Артефакт всевластия, или истоки легенды о Соларе.

Прошло уже три сотни лет с тех пор, как закончилась самая разрушительная по своей силе и самая ожесточенная война в мире с названием Виреней. Тысячи и тысячи жизней было потеряно в той войне, длившейся почти столетие. Никто и не помнил, как она началась, из-за чего, но в какой-то момент небольшое столкновение между двумя маленькими королевствами переросло в мощное противостояние, которое затягивало все больше и больше государств. Уничтожались города, умирали простые люди, целые страны исчезали с мировых карт, а чародеи, обладающие силой, продолжали вести борьбу за власть. Разруха, голод, болезни. Казалось, еще немного, и человечество окончательно исчезнет с лица этого мира.

И вот в какой-то момент появился чародей, который собрал вокруг себя единомышленников и дал резкий отпор тем, кто не захотел встать на его сторону. Всех, кто продолжал борьбу за власть, подчинил своей воле. И война закончилась. И на месте всех разрушенных стран родилось новое единое государство. Виренейская империя. И возглавил эту империю тот самый чародей. Император Нейтон. Простой люд почитал Нейтона почти как Бога, ведь именно он избавил мир от бесконечных ожесточенных битв. С его воцарением на троне началась новая эра. Война стала лишь частью истории, строились новые и возвращались к жизни старые города и села, вновь стали процветать земледелие и животноводство, а в городах развивались ремесла, возрождались наука и искусство. А вот сильнейшие из чародеев, вынужденные подчиниться, только голову ломали, как это у Нейтона вышло то, что не получилось у них.

В ближайшем окружении императорской семьи ходили разговоры о страшном артефакте, который давным-давно попал в руки тогда еще молодого и совсем неопытного чародея Нейтона. Артефакт всевластия, так его окрестили те, кто даже примерно не представлял, в чем сила этого артефакта.

- И в этом заключается сила великого артефакта всевластия? – спрашивал молодой сероглазый чародей с копной светлых волос на голове – Я думал, этот артефакт может подчинить воле своего владельца сотни сознаний, или в одно мгновение лишить сил сильнейших из чародеев, превратив их в простых людей, а тут-то всего лишь…

- Всего лишь? – приподнял одну бровь собеседник молодого чародея и по совместительству его отец, могущественный лорд Эдвальд – Арнон, ты действительно не понял, какое могущество скрыто в этом артефакте, или просто делаешь вид? Пожалуйста, успокой меня, и скажи, что все же второй вариант.

- Эээ… – неуверенно протянул Арнон.

- Понятно все с тобой – недовольно поморщился Эдвальд – Вырастил сына, называется. Арнон, если умело, я повторюсь еще раз, умело! воспользоваться артефактом всевластия, то он на самом деле даст ту власть, о которой наш род мечтал с самого окончания великой войны. Нейтон когда-то смог, а значит, сможем и мы. Да, этот артефакт нельзя использовать при нападении, как меч или арбалет, или как разящие чары! Но как щит, как самый мощный щит, этот артефакт незаменим! Да ни один даже самый сильный чародей, даже десяток самых сильных чародеев, не причинят тебе вред, пока в твоих руках этот артефакт!

Эдвальд углубился в свои размышления, уже мысленно представляя себя, а затем и своего сына на троне великой Виренейской империи. А вот Арнон мечты отца не разделял, да и не понимал стремлений родителя. Молодому чародею казалось, что власть и так уже в его руках. Эту простую мысль он и озвучил.

- Отец, а нам-то зачем артефакт? Договор о помолвке с императорским домом уже заключен, через каких-то три года я стану мужем принцессы Солары, а когда не станет нынешнего императора, его место займу я.

Тяжкий вздох и укоризненное покачивание головой со стороны родителя.

