ГЛАВА 27

ГЛАВА 27.

Следующим утром Арсалана подняла меня еще до заката, звеня латами.

— Ты куда?

— Пусть я и единственная женщина среди солдат Долин, но я не позволяю себе пропускать тренировки. Хочешь со мной?

— С тобой?

— Постоишь в стороне. Дерек тоже там будет, — как бы между делом сказала девушка, надевая шлем.

— Хочу! — я резко поднялась и разбудила Вупи, который дремал, держась за изголовье кровати.

— Что? Где? Кого хочешь? — не понял он спросонья, осматриваясь по сторонам.

— Спи. Я скоро вернусь, — заверила я крылатого друга, а сама подмигнула. Еще один разведчик на местности не помешает!

Неужели, я упустила бы такой шанс? Да никогда! Осмотреть дворец, место, где тренируется стража, попробовать на прочность собственных охранников…

Я подошла к двери в ожидании, когда мы отправимся, но Арсалана меня удивила:

— Ты же не собираешься пойти в этом? — и так многозначительно осмотрела меня с головы до ног.

— А в чем проблема?

— Если ты во дворце, нужно уважать правила дворца. Показать девушке голый живот на публике для нас подобно смерти.

— Я не Полевка. Для нас тело — это естественно, а все нужные места прикрыты.

— Ты опозоришь Дерека, появившись вот в этом, Пернатая, — Арсалана думала, что так сможет повлиять на меня? Серьезно? Меньше всего сейчас меня заботит репутация мужа-предателя!

— Вы соблюдаете свои традиции, а я свои, — я повернулась к двери и замерла в ожидании. Я надеялась, что объяснила достаточно понятно, и мы, наконец, двинемся в путь.

— Я молчала, когда ты ела руками сидя со мной за одним столом, в пыльной одежде, которую не меняла несколько дней. Дерек слишком мягок с тобой: поселил отдельно, дал время свыкнуться и прийти в себя, не давит на тебя в твоих дикарских привычках. Другой бы давно окунул в купальню и заставил бы слуг отдраить тебя мочалками, а потом впихнул бы в женское платье скромного кроя.

Если она хотела, чтобы я возненавидела образ жизни Полевок еще больше — у нее это получилось! Я буквально почувствовала на себе скребки мочалок, тугие до обморока корсеты и чопорные манеры за столом.

— Дерек знал, кого брал в жены. Я не просила привозить меня сюда.

— Тогда позволь задать тебе вопрос: когда Дерек был в клане, он соблюдал устои Лесных?

— Ты издеваешься? — я пыталась относиться к Арсалане хорошо, но последняя фраза взбесила бы и святого. — Дерек специально играл в чужака, чтобы проникнуть в клан и уничтожить его изнутри!

— Он передумал! И взял тебя в жены по законам Лесных! — Арсалана упорно видела в поступках младшего принца романтику. Тьфу!

Я стиснула кулаки, чувствуя, что готова наброситься на девушку, а этого делать было категорически нельзя!

Выдыхай, Пернатая! Успокаивайся! Эта Лана тебе нужна!

— Я пойду так! — твердо заявила я, смотря на двери.

— И тебя не смущает, что от тебя пахнет?

Я незаметно принюхалась к себе и поняла, что в словах девушки было зерно истины.

— Здесь нет моих вещей, а ваши платья я не надену. Сходим на тренировку, я искупаюсь в ближайшей реке и постираю там свои вещи.

— В реке? — опешила Лана. — У нас тут купальни шикарные с теплой водой! Какая река! Оставь дикие привычки за пределами дворца! Младшего принца засмеют!

Я повернулась к девушке и сложила руки на груди.

— Тебе все равно, да? — недовольно смотрела на меня дочь прежнего генерала — Что ж, Дерек разозлится. Я тебя предупреждала! Арсалана толкнула двери и объявила страже:

— Мы на тренировочную площадку!

Конечно же, двое мужчин, что несли пост у дверей, тенями пошли за нами, передвигаясь так бесшумно, словно их и не было.

Переступив порог комнаты, в которой была заперта, я словно впервые увидела дворец и старалась особо не вертеть головой по сторонам. Все казалось настолько странным, вычурным, излишним и нагроможденным, что было тесно.

Мне жутко не хватало твердой коры дерева, зелени листвы, пения птиц на расстоянии вытянутой руки. Холодный камень плитки чувствовался через тонкие тканевые черевички, а случайно пойманные презрительные взгляды служанок на мой живот кололи не хуже копий.

Дворец отвечал взаимностью на мою нелюбовь к нему. Высокие сводчатые потолки не могли заменить простора голубого неба, а запутанная паутина коридоров — подвесные мосты между деревьями-исполинами. Раболепие слуг пробуждало желание подойти к ним, поднять их подбородки вверх и сказать: ты тоже человек!

У Лесных есть поговорка: «Нет кровати мягче мха, солнца теплее, чем над лесом, а плеча надежней, чем брата из клана»

Во дворце мой свободный дух пришел в ужас, а строптивая натура бунтовала! Мне хотелось окунуть с головой в воду этих людей в шелковых одеждах, что высокомерно морщили нос при виде меня и отворачивались, делая вид, что я пустое место.

— Не обращай внимания! Ты просто слишком необычная для дворца. Когда освоишься, сменишь одежду и научишься придворному этикету, они потихоньку примут тебя.

