25. Воспитание

Марина.

Неделя пролетела очень быстро. Я кормила детей и днем и ночью, хотя парни мое благородство не оценили и постоянно ворчали, что надо себя беречь. Вот еще, буду их слушать. У меня опыт воспитания двух детей, а у них что – ничего. Эх мои первые детки… Как же я по ним скучаю…

Молока пока хватало. Девочки очень быстро прибавляли в весе, такими темпами через месяц мне все равно придется вводить в их рацион прикорм. Мужья очень сильно мне помогали: качали, купали и меняли пеленки за детьми. Подгузники это хорошо, но мы же не на улице гуляем – пусть кожа дышит. Тем более у нас суперкрутой шкаф химочистки, вместо стиральной машинки с порошками, который был абсолютно безопасным для детской одежды.

Короче, все было зашибись, кроме двух вещей. Первое, я считала, что детям необходим и полезен родной воздух Галогерии и настаивала на обратном перелете на планету. Вроде приведенные аргументы убедили парней, но компромиссом договорились, что это произойдет не ранее, чем через шесть месяцев.

А во-вторых, меня красивую, неповторимую и умную женщину никто не воспринимал, как любимую. И это очень бесило. В век их технологии медкапсула заживила мне всё за один день и подлатала мой внутренний детородный орган, подтянула животик и убрала все растяжки. То есть я выглядела сейчас со своим увеличенным четвертым размером груди просто шикарно. Позвонив тайком Нанель, я проконсультировалась с ее подругой Санель, которая принимала у меня роды и выяснила, что мне можно заниматься сексом в каком хочу режиме. Как я была счастлива! Только вот парни почему-то не обращали на меня внимания, как будто у них наступил послеродовой депресняк, а не у меня. В общем, каких-то телодвижений и поцелуйчиков в мою сторону, после того как я очухалась, я не заметила. Что меня опять жутко напрягло, и в голову полезли дурные мысли, а не завели ли они кого-то себе на стороне? И тут же отмела эту мысль в сторону, так как они не вылетали все это время из дома.

Поэтому еще каких-то пару дней я придумывала диверсионную атаку на их тела и вроде сообразила, что хотела раньше проверить теорию о том, спят ли они ночью голыми. Решив начать пробивать броню с мягко-уступчивого Краашша, я как агент 007 ринулась на цыпочках по коридору в сторону его спальни. Дети после последнего вечернего кормления спали спокойным сном, а Тармаан должен был принести их где-то через два или три цикла, когда они захотят покушать. Не успела я сделать в темноте и пару шагов, как чьи-то руки подхватили меня и понесли обратно в спальню. Занеся и положив меня на кровать, кто-то включил приглушенный свет и зарычал голосом Ташшша: – Ты почему не отдыхаешь? У тебя уже круги под глазами от недосыпа.

Я покраснела. Ну не могу же я ему сказать, что хочу секса и шла, чтобы удовлетворить свое желание к его брату. Молчу, опустила глаза, подобрала ноги, обхватила руками коленки. Тишина. Что ж он не уходит? Я вскинула глаза и покраснела еще больше. Совсем забыла, что на мне был прозрачный до колен красный пеньюар, а под ним ничего нет. И села я в такую позу, что открылся очень интересный видок на мое горячее местечко. Ой, а взгляд-то у него какой нехороший стал, глаза сверкают, губы поджаты, руки в кулаки сжал. Не поняла, чего это он злится? Что я не так сделала? И что мне теперь делать?

Вздохнула. Поняла, что с таким настроем меня быстрее придушат, чем я получу то, что хочу.

– Марин, я жду ответа, – как-то зло выбросил он слова. Руки перед собой сложил и уставился на меня немигающим взглядом.

– Понимаешь, – я начала (расскажи историю так, чтобы тебя не прибили за слова), – я захотела водички, – и так невинно посмотрела и облизала пересохшие губы, что да, да, прям от жажды помираю.

Ну, вот ни капельки он мне не поверил, только дышать сильнее стал и взгляд еще больше потяжелел.

– Очень интересно, – сглотнул он, – а ничего, что кухня в другой стороне?

– Дааа? – удивлено протянула я, – Ой, а я, наверное, в темноте направлением ошиблась, – и глазками главное хлопаю так, как глупая.

Ташшш не спеша подошел к кровати. – А это на тебе, что одето? – прохрипел он.

О, батенька, вот вы и попались. Посмотрев на себя и вскинув на него глаза, я поняла, что оказывается, это он понял, куда я шла и сейчас злится, наверное, что не к нему первому.

