наркотой травануть? Вполне могли. Это я всё к чему. Я когда после первого опробования наркоты очнулся, четыре дня как чумной ходил, чуть с ума не сошёл, границы глюков и реального мира были не видны. Пока наконец не принял окончательно реальный мир. Ведь вовремя грёз я как-то убрал в глубину памяти момент, что принял наркоту и лежал на кровати слюни пускал, и думал, что вокруг всё реальный мир, Маиса, дети, книги и путешествия. Это всё я к тому, что если вдруг снова это всё не настоящее, принять мне будет легче реальный мир и адаптировавшись атаковать. Установку себе такую давал.

Ладно, закончив с завтраком, провёл лёгкую тренировку, серьёзную пока рано, я ещё недостаточно восстановился, через месяц думаю уже можно будет, но не сейчас. Свернув лагерь, я прогулялся до реки, где заполнил все ёмкости водой. Тут не только фляги, что предварительно прополоскал, но и чугунки, те что остались с первого налёта на село. Иметь запасы воды тоже стоит. Мало ли где в безводном районе окажусь. А так в рынке мне нужно докупить то что требуется для жизни в диких местах. Чугунков у меня много, но ни одного котелка. Чайника нет, сельские те же чугунки используют. А сковородка? У сельских противни были, многие даже без загнутых краёв, железная пластина, они на них всё жарят и хлеб пекут. Я специально утварь изучал, не было у них сковородок. Если на рынке такую диковинку не найду, придётся противнями пользоваться, я прихватил в этот раз шесть штук, по два малого размера, среднего и больших. Есть не просят, пусть в Тени лежат. Вот так закончив с забором воды, я ушёл в Тень и переместился в городок. Мимо рынка промахнулся, он ближе к реке был, а вышел в закутке каком-то и поправив одежду, сдвинув ножны кинжала на живот, они показывали, что я не раб, свободный человек, уверенным шагом направился в сторону рынка. А тут брадобрея местного обнаружил, прямо на улице у перекрёстка сажал желающих на бочонок и ловко обрабатывал двумя ножами и гребешком. Кстати, действительно ловко работал. Оплата за работу всего медяк.

На меня косились, одет как русин, а сам абрек мордой, но пока молчали, раз тут нахожусь, значит так надо. Да и метисов в городе много, связи с абреками, в основном в виде насилия, принесло немало детишек со смешенной кровью. Из воспоминаний Мара также и в горных селениях и городах. Я же отличался тем что был чистокровным горным жителем. Сам я обкромсал патлы Мара ножом. Левой рукой было неудобно, да и криво всё получилось, так что помощь такого мастера, а он явно не местный, была необходима. Очередь была небольшой, я занял её, и когда та дошла до меня, больше часа прождал, уселся на бочонок и сказал:

– Крайне коротко по бокам и затылке, оставить чуть больше сверху. Можно чёлку спереди.

Тот кивнул и начал работать. Я же говорю – мастер. Тот поначалу на мои неровно отрезанные волосы смотрел с лёгким весельем, но отработал на все сто. Мне медную пластину предъявили, начищенную до состояния зеркала, и я себе понравился. Не люблю, когда мужчины носят волосы такой длинны что можно в косичку сзади собрать. Для меня они становятся женоподобными. Щедро расплатившись, не пожалев серебряную монету, чем изрядно изумил мастера, я отряхнулся и вернув шапку на место, уверенным шагом направился к рынку. Надо сказать, меня он опечалил. Нет, разнообразие радовало, но вот качество выделки… Похоже я поторопился с веками по уровню Земли. Тут похоже до Христовое, если снова ту же Землю брать. Единственное отличие, тут похоже раньше металл обрабатывать стали, даже попадались неплохие образцы оружейное стали. Вроде той сабли что у меня в Тени лежала. В остальном всё печально. Купил я себе два исподних, как и хотел. Котелок я всё же нашёл, даже с дужкой. Их тут несколько продавали, цены ломили, но я купил один трёхлитровый. Мне вполне хватит. Сковородок и чайников нет, видимо ещё не их время. Ладно, противнями буду пользоваться. В остальном ничего интересного. Приобрёл шатёр, причём из шёлкового материала с пропиткой. Откуда-то из дальних краёв, воды не боится, не продувает. Две золотых монеты стоил. Взял. Пусть у меня всего четыре золотых монеты в наличии, а золото тут дорогое, но купил. Я опытный путешественник и знаю разницу в путешествии с ночёвками под открытым небом и в шатре. Да защита от одних только насекомых и мошкары во благо, уж поверьте мне. Взял также несколько толстошерстных ковров, два, и один маленький коврик для сиденья. Как подстилка. На пол в шатре пойдут. Постельное не нужно, есть два комплекта с пуховой периной и двумя пуховыми подушками. Одеял тоже несколько комплектов имею. А тут ещё нашёл подобие брезента, тоже с пропиткой материя, кусок пять на четыре метра, довольно большой. В качестве тента пойдёт отлично. Купил, как и несколько кусков верёвки разной длины и толщины. Все покупки тут же убирал в Тень, как покидал продавцов.

