Глава 18. Квест «Пещера дьявола»

В Абакан мы прибыли около восьми часов утра по местному времени. Стоило выйти на воздух из душного аэропорта, как сразу захотелось укутаться в ветровку. В Хакасии было холоднее, чем я думала. Насколько мне известно, здесь затяжная осень и резко континентальный климат. Днем должно было быть теплее, но это знание не грело меня в тот момент. Поэтому я стянула с ангела толстовку, и тот остался дрожать и ежиться от прохладного ветерка.

Все равно он не способен простудиться!

Пока летели в самолете, мы почти не разговаривали. Костя переваривал информацию о том, что небеса прислали на землю тяжелую артиллерию, а я просто старалась не думать, что менее чем через двенадцать часов добровольно полезу в ад. Однако теперь у меня не было возможности повернуть назад и отказаться от затеи вытащить из преисподней Абаддон. Раз архангелы ступили на землю смертных, значит, дожить до старости нам не было суждено. Они пришли с одной целью – убить живые сосуды всадников апокалипсиса. Не будет переговоров, нам не дадут отсрочку, просто вернут в темницы, закрывая эту проблему раз и навсегда.

От мысли, что я оставила девочек одних сражаться с небесным воинством, мне становилось гадко на душе, и большая часть меня рвалась назад, чтобы наподдавать этим крылатым занудам пинков под их пернатые задницы, но я также понимала, что это не решит проблемы. А моя рискованная экскурсия по серным полям и пыточным угодьям могла все изменить раз и навсегда. Только поэтому я сошла с самолета и не рванула к кассам покупать билет назад. Нет, конечно, Савва нам уже приобрел заранее два, но я могла довести весь персонал аэропорта до нервного срыва, требуя вернуть меня домой немедленно. Хорошо, что у меня была цель, и я заставляла себя верить в то, что она важнее всего, ведь девочки верили.

– Запомни, Ви! Даже если только одна из нас станет свободной, это уже будет победой. А если это будешь ты, то безоговорочной победой. Не смей отступать! Ты же Война! – проводила промывку мозгов Люба, смотря точно мне в глаза и заставляя кивать на каждое ее слово.

Вера и Надя были солидарны со Смертью и тоже смотрели мне прямо в глаза, обещая одним только взглядом мне ужаснейшие муки, если я посмею отступить.

А ведь я хотела взять девочек с собой. Предложила им купить билеты и полететь с нами. Им необязательно было идти в ад, они могли просто подождать меня у входа, но это, увы, было невозможно.

– И как, ты думаешь, поступит Михаил, когда не обнаружит в городе и области ни одного всадника апокалипсиса? Сдастся? Да черта с два! – язвила Вера, скрывая за руганью сильное беспокойство.

– Она права, Ви. Архангелы используют ключи, чтобы отследить нас, и явятся в Хакасию, прямо к той самой пещере. Ты все равно не можешь взять нас в ад, так лучше мы здесь отвлечем от тебя внимание, чем поставим под угрозу всю миссию. – Надя, как всегда, говорила позитивно, пусть и пугающие вещи.

С моими боевыми подругами остались князья. Люци вызвал Вельзевула с Астаротом и Левиафаном для их защиты и помощи в бою. Все семеро грехов также обещали мне положить жизни, но не дать убить всадников. Но тут была одна загвоздка. Если грехам я безоговорочно доверяла, то, несмотря на силу князей и их сладкие речи, я не верила, что они будут стоять до последнего. Скорее всего, уйдут под землю, как только запахнет жареным. Поэтому, как только я смогла убрать режим полета со смартфона, то сразу же позвонила девочкам.

Взяли после третьего гудка. В динамике тут же зашумело так, что мне пришлось отстранить телефон от уха. Речь в том грохоте, что транслировался по связи, невозможно было разобрать. Я пыталась различить голос хоть кого-то, но тщетно. В какой-то момент с той стороны раздался выкрик такой мощи, что даже я расслышала.

– Выключи музло, мудозвон рогатый! Я не слышу нашу девочку. – Это совершенно точно была Вера.

