Глава семнадцатая

Лера…

Вечером мы с Кириллом добрались до ёлки. Давно я так не смеялась. Не то чтобы сосед нарочно пытался меня веселить, нет, с ним просто стало легко. Нет напряжения, как раньше. Незамысловатые фразы без намёков, простые жесты, добрые улыбки…

Долго мы пытались понять, где у зелёной начало, и как эта конструкция вообще собирается. Кир прикладывал ветки везде, где можно, даже к моей голове и к своей.

— Ну, не смейся, — обиженно протянул он и спихнул меня с подлокотника. Упала на диван, продолжая забавляться и шевелить ногами в смешных красных носках с оленями, которые мы успели прикупить: у соседа такие же и Родиону приготовили, дожидаются своего торжественного часа.

— Не понимаю, как это крепить? — парень повертел верхушку и приставил к своей гм… попе на манер хвостика. — Ну как тебе елочка? — иронично поинтересовался он. Я показала большим пальцем класс и встала.

— Это просто, — сжалилась и забрала деталь. — Вот так, тут есть отверстия и крепежи, а ветки потом распрямим. Это верхушка, а ты ещё середину не поставил, вот она, — достала из коробки недостающие елочные фрагменты и довольно быстро собрала «сложную» конструкцию.

Парень недовольно скривился и почесал затылок.

— Теперь ясно чем ты занималась, — прокомментировал он. — Все девочки готовят, водят машину, а ты елки собираешь. Может, ещё и краны чинишь?

Я усмехнулась и щелканула парня по носу.

— Может, и чиню, — не стала отрицать я. — Ещё и полки собираю.

— Ну, тогда я пошёл за игрушками, — Кирилл демонстративно улыбнулся и чуть не врезался в коробку с этими самыми игрушками, которые сам же и принёс. Прикрыла рот, чтобы не рассмеяться, а парень бросил на меня укоризненный взгляд.

Следующие два часа мы увлечённо наряжали ёлку. Я подавала, а Кирилл вешал в каком-то своём творческом порядке. Пару игрушек мы всё же хлопнули.

«На счастье», — отмахнулся парень и сам убрал осколки, чтобы я не порезалась. Мне оставалось только удивляться, кокой парень стал заботливый и внимательный.

Когда наша зелёная красавица была готова, мы включили гирлянду, притащили подушки, теплый глинтвейн и долго сидели молча, в свете мерцающих огоньков и наслаждались покоем. Вот так просто, каждый думая о своём, и не испытывая никакого дискомфорта…

* * *

Неделю до Рождества, мы с Киром провели активно. Каждый день навещали Родиона и обязательно посещали хоть один музей или выставку. Дома смотрели фильмы или читали рядом, а вечерами продолжали украшать дом и составлять праздничное меню. Я не стала разубеждать Кирилла, что всё-таки умею готовить, но вызвалась помочь с салатами и лёгкими закусками. Кто всё это будет есть, неизвестно.

В день празднования, я сама хотела поехать за опекуном, но Кир перехватил инициативу и настоятельно мне советовал не ездить на машине в его присутствии. Я осталась караулить индейку.

Стоило остаться одной, вспомнила, что совсем забыла про своего парня. Практически не звоню ему и на сообщения отвечаю односложно, в основном, что занята. Стало нестерпимо стыдно, и я набрала его номер.

Микки долго не брал трубку, а когда ответил, его голос звучал сдержанно.

— Что-то случилось? — насторожилась я.

— Ничего и с того, о чём тебе следует волноваться, — холодно ответил он. — Ты не звонишь, не пишешь, проигнорировала приглашение моих родителей, и праздник проводишь с каким-то другим парнем.

Я вздохнула, остро чувствуя свою вину. Мы с Микки уже год встречаемся и наши отношения развивались довольно гармонично: свадьба лишь вопрос времени, я была уверена, что хочу связать свою жизнь именно с этим человеком, так что же изменилось?

