Глава 4

Возвращаясь той же дорогой, я едва узнал место, где остались тела бандитов. Ближайшие лавки то ли поспешно закрылись, то ли их владельцы благоразумно решили исчезнуть на время. А возле тел уже толпились две группы — человек по двадцать в каждой. Между ними кипел яростный спор: голоса звучали всё громче, резкие фразы гремели одна за другой.

Во главе одной группы стоял здоровенный мужик со шрамами на лице, которого я уже видел здесь несколько дней назад. В руке он держал странную штуковину, похожую на короткий металлический прут. Он нервно то выдвигал его, то складывал. Я присмотрелся и уловил слабое мерцание энергетических узоров на его оружии. Судя по всему, это какая-то артефактная телескопическая дубинка.

— … Ты сейчас точно доиграешься, Игнат! — донеслось с противоположной стороны. — Вас ведь всех предупреждали!

Слова принадлежали главарю второй группы. Он выглядел не так внушительно, как Игнат: смуглый, слегка полноватый, в чёрной рубашке, нарочито заправленной в брюки так, словно специально хотел подчеркнуть упитанный живот. Однако внешность была обманчива: Дар его был неплохо развит. Правда, до мощи Игната ему всё же было далеко — Дар укрепления плоти у здоровяка очень мощный, я отметил это ещё в прошлый раз.

— А ты точно этого хочешь, Черный? — хмыкнул в ответ Игнат. — Тут тебе не Брагино. Больно много суетиться ты стал…

Ага, теперь ясно. Черный и его ухари — брагинские, значит Игнатовские — южные.

Бойцы обеих сторон готовы были в любой момент сорваться в бой. Я чувствовал всеобщее напряжение. Чувствовал, как энергия бурлит в телах главарей. И чувствовал страх обычных бойцов, которые понимали, что могут не пережить следующие несколько минут.

Кто-то из толпы заметил мое приближение. Какой-то местный невзрачный мужичок в засаленной куртке дернулся и шепнул что-то на ухо Игнату. Тот медленно повернул голову в мою сторону.

Одновременно с другой стороны молодой парнишка подлетел к Черному и нашептал что-то уже ему.

Понятно — у обеих группировок на рынке есть свои глаза и уши. И сейчас осведомители сообщили хозяевам, кто именно прикончил тех пятерых.

Игнат медленно развернулся ко мне. Шрамы на его лице сложились в зловещую улыбку.

— А вот и он, — одобрительно произнес Игнат так, чтобы услышали все. — Сам пришел.

Второй главарь — Чёрный — тоже уставился на меня:

— Это ты их убил? — процедил он с ненавистью. Взгляд его метнулся к топору в моей руке.

— Я, — ответил ровно, подходя ближе. Я остановился на расстоянии от обеих группировок и продолжил: — Эти храбрецы впятером избивали одного каллеку. Жить им больше не зачем.

— Мне плевать, кого они там били, — прорычал он, шагнув ко мне. — Это были мои люди. И теперь ты…

— Погоди-ка, Чёрный, — перебил его Игнат, мотнув головой. — В последний раз повторяю: рынок — не ваш, территория — не ваша. Твои брагинские дикари уже несколько дней здесь беспредельничали. Скажи спасибо, что Андерсон терпелив. Но поверь мне на слово, Черный, терпение его отнюдь не безгранично. А уж про меня ты знаешь, — холодно осклабился он и усмехнулся: — у меня его вообще нет. Они это заслужили. И вы заслужите, если…

Но Чёрный словно и не слушал Игната. Он прожигал меня своим тяжелым и пронзительным взглядом, будто надеялся прочитать мои мысли или, по крайней мере, заставить меня отвести взгляд.

Разумеется, у него не получилось ни то, ни другое.

— Пятеро людей, — сказал наконец он, не отрывая от меня глаз. — Это косяк. Огромный косяк. Смертельный. Как будешь расплачиваться, парень?

— Ничего он тебе не должен, Чёрный, — хмыкнул Игнат. — Он нам услугу оказал — твоих шавок прибил.