После крика Чумы на том конце все затихло. Я уж подумала, что разъединили, но нет. Через несколько секунд на меня обрушился шквал глупых вопросов, бессвязный бред и паршивое пение. Мне понадобилось время, чтобы разобрать всю эту какофонию звуков. Когда получилось, я просто отключилась и убрала смартфон в карман.

– Все плохо? – обеспокоенно спросил Костя, отлавливая такси. Как назло, все до нас разобрали.

Я посмотрела на него слегка растерянным взглядом, так как еще не совсем отошла от услышанного, и отстраненно ответила:

– Да нет, все супер. У них вечеринка. – И я села в подъехавшее такси, не дожидаясь, когда ангел откроет для меня дверь. Уже внутри я начала переваривать все услышанное.

Во-первых, у них там действительно была вечеринка, по словам Веры, то ли пенная, то ли винная. Скорее всего, первое, ибо от вина так не разносит, или его должно было быть очень много. Во-вторых, Люба оформила пол-литра спирта и вовсю напевала песню Макса Барских «Сделай громче». Видимо, именно поэтому там было так шумно. На звуке сидел Левиафан и выполнял все просьбы всадников. В-третьих, вопросами сыпала Надя. Она все требовала от меня ответа, люблю ли я ее и как сильно, ведь она меня просто обожает до булочек в глазах. Предположительно, Надя не только пила, но и закусывала конфетами с коньяком. И в-четвертых, Вера оказалась самой трезвой и пыталась мне объяснить, что ангелы собирают силы и пока не планируют атаковать. Поэтому они устроили вечеринку, чтобы не сидеть в мрачном ожидании неизбежного. Однако под конец и Чуму понесло, ибо она заявила мне, что Астарот целуется лучше, чем Вельзевул, а Емеля кусается сильнее, чем Ирий. На «У Гора больше, чем у Саввы» я положила трубку, опасаясь услышать еще больше подобных наблюдений от вирусолога.

Я была очень рада, что девочки развлекались и думали о всяких глупостях, но кошмары следующей ночью мне были обеспечены.

Такси доставило нас сразу в контору, где можно было взять внедорожник напрокат. Если до села Шира мы могли доехать на автобусе, а оттуда до Топанова, то дальше без хорошего джипа было не добраться до пещеры. Можно было и пешком, но у нас не было на это времени. Война могла вот-вот начаться, и на счету была каждая секунда.

В машине я заснула. Сказывался напряженный перелет. В самолете я даже глаза ни разу не закрыла больше чем на секунду. Поэтому путь из столицы до самого Топанова для меня пролетел за мгновение. А вот дальше машину трясло по неровной насыпной дороге, и я проснулась. Когда мы съехали на разъезженную, но труднопроходимую тропу, дорогой это сложно было назвать, я окончательно проснулась.

– Готовься. Пещеры не похожи ни на что из того, что тебе доводилось видеть. Там на тебя могут воздействовать силы, неподвластные пониманию, – то ли пугал, то ли предостерегал ангел. Я кивнула в ответ. Стало еще страшнее.

– И галлюцинации. Часто в гротах видели шамана, что когда-то поклонялся дьяволу. Конечно, местные поклонялись не всем известному христианскому дьяволу, а скорее воплощению зла и властелину подземного царства, но какая разница, если в итоге они приносили в жертву животных и людей на пороге врат ада.

Действительно, разницы никакой.

– Мы приехали.

Внутри все опустилось, а язык был готов прилипнуть к небу, так сухо было во рту. Путешествие всей моей жизни начиналось. Костя вышел из машины и ждал, когда я сделаю то же самое. Я вдохнула поглубже, как перед прыжком в воду, и открыла дверь.

***

– Добро пожаловать в ад! – торжественно объявил князь и ухмыльнулся. Как никогда захотелось сделать шаг назад, а потом еще один, но пути назад не было.

Я стояла перед распахнутыми вратами в преисподнюю и ощущала себя героиней нашумевшего блокбастера в библейских масштабах. Только тогда пришло осознание, что я действительно собиралась спуститься в ад, тот самый, где кипят в масле грешники всех времен и народов. Это ужасало!