— Ничего не говори, — торопливо произнёс парень, опередив меня. — Наверное, это сложный период, нам стоит взять паузу: всё взвесить и обдумать. Ты должна разобраться в себе и понять, что же тебе всё-таки нужно. Поговорим, когда прилетишь. С наступающим праздником. Надеюсь, ты счастлива.

— С наступающим… — только успела произнести, как раздались короткие гудки.

Сжала телефон, пытаясь понять, что это было. Нет, я всё понимаю, но что это за слезливая драматическая чушь? Американцы так любят брать паузы и решать за двоих, что скулы сводить от негодования! Где конструктивная беседа? Даже не выслушал меня, даже слово не дал вставить…

Хотя, какой в этом смысл? Он, безусловно, прав. Я отдалилась, стала невнимательна и может, правда нужна эта пауза, чтобы разобраться?

Всё детально обдумать мне не дал шорок в прихожей: мои мужчины вернулись. Не сдерживая радости, я бросилась к Родиону в объятья.

— Тише, Конфетка, задушись, — усмехнулся он, обнимая в ответ. — У-м-м… Как вкусно пахнет! Курочка?

— Идейка, — усмехнулся Кирилл, раздеваясь. Я схватила сумку опекуна, желая её отнести в его комнату.

— Стоять, — приказал Кирилл и перехватил меня за руку. — Вещи оставила и марш накрывать на стол. Вообще уже: вздумала тяжести таскать, — а это уже Родиону и укоризненно покачал головой, словно я ребёнок неразумный. Меня сильно позабавила его реакция, и я не сдержала улыбки, хотя всего минуту назад, была расстроена.

— Пойду переоденусь, — произнес Родион и направился в свою комнату. Я хотела удрать на кухню, но меня поймал сосед, удержав за плечи, и заглянул в глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Ты чего, Рыжая? Случилось что-то? — обеспокоенно поинтересовался парень, а я поразилась, как тонко он чувствует моё настроение.

Виновато улыбнулась и отрицательно мотнула головой.

— Ерунда.

Кирилл не поверил, но всё понял верно.

— Ну, раз ерунда и бог с ней. Дай я тебя обниму, чтобы всё прошло, — парень сам заключил меня в объятья, крепче, чем позволяют дружеские обнимашки, но я сопротивляться не стала. — Не грусти, ладно? — попросил он, отстранившись: его дымчатые глаза странно блестели. Я улыбнулась, а парень заправил прядь волос мне за ухо.

Стоило ему посмотреть на меня, улыбнуться,… стоило услышать его голос, как на душе мигом стало теплее и легче. Казалось бы, ничего не сделал, а я почти забыла из-за чего расстроилась. Чудеса, да и только. Не перестаю удивляться.

* * *

Мне хотелось, чтобы это Рождество запомнилось, поэтому я собиралась дольше, чем в позапрошлом году. Мы с Кириллом больше не смотрим волком друг на друга, не бросаем сухих фраз, не спешим разойтись по своим комнатам. Нам, наконец, уютно вместе и комфортно. Душу переполняет радостная эйфория, и я чувствую, этот год станет особенным…

Тщательно укладываю волосы, придирчиво наношу лёгкий макияж, совсем немного, только освежить лицо и выделить глаза. Мои глаза мне нравятся особенно, и я считаю их своих достоинством и гордостью. На фотографиях они всегда удивительно сверкают.

Выбираю тонкие телесные чулки, долго ломаюсь, но принимаю решение надеть платье, вместо простого юбочного костюма. Смотрюсь в зеркало и улыбаюсь: чёрная ткань обтягивает фигуру и подчеркивает глаза, то, что нужно.

Мужчины хлопочут внизу, ещё на лестнице слышу их голоса и мирный спор: какие тарелки и бокалы ставить на стол и не могу сдержать счастливой улыбки. Чувствую нас полноценной семьёй.

— Конфетка пришла! — радостно восклицает Родион и хлопает бутылку шампанского. Кирилл смотрит на меня в упор: вижу, как азартно загораются его лукавые серые глаза и отвечаю лёгкой улыбкой.

