Глава 28

- Как же, есть, госпожа Мари, - закивала служанка, когда я, проснувшись, спросила ее о средствах для изменения внешности. - И волосы, брови и ресницы можно покрасить, и кожу, только краску лучше брать магическую, чтобы дольше держалась, а то замучаетесь подкрашиваться, простые-то быстро слезают, еще и следы на коже могут оставить. Ваша матушка такой пользовалась, считала, что у нее мышиный цвет волос, я как-то подслушала ее разговор со старой нянькой. А мы все думали, что у нее от природы такой красивый шоколадный цвет, а оно вона как - мышиный. Бьюсь об заклад, даже ваш батюшка правды не знает, - хихикнула она.

- Даже так? - усмехнулась я.

- И не только, она же и кожу себе отбеливала, чтобы была похожа на снег зимой.

Господи, это что за Белоснежка у меня такая в ближайших родственницах? Еще и зацикленная на собственной внешности. Неудивительно, что до дочери и ее желаний этой мамаше года дела не было. Сто процентов махровая эгоистка.

- А губы она случайно не красила в яркий цвет?

- О, вы вспомнили? Да-да, красила, они такие яркие на белом лице всегда у нее были, как спелые ягоды, а еще эти темные брови с ресницами... Только, видно, она с ранней юности этими красками пользовалась, потому что все вокруг были уверены, что это и есть ее настоящая внешность, даже родственники семьи, которые на праздники к вам приезжали.

- Понятно. Значит, в следующем городе нужно поискать лавку с товарами для красоты. Надо и мне немного измениться, чтобы не так просто было меня узнать. Не дайте боги еще с кем-нибудь из мужниных знакомых столкнусь, земля-то круглая.

- Какая ж она круглая, леди! - испуганно замахала руками Арья. - Вы уж не вздумайте где такую крамолу сказать! Храмовники услышат, беда будет.

О господи, я и забыла, куда попала. Нда, надо следить за языком, чтобы не создать себе лишних проблем.

- Ладно, хватит болтать, продолжим работать. Хоть денег у нас теперь немного больше, кто знает, какие еще траты будут, - перевела я тему на более безопасную. - Ты продолжай с бусинами и бисером, а я начну броши делать.

Так мы и ехали дальше. Я днем занималась рукоделием, Арья либо помогала мне, либо правила повозкой, давая возможность Беру отоспаться, чтобы нам не пришлось терять время и останавливаться ночью. Да и небезопасно это, сейчас мы ехали по тракту в одиночестве, намереваясь отъехать подальше и там уже, в большой деревне или следующем городке найти к кому присоединиться, поэтому ночью старались нигде не устраивать стоянки.

Через три дня на горизонте показалось большое поселение.

- Госпожа, смотрите, у них тут даже храм имеется! - воскликнула моя служанка, выглянув в окно, когда мы подъезжали к деревне.

- Точно! Может, получится здесь этот злосчастный пояс снять? Во всяком случае, надо попробовать.

- Только лучше перед самым отъездом, вдруг нам придется здесь задержаться.

- Почему?

- А ну как священник откажется, слухи пойдут, местные косо смотреть начнут, а то и погонят прочь.

- Ты права.

В поселении мы и правда задержались на два дня. Утром третьего дня Бер разбудил нас с Арьей.

- Госпожа, просыпайтесь! На холме телеги показались, может, с ними сможем поехать дальше.

Я быстро подскочила, поплескала в лицо водой и выбралась наружу. Жизнь в деревне уже кипела вовсю, а на дороге вдалеке можно было рассмотреть вереницу повозок, спускающихся к равнине.

Через полчаса небольшой обоз достиг поселения, и Бер пошел поговорить с главным.

- Госпожа, они согласились нас взять с собой, - радостно сообщил он, вернувшись. - Надо быстренько закупиться в дорогу, они тут будут не больше часа стоять, только воды из колодцев натаскают да по мелочи с деревенскими сторгуются, и поедут дальше.

Вот и отлично. Мы с Арьей побежали на рынок за молоком, мясом и прочими скоропортящимися продуктами, а вернувшись, вручили все парню и отправились в местный храм. Хотя я бы скорее назвала его часовней. Очень надеюсь, что у здешнего священника тоже есть чем снять этот чертов «пояс верности».

Нам повезло, в этот час в храме было пусто, только мужчина в синей рясе с объемным брюшком стоял возле алтаря и очищал его от наплывов воска.