Глава 44

Когда мы вернулись домой, Джаред приказал мне идти в его спальню. Я хотела заметить, что вторглась на его встречу не по своей воле, но сжала губы и поднялась по лестнице.

Мюриэль, должно быть, услышала его голос, потому что выскочила из буфетной. Заметив меня, женщина удивленно моргнула. Я косо посмотрела на дверь спальни и широко распахнула ее.

Джаред вошел следом за мной, захлопнув дверь.

– Какого черта, Лей?

– Я думала, тебе делают массаж! – зарычала я в ответ.

– Неужели ты забыла, с чем связана моя работа? – он запустил руки в свои влажные локоны. – Премьер-министр – прогнивший подонок. Хочешь знать, каким было его последнее задание? Подстроить исчезновение его любовницы после того, как он задушил ее до смерти!

Я в шоке ахнула. И не стала спрашивать, избавился ли он от трупа. Вряд ли они бы встретились повторно, если бы Джаред не справился с заданием. Я также не спросила, почему он все еще ведет дела с убийцей, потому что помнила, с чем связана его работа.

– Вот с такими людьми я имею дело, а ты просто входишь, как будто я на гребаном чаепитии! Твою мать! – голос Джареда отдавался от стеклянных панелей, которые светились лазурью угасающего дня.

– Прости, но Тристан сказал мне, что ты в спа. Он не упоминал деловую встречу.

Джаред прекратил свое безумное хождение из стороны в сторону, но артерия на его шее продолжала бешено пульсировать.

– Это не имеет никакого гребаного смысла. Зачем ему это делать?

Хотелось бы, чтобы Джаред поверил только моим словам, но он осмотрел воздух вокруг моих бедер в поисках падающего перышка.

Мое раздражение сменилось разочарованием.

– Вероятно, чтобы я застала тебя с другой женщиной и ушла окончательно.

Ресницы Джареда коснулись бровей. Я уперла руки в бока и сжала губы, прежде чем поделиться предупреждением Тристана о пиявках. Я боялась, что это окажется последней каплей для Джареда. И что гнев обратится не на его друга.

А на меня.

Через несколько долгих минут Джаред устало выдохнул, завершив внутреннюю борьбу.

– Почему ты вернулась, Перышко?

Его разбитый голос развеял мои разочарование и страх.

– Ты действительно думал, что я ушла?

Я ненавидела то, что он привык быть брошенным.

– Я на это надеялся. Этот мир – мой мир – он не для тебя.

– Может, позволишь мне решать самой? – я подошла к нему. – Решать, где я хочу быть.

Черты его лица исказились.

– Ты не сказала мне, что потеряешь свои крылья, если не завершишь их.

Я положила руку на его челюсть с щетиной, заставив его вздрогнуть.

Сцена в спа-салоне снова пронеслась перед моими глазами. Крылья уже не казались мне такими важными.

– Ты был… ты был с одной из женщин сегодня днем?

Брови Джареда взлетели вверх, исчезая за копной непослушных локонов.

– Конечно, нет.

– Я думала…

– Что я развлекался с женщинами на глазах у клиентов? Мне платят за устранение проблем, а не за неразборчивый секс.

– Ты был голым.

Его губы немного расслабились.

– Премьер-министр, как и многие люди, с которыми я имею дело, обеспокоен прослушкой. Я же волнуюсь о спрятанном оружии. Ведение бизнеса в чем мать родила – беспроигрышный вариант. – Должно быть, я сморщила нос, потому что он добавил: – Тебе не понравился мой вид во всех деталях, Перышко?

– Я была слишком отвлечена твоим убийственным взглядом, чтобы сосредоточиться на чем-то другом.

– Убийственный взгляд, – Джаред фыркнул. – Я хотел убить не тебя, а всех остальных, – он прислонился своим лбом к моему. – Мне не нравится, что премьер-министр увидел тебя. Что все они увидели тебя. Этот его телохранитель – настоящий засранец.

– Слава Элизиуму, я бессмертна.

Джаред оторвался от моего лба.