А все начиналось как поход спелеологов, точнее, спелеотуристов. Мы легко нашли вход в пещеру и спустились внутрь. Для этого даже не понадобилось альпинистское снаряжение, ведь мы не были людьми. Точнее, не совсем людьми. Пещера черного дьявола насчитывала пять гротов, связанных несколькими колодцами, где самые нижние в период паводков полностью затапливались. Вот и нам было не добраться до нижних ярусов, ибо там уже натекло прилично воды. Однако туда и не нужно было лезть. Из всех гротов с жуткими названиями нам необходимо было добраться до «Скелета». Это средний ярус, и он тоже иногда затапливается в сильные паводки.

Наскальная живопись, кости мелких животных в углублениях, летучие мыши и сталагмит в форме фаллоса, которому поклонялись шаманы, – все это заставляло цепляться за толстовку Кости крепче. Было не так страшно, как странно и не по себе. Иногда в процессе спуска мне даже казалось, что я видела странного человека в хламиде, амулетах, костях и с лисьей мордой на голове, а поверх шкуры торчали в стороны рога. Однако я списывала все на нервозность, необычный воздух и близость врат ада, что были активны. Неудивительно, что туристов не было. Их всех распугали эманации страха и боли, что источала преисподняя. Не будь я всадником апокалипсиса, уже забилась бы в какой-нибудь угол и пускала слюни от ужаса, но статус и сила обязывали быть стойкой.

– Какой ненормальный в здравом уме вообще сюда сунется? От пещеры за километр несет предупреждением, что здесь любопытных ждет смерть, – недоумевала я, прилипнув к спине Кости так, что ангелу уже было сложно двигаться.

Тогда ключ остановился, осторожно отцепил мои закоченевшие от сырости и холода пещеры пальцы от своей толстовки и повернулся ко мне лицом.

– Ви, когда врата не активны, людям ничто не угрожает. Однако здесь много культурных ценностей, особенно для народа Хакасии. Глупо полагать, что никто сюда не пролезет. Те же шаманы наведываются в гроты довольно часто и проводят свои ритуалы. Люди слишком любопытны, и возможная смерть недостаточное основание, чтобы не лезть сюда. Уж таков их род.

– Хм. Может, это не так и плохо. – Я чувствовала тепло рук Кости на своих и успокаивалась.

– Это совсем неплохо. Я никогда не встречал более отважных и самоотверженных существ. Поверь, ангелам есть чему у них поучиться. Поучиться у тебя. – Последнее ангел прошептал, медленно склоняясь ко мне и приникая лбом ко лбу.

Я замерла и посмотрела прямо в синие глаза тетраморфа. Наконец я могла сказать, что почти все вспомнила из своей прошлой, небесной жизни. Однако ничто не имело такого значения, как один-единственный факт: у меня на небесах была родная душа. Именно Костя, тогда еще в облике величественного орла, приоткрывал запертую наглухо темницу и составлял мне компанию все те долгие столетия. Его слезы я ловила и украшала ими стены в кромешной тьме, чувствуя исходящее от них тепло и печаль. Когда снова открывалась щель наверху, бриллианты преломляли свет и многократно отражали его своими гранями. В моей тюрьме становилось светло, а стены окрашивались во все цвета радуги. Появлялось желание жить, а не просто… Существовать.

– Спасибо.

Я говорила это не только за помощь с Аббадон и за то, что буквально перешел на нашу сторону, но и за ту заботу и нежность, что он безвозмездно дарил самому опасному существу на земле и небесах.

– Рано благодаришь. Да и не за что. Я же хотел вернуть тебя на небеса. – И он грустно улыбнулся, беря мое лицо в свои большие ладони.

– Мне кажется, а я редко ошибаюсь, что ты никогда не хотел возвращать меня в темницу. – И пристальный взгляд снизу вверх, что обескуражил тетраморфа.

