Глава, в которой надежда сменяется шоком

– Обряд проведем через три дня, – сообщает как ни в чем не бывало принц и вгрызается в птичью ножку, – Небо готово, Служитель ждет, даже Его Величество и Первый Всадник согласны.

– А ничего, что труп моего «мужа» только-только отправили в Изнанку? – поперхиваюсь.

– И не факт, что он дошел, а не превратился в Предка, который будет преследовать нас вечно, – мрачно заявляет Ирдвик

– И тогда за ним отправится изнаночная тварь и сожрет нас по пути, – ухохатывается Давин.

Меня передергивает.

Я этого грубоватого карвара с его идиотскими шутками не люблю еще с момента, когда он меня за зад полапал в твердыне. И он не сделал ничего, чтобы исправить впечатление. Но Вардрик считает его надежным.

А сейчас меня – и себя – надо окружать исключительно надежными людьми. И слугами, проверенными Пламенем. И стражами из личных стражей короля и Первого Всадника. В общем-то толпа получается нехилая… Но я не возражаю. Мне так спокойней. Если надоедят – всегда можно уйти к драконам.

Да, во множественном числе. С того утра, пять дней назад, дней, полных разбирательств, волнений, снова допросов, обсуждений среди карваров, к которым меня, слава Богу, привлекали, и даже – о чудо! – немногословных и редких, но все таки диалогов с Вардриком, у драконьей парочки произошло немало изменений.

Во-первых, Нюша и Беляш относительно помирились. Договорились так уж точно.

Во-вторых, установили график пестования драгоценных яиц, чему я очень рада. Да и все рады, кроме, пожалуй, карвара Беляша. Маркиз появился на «нашем» балконе только однажды, с весьма недовольным лицом, раздраженно глянул на меня, на яйца, на Нюшу, и, фыркнув, удалился. Нюша на это, конечно, фыркнула еще громче и язвительней.

В-третьих, мне кажется, у них есть будущее. Вчера я застала умилительнейшую картинку: два дракона сплелись в единый инь-ян и заснули так, приткнув яйца в теплый клубок из своих тел. Посмотрела… и ушла прочь, решив не тревожить на вид эфемерное счастье. Несмотря на все обиды, Нюша явно оттаяла, да и я не пыталась раззадорить ее, чтобы помучала Беляша подольше – к чему бы это привело хорошему? Я искренне буду счастлива, если сложится нормальная драконья семья.

У меня вот тоже были обиды. И если бы я на них ориентировалась, то никаких разговоров и планов на будущее не строила. А лучше смотреть вперед.

– Ты уверен, что для обряда сейчас место и время? Мы еще не распознали всех врагов – они могут воспользоваться. Не лучше ли подождать, когда ситуация будет разрешена? – хмурится Вардрик. Межбровная морщинка у него уже не разглаживается – слишком много забот. С возможными врагами, с возможным – или невозможным – проклятием, с нашим Единением и потенциальными проблемами. Кое-что я и сама понимаю, чем-то он делится, но о некоторых вещах могу только догадываться по тому, что почти не отдыхает. Не избегает меня, нет. Скорее настолько занят, что буквально урывает минутку, чтобы встретиться со мной в наших прежних покоях.

Да, мы снова живем вместе. Только с дополнительной охраной.

Почему сейчас «льзя», а до этого было «нельзя» до меня так и не дошло. Правила и мораль этого общества местами мне не понятны.

– Как раз известие об обряде и сам обряд их подстегнет, – продолжает жевать Керр. Мой ужин, между прочим. Только мне кусочек не лезет – а ему хоть бы хны!

– Обряд как ловушка, а Наталина как приманка? – голос герцога становится много холоднее, – Ты не слишком ли много на себя берешь… брат?

– Мы не разрубим этот узел без риска, брат, – отбрасывает легкомысленный тон серебряноволосый эльф, – Слишком много на нем накручено, слишком тОлсто. Сколько лет ты избегал возможной правды? А все это время твои враги пели победную песню.

– Я чего-то не знаю? – вмешиваюсь в диалог.

И это тоже изменилось.

При мне разговаривают.

Мне позволяют вмешиваться.

Мне дают возможность также взять ответственность за собственную жизнь.

Действует успокаивающе, несмотря на ситуацию.