— Рыжая, ты неотразима, — парень протягивает бокал, и пока опекун наливает мне спиртное, нахлобучивает на голову красный колпак, как у себя. — Так лучше, — довольно заключает он, и я молчу про испорченную прическу.

— Ну, — Родион поднимает бокал с соком и смотрит на нас с улыбкой. От его бледности почти нечего не осталось, как и не видно следов недавней болезни. Мужчина выглядит хорошо, только дрожь в левой руке предательски выдаёт. — За то, что все мы здесь сегодня собрались!

— Ура! — хором поддерживаем мы и чокаемся, я смеюсь и осушаю половину бокала, замечая, как Кирилл внимательно следит за мной.

— У меня подарок для тебя, — шепчет он на ухо, щекоча кожу дыханием. Я смущённо отстраняюсь, стараясь скрыть волнительные мурашки.

— Мы же договорились, что под елку положим. Мой там, — возмутилась я.

— Мой тоже, — усмехнулся Кир и протянул мне продолговатую синюю коробочку. — Это бонус, — он улыбается, но я по глазам вижу, как волнуется.

— Давай, открывай, — подбодрил Родион, с интересом наблюдая.

Осторожно раскрыла коробочку и задержала дыхание: внутри лежала золотая подвеска в виде скрипичного ключа на цепочке.

— Помочь? — поинтересовался парень, ожидая моей реакции.

— Она прекрасна, — с придыханием произнесла, и коснулась пальцами холодного металла. — Не знаю, что сказать, кажется, я растеряла всё своё красноречие.

— Просто надень и поблагодари, — не растерялся он и вытащил цепочку из упаковки.

— Мне стыдно, что я не успел ничего приготовить, — произнёс Родион и помог мне убрать волосы, чтобы Кирилл застегнул подвеску. Признаться, я давно так не волновалась, словно замуж выхожу.

— Вот не начинай! — возмутился Кир и поправил цепочку.

— И не вздумайте переживать из-за этого, — добавила я. — Главный подарок от вас — ваше присутствие и здоровье.

Родион ответил благодарной улыбкой и предложил сесть за стол.

Вечер протекал в приятной лёгкой и шутливой атмосфере: мы непринуждённо болтали, слушая музыку, под светом ёлочных огней. Ближе к ночи, Родион устал и оставил нас, пожелав приятно провести время.

— Я рад, что вы померились, — произнёс он перед уходом и поцеловал нас в лоб по очереди. Мы с Кириллом переместились в гостиную.

— Может, потанцуем? — предложил парень, протягивая руку. — Давай, всего один танец, — надавил он, видя, что я сомневаюсь.

Тяжело вздохнула и поднялась, сдавшись.

Моя ладонь легла в ладонь парня, а вторую руку устроила у него на плече. От Кирилла просто невероятно приятно пахло. Ситуацию усугубляло шампанское, что шумело в голове, пробуждая разные воспоминания и ощущения.

— Я так рад, что мы встретились вновь, — прошептал Кирилл и скользнул рукой вдоль позвоночника. — И я прекрасно провел эти каникулы.

— Впереди ещё неделя… — отозвалась я, погружаясь в пьянящий транс.

Кирилл напрягся.

— Мне предстоит уехать завтра: проблемы на работе. Ты же приглядишь за отцом?

Я подняла голову, заглянула в демонические глаза и кивнула.

— Вот и умница, — парень нажал на кончик моего носа, как на кнопку и улыбнулся.

В этот вечер мне так и не хватило поцелуя. Всего одного… А провожая Кирилла на следующий день, поняла, что он был бы лишним и мы всё сделали правильно. Просто смотрели фильмы до утра и уснули на диване, а утром выпили кофе и остались добрыми друзьями. Так и должно быть. Так и должно…

Кирилл

Уже сидя в самолёте, вравшая снежный шар, что подарила Рыжая, я понял, что всё делаю правильно.

Я сейчас отпускаю её, не даю насытиться моим обществом, чтобы потом она могла сравнить и понять. Не стоит давить, не стоит быть навязчивым, но, чёрт возьми, как это было сложно сдержаться!..