- Ты никогда не станешь полноценным императором рядом с Соларой, Арнон. Ты будешь лишь мужем императрицы. Даже твоих детей будут воспринимать, как потомков Нейтона, а не как потомков нашего великого рода. А вот если нам удастся завладеть артефактом и правильно его применить, мы устраним помеху к трону в виде императора и его жены – чуть подумав, Эдвальд милостиво добавил – Но если уж тебе так приглянулась принцесса Солара, то ты вполне сможешь на ней жениться, потом, когда ее родителей не станет. Почему нет? Простой люд Нейтона до сих пор как какое-то божество почитает. А значит, твоя женитьба на его прямом потомке поможет народу быстрее смириться с мыслью о смене власти.

- Но тогда она совсем не захочет становиться моей женой – неуверенно произнес Арнон.

- А тогда ее согласие уже не будет иметь никакого значения. Любо замужество – Эдвальд прямо посмотрел на сына – либо смерть.

Нет, Арнона вовсе не ужаснули последние слова отца. Наоборот, на лице молодого чародея скользнула предвкушающая и даже немного нетерпеливая улыбка.

Ни сама юная принцесса, ни ее родители не подозревали о сгущающихся над их домом тучах. Все они родились и росли много позже окончания великой войны, не знали горестей и печалей. И тем страшнее стал для них удар, нанесенный ближайшим соратником императора.

Мятежники во главе с лордом Эдвальдом ворвались в императорский дворец в середине ночи, застав врасплох и стражу, и хозяев дворца. Император и его жена, а также их ближайшие кровные родственники были беспощадно убиты в ту же ночь в своих постелях, даже маленьких детей мятежники не пожалели: не хотел Эдвальд спустя много лет увидеть перед собой тех, кто смог бы отомстить и лишить его завоеванной власти. Знаменитый артефакт, наконец-то, оказался в его руках! А принцесса Солара оказалась в руках его сына Арнона.

- От того, что ты упрямишься, лучше тебе не будет – послышался за спиной голос бывшего жениха, который очень рассчитывал снова стать женихом настоящим, но Солара даже не обернулась. Ни видеть Арнона и его отца, ни говорить с ними у теперь уже бывшей принцессы империи желания не было. Со дня смерти ее родителей прошла неделя, и всю эту неделю Солара провела в темнице под городским домом ее похитителей. Маленькая сырая комнатушка с каменными стенами, без окон и с решёткой вместо двери. На ее запястьях поблескивали искрами блокирующих чар специальные браслеты, которые не давали ей возможности пользоваться своими силами.

- Я не понимаю тебя. Да, ты сейчас злишься, обижена – продолжал говорить Арнон, а Солара еле сдержалась, чтобы не закричать на него. Обижена! Разве это чувство она испытывает к людям, которые убили, уничтожили всю ее семью?! – Я ведь не любовницей тебе предлагаю стать, а законной женой. Ты снова будешь считаться принцессой, а когда не станет моего отца, трон займу я, и ты будешь рядом со мной. Станешь императрицей, как и было тебе предначертано.

Солара молчала и, по-прежнему, не поворачивалась. Теперь разозлился уже Арнон.

- Ну раз тебе так нравится здесь сидеть, то сиди! – выкрикнул он – Если ты думаешь, что мой отец позволит тебе когда-нибудь выйти из темницы, то ты ошибаешься! Может быть, я и уговорю его, чтобы он оставил тебе жизнь, но свободы ты точно никогда не увидишь! И браслеты с тебя тоже никогда не снимут!

Арнон развернулся и решительно зашагал в сторону выхода, перед этим как следует шарахнув железной решеткой, тем самым выплескивая свое раздражение и злость. Только тогда Солара повернула голову и успела заметить спину удаляющегося теперь уже точно бывшего жениха. И ведь совсем недавно она действительно не возражала по поводу брака с ним, более того, считала, что Арнон – неплохая для нее партия!

