Глава 28. Максим

Последний раз поджилки у меня тряслись в школьные годы, когда злая учитель физики всячески заваливала меня на экзамене. Но сейчас я снова боялся. Стойко стоял в коридоре с букетом цветов. А сам боялся, что Аня швырнет им же в меня.

Жена подошла ближе.

— Привет. Это тебе. — голос хрипит, сказывается нервное напряжение.

— Спасибо. — она робко улыбнулась и приняла букет.

— Пап, ну что ты стоишь в коридоре? Проходи. Да, мам? — Настя с надеждой посмотрела на Аню.

— Конечно, проходи. — жена смотрела на меня сегодня по-другому, не как на врага.

Я поцеловал Настю, а потом присел рядом с Софией.

— Как дела, милая?

Я видел в своей жизни тяжёлых пациентов. Но вчера, когда услышал по телефону плач дочки, сердце ушло в пятки.

При беглом осмотре понял, что скорее всего, перелом. Понимал, что ничего страшного. Но перепугался за дочку. Слишком маленькая ещё. Не хотелось, чтобы она испытывала боль.

— Все хорошо, пап. Только спать тяжело было из-за гипса. — пожаловалась младшая дочь.

— Это пройдет. Скоро снимут. Зато потом будет что вспомнить. — я ласково посмотрел на Софию, а она улыбнулась мне в ответ.

Как же похожа на Аню. Такая же светлая улыбка, глаза лучезарные.

— Поужинаешь с нами? — Аня держалась сдержанно.

— С удовольствием. — я не мог сдержать улыбку.

Боялся сказать лишнее слово, лишь бы снова не начать очередной скандал. Лёгкое перемирие между нами казалось таким шатким.

За столом было непривычно громко. В последнее время я привык есть в тишине, которая угнетала меня. Мне не хватало общения с дочками и женой.

На кухне Аня суетилась с лазаньей. От шикарного аромата, распространившегося по кухне, в животе урчало.

Настя раскладывала приборы. А Соня сидела рядом со мной.

— Как рука? Не болит? — спросил я.

— Нет. — Соня улыбалась.

Я посмотрел на дочек, они выглядели такими счастливыми. Показалось, что это от того, что мы снова все вместе ужинаем. Прямо как раньше.

— Что ты решил с работой? — осторожно спросила Аня, когда мы приступили к ужину.

— Я уже был на собеседовании. Меня берут в Центр хирургии ведущим специалистом.

Я старался говорить спокойно. Хотя испытывал гордость. И хотел, чтобы Аня порадовалась за меня.

Крупная клиника взяла меня на работу. Они предлагали хорошую зарплату. Работа обещала быть интересной. Вот только я до конца не был уверен, что останусь в Москве.

Я жил как будто на чемоданах. Понимал, что если Аня захочет вернуться в Санкт-Петербург, откажусь от перспективной работы и поеду за ней.

— Это же здорово, Максим. — Аня заулыбалась, когда услышала известное название клиники.

Было видно, что она искренне рада за меня. От ее улыбки сердце подскочило и звонко ударило в грудь.

— Ань, если ты захочешь вернуться в Санкт-Петербург, то я откажусь от должности. — я пронзительно смотрел прямо на жену.

Аня не отводила своего взгляда.

— Не надо отказываться. Максим, ты давно мечтал о подобной работе, практиковаться в хирургии. К тому же, я и девочки тоже живём в Москве.

— Ань, если ты захочешь... — начал я говорить про переезд.

— Не захочу. Максим, ты должен работать в этой клинике.

Голос жены звучал уверенно. Она уже не напоминала ту запуганную девушку, которая только недавно переехала в столицу.

Я с удивлением отметил, что в моей жене появилась непривычная решительность.

Но я так до конца не понимал — вместе мы или нет.

Аня сказала, что остаётся в столице с девочками. И ни слова обо мне.

— Ты ещё не закончил работать на прежнем месте? — Аня тщательно подбирала слова, когда девочки вышли из-за стола и ушли в комнату.

— Неделю осталось доработать. Ань, мне самому не терпится поскорее уволиться. Я не общаюсь с Ольгой и матерью после того юбилея.

Это была чистая правда. Сразу после празднования юбилея мама позвонила мне. Всегда сдержанная в словах, она кричала мне в трубку, что моя жена сумасшедшая, которая облила ее и испортила платье.

— Это все, что тебя беспокоит?! Платье?! — не мог поверить я.

— Это же настоящий шелк...

— Мам, ты чуть не разрушила мою семью! Спелась с Демник, которую я не люблю!

— Максим, Оля хорошая и умная женщина. Не то что...

— Мам, я Аню люблю и буду любить! Она мать моих дочерей! Твоих внучек, между прочим! — перебил я.

— Оля мне как дочь. У нее и клиника своя. — не унималась мать.

— Вот и общайся с Олей! — я бросил трубку.

Больше родителям не звонил. Все ещё был обижен. Мама тоже проявляла гордость. Либо просто наслаждалась общением с Демник.

Ольга делала попытки уговорить меня остаться на работе. Но я ей больше не верил.

— Максим, ты лишаешь себя отличной работы из-за прихотей своей жены. — настаивала Демник.

— Я сам хочу уйти. Не могу здесь работать больше.

— Максим, не разрушай свою карьеру. — уже мягким голосом говорила Ольга.

— Трусы зачем подкинула?! — я смотрел прямо на нее.

— Она ведь поверила в твою измену. Потому что дура.

— Оль, я доработаю как положено. И больше ты меня не увидишь. — мой голос прозвучал уверенно.

— Думаешь, ты кому-нибудь будешь нужен в Москве кроме меня?! Вот увидишь, тебя нигде не возьмут на работу! Уж я позабочусь об этом! — впервые я видел Ольгу в ярости.

После того момента мы больше не общались, избегали друг друга. И уж конечно, я не сказал Ольге о том, что уже прошел собеседование в крупный Центр хирургии.

После ужина Аня и девочки проводили меня до двери. Я поцеловал дочек.

— Пап, ты завтра придёшь? — в один голос спросили они.

Я посмотрел на жену. Она улыбнулась.

— Пока. — я подошёл к Ане и поцеловал ее в щеку.

Волна непередаваемых эмоций захлестнула меня. Я как будто заново прочувствовал нашу любовь — такую чистую, чувственную и страстную.

— До завтра. — прошептала Аня, в глазах которой я увидел любовь, ради которой был готов на все.