– Я думал…

– Пока у меня есть крылья, я могу пораниться, но не могу умереть. Так что тебе не о чем волноваться.

Он посмотрел на мои плечи, хотя крылья не были выставлены напоказ.

– Еще одна причина, по которой тебе нужно их завершить.

Я скользнула рукой по его шее, ловя биение его сердца своей ладью.

– Дай мне самой принять решение, Джаред.

– Черт, какая ты упрямая, – он вздохнул.

– И это окупилось, – я заглянула в его обсидиановые глаза. – Ты больше не Тройка.

– Значит, моя душа все-таки не обречена…

– Пока ты продолжаешь делать добрые дела. Но тебе нужно получить ранг ниже пятидесяти.

– Почему?

Я прикусила губу.

– Все, кто выше пятидесяти, заканчивают в Абаддоне.

– В аду?

– Ага.

– Он действительно существует?

Я кивнула.

– Но вот никакого дьявола нет. Абаддоном управляют арелимы – небесные стражи. Они также управляют Элизиумом. Мои родители арелимы в Абаддоне. Кажется.

Что-то блеснуло на полке. Когда я поняла, что это был нож для вскрытия писем, по моей коже пробежал холодок. Был ли это тот самый, который остановил сердце его матери? И если это так, то почему он сохранил его?

– Вероятно, там внизу не только безнравственные рейвы и джакузи с лавой.

– Нет, – я облизнула губы. – Это как тюрьма… Только камеры заколдованы таким образом, что заставляют тебя снова и снова переживать твои худшие кошмары.

– Моя версия звучала намного веселее.

– Если ты перестанешь отталкивать меня, я смогу помочь тебе снизить балл.

– Если я не отпущу тебя, Перышко, – Джаред сцепил руки у меня на талии, – мой счет никогда не снизится, потому что я буду расчленять любого, кто хотя бы посмотрит в твою сторону. Не говоря уже обо всех греховных вещах, которые я буду делать с твоим телом.

Сочетание его голоса и слов заставило меня задрожать.

– Часть с расчленением ни к чему, так как я бессмертна, – сказала я с наигранной беззаботностью.

– Я рад, что у тебя нет возражений по поводу второго пункта.

Я сглотнула.

– Это может стоить мне перьев.

– А возможно, и нет, – его большие пальцы погладили мой копчик. – Нам стоит это выяснить.

У меня перехватило дыхание, мои легкие сжались. Я начала задыхаться прямо как в тот раз, когда я подавилась косточкой мангостина и Ева, будто профессиональный рестлер, выбила ее из меня. Я убрала руку с лица Джареда и ударила пару раз себя в грудь, пока кашель не утих.

Как бы я хотела таким же образом выбросить лицо Евы из головы…

Я провела рядом с ней годы, поэтому, скорее всего, столько же времени и займет окончательное изгнание бывшей подруги из моих мыслей.

Джаред заметил, как уголки моего рта опустились вниз, выдавая мое внезапно испортившееся настроение.

– Я тебя напугал?

Я покачала головой.

– Не ты. Просто у меня сегодня была посетительница, которой я не очень обрадовалась, – я попыталась улыбнуться, но все равно выглядела так, будто съела кислую конфету. – Ее визит даже стоил мне пера.

– Почему?

Я не хотела говорить о Еве, но также не хотела, чтобы ее образ нависал над нами с Джаредом мрачной тучей. Поэтому я рассказала ему, как она зашла в гильдию, чтобы поздравить меня с преобразованием Джареда. Рассказала, что нелестно обратилась к ней, потому что она оскорбила крылья Селесты. А это заставило меня рассказать ему, как я беспокоилась, что Селесте не хватает много перьев.

– Моя маленькая помощница, – он припал к моему лбу в долгом поцелуе.

– Как бы я ни старалась, я не могу помочь всем.

Губы Джареда находились напротив моих глаз. Он сказал:

– У меня есть идея. Селеста должна выбрать меня. Я найду какое-нибудь славное дело, чтобы она смогла распушить свои маленькие крылышки.