Напрасно бывший жених пытается соблазнить ее обретением прежнего титула. Не нужен он ей совсем, и свобода ей не нужна. Да и жить дальше, без родных ей людей, совсем не хотелось. Ведь ее семью уже не вернешь, а о замужестве, детях и думать сил не было. Хотелось только одного – отомстить обидчикам! А там уже будь, что будет… Но как это сделать? Да, Солара была сильной чародейкой, пусть еще и не очень опытной. При желании она могла весь род Эдвальда и Арнона уничтожить! Но с этими браслетами на запястьях она бессильна. Как от них избавиться? Идея мгновенно вспыхнула в голове у юной девушки, и она отчаянно забарабанила по прутьям решетки, прося стражников темницы позвать к ней Арнона.

- Мне сказали, что ты видеть меня хотела – Арнон явился довольно быстро, с видом победителя, и на Солару смотрел с таким превосходством, будто ни капли не сомневался, что рано или поздно она одумается и сама его позовет.

- Да, хотела – решительно заговорила девушка – Ты хочешь видеть меня своей женой, я согласна!

- Неужели? – протянул молодой человек – Я знал, что долго ты здесь не продержишься, хотя уже сомневаться начал. Солара, хочу внести ясность: мы не будем ждать три года до твоего восемнадцатилетия, как это оговаривалось с твоими родителями. Поженимся в ближайшие дни! И после замужества никаких капризов, как всю предыдущую неделю, когда ты даже говорить со мной не желала, я от тебя не потерплю! Ты поняла меня?

- Поняла. Никаких капризов – смиренно проговорила девушка и тут же добавила – Но у меня будет условие.

- Что за условие? – изогнул свою бровь Арнон. Солара кивком указала на свои запястья.

- Браслеты – произнесла она – Их должны снять до того, как я стану твоей женой.

- Солара, дорогая моя, ну неужели ты считаешь меня таким глупцом? – рассмеялся мужчина.

- Это мое единственное условие. Я не прошу снять их прямо сейчас, пусть это сделают хоть перед самым алтарем, но браслеты должны быть сняты до того, как наш союз будет скреплен чарами.

- А если меня не устраивает это твое условие?

- Ты, конечно, можешь жениться на мне насильно – согласилась Солара и прямо посмотрела в глаза собеседника – Но в этом случае твой дом превратится в бесконечное поле боя! Я никогда не оставлю попытки избавиться от браслетов, а когда сделаю это, я тебя просто уничтожу. Ты знаешь, что я смогу, мои чары сильнее твоих.

Взгляд Арнона прошелся по фигуре стоящей перед ним девушки, задержавшись на лице, как бы оценивая, насколько реальна ее угроза.

- Я дам свой ответ позже – произнес молодой человек и покинул темницу. Вернулся он только ближе к вечеру, и Солара с облегчением услышала его ответ.

- Мы с отцом обдумали твое условие. И да, браслеты снимут с тебя перед самым алтарем. А ты сегодня же принесешь скрепленную чарами клятву, что никогда не применишь свои чары к кому-то из нашей семьи!

- Договорились! – Солара взяла Арнона за руки и произнесла, глядя ему в глаза – Жизнью клянусь, когда стану твоей женой, я не причиню вред своими чарами ни тебе, ни членам твоей семьи!

При этих словах искры на браслетах Солары засверкали ярче, пытаясь сдержать выбивающуюся наружу силу девушки, вот от браслетов по рукам вверх поползли золотые нити, которые добрались до макушки головы и рассеялись. Клятва была принята.

- Что же – удовлетворенно произнес Арнон, который даже не сообразил, что его теперь уже невеста поклялась не применять к нему чары только после скрепления их брака, а не до – Я думал, с этим будут проблемы, но раз ты сегодня такая послушная… - молодой человек оглянулся по сторонам и слегка поморщился – Думаю, больше нет смысла держать тебя здесь, я велю приготовить тебе комнату, подходящую твоему статусу. Тебе нужно хорошенько подготовиться, наша свадьба состоится в ближайшие дни!