Эти губы… Они просто сводят с ума! Туманят разум, подавляют волю и толкают на безрассудства. Весь вечер меня мелко потряхивало и бурлила кровь в венах. Так сложно…

Если я всё рассчитал верно, через неделю, Валерка будет счастлива увидеть меня вновь. Пока я могу уладить некоторые вопросы, и подготовиться к следующей встрече, которая неизбежна.

Первым делом, хочу распечатать привезённые фотографии в моём телефоне. Стоит приобрести новый альбом, ведь это не последние наши совместные фото. Надеюсь, их будет тысячи.

Валерка на крыльце музея, селфи на «Аллее звёзд», на берегу океана, фотка с манекенами в зимних шапках и бикини…

Время пролетело быстро, я почти не заметил, как оказался дома, где меня уже ждал сюрприз… Джесси, у которой остались ключи от моей квартиры.

Девушка смотрела на кухне музыкальный канал и капалась в телефоне, когда я вошёл и сбросил сумку с плеча.

— Что-то забыла? — спокойно поинтересовался и стал раздеваться. Немного устал с дороги, и хотелось скорее забраться в душ. Выяснять отношения с бывшей — совсем не хотелось.

Девушка отложила телефон, заметно волнуясь. Она несколько раз выдохнула и протянула мне тест на беременность.

— Две полоски, Кирилл, я залетела, — и взгляд такой… то ли обвиняющий, то ли наглый, то ли насмешливый, но мне совсем не понравился. Я даже не сразу разобрал смысл сказанных слов.

— Поздравляю, а я тут причём? — у меня даже подозрений не возникло, что это может быть мой ребёнок, настолько я в себе уверен.

Джесси нахмурилась, отложила тест и поднялась.

— Будешь отрицать, что я беременна от тебя? — девушка воинственно сложила руки на груди и вот тогда, я стал что-то подозревать.

— Буду, — подтвердил я. — А у тебя есть доказательства, что от меня? — кажется, мой вопрос выбил Джесси из колеи. — Послушай, ты прекрасно знаешь, что я всегда был осторожен и предохранялся, даже когда ты просила без презерватива, я ни разу не кончал в тебя. Какие ко мне претензии?

Девушка насупилась: голубые глаза полыхнули опасным гневом.

— Прерванный половой акт не даёт гарантии. Я читала, я знаю! Есть случаи, когда женщины всё равно беременели и презерватив мог быть дырявый. Поверить не могу, что ты отрицаешь! — она зарычала и была готова броситься на выход, я не мог её отпустить так просто, да ещё в таком состоянии.

— Сядь, — довольно грубо произнёс и включил кофеварку: мне нужна свежая голова.

— Меня не было почти три недели, есть все основания считать, что ребёнок не мой. Но… — вдохнул поглубже, не давая злости прорваться наружу. — Если ребёнок мой, это ничего не меняет. От малыша отказываться не стану, если решишь родить, но тебя я не люблю. Понимаешь, что это значит?

Девушка задохнулась возмущением, но постаралась взять себя в руки.

— Я рожу, только если ты женишься на мне. Я не стану матерью одиночкой. Выбирай Кирилл: или ребёнок, или эта рыжая сука…

— Поосторожней со словами, — оборвал я, сжав руку в кулак. Сердце забилось быстрее. Ненавижу, когда меня шантажируют. — Мне нужно подумать. Неделю. И прежде чем я дам согласие, мне нужен будет тест на днк.

Девушка тряхнула головой, поднялась и направилась на выход.

— Думай, — обернулась она в дверях. — Ребёнок твой.

Дверь захлопнулась, и я рухнул на мягкий кухонный уголок.

— Бред… — выдохнул и выругался, не очень культурно, стукнув кулаком по столу. А так всё хорошо начиналось.

Как же теперь быть? Валерка приедет через неделю: я собирался сделать ей предложение, а теперь понятия не имею, как быть?

Оставить ребёнка и что? Стать личным рабом девушки, которую даже не люблю? Это как собственноручно подписать себе смертную казнь. Жить и страдать: без чувств, без доверия и уважения, просто, чтобы сохранить жизнь одному маленькому человечку?