На сей раз Игнат задел его за живое. Чёрный резко повернулся в его сторону и рявкнул:

— Шавки — это по твоей части, Пес! Или ты забыл? Говоришь, рынок не наш? А давно ли он вдруг ваш, а? Тебе напомнить, о чем мы в последний раз на Стрелке…

Но теперь уже Игнат не слушал оппонента. Он вдруг уставился на мой перстень, сощурив глаза в узкую щелку. И пока Черный что-то эмоционально вещал, но Игнат вдруг спросил меня:

— А тебя как звать-то, дружище?

И уставился на меня тяжелым взглядом. И взгляд этот был гораздо тяжелее, чем у Чёрного.

— Антон Северский, — спокойно ответил я.

Улыбка медленно сползла с его лица.

— Ты!!! — Игнат взревел так, что дрогнули ближайшие прилавки. От него во все стороны хлынула волна густой Силы. Дар укрепления плоти активировался на полную мощность, и Игнат, будучи не в состоянии обуздать эмоции, яростно топнул ногой о землю.

Брусчатка под его ступнёй лопнула. Трещины разбежались во все стороны, один из торговых лотков накренился и с грохотом рухнул.

И началось…

Напряженный до предела огневик из Брагинских не выдержал — мужик принял выброс Силы Игната за начало атаки, и тут же швырнул в него сгусток пламени.

Огонь ударил Игната в плечо, подпалив куртку. Тот даже не покачнулся, только рыкнул и махнул рукой своим. Южные уже давно были готовы атаковать и, получив сигнал командира, рванули в бой.

Да и брагинские сразу поддержали начинание своего огневика. Вспыхнули Дары, загрохотали выстрелы пистолетов, у кого-то под курткой оказался короткоствольный автомат…

Но в основном, конечно бились в рукопашную… Два потока тел схлестнулись над мёртвыми телами, превращая пятачок в месиво из кулаков, ножей и магии. Что занятно, стрелков обеих сторон почти сразу обезвредили. Грамотно.

Правда, во всей этой кутерьме был один человек, не обращавший на нее никакого внимания. Игнат, злобно хмурясь, шёл прямо на меня.

— Слышал о Стальном Псе, тварь? — бросил он.

— Вороны на помойках как-то упоминали, когда мусор выбрасывал, — отозвался я, прощупывая его Источник.

А заодно прикидывал в голове, как выстоять против такой мощи. И не просто выстоять, а победить так, чтобы не пострадало яйцо жар-птицы в нагрудном кармане.

Игнат все так же не обращал внимания на мелькающие вокруг тела, и, когда, один из брагинских попытался перехватить его, почти не глядя Стальной Пес врезал ему локтем в висок, отправив недотепу в полет с проломленной башкой.

Дубинка в руке Игната с щелчком раздвинулась, превращаясь в полуметровый стержень. Узоры на её поверхности налились багровым светом.

Пес атаковал быстро и стремительно — его дубинка со свистом рассекла воздух. Я ушёл в сторону, и багровое свечение пронеслось рядом со мной. Но враг и не думал останавливаться. Он лишь усилил свой натиск.

Я отступал, уклонялся и присматривался к его технике. Топор Святогора холодил ладонь, словно отзываясь на близость боя.

Игнат замахнулся снова, и я впервые встретил его удар топором. Там, где металл соприкоснулся с дубинкой, расцвёл морозный узор. Игнат отдёрнул руку, на его оружии остался тонкий слой инея.

Ледяной топор, значит… Самое то, что сейчас нужно!

— Ты завалил Федора, — прорычал Игнат между атаками. — Завалил Генку и его бригаду. Завалил людей Залесского.

— Они выбрали не ту сторону, — отозвался я, отбив в сторону его выпад.

Но Игнат словно был готов к этому — тут же атаковал вновь. И ударил с такой силой, что аж воздух загудел. Я снова парировал атаку, но почувствовал, как отдача прошла по всему телу. Шкатулка в кармане качнулась, и я инстинктивно отступил, прикрывая рукой левый бок.

— Пёс! — раздался крик откуда-то из гущи драки. — Брагинские в приоритете! Андерсон же велел!

Игнат на мгновение крутанул головой в бок. Там его люди теснили северных, но делали это с огромным трудом. Главарь брагинских отмахивался ножом сразу от двоих, а его огневик поджёг чей-то прилавок, за которым укрылось пара стрелков.