Спустя пять дней в главном храме столицы Виренейской империи собрались сотни гостей, свидетелей свадьбы. Те, кто не уместились внутри, ожидали снаружи храма, на окружающей его площади. Людей собралось столько, что казалось, будто абсолютно все жители столицы и ближайших деревень пришли посмотреть, действительно ли Солара согласится стать женой наследника нового императора.

Весть о том, что власть в стране сменилась лишь за одну ночь, уже облетела все государство. И народ пребывал в раздумьях: смириться с новой властью, или взбунтоваться? Хотя, противостоять сильнейшему артефакту, который теперь в руках Эдвальда, и сильнейшим чародеям, которых Эдвальд успел переманить на свою сторону, не хотел никто. В памяти и простых людей, и чародеев еще были живы рассказы об ужасах войны, прекращенной великим Нейтоном. И повторения той войны никто не хотел.

Вот на площадь перед храмом въехал огромный и роскошный закрытый экипаж, слуги тут же метнулись к дверцам этого экипажа и услужливо их распахнули. Первым перед взорами собравшихся предстал новый император, а уже следом за ним из экипажа выбрался его сын, принц Арнон, и его невеста.

Солара была одета в закрытое голубое платье, ее светлые волосы заплетены в косы, и все, кто стоял близко, могли увидеть на ее запястьях поблескивающие чарами браслеты.

- Все же не по своей воле замуж она идет – зашептались люди.

- Конечно, не по своей. Кто бы по своей воле замуж за убийц своих родителей пошел?

Предупреждающие взгляды стражников – и разговоры в толпе мгновенно смолкают. А вышедшая из экипажа троица во главе с императором шагают внутрь храма.

Главный жрец центрального храма, одетый в длинный белый балахон с красной окантовкой на подоле, уже ждал молодоженов и при этом нервно теребил края страниц из книги, текст которой ему предстояло зачитывать перед собравшимися. Император занял свое место среди собравшихся гостей в первом ряду, а Солару, то и дело оглядывающуюся по сторонам, Арнон уверенно потащил к алтарю.

- Ты обещал – твердо произнесла девушка, остановившись в нескольких шагах от жреца и прямо глядя в глаза жениха.

- Обещал – поморщившись, согласился Арнон и быстро переглянулся с отцом. Эдвальд ответил коротким кивком, и на кончиках пальцев его сына блеснули серебряные искорки. В тот же миг браслеты на руках Солары щелкнули и открылись.

Не дав никому опомниться, девушка отскочила от своего жениха, а ее саму окружила светящаяся полупрозрачная сфера. Стража нового императора попыталась схватить Солару, но сфера отпружинила всех обратно, не дав прикоснуться к ней даже пальцем.

- Ненормальная – высказался Арнон – Ты же сама все испортила! Сама себя погубила!

- Солара – укоризненно покачал головой Эдвальд, а в его руке сверкнул чарами тот самый великий артефакт, заставив всех присутствующих в храме отступить подальше от чародея, а некоторые и вовсе сбежали, воспользовавшись тем, что двери оставались открытыми – Я, конечно, предполагал, что ты совершишь какое-нибудь безумство, но все же рассчитывал, что ты умнее. Ты же понимаешь, что пределы храма ты не покинешь, да и защиту долго удерживать не сможешь. И к тому же, теперь мне придется тебя убить.

- Пусть так! – ответила девушка – За прошедшие дни я уже смирилась с тем, что мне придется умереть! Но и вы, лорд Эдвальд, долго радоваться своей победе не будете! Отец никому не говорил об этом, но артефакт всевластия не случайно оказался в руках у Нейтона. Он с детства знал о его существовании, ведь создан артефакт был его прадедом еще до начала великой войны.

- И что с того? – усмехнулся Эдвальд – Какая разница, кто его создал? Сейчас-то он у меня!

- Разница в том, что артефакт всевластия беспрекословно подчиняется лишь тем, в ком есть отголоски чар его создателя, потомкам императора Нейтона. А с вами артефакт может провернуть очень злую шутку.

- Отец… - испуганно залепетал несостоявшийся жених.

