Глава 49

Моя любовь грустна, И я не знаю сна. Мне судьбина суждена Бедного Тристана… Боже, взвиться бы нежданно Ласточкой летучей! Вот лечу к ней утром рано, Обгоняя тучи, А она лежит, румяна, Всех на свете лучше. - Сжальтесь, Донна! В сердце рана Словно пламень жгучий! Бернарт де Вентадорн. Трубадур. «У любви есть дар высокий» Ответить я не успела: словно из ниоткуда на нас с принцем налетел ураган, закружил по коридору, пытаясь сбить с ног. И, похоже, это явление было явно не природным, так как ураган шипел, визжал, рычал, никого не стесняясь. Не знаю, что сделал принц, но через несколько секунд ураган исчез, оставив на полу двух взъерошенных животных, ну, и нас с его высочеством, в том же состоянии. – Маринка, спасай! – Шарик резво вскарабкался по моему платью на плечи, и я поняла, что эту тушу следует посадить на жесткую диету. – Он! Он! Я, между прочим, раритет, мыслящий кот! А он! – Съем, – отрезал Пушок с пола. – Вот! Слышишь?! Ты обязана меня спасти! Я беспомощно обернулась к принцу. Нет, ну а что? Подарить щенка была идея его родичей, вот пусть теперь и разгребает последствия этого необдуманного поступка. – Одного – в казармы, стеречь солдат, другого – в подпол, гонять мышей, – пообещал его высочество, внимательно разглядывая стену перед собой. Жестоко. Но действенно. Пушок, все еще скаля зубы, отошел к стене напротив, Шарик слез с меня, в кои-то веки молча. – Лоринара Мариса, думаю, нам следует продолжить наш путь, – голосом завзятого придворного сообщил принц, подавая мне руку. Пришлось принять ее и надеяться, что, оставшись без присмотра, Шарик с Пушком не разнесут крыло дворца. – Не беспокойтесь, – принц в очередной раз почувствовал мои эмоции, воспользовавшись нашей связью, – они будут вести себя идеально. Первые полчаса так уже точно. Угу, будут. Особенно Шарик. – Ваше высочество, может, их расселить? – И куда вы собираетесь убрать вашего кота? Я удивленно вскинула брови: – Почему его? – Ронирский пес – подарок членов императорской семьи, – опять в голосе ирония, – мои родные не поймут, если вы попытаетесь от него избавиться. Логично. Но… – Они с Шариком прибьют друг друга. – Ваши растения их разнимут. Мои кто?! Ох, боги… Я и забыла о свои новых подданных… – Кадки уже расставляют по всему дворцу, – добил меня принц, явно с удовольствием. – Может, мне носить какой-нибудь амулет? – мрачно спросила я. – Чтобы силу контролировать? – Нельзя перекрывать магические потоки, лоринара Мариса, – любезно просветил меня принц, – это скажется на вашем здоровье. – Ваше высочество, – не выдержала я, – признайтесь честно: вам доставляет удовольствие вся эта ситуация?! – Еще какое, – открыто улыбнулся принц. – Без вас, лоринара Мариса, во дворце было очень скучно. Ну, вот и поговорили. Мысленно торжественно поздравив себя со званием главного клоуна его высочества, я с удовольствием закрылась в своей спальне. Клоунам тоже нужен отдых. А принц пусть развлекается на стороне. Переодевшись в домашнее платье в темную клетку, я залезла на кровать, посмотрела в окно. Небо хмурилось и обещало разродиться унылым и холодным дождем. Последние сутки существенно похолодало. Похоже, наступала зима. Мне повезло: я попала в этот мир летом, когда не нужно было задумываться об отоплении, шубах и сапогах. И вот теперь, в середине осени, я с ужасом думала о том, что было бы, если бы судьба решила надо мной поиздеваться и перенесла в суровую зиму или дождливую осень. Климат здесь высокой температурой не отличался… В дверь постучали, так, как никогда не стучат слуги: с уверенностью, что тебе откроют, не могут не открыть. Значит, кто-то из высшей аристократии. – Войдите, – крикнула я. На пороге появился Андрей. Почти угадала. – Спишь? – Думаю. Брат хмыкнул, сел в кресло напротив меня. – Мы через час уходим порталом – осваиваться у эльфов. На свадьбе твоей с женой точно появимся, можешь не мечтать. Я неопределенно дернула плечом: – Как тебе в роли представителя высшей аристократии? – Я это переживу. Маринка, не трусь. – Много ты знаешь… – Может, и не очень много, но тебя-то я точно знаю. Долго. И вижу, как принц на тебя смотрит. Ты ему нравишься. – В качестве любовницы. Брат покачал головой: – Ты, Маринка, трусиха. Я промолчала. Может, и трусиха. Но… Блин, сколько всего этих «но». И его пофигистичное отношение к бастардам, и мое социальное положение, да хотя бы мое дело, в конце концов. Кто даст принцессе заниматься сводничанием? Правильно, никто… – Просто так избранными не становятся, – продолжал капать на мозги Андрей. – Я сейчас Пушка с Шариком позову, – не выдержала я, – хватит меня жизни учить. – Кто ж тебя еще поучит, остальных ты отшиваешь, – ухмыльнулся Андрей и поднялся. – Постарайся не разнести этот несчастный дворец по камешкам до моего следующего здесь появления. Дверь закрылась. Я мрачно выругалась. Трусиха. Ага, уже. Не трусиха. Реалистка.