А если попробовать уговорить её? Оставить ребёнка, но не жить вместе. Судя по настрою Джесси, она не согласиться или я должен пообещать что-то взамен.

От этих мыслей меня бросило в пот: кофе не лез. Отставил чашку и отправился в душ.

Надо проконсультироваться с юристом, нанять детектива, чтобы последил за Джесси, может, ребёнок не мой? Должен же быть какой-то выход, я не желаю надевать себе петлю на шею в двадцать лет.

Просто отказаться и всё, — да, это выход. Сделает аборт и никаких проблем… Хах, что может быть проще? Тогда почему от одной только мысли об этом, становится дурно и подкатывает тошнота.

Убить ребёнка, пусть зародыш… Нет, я слезливая барышня, у меня нет материнского чувства, но это же дикость. А если ребёнок действительно мой? Миллионы людей идут на аборт и живут с этим, но видимо я не вхожу в это число…

Не в силах больше оставаться с этими мыслями наедине, я всё же решил нанять «сыщика», а вечером позвонил Валерке, просто услышать голос.

— Привет, — слишком ласково произнёс я и прочистил горло. У девушки на заднем плане играла музыка. — Занята? — интересуюсь отстранено, а сам начинаю нервничать.

— Нет, что ты! — поспешно восклицает Рыжая и музыка стихает. — Я просто порядок в шкафу наводила. Ты как?

Облегчённо выдыхаю, понимая, что Рыжая дома, а не в клубе.

— Я что-то приуныл, — говорю честно, просто потому что на душе невыносимо скребёт. Сейчас мне как никогда нужна поддержка близких. Черт! Я же могу потерять Валерку навсегда, если соглашусь на абсурдное условие Джесси, или могу потерять совесть и жить с этим…

— Кир? Что случилось? — серьёзно спросила девушка, а я грустно улыбнулся.

— Нет. Не сейчас, при личной встрече. У меня возникли проблемы… — после вздоха говорю я, уже понимая, что если не найду выход, если не помогут юристы, я просто позволю себя окольцевать из-за ребёнка, но это не значит, что я перестану искать этот самый выход. Просто, скорее всего, Валерка уже будет замужем за другим…

— Я приеду раньше на пару дней, тогда и увидимся. Запиши мой адрес.

Я обрадовался и полез за блокнотом.

— Можешь встретить меня, если хочешь, — произнесла девушка, судя по голосу, улыбаясь.

— Конечно, хочу, — усмехнулся в ответ, очень жалея, что не могу её обнять. Расстояние — это так гадко. — Спасибо, что поговорила со мной. Мне уже значительно лучше.

— Эй! Ты что уже прощаешься? — изумилась Рыжая. — Я даже не рассказала, как сегодня бездельничала!

Я рассмеялся и лёг на диван, приготовившись слушать…

* * *

Дни тянулись безумно долго, даже за работой. Я готовился к сдаче экзаменов, а из головы не выходили мысли о Джесс. Девушка не звонила, не писала, но словно всегда присутствовала рядом и нагнетала обстановку.

От детектива никаких новостей. Джесси почти не выходит из дома, только до магазина и один раз посетила библиотеку, к ней несколько раз приходила подруга и на этом всё. Никаких посещений врачей, никаких мужчин, ничего подозрительного.

На четвёртый день, я просто уже не выдержал и сам позвонил Джесси.

— Я согласен, — коротко и сухо произнёс после лаконичного «да».

— Я знала, что ты поступишь правильно. Поверь, это твой ребёнок и ты не пожалеешь, я стану хорошей женой…

— Не надо, — оборвал я и сглотнул. — Сейчас от меня что-нибудь требуется?

— Нет. Пока нет. Я завтра тогда пойду к врачу и запишусь на узи… Скажи, когда мы сыграем свадьбу? Лучше поскорее, пока не видно живота, я всё-таки хочу влезть в свадебное платье.