– Проявились новые обстоятельства, которые не хотели быть проявленными, – несколько туманно и грустно поясняет Ирдвик.

– Относительно… предыдущего обряда и твоей сестры? – я сглатываю.

– Да.

– Небо…

Некоторое время мы молчим.

Потом вяло обсуждаем не слишком значимые детали – ни у кого сил, кажется, не осталось. Поздним вечером и в обычное-то время нет сил, а сейчас – почти военное. Да, мы ведем войну против невидимого врага.

А это тяжелая ноша.

Мужчины расходятся. Я полагаю, что и Вардрик пойдет по своим важным делам, но он откидывает голову на спинку кресла. Глаза закрывает. А когда покои пустеют, встает и отходит к окну.

В свете яркой луны столица видна особенно хорошо.

– Что еще тебя беспокоит? – встаю рядом с ним.

– Так хорошо уже знаешь меня, Наталина?

– Чувствую. Расскажи мне.

Молчит. Но недолго.

– Получается, мои ненавистники были правы. Это все из-за меня. Не потому, что проклятие моего рода продолжает действовать. А потому, что те, кто жаждал уничтожить меня, уничтожал близких именно мне людей. Я не понимаю их выгоды, но… Из-за меня.

– Ты не можешь нести за это ответственность. За выбор тех, кто решил стать тебе ближе. Или был таким по роду.

– Могу!

– Нет, не можешь. Ты можешь нести ответственность только за себя. Но не унижай других тем, что считаешь их идиотами, неспособными самим принять решение.

– О чем ты?

– Взять даже сестру Ирдвика. Ты же видишь, он ни в чем тебя не обвиняет. Потому что и у него, и у его сестры было право выбирать. Они выбрали. Закончилось плачевно. Но это был их выбор.

– А вот маркиз меня обвиняет…

– Не всем же быть умными.

– И ты тоже выбрала?

Поворачивается ко мне. Смотрит. Внимательно. Буквально в голову пробирается, в сердце, растекается по венам горячечной потребностью и робкой надеждой. Я научилась за его хмурыми взглядами и серьезным лицом видеть многое. Может оно там всегда было, только я была слепа. Может появилось недавно.

В любом случае результат один – нам с ним по пути.

– Я выбрала. Или Небо. Я же свалилась не на какого-то непонятного дракона, а на твоего. Явно не просто так. Не обесценивай мой выбор. Или выбор других.

Делаю шаг к нему.

Совсем небольшой. Я ведь близко стою.

Обнимаю.

И долго-долго держу в молчаливых своих объятиях, как бы странно это ни звучало. Или смотрелось – наверняка странно смотрится. Он же в два раза больше.

Но это не имеет значения для исцеления. У которого, пожалуй, самая простая и самая сложная формула из всех возможных. Исцеление – это время плюс границы плюс кислород.

«Выделить время для близкого человека. Обозначить четко границы совместного мира. Наполнить ваше пространство кислородом. Любящими глазами. Любовью»

Когда-то прочитанные слова обретают, наконец, смысл.

– Наталина…

– Я здесь.

– Могу я…

Прерывается. Целует потому что. Не спрашивая больше. Да и я не уточняю.

Можно все.

У нас, конечно, грандиозные планы. Ну там свадьба, первая ночь, Единение. Все под роспись, чтобы не придраться. Но иногда хочется не по плану. Или просто хочется. Или просто настолько надо, что никакое хочу рядом не стояло.

Иногда стоит относиться, что предлагает Вселенная – или мужчина рядом – как к тому, что правильно именно сейчас.

Мы много раз уже целовались с Вардриком. Но наверное впервые в полной уверенности, что принадлежим друг другу.

Мы много раз были на грани признаний друг другу. Но, наверное, еще не готовы, чтобы слова были произнесены.

Мы говорим другим способом. И пока так.

Пока я таю в его руках. Пока горячий жар его рук греет мою кожу и душу. Пока длится ночь…

Но где длится – и где Наташа?

Стук в дверь слишком громкий, чтобы его игнорировать. А ворвавшегося младшего принца игнорировать так и вовсе нельзя. Как и его слова.

– Дракона отравили!

– Что? – пугаюсь я.

Какого дракона?! Неужто Нюшу?

А их могут отравить?!

Но потом становится еще страшней.

–  И яйца украли!