Глава 46

Облачившись в платье, которое придавало моей фигуре форму песочных часов, я сунула ноги в пару черных лакированных туфель на шпильке. Я старалась не задаваться вопросом, носил ли кто-то уже это платье и туфли. Я также старалась не слишком беспокоиться о том, что пойду без нижнего белья – то, что я взяла с собой, сушилось на батарее после того, как у меня хватило ума на стирку.

Собравшись с духом, я открыла дверь и спустилась по лестнице. Когда я проходила мимо Амира, стоявшего рядом с кабинетом, мои щеки вспыхнули. Слышал ли он меня раньше? Стены были толстыми, но достаточно ли?

Когда охранник взглянул в мою сторону, что-то неуловимое мелькнуло в его глазах. Я выпустила наружу свои крылья, окутав коконом горящую кожу. Это было глупо и бесполезно, поскольку скрывало его от меня, а не наоборот.

– Эм, – я переступила с ноги на ногу на клетчатом мраморе, мои серебряные перья ласкали кожу под короткими рукавами моего черного облегающего платья. – Мне подождать Джареда внутри?.. – прежде чем я закончила предложение, дверь кабинета открылась и Джаред появился в проеме.

– Мне показалось, я услышал твой голос, – его челюсть покраснела, что, вероятно, было последствием пылкой беседы.

По выражению лица Тристана я предположила, что все только что закончилось. Мой заклятый враг мгновение наблюдал за мной через плечо Джареда, прежде чем поднести свой мобильный телефон к уху и отвернуться. Мне оставалось только пялиться на заднюю сторону его серебристого костюма, совпадающего по цвету с волосами на висках.

Мои крылья все еще обнимали меня, но немного распахнулись и позволили Джареду мельком увидеть мой наряд.

Его глаза стали такими же черными, как эластичная ткань, обтягивающая мои изгибы. Он сделал шаг ко мне, раздвигая в стороны мои крылья. Его пальцы скользнули по новым перьям и послали волны удовольствия прямо в кости крыльев.

Схватив меня за бедра, он произнес единственное слово: «Вау». И словно по щелчку пальцев, я превратилась в столб света. При виде моей тлеющей кожи он ухмыльнулся и, прижавшись к моему уху, прошептал:

– Может, пропустим ужин?

Мое сердце, должно быть, тоже начало тлеть, потому что внутри меня будто образовалась жаровня.

– Мюриэль приготовила суфле, – хрипло прошептала я. Вероятно, ей будет грустно, если оно опадет, потому что мы с Джаредом были заняты поеданием друг друга.

– И оно уже готово, Джаред, – сказала Мюриэль.

Я развернулась, шлепнув Джареда крыльями. Он отодвинул их прочь, ярко улыбаясь. Я понадеялся, что его жесты не выглядели слишком странными.

– Хорошо. Я проголодался, – сказал он, и тепло от его тела пронеслось по моему позвоночнику.

Когда Джаред лениво провел костяшками пальцев по нижней стороне одного из моих крыльев, я спрятала их назад. Он немного разочарованно вздохнул, прежде чем пробормотать:

– Я хочу снова увидеть их попозже.

Я так сильно прикусила внутреннюю сторону щеки, что на языке появился горьковатый привкус крови.

Мюриэль посмотрела на официанта, который вышел из буфетной позади нее.

– Тристан присоединится к вам двоим?

– Да, Мими. Как только завершит звонок, – поглаживая мою талию, Джаред подтолкнул меня в столовую.

Официант поспешил добавить третье место, а Джаред тем временем отодвинул мой стул, помог мне сесть и занял свое место во главе стола. Мюриэль принесла бутылку охлажденного белого вина с этикеткой, знававшей лучшие времена. Должно быть, это еще один безумно редкий винтаж.

Джаред взял свой бокал и сделал глоток. Когда он кивнул Мюриэль, она наполнила мой бокал.

Я пила вино. Позволяла боссу мафии делать с моим телом такое, что заставило бы жителей Абаддона молиться за мою порочную душу. И была одета в очень неангельское платье.

Когда Мюриэль и официант покинули столовую, я сказала:

– Возможно, мне не следует помогать тебе получить счет ниже пятидесяти. Я почти уверена, что если и вознесусь, то отправлюсь прямиком в Абаддон.

Джаред откинул голову назад и расхохотался, что, в свою очередь, заставило меня ухмыльнуться. Теперь я отпускала шуточки про Ад? Куда катится мир!

Все еще посмеиваясь, он наклонился ко мне и поднял свой бокал.

– За Абаддон и прекрасного ангела, с которой мы будем делить камеру.