Мои глаза наполнились слезами. Я хотела ответить «да» и покрыть его лицо поцелуями за такое предложение. Но отказ от него поставил бы под сомнение мое место проживания. Если бы я не смогла найти в Париже грешника низкого ранга, мне пришлось бы уехать. И если бы я не выбрала никого другого, но ненароком помогала кому-то, я бы получала по одному перу за каждый добрый поступок.

Джаред провел указательными пальцами по нижнему ряду моих ресниц.

– В чем дело, Перышко?

Я объяснила сложность моей ситуации.

– Тогда не отказывайся от меня, – он поцеловал меня поочередно в веки. – Но это не значит, что мы не можем помочь Селесте. Как насчет того, чтобы она выбрала Тристана? Держу пари, он стоит много перьев.

Это предложение заморозило меня изнутри. Я не хотела, чтобы Селеста и на пушечный выстрел подходила к Тристану.

– Я… эм. Как только она закончит свою текущую миссию, мы сможем обдумать это.

Джаред нахмурился.

– Я буду держать его в узде, если ты об этом беспокоишься. Я уже решил устроить ему хорошую головомойку, когда он вернется со встречи.

– Ты же осознаешь, что это только заставит его ненавидеть меня еще сильнее?

– Лей, он не ненавидит тебя. Просто чувствует угрозу. Он не привык, что тут находится другая женщина, кроме Мюриэль. Для меня это тоже в новинку.

– Так ты действительно хочешь, чтобы я осталась?

Джаред уткнулся своим носом в мой.

– Я пытался не быть эгоистом, что совсем для меня нехарактерно. Поэтому, возможно, вышло немного резко.

Если я что-то и узнала за последние несколько дней, так это то, что ни одна клеточка тела Джареда Адлера не была эгоистична.

– Если бы я был более благородным человеком, я бы позвонил Ашеру и заставил его увести тебя от меня. И держать подальше.

– Даже не вздумай, – решительно прошептала я, запуская пальцы в его влажные локоны и захватывая его губы, прежде чем он смог произнести что-то такое же ужасное.

Его теплая кожа пахла эвкалиптом и цветами апельсина. И это напомнило мне о том, где он был. Бушующая во мне буря разыгралась с новой силой. Я хотела перекрыть каждый след того бассейна и чужих тел своим ароматом.

– Что мне с тобой делать?

Из-за его хриплого голоса мой неровный пульс стал еще быстрее.

– Не отталкивать меня.

– Хорошо.

Наши лбы все еще соприкасались. Джаред подталкивал меня все дальше и дальше, пока мои ноги не уперлись в край его кровати с балдахином.

Я опустилась на матрас.

– Ложись, Перышко.

Хорошая девочка во мне – та, которая выросла на строгих учениях офанимов, – немного разволновалась. Другая же девочка – которая поглощала любовные романы, как сладости, – подчинилась. Я отодвинулась еще дальше, прежде чем выпрямиться.

Джаред наблюдал за мной, мои натянутые нервы зазвенели. Будто в замедленной съемке, он опустился сверху и стянул тонкие бретельки моего платья с плеч. Он прижался губами к моей шее, обжег поцелуями ключицу, отодвигая шелковистую ткань в сторону, пока моя грудь не почувствовала прохладный воздух. Затем он немного приподнялся, чтобы насладиться моим обнаженным телом.

– Я бы спросил, все ли ангелы так же прекрасны, как ты. Но я их видел, и черт возьми, никто из них не стоит хоть одного твоего перышка.

Мои глаза закатились, когда Джаред обвел языком один из моих сосков. Моя спина выгнулась от спазма удовольствия, и я выдохнула:

– Джаред.

Опираясь на свои предплечья, он потянулся ртом к другой моей груди и облизал затвердевший сосок.

Из-за этого точно должно отпасть перо. Может быть, одно и упало.

