Глава, в которой смерть соседствует с надеждой

– Ты представляешь, он мне не поверил!

– Хмрпырс.

– Такой слушал, слушал, а потом ка-ак посмотрит обиженно: типа я от тебя, Наталина, такой фигни не ожидал. Могла бы и честно со мной, раз я с тобой по-честному.

– Фосгсгврс!

– А я, между прочим, поверила ему сразу. Когда он заявил, что да, готов был рискнуть, поправ всякие правила, и встать между мной и Пламенем.

– Щашашватыттчттчьяьб!

– Знаешь, что, терпи. Мне тоже не слишком-то весело тебе все рассказывать, а не Нюше. Я вообще не ожидала прийти сюда и обнаружить вместо любимой драконицы не самого любимого дракона. Но девочке нашей надо отдохнуть, а мне – выговориться. Как видишь, за ночь я никак не успокоилась. Так что ты за всех будешь отдуваться. Общественно-полезные работы так сказать.

Мы с серебряным замолкаем и смотрим друг на друга… а потом он мученически вздыхает и укладывает морду поближе к яйцам. Дышать.

А я возобновляю свой рассказ и хождение по башне.

– Вардрик, конечно, молодец. Меня защитить был готов, из зала суда увел, в психушку не сдал или что здесь есть аналогичного… ну, когда я все рассказала. Но и не поверил. Точнее, не совсем поверил. Он считает, что других миров не бывает, потому что нигде они не упомянуты – а я это как бы придумала, чтобы оправдать самозванство. Что я просто подменила погибшую невесту. Или что-то в этом роде. И не то чтобы он обвинил меня во лжи, но предположил, что головой я ударилась сильнее, чем предполагала. Или ночь с драконом мне слегка навредила… В общем, я обиделась!

Новый мученический вздох.

– Да, обиделась. Я тоже могу. А главное что… мое доказательство в той книге, где про другие миры говорится, оно же не годится ни разу. Представь я ему расскажу, покажу. А он… разное может решить. Я же… я же должна иметь запасной вариант, правда? И какой он запасной, если я о нем всем буду рассказывать?

– (Непереводимая игра слов)

– Считаешь, что я нехорошо поступаю? – вздыхаю и присаживаюсь возле серебряного. Приваливаюсь к его боку, как я привыкла с Нюшей делать. Может быть не стоит так с тем, кто у меня в голове проходит под кодовым именем «Беляш». Но привычка она такая… – Я может тоже так считаю. Вардрик ведь на проклятие забил, на свое отшельничество и прочие обстоятельства… шаги мне навстречу делает. Уверен, что суд решит дело в мою… в нашу пользу – всех слишком впечатлила моя речь и произошедшее. В общем, вполне себя видит меня в своей жизни, получается. А я никак не могу определиться. С одной стороны, в этом мире всякая дичь творится. И не факт, что я про всю знаю – постоянно что-то новенькое лезет. Мой же понятней и безопасней, наверное. Но зато здесь… я к Вардрику…

Звук шагов заставляет меня насторожиться и замолчать.

Это точно не слуги – те были ранним утром, я сразу после них пришла. Не смогла валяться в постели. В новой, кстати, – после моего «обиделась» и герцогского «Наталина, думаю ты сама веришь в то, что говоришь, но ты же понимаешь, что это неправда» Карвар проводил совсем в другие покои.

Я тогда так устала, что даже не стала выяснять, почему.

А с утра и спрашивать некого было…

Герцог.

Один.

Знает где меня найти.

– Наталина… – начинает говорить и тут же осекается, когда видит серебряного. – Они…

– Договорились, как полагаю. Для меня тоже была неожиданность.

– Хм. Наверное, хорошо.

В голосе его нет уверенности.

Да и сам он выглядит… не слишком уверенно. Хмуро, как всегда, но здесь что-то еще.

– У меня две новости, – вздыхает. И трет переносицу, как смертельно уставший человек.

Кстати, а он вообще спал?

С учетом того, что одет в ту же одежду…

– Хорошая и плохая? – я встаю, волнуясь.

– Как ты догадалась? – вскидывается.

– Обычное дело, – машу рукой. – Давай… давай с хорошей начнем.

– Советники отказали Хорру в его праве. И назначили тебя свободной от всяких обязательств.

– О… Это же замечательно?

В моем голосе вопрос именно потому, что радостным он не выглядит.

– Да. В том числе потому, что теперь нет повода обвинить меня в чем-то…

– А в чем тебя можно обвинить? – удивляюсь.

– Это вторая новость. Хорр найден мертвым.

Дыхание сбивается.

Я терпеть не могла это недоразумение, я в какой-то момент искренне желала, чтобы он сгинул – Хорр мог причинить мне столько зла, как ни один другой человек в моей жизни, только по счастливым обстоятельствам это не случилось…

Но я точно не могла обрадоваться его смерти.

И тоже сочла это плохой новостью.

Всегда плохо, когда умирают прям посреди столь важных событий.

– Тебя же не обвинят? – делаю шаг к нему.

– У меня не было причин. Зато с десяток свидетелей, чем я занимался этой ночью. Мне вовсе не жалко его – считаю Небо уготовило ему эту участь еще раньше, но по каким-то причинам замешкалось. Плохо другое…

– Его убили те, кто направил сюда, – вздыхаю.

– Да.

– Но вы же следили… – звучу растеряно.

Карвары и правда следили.

Давно и отчетливо всем понятно было, что мой… уже точно умерший муж не мог сюда добраться просто так. И столь вовремя. За ним следили – за мной присматривали. Отслеживали все его перемещения и общение. Особенно перед судом. Особенно во время суда. И после…

Ну, я так думала.

