ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Борз приподнялся на вытянутых руках. Его потемневший взгляд впечатался в мое лицо. Вид у него был такой, что создавалось ощущение, еще секунда – и он вгрызется в мою шею клыками. Дикий зверь, не получивший желаемого. Я медленно втянула в себя воздух. Хоть мне и было страшно, я не собиралась отступать. Губы Борза, вдруг, дрогнули в усмешке и раздался его вкрадчивый голос: – Нет – это значит – «да, но попозже»? Я задохнулась от его наглого вопроса, а Борз, будто не замечая моего возмущения, вновь приник к моей шее и начал целовать её, приговаривая: – Я же не спешу, очаровашка. Я тебя приласкаю как надо, доведу до нужного состояния, и только потом уж зайду. Я буду осторожным, обещаю. Расслабься, Милашка. Его губы спустились ниже, к моей груди, пальцы, обжигая, стала забираться под кружевную чашечку… – Нет – значит – нет! – что есть силы вцепившись в мужские плечи ногтями, выдохнула я. Мышцы под моими пальцами превратились в тугие канаты. Борз медленно приподнял голову и направил на меня хищный взгляд. – Ты же хочешь, признайся. Зачем сопротивляться, Милана? Мы теперь – муж и жена. Нам можно. – Я не хочу. Это ты хочешь, а не я. Да, мы муж и жена. Но только по бумагам. Ты, конечно, можешь взять меня силой, но даже этого ничего не изменит, Борз! – Ты знаешь, что я этого не сделаю, – отвечая мне ледяным взглядом, недовольно протянул он. – И ты так же должна знать, что я не откажусь от этой идеи. Его ладонь скользнула вниз, до резинки трусиков. Поддев её пальцем, Борз прошептал: – Чтобы сделать тебя своей. – Твоей? – я горько усмехнулась. – Ты, правда, думаешь, чтобы я стала твоей, тебе обязательно нужно заняться со мной сексом? А как же моя душа, мое сердце, мои чувства? Прошло шесть лет, Борз! Многое переменилось! Я уже отвыкла от тебя, у меня был жених… Повторяюсь – я не знаю тебя! А ты хочешь, чтобы я по щелчку, отдалась тебе! – Все-таки, наверное, придется его грохнуть, – выпрямляясь и садясь так, то мои ноги оказались меж его бедер, прошипел он. – Не трогай Эдика! – я чуть приподнялась на локтях, чтобы хоть немного ощущать себя увереннее. – Он не при чем! Это тебя не было рядом! А раз ты не торопишься рассказывать мне где ты был, то и не смей требовать что-то от меня! – Как ты его защищаешь, Милаш. Мне это не нравится, – взирая на меня сверху вниз, процедил Борз. Его пальцы чуть надавили мне на бедра. Кожа в этом месте запульсировала, но я постаралась проигнорировать это ощущение. – Ты лучше меня знаешь, что Эдик тут не при чем. Не надо впутывать его в свои грязные игры. Если хочешь наказывать – наказывай тогда меня. Может, тебе полегчает. Мрачная улыбка поползла по его смуглому лицу, он чуть приподнялся, и я уже подумала было, что Борз встанет и уйдет, но… Через секунды он резко развернул меня так, что я вжалась лицом в покрывало, и, не давая мне пошевельнуться, навалился сверху. Господи! Какой же он тяжелый! Вдавливаясь в мое тело всем своим весом так, что у меня заныли ребра, Борз прижался губами к моему затылку и зашептал: – А ты, оказывается, провокатор, Милашка. Хочешь, чтобы я наказал тебя? Может, это твои эротические фантазии? Его ладонь звонко шлепнула мне по бедру. Не больно, но ощутимо громко. Стыд захлестнул меня горячей волной. – Скажи, и всё будет. Скажи что ты хочешь, – сжимая мое бедро, пообещал Борз. Боль в душе стала почти невыносимой. И слова требовали, чтобы я выпустила их наружу. – Я хочу, чтобы ты снова завоевал меня… Чтобы я вновь полюбила тебя, Борз! Лишь когда это случится – я буду готова тебе отдать всю себя! – сдерживая рыдания, произнесла я. Борз замер. Я чувствовала пульсацию в его теле, ощущала напряжение, охватившее нас обоих. Дышать становилось все труднее, но куда труднее было просто существовать – лежать, раздавленной человеком, которого я когда-то так любила, и понимать, какая пропасть теперь была между нами. – Хорошо, – Борз прижался губами к моему правому плечу, но то был совсем другой поцелуй – не жадный, а… Нежный что ли. – Я услышал тебя.