Я бы все равно не почувствовала из-за накрывшей меня волны удовольствия. Джаред проложил дорожку из поцелуев между моими ребрами вниз, рыча, когда встречал сопротивление. Поднявшись на колени, он попытался снять с меня кожаный пояс, но его нетерпеливые пальцы никак не могли с ним справиться. Я оттолкнула его руки и расстегнула ремень сама. Джаред тут же стянул его с моей талии. Но вместо того чтобы бросить на землю, он зажал пояс между пальцами. Его темные глаза вспыхнули так, что у меня по коже побежали мурашки.

– Ты доверяешь мне, Перышко?

Я кивнула.

Джаред взял одно из моих запястий и обмотал его кожей, затем проделал то же самое с другим и туго затянул. Я наблюдала, как он прикрепил пояс к одному из столбиков своей кровати, прежде чем завязать красивый узел, конец которого он вложил мне в рот.

– Один рывок, и он ослабнет.

Его хриплый голос заставил меня сглотнуть. Джаред провел пальцами вниз по моему телу, стискивая в кулаке ткань на моей талии. Он спустил мое фиолетовое платье вниз по ногам, его отполированные ногти ласкали мои бедра.

На моем теле остался только клочок кружева, но по взгляду Джареда я подозревала, что и кружево не задержится надолго.

Однако я оказалась неправа.

Мужчина не стал его снимать, просто провел костяшками пальцев по материалу. Моя кровь застыла в жилах, когда он повторил это сводящее с ума движение.

Его взгляд был сосредоточен на кружеве. Джаред просунул один палец под влажный материал и отодвинул его. В течение бесконечного мгновения он изучал мое обнаженное тело, и меня охватила паника.

Но затем его пальцы начали двигаться, а его голова опустилась к моим бедрам. И моя неуверенность растворилась, как крупинки сахара в кипятке. От первого прикосновения его языка мои бедра дернулись, а кожа загорелась.

Джаред спустился ниже по кровати, устраиваясь поудобнее, затем закинул мои ноги себе на плечи, сдвинул кружево в сторону и нежно поцеловал мое блестящее естество.

Я выплюнула кожаный шнурок, чтобы отдышаться. Но это не помогло. Я поперхнулась воздухом, и мой позвоночник снова выгнулся дугой, кожаные путы впились в запястья.

Милые херувимы… Семеро не стали бы ждать, пока у меня отвалятся крылья. Они бы срезали их прямо с моей спины.

Джаред увеличил напор. Застонав, он уничтожил своим умелым языком те немногие клочки невинности, за которые я все еще цеплялась.

– Джаред! – я ахнула, балансируя на грани небытия.

Он замедлился, водя языком по мне, и взглянул вверх. Свет от моей кожи отразился в его глазах.

– Да, Перышко?

Я подняла голову с кровати и, должно быть, бросила на него чертовски сердитый взгляд, потому что он усмехнулся. И этот звук чуть не заставил меня пересечь черту.

Джаред замурлыкал, прижимаясь ко мне, и мной овладело неистовое желание шлепнуть его. Это была пытка, и он знал это. Он наслаждался этим.

– Ты злой, – пробормотала я.

– Я говорил тебе это все время.

Я закрыла глаза, восхитительные ощущения безжалостно таяли. Я чуть не заплакала от разочарования, но промолчала, потому что он продолжил рисовать ленивые круги, которые становились все меньше и плотнее, пока не нацелились только на одну крошечную выпуклость.

Оргазм взорвался во мне, заставив мои веки и губы широко раскрыться. Не уверена, закричала ли я или только ахнула. Но если я только ахнула, то это, несомненно, был самый громкий вздох в истории вздохов. Настолько громкий, что, вероятно, преодолел границу между мирами и заполнил уши каждого ишима.

После того как острое удовольствие сошло на нет и Джаред вернул кружево на место, реальность и здравомыслие обрушились на меня.

– Сколько перьев я потеряла?

Нахмурившись, Джаред поднял голову и осмотрел смятые простыни, затем приподнял мою спину с матраса и запустил одну из рук под меня.

Складка на его лбу разгладилась, а затем блестящий рот растянулся в обворожительной улыбке.

– Ни одного.