Я рынок дважды прошёл с одной стороны на другую, крест на крест получился, когда заметил на одном из прилавков стопку писчей бумаги, судя по белизне, рисовая, чернильницу и несколько перьев. Всё что было у продавца, я выкупил. Чернил было литра два в крынке. На этом можно покупки завершать. Денег не осталось, всё отдал. Мар писать умеет, читать и считать тоже. Может пригодится, подзаработав на этом деле. Я уже покинул территорию рынка, нужно переждать, я там у трёх раззяв кошели увёл, используя Тень, чтобы меня не заметили, ну кто увидит, как вдруг из воздуха появляются руки, срезают кошель и пропадают, но шум всё же подняли те несчастные что попались мне на глаза. Деньги я пересыпал в свой кошель, выкинув похищенные, пересчитал, двенадцать серебряных монет, даже одна золотая, остальное медь в количестве почти сотни штук. Причём монеты разнообразные, есть с чёткими рисунками, другие как будто в деревенской кузне делали, чеканом. Так вот, я как раз покидал рынок, когда рядом раздался удивлённый возглас:

– Это же пояс Кадимира?

– И беглый полонянин Куновых.

Быстро обернувшись, увидел двух парней, я их узнал, они из села, на которое я два налёта устраивал. Не удивительно что они опознали этот пояс. Ждать я не стал пока те крик поднимут, чертыхаясь мысленно, ведь предполагал, что тут сельчане могут быть, городок-то ближайший от них, тут их боярин живёт, городок тоже его, наверняка сюда по реке и сплавляются на лодках, да возвращаются. Или на попутных ладьях. Вон их восемь штук в порту у берега стояло, к редким причалам приставлены. Так вот, ждать я не стал и ушёл в Тень, добежав до леса. Только на противоположную сторону, за реку ушёл, выйдя километрах в двух от городка. Возвращаться мне туда точно не стоит, информацию о беглом рабе быстро распространят, а с моей характерной внешностью, далеко я не уйду. Да и ладно, самое необходимое я купил, на остальное плевать. А из этих краёв нужно уходить. Но сначала… Снова уйдя в Тень я побежал к селу. Последний налёт на него, прощальный, и ухожу в дальние края. А уходить похоже к горам придётся. Там столица есть, можно затеряться, там я для них свой. Тем более я считай стал свободным, а попробуют снова рабом как Мара сделать, отвечу жёстко и резко. Скорее всего даже со множеством погибших. Жаль я пока луком и самострелами пользоваться не могу, пока кость не срастётся, нагрузки на плечи не стоит давать, но потом… Буду под рукой это бесшумное и дальнобойное для этого времени оружие держать.