– Ташшшичек, – я развернулась и уселась, поджав под себя ноги. К сожалению, с моими мужчинами только правда прокатывает. На каком-то своем, зверином чутье, они понимают, когда я вру, а когда нет. – Я молодая девушка и мне хочется ласки, – я закрыла глаза, чтобы не видеть издевающегося надо мной его выражения лица, – иногда.

– А ты разве хочешь? – удивленно спросил он.

Чтоб меня. Я распахнула глаза и уставилась на его ошарашенный вид. – Что значит, хочешь? – заикаясь, пролепетала, – я же не монашка. Конечно, хочу.

– Но у самок есть право не допускать до своего тела три месяца после рождения детеныша, – продолжал он убивать меня своей правдой. – Ты разве не воспользуешься этим правом?

И тут я захохотала. От всей абсурдности ситуации. Это что, если бы я сегодня не устроила вылазку, меня бы так никто и не просветил насчет очередной фигни про самок? И три месяца у моих парней и у меня был бы целибат?

– Ну, вы и …, ик, – я не могла ничего больше произнести, потому как насмеялась до икоты, – тормоза… ик. А спросить не пробовали? Ик.

Короче, за водой все равно пришлось идти. Я махнула на него рукой и пошла на кухню. Сделав пару глотков воды и вытерев слезы от смеха, я развернулась лицом к Ташшшу.

– Короче, вы конечно молодцы, что заботитесь обо мне и детях и все такое. Но давайте, хоть иногда интересоваться моим мнением. Ясен пень, я не из вашего времени и не знаю еще до конца всех очевидных для вас вещей. Насчет секса я не против. И уж три месяца терпеть не намерена. Пусть ваши долбанутые самки страдают ерундой. А я не такая, – все, вроде до конца высказалась.

Упс. Меня резко схватили за ноги и посадили на стол, раздвинув бедра, и впечатались в мое естество чем-то большим и горячим.

– Вот ты и попалась, – Ташшш разорвал мою тоненькую тряпочку и схватился за тяжелые груди. – Детка, я дорвался до твоего тела и теперь до утра не отпущу.

Я сглотнула от такого обещания, но все равно потянулась за поцелуем.

Ташшш.

Моя и только моя. Никому не отдам. Сдернув с себя трусы и высунув опухший и супертвердый член, который у меня не падает уже две недели, я приставил его к маленькой киске. Да, она уже влажная и только для меня. Я впился в ее сосок и прикусил его зубами. Молоко брызнуло мне в рот, и я посмаковал с удовольствием ее грудь. Давно хотел это сделать. Марина охнула и вцепилась в мои плечи руками. Недолго думая, я потянул ее ноги на себя и насадил свою красавицу. По ушам резанул ее сладкий стон, который подстегнул меня к дальнейшим действиям. Боль в паху проходила, а я снова и снова, стоя возле стола, нанизывал ее на себя. Это сумасшествие длилось недолго. Как только я ощутил сокращающиеся спазмы ее стенок на своем члене, я со стоном излился в нее. Переведя дыхание, я, не вытаскивая из киски своего довольного друга, подхватил ее за попу и понес в свою комнату для продолжения.

Марина.

Это было здорово. Но мне кажется, что в конце я от удовольствия закричала и, учитывая, какой слух у ребят, то можно к нашему дуэту еще ждать пополнения.

Так я и думала. Не успел Ташшш присесть на кровати, как дверь отворилась, и показался всклокоченный Краашш с горящими глазами. Представляю со стороны, в каком виде он нас застукал. Ташшш подтянул меня на себя так, что разлегся на постели, а я как всадница уселась на нем.

– В верхнем ящике, – бросил он слова Краашшу, медленно лаская и кружа своим языком вокруг моих вершинок. Я выгнула спину, поддаваясь вперед и цепляясь руками за простынь. Одной рукой он обводил контуры моей груди, а второй нащупал на холмике напухший клитор и проводил по нему своими горячими пальцами.

– Солнышко, – Краашш куснул меня за ушко и коснулся моего тела легким недоверчивым прикосновением. – Ты, правда, не против? – такого глупого вопроса от него я не ожидала, учитывая ситуацию, в которой сейчас находилась.

– Ммм, нет, конечно, – мурлыкнула я. Происходящее мне все больше и больше нравилось.

Краашш.

Недолго думая, я быстро достал из ящика смазку, густо намазал свой член и пристроился к попке любимой. Как хорошо. Медленно введя его в дырочку, я закрыл глаза от блаженства. Наращивая темп, через два миницикла я уже кончил. Неудача. Надеюсь, Марина не будет обижаться на меня за такую скорую реакцию. Я и так долго ждал, хотя и не показывал своим видом. Еще бы день и я точно, не дожидаясь окончания трехмесячного табу, зажал ее где-нибудь в углу. Молодец Ташшш, как-то ее уговорил. Не выходя из самочки, продолжил медленно вбиваться. Все равно он у меня не упал, теперь хочу посмаковать этот процесс подольше.