Пёс рыкнул и снова повернулся ко мне. В его глазах плескалась ярость.

— Ты, — процедил он сквозь зубы, — положил моих людей.

— Они пытались меня убить, — отозвался я, концентрируя Силу.

Игнат взмахнул дубинкой, и с её навершия сорвался сгусток багровой энергии. Атака получилась неконтролируемой — Сила просто отозвалась на ярость владельца. Так что сгусток энергии просто полетел в сторону…

Туда, где стояли ряды с животными.

Я рванул наперерез и рубанул топором. Лезвие попало по летящему сгустку энергии, и тот взорвался облаком ледяных осколков. Несколько льдинок разлетелось по сторонам.

Я ушел в перекат, чтобы погасить инерцию, но почти сразу оказался на ногах и рванул навстречу противнику. Сократив дистанцию, я ушел от очередного замаха и мощно ударил топором сверху. Но топор лишь оставил на предплечье Игната полосу инея, резанув куртку. Пёс даже не поморщился — отпрыгнув назад, он просто стряхнул иней, как пыль.

— Каждый раз тебе везло! — сплюнул он, снова готовясь сорваться с места. — Да, все они были дерьмом и слабаками! — Он атаковал, и дубинка загудела от переполняющей её Силы. — Но это моё дерьмо! Мои слабаки! И их смерть я тебе не прощу, мразь!

Удар обрушился сверху. Я выставил топор, принял удар на древко, и руки заныли от чудовищной мощи. Игнат всё давил, багровое свечение разгоралось, а от точки соприкосновения расходились волны жара и холода.

— Пёс! — снова позвал его кто-то из южан. — Они уходят! Брагинские отступают!

Игнат снова оглянулся. Противники действительно пятились к выходу, правда до сих пор продолжали ожесточенный бой.

Воспользовавшись моментом, я крутанул топор, сбивая дубинку в сторону, и ударил ногой в колено. Учитывая мощь Дара укрепления плоти, это все равно, что пинать каменную стену, но Игнат всё же качнулся и рыкнул от боли. Ведь и каменную стену можно сломать сильным ударом.

Чтобы развить успех, я тут же пустил в грудь врага воздушное копье. Увы, Игнат успел сконцентрировать Дар, и мое копье не смогло пробить его защиту — лишь слегка оттолкнуло Игната назад.

Он тут же попытался схватить меня обеими руками и загрести под себя, но я ушел в сторону и ударил воздушным кулаком по голове.

Удар получился мощный, но опять же не настолько, чтобы остановить могучего противника.

Бой продолжался, я вошел во вкус и поймал ритм. Игнат был силён, но вместе с тем и предсказуем. Каждый его замах начинался с лёгкого смещения веса на левую ногу. Дар укрепления плоти делал его тело невероятно крепким, но не менял законов механики.

Он замахнулся. А я не стал уклоняться — вместо этого шагнул навстречу и активировал очередное заклинание на топоре. Лезвие врезалось ему в бедро раньше, чем дубинка завершила дугу. Укреплённая плоть выдержала, но не полностью. Ткань штанов лопнула, и на ней расплылось тёмное пятно.

Первая кровь!

Игнат вложил кучу Сил, чтобы разорвать дистанцию. Заскрипев зубами, он взглянул на рану, и тихо зарычал. А затем тут же рванул в бой с удвоенной рвением. Я принял удар на древко топора, провернул оружие и полоснул врагу предплечье, рассекая рукав кожанки. Клинок вгрызся в плоть, и снова на землю брызнула кровь. И теперь ее было уже больше. Ледяные узоры на лезвии не давали ране затянуться, и Пёс это почувствовал.

Он вновь замахнулся дубинкой, но неожиданно, в самый последний момент сменил траекторию: вместо моей головы атаковал в грудь.

Шкатулка!

Я резко отклонился назад, выгибаясь так, что аж спина едва не хрустнула. Багровое свечение пронеслось в сантиметрах от груди, обдав жаром.

— Что? — осклабился Пес. — Задел что-то важное?

Он ударил снова, теперь уже целенаправленно в грудь. Я отбил, но удар был таким мощным, что мне пришлось влить уйму Силы, чтобы удержать воздушный защитный барьер.