- Молчи, Арнон. Не видишь, девочка решила нас немного попугать.

- Вы можете думать все, что вам угодно. Но я надеюсь, что если не получится у меня, то именно артефакт заставит вас пожалеть о содеянном.

- А ты, значит, надеешься заставить меня пожалеть о содеянном? И как же ты планируешь это сделать, деточка?

По лицу Солары скользнула едва заметная улыбка. Сфера вокруг нее чуть уплотнилась, приобретая красноватый оттенок, в главном зале храма стало заметно теплее. А вокруг запястий девушки появился серый дым, которого становилось все больше и больше. Сфера ему не препятствовала, и дым стал расползаться по всему залу, заставляя всех оставшихся в нем людей и чародеев с криками разбегаться прочь. Вскоре внутри остался лишь сам Эдвальд, уверенный в своем превосходстве и в силе артефакта, и его сын. Впрочем, в Арноне особой уверенности видно не было, он прятался за спиной отца и мечтал, чтобы все это поскорее закончилось.

- Я проклинаю вас, лорд Эдвальд – выдохнула Солара, тяжело опустившись на колени – Вас и весь ваш род!

- И снова ты совершаешь глупость – рассмеялся император – Ты все свои чары в проклятие вложила. С артефактом я избавлюсь от этого проклятия очень быстро, каким бы сильным оно не было. А вот ты, лишившись всех своих сил, умрешь очень и очень скоро.

- Я знаю – тихо, из последних сил, произнесла девушка – Пусть я умру, но судьба подарит мне еще шанс, и через годы я смогу переродиться вновь. И посмотрю на мир Виреней таким, каким сделаете его вы…

С последними словами Солары сфера вокруг нее вспыхнула настоящим огнем, а спустя считанные мгновения на месте, где только что была молодая девушка, осталась лишь горстка белого пепла.

- Она что, убила сама себя? – потрясенно прошептал молодой чародей из-за спины отца.

- Идиотка – прокомментировал Эдвальд – Настолько облегчила нам задачу.

- А что нам теперь делать с… этим? – спросил Арнон, указывая на сгущающийся вокруг них серый дым. Император Эдвальд не ответил. Подняв артефакт всевластия высоко над головой, он послал ему мысленный приказ защитить их от надвигающейся опасности, и артефакт послушался. Вокруг чародеев появилась такая же сфера, что еще недавно окружала Солару. Сфера росла, увеличивалась, а соприкоснувшись с серым дымом, мгновенно рассеялась. И сам дым в тот же самый миг из серого стал белым. Покружив немного вокруг мужчин, он стал медленно рассеиваться.

- Вот видишь – довольно произнес в конце концов Эдвальд – И нет больше никакого проклятия.

- Ты уверен?

- Оно сменило цвет, а затем и вовсе рассеялось, не коснувшись ни тебя, ни меня. Не думай об этом больше. Солара сама решила свою судьбу. А уж подходящую жену мы тебе точно подберем, года не пройдет.

На следующий же день новым императором был издан указ: «Произошедшее в главном храме не вспоминать, не обсуждать, и никогда ни при каких обстоятельствах даже имени Солары не упоминать. И даже девочек и женщин, которых родители при рождении нарекли именем Солара, в обязательном порядке переименовать. Всех, кто указа ослушается, казнить!»

Арнон действительно женился спустя всего полгода после смерти Солары, еще через год у него родился сын, потом еще один. Власть Эдвальда, как он того и хотел, только крепла. Если первое время и вспыхивали небольшие бунты из недовольных, то бунты эти быстро подавлялись. Народ постепенно смирился. И даже прямой запрет на имя Солара со временем все стали воспринимать, как должное. На какое-то время Эдвальд даже позволил себе расслабиться.

Лишь спустя десятилетия, под самый закат своей жизни, он понял, что проклятие Солары вовсе не рассеялось бесследно, а артефакт всевластия действительно сыграл с ним, да и со всем миром, очень злую шутку.