Он открыл рот, стараясь придумать, как возразить мне, оправдаться или подтвердить мои предположения, но не смог. Костя просто рассмеялся и отпустил меня.

– Так ты помнишь. – Он прятал глаза и неловко улыбался, будто я раскрыла его самую позорную тайну.

– Тебе стыдно, что предал небеса, или за свои чувства к всаднику апокалипсиса? Ведь я была дорога тебе уже тогда. Я помню этот взгляд, полный сожаления и боли. – Я взяла его за подбородок и мягко повернула к себе. В глазах все те же эмоции, что я видела у орла в нашу последнюю встречу.

– Мне никогда не было стыдно за свои чувства. Я просто не осознавал, что они значат, и наделал кучу ошибок, за которые мне когда-нибудь гореть в аду. Но я все равно не жалею.

Ответ был твердым, и взгляд тоже стал уверенным и непоколебимым, как его воля. Костя неожиданно обхватил мой затылок ладонью и притянул к себе, целуя крепко и открыто. Он будто показывал, что никогда не станет жалеть о любви ко мне, и готов показать эти чувства всему миру, аду и раю. Ангел нехотя отстранился, еще несколько раз коснулся моих губ своими, мягко и ненавязчиво, лишь ради ощущения нашей связи, и после сделал шаг назад.

– Мы поговорим позже. Просто знай, что я всецело твой отныне и навсегда. Куда ты, туда я. Ничто этого не изменит. Я сделал свой выбор. – Костя сжал пальцы на моей шее, будто подтверждая истинность своих слов, и отпустил. – А теперь идем. Небесное войско не будет вечно ждать. Рано или поздно Михаил нападет.

Я была полностью солидарна с ангелом, поэтому последовала за ним уже увереннее и без страха. Все же ад страшнее какой-то пещеры. Вот где можно будет позволить себе немного нервозности.

В гроте «Скелет» нас ждал Мерихим. Демонам не нужно было добираться до места людским транспортом, достаточно перейти в нужную точку через ад, как они и поступили.

Князь заинтересованно осмотрел нас, уделил особое внимание сцепленным рукам, что выдавали в нас кого-то большего, нежели товарищей, и кивнул, одобряя. Дальше демон повернулся к глухой стене позади себя и начал рисовать углем какие-то знаки прямо на неровной каменной поверхности. Когда он закончил, то вытащил нож и протянул его нам.

– И что мне делать с этим мачете? – нервно отозвалась, не спеша брать слишком внушительное оружие в руки.

– Режь вены. Мне нужна ваша кровь, чтобы завершить ритуал, – холодно ответил Мерихим, вкладывая рукоятку ножа-монстра мне в ладонь. В другой руке князь держал костяную миску, на поверку оказавшуюся верхней частью человеческого черепа.

– Обязательно вены? – Я сглотнула.

– Можешь артерию, но вряд ли ты тогда уйдешь отсюда хоть куда-нибудь, – съязвил демон, подставляя под мою руку чашу.

Пришлось собрать волю в кулак и осторожно приложить лезвие к внутренней стороне предплечья. Я вдохнула поглубже, зажмурилась и провела ножом вдоль вен.

– Ау! – было больно.

Я ожидала услышать падение капель в миску, но вокруг стояла тишина. Тогда я открыла глаза и посмотрела на свою руку.

– Это что? – с лицом кирпичом спросил демон. – Тебя кошка поцарапала? Где надрез?

Надрез как надрез, разве что совсем неглубокий. Действительно, будто кот прошелся когтем, только моя рана была слишком ровной, без рваных краев. Я задумчиво посмотрела на порез и выступившие капельки крови, после чего решила, что этого должно было хватить. Поэтому я быстро перевернула предплечье и попыталась сцедить несколько капель крови в чашу природного происхождения. Когда одна со звонким звуком таки шлепнулась в череп, я даже просияла.

– Ты издеваешься? – раздраженно уточнил демон, переводя взгляд с одинокой красной точки-кляксы на дне кости на меня.

– Ты хотел кровь? Вот! Это кровь, – гордо возвестила я. И это действительно была кровь, падший не мог этого отрицать. Однако я его не убедила. Демон смотрел на меня как на идиотку.

