ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Несмотря на то, что Эдуард тоже был высоким, я видела, что на фоне Борза он выглядел, как мальчишка перед взрослым мужиком. Ну не было у жениха ни такого разворота плеч, ни этой пружинящей, хищной походки, ни устрашающего блеска глаз… Я вновь испытала чувство вины перед Эдуардом. Я не хотела, чтобы он пострадал из-за меня, а то, что тот пострадает – я не сомневалась. Эдик, присматриваясь к противнику, не решался атаковать первым. Пальцы его рук то сжимались, то разжимались, а лицо приняло нервное выражение. Таким я видела Эдика лишь когда папа требовал от него какой-то отчет. Видимо, Борз счел это утомительным, потому что он с вызовом прогремел: – Что-то долго! И следом кулак Борза врезался прямо в лицо моего жениха. Раздался хруст, кровь хлынула из его носа и алым потоком начала заливать его накрахмаленную, белоснежную рубашку. Мама заверещала, стоявшая рядом со мной тетя Валя начала ойкать, папа взревел и стал материться, а Борз с довольной ухмылкой глядел на валяющегося на полу Эдуарда. – Ну, хотя бы попытался, – дерзко улыбнулся Борз. – Пять очков за попытку, двойка за подготовку. Не готов ты еще жениться, парниша. Не обижайся, если что. Не для тебя Милана – теперь ты и сам понял это. Борз подошел к моему отцу и, впечатав в него взгляд, угрожающее произнес: – Сергей Александрович, мой тебе совет, хотя я знаю, что ты меня не послушаешь, сиди смирно. Мы сейчас уедем с твоей дочкой, а ты, если будешь хорошо себя вести, возможно как-нибудь увидишься с ней. – Сережа, сделай что-нибудь! – голос мамы сорвался на крик. Я обеспокоенно посмотрела на неё – её лицо было бледным, губы дрожали. Бедная мамочка, всегда такая собранная, строгая, сейчас была похожа на испуганную, маленькую девочку… Сердце сжалось от сочувствия к ней. – Что ты хочешь, чтобы я сделал, Лида? – папа качнулся на стуле. – Ты что, не заметила, что я привязан?! Голос папы был злой, настолько злой, что это добило маму. Она, всхлипнув, достала носовой платок и принялась промакивать им глаза. – Борз! – позвала я. Громко, может даже, с вызовом. – А я всё ждал, когда ты позовешь меня, очаровашка, – Борз одарил меня многообещающей улыбкой, от которой я почувствовала странный жар в груди. – Весь во внимании, говори, – продолжил Борз, буравя меня взглядом. Понимая, что бездействие лишает меня сил, я сделала несколько шагов и остановилась почти в центре зала. Грудь моя тяжело подымалась-опускалась, меня трясло, но я все еще была полна решимости высказаться. – Зачем всё это?! – я взмахнула рукой. – Зачем весь этот цирк? Что тебе нужно? – А ты не поняла еще, Милашка? – Борз выразительно изогнул темную бровь. – Что я должна была понять? Ты уехал, бросил меня, а теперь заявился на мою свадьбу, избил моего жениха, связал папу, напугал моих маму и тетю… Зачем, что тебе нужно?! Взгляд Борза помрачнел, и сам он стал каким-то холодным. – Придет время – узнаешь, – ледяным тоном произнес он. В два шага оказавшись рядом со мной, Борз схватил меня за локоть. – Поехали, очаровашка! – Я никуда не поеду с тобой! – я вырвала руку из его пальцев и сделала шаг назад. – Не поеду! – Ну, как знаешь, – по губам Борза пробежалась издевательская улыбка, и не успела я понять, что происходит, как он быстро схватил меня и перекинул через свое плечо…