— Пес! Сзади!

Пока шла наша дуэль, ситуация на основном поле боя снова изменилась — брагинские перестали отступать и начали напирать, дождавшись подкрепления. Один из «новеньких» как раз и пустил по Игнату зеленые электрические разряды. Это была не стихийная магия, а какое-то заклинание, но оно явно не удалось — Игнат отмахнулся дубинкой, прогнав через нее уйму энергии, чем и погасил урон.

Не теряя времени даром, я снова рубанул топором, и в тот же миг выдернул потоком ветра кусок брусчатки, о который запнулся Игнат. Чье-то тело пролетело между нами, затем кто-то выстрелил из пистолета по нам обоим, и мне пришлось взорвать подлецу оружие у него в руках.

Мы стояли с Игнатом друг напротив друга, не отводя глаз в сторону. Каждый был готов биться до победы. Каждый желал скорее начать следующий раунд, и…

Пришел туман. Он налетел словно из ниоткуда и в мгновение ока заволок поле боя. В этой серой пелене звуки приглушились, силуэты людей размывались все сильнее.

Я плавно выдохнул… И уже не спешил продолжать бой с Псом. Хотя мог бы и драться вслепую — Руну Ощещния давала мне неоспоримое преимущество перед другими.

Хотя Игнат, похоже, до сих пор не остыл. Я не видел его глазами, но чувствовал, что он хочет обойти меня стороной. Я слышал его тяжёлые шаги где-то справа, а потом зазвучал топот нескольких пар ног. Через Руну Ощущения я уловил приближение чужого слабого Источника.

— Игнат! — запыхаясь, выкрикнул кто-то. — Без тебя наши не вывезут! Нужно успеть, а то Андерсон…

— Да заткни ты пасть! — рявкнул в ответ Пёс, явно не желая заканчивать нашу дуэль.

В иной обстановке я бы тоже продолжил. Во только Срез делит время на «до» и «после». Имперские силы вряд ли позволят бандитам продолжать свои разборки средь бела дня практически в центре города. Раз случился новый Срез, наличие монстров проверяют везде. Вдруг они окопались, скажем в городской ратуше, или на заднем дворе какого-нибудь видного аристократа. Тут ведь проблема в том, что никто не знает, сколько именно монстров пришло, где они и какого ранга. Первые несколько часов после Среза все имперские силы мобилизованы.

Уже сейчас я слышал вой сирен и гул приближающихся тяжёлых машин СПС.

Пожалуй, острая фаза сегодняшнего конфликта завершена. Может быть, даже бандитов накажут?

Однако стоило мне об этом подумать, как Руна Ощущения, работающая на полную мощность и собирающая для меня информацию о действиях бандитов, донесла обрывки разговоров брагинских. Отступая сквозь туман, Чёрный шепнул кому-то из своих: «Виконт Кольцов прикроет, не ссы!»

Виконт… Значит, вот почему их горе-бойцы кичились, тем что им плевать на мой перстень.

Интересный расклад. Южные работают на некоего Андерсона, за прозвищем которого, как мне кажется, тоже скрывается аристократическая фамилия, а брагинские служат виконту Кольцову. Два серьезных аристократа расширяют свое влияние и зарабатывают деньги не только через официальные сделки, но и, по большей части, через «теневой» мир.

Да и леший с ними со всеми! Шкатулка цела, я тоже цел, а здесь на рынке силовые структуры хотя бы на пару дней порядок наведут.

Ну а я просто не могу игнорировать Срез и порождений Скверны. И потому, отбросив все лишнии мысли, я свернул до минимуму Руну Ощущения и влил энергию в Руну Реакции.

Почти сразу я почувствовал наличие Скверны где-то за пределами рынка. Не совсем близко, но достаточно, чтобы до нее добраться.

Пока туман не рассеялся, я рванул прочь, перехватывая поудобнее топор. И вскоре уже оказался за забором Сеного рынка. Времени на воскрешение Руха у меня осталось не очень много, но все приготовления уже почти завершены и разобраться с порождениями Скверны успею.

Тем более ритуал проводить нужно именно под покровом ночи, когда господствует Луна.