– Даже комар отсасывает больше, чем ты выдавила! – прорычал Мерихим. – И как я, скажи на милость, должен этим рисовать символ, который должен не позволить твоему телу распасться на атомы в атмосфере ада?!

– А я, по-твоему, должна себе вены до кости вскрыть, чтобы налить таз крови?! – защищалась я. Себя резать не хотелось от слова «совсем».

– Неплохо было бы, но и на полсантиметра достаточно.

Я зло засопела и снова принялась цедить кровь из уже поджившей раны. Когда к одинокой бурой и явно подсохшей кляксе на дне миски присоединилась прозрачная, желтоватая, демона сорвало.

– Да ты издеваешься! Я сукровицей рисовать должен?! – Князь уже готов был швырнуть череп об стену, но сдержался.

– Да не могу я резать себе вены! – вспылила я. – Во мне нет ничего от самоубийцы, и слишком сильно чувство самосохранения!

– Говорит та, что собралась в ад! Да в тебе нет и капли самосохранения, зато человеческой придури в достатке. Дай сюда! – психанул князь, отдал миску Косте, схватил меня за запястья и полоснул по предплечью моей же рукой с ножом.

– А-а-а! – Боль была просто адская.

Вспоминая, как в фильмах крутые мужики и боевые девчули, наподобие Лары Крофт и братьев Винчестеров, полосуют себе ладони и другие части тела с каменными, сосредоточенными лицами и минимумом невербальных проявлений, я поняла, что это полный бред. От пореза ножом будет верещать даже коматозник, не говоря уже о человеческой версии всадника апокалипсиса.

– Чего орешь? Уже все, – неудачно попытался успокоить меня демон, сцеживая в поставленную ангелом тару не меньше чем пол-литра крови. И неважно, что в чашу столько не влезет, главное, что я так ощущала.

– Да ты мне сухожилия перерезал! Я не чувствую пальцев!

– Успокойся. Это временное онемение, пока кровь не прильет к конечности, – менторским тоном вещал Мерихим.

– Да как она прильет, если вся выливается наружу! ― не прекращала паниковать я.

– Вот что душа делает с бесстрашной Войной. Истеричку, – прокомментировал князь, взял меня за локоть пострадавшей руки и, притянув к себе, широко лизнул порез по всей длине.

Я застыла как вкопанная и вытаращилась на мерзкого демона, что был не прочь изрезать меня и, как оказалось, испить моей кровушки. Мерихим отстранился и отпустил меня, а порез на глазах затянулся, не оставляя даже шрама.

– Сухожилия были целы. Я никогда не допускаю таких ошибок. Опыт, – самодовольно заметил демон и повернулся к Косте.

Я не хотела знать, что у него там за опыт, поэтому промолчала. Тетраморф справился с самоистязанием быстрее меня, и раздраженный князь наконец смог приступить к начертанию магических знаков. Все это время я зло сверлила спину Мерихима, с каждой секундой все больше желая познакомить эту черную душонку со своим мечом.

– Готово! – Демон отошел от стены и облизал пальцы, которыми рисовал символы. От этого жеста меня передернуло.

– Aperire portas (Врата откройтесь)!– торжественно выкрикнул князь, и вся пещера сотряслась от силы, что до сего момента была сокрыта в недрах гор.

По стене, на которой ранее занимался рисованием демон, пошла трещина от потолка и до пола. Пещера наполнилась грохочущими звуками, будто поблизости происходил обвал, а из трещины повалил густой черный дым. Внезапно все затихло, но ненадолго. Стена за секунду обвалилась, открывая зияющий чернотой проход в преисподнюю.

– После вас, – выдал демон и подтолкнул меня к входу.

Это был странный опыт. Будто проваливаешься в воду, а потом выныриваешь с другой стороны, только дышать было тяжелее раза в два.

По ту сторону стояли Бельфегор и Асмодей с приветственными улыбками на пугающих лицах.

– Добро пожаловать в ад!