Зато я никогда их не приму!

Этикет? Одежды? Манеры? Это не про меня!

— Дикарка! — дерзко прилетело мне в спину. — Младшему принцу нужно продать ее в бордель как диковинку, а не вести во дворец! Слуги, протрите пол, по которому она шла! Три раза!

Я обернулась, закрутившись вокруг своей оси, словно смерч, и выцепила взглядом самую наглую болтливую девушку в ярких одеждах, которую только видела. Красивая, как пламенеющий закат, с темными, как вороное крыло, волосами и украшениями в прическе весом с мою руку.

— Пернатая, не надо! — Арсалана, как никто, чувствовала подожженный порох приближающейся драки. — Нельзя, Пернатая!

Она кричала мне команду, словно животному! И тем самым только подстегнула меня!

Я вцепилась в шею красотки в шелках и прижала ее к стене, слегка придушив.

— Тебе повезло, что у меня нет с собой кинжала, иначе бы ты лишилась своего языка!

— Да как ты смеешь! Стража! — попыталась закричать девушка, но Арсалана зажала ей рот рукой, отпихнула меня в сторону недюжей для такого хрупкого тела силой и отрицательно махнула головой двум теням-стражникам.

— Рисэль, наша младшая принцесса еще не освоилась. Ты могла бы быть более гостеприимной? — спросила Лана, и по полному ненависти взгляду красотки, который та бросила на дочку бывшего генерала, я поняла, что девушку тоже не больно-то здесь любят и понимают.

А мы могли бы с ней подружиться, если бы встретились при других обстоятельствах!

«Давай будем друзьями в следующей жизни!» — подумала я.

— Арсалана! — завизжала красотка Рисэль, как только Лана открыла ей рот.

— Опять закрыть рот? Или уже дальше пойдешь по своим делам? — уточнила воинственная девушка.

Стайка девушек в ярких одеждах оторвалась от стены и унесла Рисэль с собой дальше по коридорам.

— Ты едва избежала наказания! — Арсалана понимающе посмотрела на меня: — Но если бы это не сделала ты, это сделала бы я. Пошли!

Мы прошли по открытому коридору, увитому плющом, и я с удовольствием подставила ладонь, касаясь на ходу бархатных листочков. Как же я скучаю по родному лесу!

А ведь маленькой столько раз мечтала, что посмотрю мир, какие замечательные места для себя открою, и как там будет здорово. А теперь мне кажется, что прекрасней родного края нет ничего!

— Красивый сад? Мне кажется, ты любишь зелень-цветочки, да? — мимоходом спросила Арсалана, идя по дорожкам к арке.

— Ты относишься к ним, как к собственности, но это природа. А природа — это ты, — мне претило то, как покровительственно смотрела на сад Арсалана, как продуманно здесь вмешались в цветение и жизнь каждого ростка.

Как по мне, нет ничего красивее того, что дает земля. Слабые деревья никогда не вырастут под корнями исполинов, а каждый цветок растет в определенном окружении. Природа умнее нас! А эти квадраты красных бутонов, круги желтых, полоски синих — это все то же раболепие, что и со слугами во дворце. Здесь все старались поставить в строй, отдать приказ, заставить подчиняться выдуманным законам.

Арсалана не поняла меня — я видела это по недоуменному взгляду. Девушка пожала плечами и сказала:

— Почти пришли!

Мы прошли по дороге между высокими стенами, спустились с лестницы и попали на тренировочную площадку.

— Раз! Два! Удар! Раз! Два! Удар! — командовал Дерек, которого я даже поначалу не узнала среди этих рядов солдат.

Не зря отец дал ему имя — Воин. Мой проницательный папа видел гораздо больше, чем многие. И сейчас я недоумевала: как мужчину с такой аурой власти можно было принять за торговца?

Приказной тон не оставлял шанса на непослушание. Резкие команды воспринимались беспрекословно. При этом Дерек лично поправлял движения солдат, ошибавшихся из раза в раз, пытаясь понять, в чем дело. Показывал на личном примере, как в рукопашном бою сразить противника то одним приемом, то другим.

Сегодня воины были без защиты, в одних штанах и босиком. Грязные от валяния в песке и в темных пятнах от синяков.

Дерек крутился, как птичка-юловка, а потом отходил в сторону и оценивал результат, делая войско сильнее с каждой секундой. На него смотрели с уважением, понимали с полувзгляда, а я кляла себя, на чем свет стоит, что была так слепа!

Как же я упорно не замечала того, чего не хотела! Одержимая желанием настоящей любви, я отдала свое сердце чужаку, который меня предал.

— Подойдем ближе! — поманила за собой Арсалана, выходя из укрытия.

Волосы на голове зашевелились, и я почувствовала миг, когда Дерек увидел меня. Мужчина остановился и словно загипнотизировал меня взглядом. Я даже на расстоянии ощутила его злость, а слова солдат, что заметили меня и стали шептаться о моем голом животе, заставили мужа двинуться через ряды воинов ко мне на таран.

— Я предупреждала! Дерек в бешенстве! — пожала плечами Арсалана.

— Потому что я не надела ваши одежды?

— Потому что ты показала сотням мужиков то, что принадлежит только ему, — закатила глаза девушка, хмыкнув.