— Думаю, через месяц, — ответил заготовленный ответ и попрощался, договорившись о встрече на послезавтра, чтобы обсудить детали предстоящей свадьбы.

— Пф-ф-ф… — шумно выдохнул, запуская пальцы в волосы, отчаянно желая закурить. Но решил, что не в этот раз, лучше сделать это на своей свадьбе…

* * *

Рейс Валерки прибыл по расписанию, и я затаив волнение ждал её возле терминала. Рыжая показалась одна из первых, катя за собой большой серый чемодан: рыжие волосы растрепало ветром, пальто нараспашку, без шапки и шарфа в отличие от большинства пассажиров.

Растрёпа, мысленно усмехнулся и направился к девушке.

— Привет! — обрадовалась она и поцеловала в щёку: сама смутилась, но скрыла это за приветливой улыбкой. — Спасибо, что встретил.

— Всегда рад, — отмахнулся я и забрал чемодан из тонких рук, купаясь в родном, чарующем запахе.

— Куда поедем? Ко мне или кафе? Где тебе удобней изливать душу?

— Вот не надо иронии, — усмехнулся я и открыл багажник машины.

— Ладно, прости, — серьёзно произнесла девушка, положив руку мне на плечо. — Я, правда, очень волнуюсь и хочу тебе помочь. Ты же знаешь, что можешь мне полностью доверять?

Подавил улыбку и заправил выбившуюся рыжую прядь за маленькое девичье ушко.

— Знаю. Я всегда тебе доверял, — распахнул для девушки дверь и произнёс: — А поехали к тебе.

Рыжая улыбнулась и согласно кивнула.

— Буду рада показать тебе свою обитель, — произнесла она, когда я сел за руль.

— Надеюсь, там нет твоего парня. Мне будет не очень удобно говорить при нём, — поинтересовался я, осторожно разнюхивая обстановку.

Рыжая замялась и поджала губы.

— Кажется, мы расстались.

Удивлённо присвистнул и не закричал от радости, только потому, что сам вляпался.

— Кажется? Это как?

— Просто, Кирилл. Просто, — девушка откинулась на спинку и вздохнула. — Микки взял паузу мне на размышления, а я ничего в разлуке не почувствовала. Точнее почувствовала себя хорошо. Мне хорошо без него, понимаешь? Ужас какой-то…

— Да, ладно, — произнёс я и положил свою руку поверх Валеркиной в успокаивающем жесте. — Хорошо, что ты это поняла сейчас, а не после свадьбы.

— Спасибо… — Лера смущённо улыбнулась и осторожно высвободила руку. — Скажи… — она немного замялась и прищурилась, глядя на меня. — А мы теперь будем видеться? Ну… Мы сможем же общаться?

Я усмехнулся, плохо скрывая грусть. Валерка расценила это по-своему.

— Прости. Прости, что навязываюсь. Блин… Как неловко-то… Я ничего не имела ввиду…

— Успокойся, ладно, — ласково произнёс я и подмигнул. — Всё отлично. Я хочу с тобой видеться… Просто… Ты сама всё поймёшь, когда я тебе расскажу.

— Ладно, — девушка вздохнула и включила музыку. — Дома поговорим.

Я ответил улыбкой и сосредоточился на дороге, хотя это сложно, когда твоя голова вечно занята тяжёлыми мыслями.

* * *

Квартирка у Лерки оказалось очень уютная. У меня не такая. Я словно,… словно пришёл домой. Мебель тёплых, светлых тонов: не громоздкая, много свободного пространства, огромные цветы в кадках и маленькие на подоконнике, светлые шторы и тюль, вместо уже привычных жалюзи. Всё мне казалось знакомым и родным.

— Чего застыл? Проходи, — поторопила меня девушка и втащила чемодан. — Располагайся на кухне, доставай ликёр из бара, будем вести содержательную беседу и думать, как решить твои проблемы, — она говорила из своей спальни, которую я ещё не успел увидеть, но очень хотел.

Пока я разобрался, где у Валерки бар, Рыжая уже переоделась в спортивный белый костюм и принялась готовить закуску: хорошо в магазин по пути заехали.