Покачав головой, я осторожно чокнулась своим бокалом с его и отпила, терпкий маслянистый вкус взбудоражил мои вкусовые рецепторы. Должно быть, я замычала от удовольствия, потому что губы Джареда растянулись в наглой улыбке.

Затем двери столовой распахнулись. Я расправила плечи, когда Тристан сел напротив меня. В комнате стало так тихо, что я могла расслышать, как ножки его стула двигаются по темному ковру.

Джаред откинулся назад, вертя бокал с вином в своих длинных пальцах.

– Тристан? Я думаю, тебе есть что сказать Лей.

Тристан посмотрел на вино, мерцающее в моем бокале.

– Лей, я прошу прощения за то, что привел тебя на встречу Джареда. Я не доверяю людям и проецирую свои сомнения на тебя. Мои действия и слова были неприличными и незаслуженными тобой.

Я быстро кивнула, но это было в основном ради Джареда, потому что извинение Тристана было слишком отрепетированным, чтобы успокоить меня.

Доставая бутылку вина, которую Мюриэль поставила в серебряное ведерко для льда в центре стола, Тристан сказал:

– Мне казалось, что твоя вера запрещает алкоголь.

– Это… так и есть.

– От набожных людей у меня мурашки по коже. Они настолько убеждены, что молитвы и высшие существа могут решить все их проблемы, что превращаются в ленивую, но наделенную силой обузу для общества и думают чаще своими задницами, чем головой, – Тристан сделал глоток вина и облизнул губы. – Грабите погреб дяди Исаака, как я погляжу.

– Он больше не может пить, а мы можем.

– За простые радости в жизни, – Тристан поднял свой бокал. – За вино, женщин и наказание свиней.

Затем появился официант с подносом, уставленным гофрированными белыми керамическими тарелками, украшенными золотыми куполами, которые раскачивались при ходьбе. Сначала он поднес поднос ко мне, и я взяла одно из покрытых глазурью суфле.

– Не трогайте пока что рамекин[59], мадемуазель. Он очень горячий, – предупредил он.

Я подождала, пока всех обслужат, чтобы разломать ложкой пышный купол. Яичная смесь сдулась, как надувной замок, выпустив струйку пикантного пара, от которого у меня заурчало в животе. Я ела молча, слушая, как Джаред и Тристан обсуждают предстоящую поездку.

Они опустили более мелкие детали, да и более крупные тоже, если уж на то пошло. Я узнала только, что они вылетят в Ниццу утром на частном самолете и вернутся к ужину. Пока моя ложка скребла дно тарелки, я размышляла о том, как может уменьшиться рейтинг Джареда, если он продолжает вести дела с сомнительными людьми. К сожалению, я сомневалась в том, что «Суд Демонов» занимается только наказанием свиней.

Официант вернулся, чтобы убрать наши суфле и подать новые, на этот раз розовые.

– Томатный соус, – объяснил он.

Будут ли после этого более сытные блюда? Возможно, мне не стоит сметать подчистую каждое блюдо, но яичные угощения были такими невероятно легкими…

Погружая в блюдо ложку, я спросила:

– Джаред, почему бы тебе не проводить день помощи раз в неделю, а не раз в месяц?

Тристан вгрызся в свое суфле.

– Это превратит «La Cour des Démons» в Стену Плача[60].

Я проигнорировала его комментарий, ожидая ответа Джареда.

Он изучал свой розовый купол.

– У меня нет времени организовывать его каждую неделю, Перышко, – сказал Джаред, заставив мою надежду сдуться, словно суфле Тристана. – Но мы могли бы проводить его два раза в месяц, – он встретился со мной глазами.

Если бы Тристана не было в комнате, я бы встала и поцеловала Джареда. Вместо этого я выдержала его пристальный взгляд и выразила свою благодарность улыбкой.

– Тристан, найди свободную дату в моем календаре для следующего дня помощи и сообщи об этом всем.

Приказ Джареда сделал холодное выражение лица Тристана более острым.

– Я займусь этим после ужина.

Если бы мы были детьми и стол не был бы размером с банкетный, он, вероятно, пнул бы меня по голени под столом. Поскольку все мы были взрослыми, мы довольствовались поединком взглядов и колкими ремарками.

– Спасибо, – сказала я Джареду.

Он положил тыльную сторону ладони на стол, предлагая мне свою руку. Без колебаний я переплела свои пальцы с его. Возможно, мне следовало поколебаться. Держась за руки перед Тристаном, мы раскрыли новый альянс, в который он не входил.

Хотя его лицо оставалось невозмутимым, в глазах Тристана появился блеск, которого не было в ту ночь, когда он представил меня своему боссу.