Сил не хватило выйти у села, я итак сегодня неплохо Тенью попользовался, но половину пути пробежал. Вышел также в лесу, и дальше направился прогулочным шагом, внимательно поглядывая по сторонам, а главное слушая. Местный животный мир подаст сигнал если тут кроме меня есть чужаки. Пока вроде всё в порядке, птицы не встревожены, поют о чём-то своём. Шёл я до вечера, прикидывая свои планы. Я решил живностью пополнить закрома. Вот только проблема, мне её держать не где, и в Тени открыто стояла разная еда, которую живность быстро слопает и попортит. Вот и искал выход пока не нашёл. Ещё сундуки. Поставить на те что уже есть, и внутрь еду. Один сундук переделать в клетку-сарай для куриц, пять-шесть несушек при петухе мне хватит, яичницу я люблю. Потом для козы. Ну люблю я козье молоко, и сыр. Ну и коня. А что? Верхового, они тут дорогие и очень ценятся. У главы посёлка пара отличных скакунов, явно трофейных, такие только горцы выводят, вот и возьму молодого трёхлетку. Правда, стоять тот будет в проходе, заведу и выйду вперёд, а потом снова попытавшись зайти в Тень окажусь перед задницей коня. Я знаю, что она крупом называется, но мне от этого нелегче. Мало ли с испугу взбрыкнёт? Да, у Тени один вход и один выход. Через вход в Тень, выйти уже не смогу, так что я точно перед крупом коня окажусь. И передвигаться с конём внутри будет сложно. Скорее пока по городам и населённым пунктам буду ходить, в Тень коня отправлю как в сарай. Он всё равно ничего не почувствует, секунда пройдёт, мгновения.

Добрался я до селения только вечером, оказавшись на одном берегу реки, а село на другом раскинулось. Тут с моей стороны есть пара домиков, но это пасечника и ещё кого-то, я не понял кого. Кстати, пасечника точно нужно навестить. У него должны быть запасы мёда и воска. Ну а со следующего утра я неделю терроризировал село, но меня так и не поймали, хотя ловили всем миром. Село-то немаленькое, без малого шесть сотен жителей. Сундуки друг на друга с обеих сторон я в три ряда поставил, все полны едой и хабаром, ещё сверху бочонки с мёдом и воском. Один сундук действительно переделал в курятник, с дверцей спереди. Он снизу в ряду стоит, крышку не откроешь. На другой стороне Тени сундук для козы, внутри поилка, корм, сено на полу, всё как полагается. И да, я увёл отличного скакуна, и самое дорогое седло что нашёл, пару уздечек, попоны. В общем, всё что нужно. За неделю вполне справился. Ну и направился прочь. Я просто коня боком отвёл к сундукам справа, итак и бежал, перебирая ногами на месте. Конь, которого я Черныш назвал, он был полностью чёрным, без пятнышка, с интересом косил лиловым глазом, иногда пытаясь ухватить меня бархатными губами за руку. Подачку выпрашивал, любил хлебные корки с крупной солью. Или морковку. Впрочем, Машка тоже любила, и ревниво выглядывала из клетки через решётчатое окошко. Строптивая коза, та меня только на второй день к дойке подпустила.

Вот так пробежав почти сорок километров от того села, я вышел в реальный мир, оставив всю живность и запасы в Тени, и осмотрелся. Степи вокруг, тот лесной массив где село и городок располагались, я покинул, теперь эти степи с небольшими лесами или рощами будут до самых отрогов гор. Плечо ныло, столько работы на меня навалилось, хорошо сундуки не сам поднимал, заставил двоих сельчан. Эти не бойцы, крестьяне, сопротивления не оказывали, тем более чуть кровушки им пустил, чтобы видели, что шутки не шучу. Потом отпустил. Да, свидетели, но что они расскажут? Думаю, даже не поняли где находятся. Сначала первый ряд до полного загрузил, потом они мне второй ряд сундуков подняли наверх, я их загрузил, и через пару дней те третий ряд подняли, я их тоже загрузил, и уже потом те бочонки наверх поставили. Как потом разбирать буду, сам не знаю, но запасся хорошо. Это я к чему. Плечо ноет, поэтому выведя коня, седлать не стал, седло не такое и лёгкое, просто накинул попону на спину, проверил сбрую, и запрыгнув одним движением на спину коня… с высокой кочки, ударил каблуками по бокам, и поскакал дальше. Надеюсь ещё верхом километров пятьдесят проеду.