— Нарезка с салатиком, нормально будет? Нам хватит? Я ещё шоколадку поломаю и фрукты помою.

Я не мог не улыбаться, осознавая вдруг, что давно и безнадёжно влюблён…

Разлил алкоголь по стопкам и устроился в углу. Лерка напротив.

— Ну, за конструктивную беседу, — произнесла она, вызывая мой смешок, и чокнулась. Мы выпили, закусили, как положено и налили по второй. — Теперь я готова слушать, — произнесла Рыжая, прожевав кусочек колбаски.

Я потёр лоб и взъерошил волосы, волнуясь, словно первоклассница. Не понимаю, как девушка воспримет новость, но лгать и утаивать, я точно не смогу. Лучше выложу всё как есть, а там решим по ситуации.

— Помнишь, я тебе говорил, что встречался с девушкой? — произнёс, решив начать издалека.

— Ну? — Валерка насторожилась и сама потянулась к стопке. — Только не говори, что она беременна, — усмехнулась девушка, даже не представляя, как права. Я перестал улыбаться. Лерка уже что-то заподозрила, как у меня завибрировал телефон. Звонила Джесси.

— Я должен ответить, прости.

— Ничего, — отмахнулась Рыжая и пропустила меня.

— Да, — на ходу ответил я и закрылся в гостиной. — Была у врача?

В трубке раздался всхлип.

— Что случилось? Какие-то проблемы? — насторожился я, боясь, что может с плодом какие-то проблемы. Только этого для полного счастья не хватало.

— Я не беременна, — раздалось жалостливое и снова всхлип. — Я была уверена! Уже обрадовалась и… Врач попросил сделать повторный тест и он оказался отрицательным, а потом меня отправили на УЗИ. Всё в порядке, я не беременная. Слышишь?! Можешь, радоваться! — девушка истерично всхлипнула и отключилась.

Минут пять я ещё пялился в экран телефона и не мог поверить в собственную удачу. Никогда в жизни мне ещё так не фартило.

Наконец, отмер и бросился на кухню, ощущая, как меня просто распирает от неудержимой радости. Черт! Это же прекрасно! Прекрасно!

— Валерка! Ты чудо, — воскликнула я, обхватил лицо девушки ладонями и поцеловал…

Сначала просто, но девушка приоткрыла губы, и у меня снесло крышу: на секунду я потерял рассудок и с огромным трудом сдержался, ощущая такой пьянящий вкус желанного поцелуя.

— Прости… — прошептал, отстранившись, замечая, как у Леры сбилось дыхание, и помутнели глаза.

— Ничего… — она облизнула влажные губы и сглотнула, не собираясь на меня ругаться, хотя явно опешила.

— Я пойду? — прозвучало как вопрос, и я усмехнулся. — Завтра встретимся, ладно? Я заеду за тобой, хорошо?

— Уже уходишь? — кажется, сожалея, спросила девушка, но быстро взяла себя в руки. — Хорошо, давай завтра. Позвони, как будешь выезжать, чтобы я успела собраться.

— Обязательно, — ласково произнёс я и погладил Валерку по щеке. — Я буду ждать, — прошептал и не упустил возможности снова коснуться таких манящих губ. Моя. Моя, чёрт возьми!

Поцелуй вышел лёгким, на этот раз остановилась Валерка, мало что понимая.

— Ты такая вкусная, прости ещё раз, — я подмигнул и направился на выдох, окрылённый счастьем. — Увидимся завтра, Рыжая. Я с нетерпением буду ждать встречи, выспись хорошенько и ни о чём не думай. Договорились?

— Ты пугаешь меня, — призналась она и поежилась. Я подошёл и обнял девушку.

— Я могу остаться, но тогда произойдёт то, о чём ты возможно пожалеешь. Я этого не хочу: в этот раз всё будет иначе. Я больше не заставлю тебя страдать, — поцеловал девушку в висок и нашёл в себе силы, чтобы уйти, но вернуться уже завтра. С кольцом и предложением, от которого Валерка не сможет отказаться, я постараюсь.