– Он был найден мертвым в своей запертой спальне, – морщится.

– Тайный ход? – всплескиваю руками.

– Яд.

– Но слуги проверены…

– И один исчез.

– Да что ж такое! И никаких ниточек?

– Ниточек?

– Следов? – поправляюсь, потому что здесь так не говорят. Поправляюсь, не смущаясь и не поясняя больше. Я, черт возьми уже рассказала, что из другого мира. Не поверил? Его проблема.

Из меня буквально плещет раздражением…

Стараюсь не расплескать.

Я ведь понимаю, откуда это. Страх всегда порождает агрессию и злость. А я боюсь. Получается… и меня могут не защитить?

– Пока никаких, – качает головой герцог. – Наталина, если ты переживаешь, что и с тобой…

– Конечно переживаю! Потому что не могу не думать, что дело вовсе не в проклятиях. Что если у твоих проклятий есть вполне зримое объяснение? Что если у последнего из рода Карваров есть враги? Меня всеми силами пытались отделить от тебя – зачем? Потом решили, что проще даже уничтожить с помощью пламени, чтобы хоть так не допустить… чего? Я снова блуждаю в потемках… – голос срывается на крик.

И раздражение, и страх уходят, уступая место давящей тревоге.

– Но теперь я вместе с тобой, – говорит примирительно. Шагает ко мне. Обнимает за плечи и привлекает к своей груди, – У меня не было повода считать, что происходящее с моим родом – происки врагов. Тому были причины, возможно я тебе не точно их привел, но немилость Неба вовсе не человеческих рук дело.

– Может не с родом – но с тобой? Здесь ты тоже уверен? – я стискиваю пальцами его рубаху, сминаю доспехи.

Медлит.

– Да… Нет… Не знаю. У тебя очень необычный взгляд на обычные вещи, Наталина. Я вспоминаю твое поведение, слова и… порой мне кажется, что ты действительно сказала правду, когда «призналась».

– Так может пора на самом деле в это поверить?

– Тогда мне придется поверить и в то, что ты можешь исчезнуть так же бесследно, как и появилась,– отвечает серьезно и глухо. – А я так… не готов.

И я замираю в его руках. В лицо краска бросается, хотя мне вроде бы не должно быть стыдно за свои желания и сомнения, но прямо сейчас – стыдно.

Кажется, он впервые настолько откровенен.

Могу ли я ему ответить тем же?

Уверена ли я?

Как там у нас говорят – не уверен, не подходи?

У нас…

А где это «у нас»?

Черт возьми, я, кажется, вообще забыла о своей прошлой жизни. Думала исключительно с позиции «там было проще», «там было безопасней». Там у меня любимая работа. Любимые подруги. Родители. С гарантией.

Были.

А здесь?

Есть ли у меня что-то гарантированное здесь?

Во всяком случае я живу в этом «здесь». Прямо сейчас. Может этого уже достаточно? И пытаясь всячески избежать этого сейчас я делаю себе только хуже?

Однажды мне сказали, на очередное требование мое «доказать» и «подписаться», что если мне нужны гарантии – мне не нужна жизнь. Сказали и покинули эту самую жизнь, аккуратно прикрыв дверь, а я потом жаловалась девчонкам, что это не я была требовательной и регулярно пилила своего сожителя на тему обязательств. Это он не хотел их брать на себя!

А готова ли я сама взять обязательства? Так вот согласиться – не известно на что?

– Я не исчезну, – внезапно для себя принимаю решение. Поднимаю голову и смотрю на Вардрика. – Во всяком случае по своему желанию. Или из-за своих страхов. Придется тебе терпеть меня… всегда. И если ты сейчас скажешь какую-то глупость, что ты не то имел в виду и вообще мимо пролетал…

– Не скажу, – отвечает тихо, не отрывая от меня взгляда.

– Или опять начнешь переживать, стоит ли нам проводить обряд и все прочие действия…

– Не начну.

– Или в ответ на мое намерение поцеловать тебя отвернешься…

– Не отвернусь.

– А еще ты позволишь мне завести драконий детский сад…

– Конечно… Что? – смотрит с недоумением.

– Ну это на будущее, – «успокаиваю», – Вардрик, я хочу сама воспитывать и выращивать дракошек. Карваром мне не быть – даже если найдется дракон для меня, общество не позволит. И я готова с этим смириться, чтобы в этом обществе жить. Но когда мне рассказали, что малышей можно выращивать и заниматься ими… мне кажется это мое призвание. Идеальная будущая профессия.

– Профессия? – он совсем сбит с толку.

– Работа.

– Но женщины не работают.

– А я буду!

– Хм.

Он хмурится. Ну, как обычно. А потом вдруг его лицо разглаживается и Вардрик спрашивает осторожно:

– Наталино, верно ли я понимаю… что мы сейчас проговариваем некоторые вопросы нашей … будущей жизни?

– Очень некоторые, – бурчу смущенно и снова прячу лицо у него на груди, – А потом целый список будет.

Грудь вибрирует от сдерживаемого смеха.

– Вообще-то ты уже согласилась на обряд и Единение. На все. И мы почти начали. Так почему у меня такое странное ощущение, что согласие я получаю именно сейчас?

– Потому что тогда это было "надо". А сейчас – "желаю".

И правда ведь хочу!

Хочу вместо попыток найти неизвестную дверь в мое понятное прошлое, почувствовать, наконец, что я живу. В настоящем. И пусть будущее слишком туманно, если я сейчас не начну его создавать, оно так и останется туманным. И не слишком мне подвластным.

–  Твое желание – мой полет, Наталина, – отвечает мне охрипшим голосом и крепко прижимается губами к моим губам.