Марина.

Боже, я сейчас опять кончу, в который раз… Отрываются по полной программе. Уже, наверное, цикла два точно прошло. Если сейчас еще и Тармаан прискачет, я точно без сил сползу на пол. Блииин. Помяни черта.

– Не, ну где справедливость? Пока я укачиваю ваших голодных детей, вы тут развлекаетесь! – пытаясь возмущаться, сдерживая улыбку, проговорил он.

Я подорвалась вскочить с кровати и тут же со стоном свалилась обратно. Между ног и сзади саднило, словно я только что лишилась своей девственности несколько раз. Ааа, теперь несколько дней буду ходить враскорячку.

– Совсем мою девочку замучили, – Тармаан нахмурил брови. Краашш и Ташшш практически выглядели виноватыми, но их довольный вид вылезал наружу.

– Я детей покормил, ваша задача их уложить, – серьезно проговорил Тармаан. О, умеет ведь включать начальника, когда хочет. – Я займусь Мариной, – с этими словами он подошел ко мне и нежно приподнял мое вялое тело. Отнеся меня в мою спальню, он помог мне помыться, обтер и положил в кровать. Сам он тоже разделся, прилег со мной рядом, обнял и всё. Никаких поползновений или обычных шуточек, я от него не услышала.

– Зая, а ты чего молчишь? – не выдержала я и развернулась к нему лицом.

Он улыбнулся, провел по щеке пальцами и произнес: – Марина спи. Через три миницикла дети проснутся, ты не сможешь встать, – он усмехнулся, – после такой любвеобильной ночи.

Я смутилась. Вот не могу и всё. Меня теперь чувство вины будет гложить, что я буду дрыхнуть, а муж неудовлетворенный рядом лежит. Удивляясь своей смелости или может сказать уже распущенности, я протянула руки к нему и обхватила оба члена. Мммм, хи-хи. – Один хорошо, а два – лучше, – потянула я. Нежно поглаживала его обе части от основания до кончика и смотрела на лицо. Интересно ведь, нравится ему или нет.

Тармаан задышал сильнее и схватился за мои руки, останавливая их: – Марин, не искушай, не сейчас, – хрипло он произнес.

Чего? Чтоб мне отказали? Щас, еще по три раза щас. Разбежалась. Будем биться напролом, хитростью.

– Ну хорошо, – нежно я сказала, – можно только поцеловать тебя?

Тармаан опустил мои руки, а я, опираясь руками на постель, вроде как потянулась за поцелуем, но в последний момент сменила направление и уперлась губами вниз к его паху. Со всей нежностью и ласковой настойчивостью я целовала его кончики.

– Марин, – зашипел парень, – это запрещенный прием.

– Нет, я же не уточнила куда, – поспешно ответила, пока он меня не отстранил. Добавив к губам свой язычок, я проводила им медленно и обсасывала самый краешек. Второму достались только мои ручки.

– Марин, это не похоже на поцелуй, – застонал парень, который не двигался с места.

– Это французский поцелуй с языком, – сказала я и несильно прикусила его плоть. Тармаан дернулся и схватился за мою голову. Наконец-то, хоть какая-то реакция. А то говорит надо спать ля, ля, ля. Как будто я сама не знаю, что мне надо. А я как раз знаю, что хочу и сейчас делаю. Усевшись поудобнее, я обхватила верхний член губами и всосала его в рот, нижний зажала между своих грудей. Не знаю, каким образом, но мне все удалось разместить внутри и на себе и тут я стала отрываться по полной программе. Всегда хотела познать, как это иметь власть над мужчиной. Нехитрыми для меня телодвижениями, Тармаан задышал еще сильнее, крепче вцепился в мои волосы и начал направлять меня. Он застонал, а я загорелась небольшим желанием и с каждым разом оно разгоралось во мне все больше и больше. И вот уже мы вдвоем мычим от удовольствия. Еще немного распаляем себя. Тармаан перехватывает, отстраняет меня, ставит на коленки, сам оказывается сзади и вгоняет резко внутрь оба члена сразу в мои дырочки. Вдалбливается и вдалбливается. О боже, на меня накатывает волной цунами и взрывается фейерверк перед глазами. Я закричала и откинулась лицом на подушку. Тармаан взревел и кончил в меня мощными струями. Класс. Я тут же отрубилась.