Глава 15
Обморок… Кажется, обморок…
В голове неприятно гудело, во рту было просто гадко, и почему-то ощущался противный металлический привкус, а сознание никак не хотело возвращаться в полном объёме.
Авария?
Эта мысль пришла в гудящую болью голову да так там и осталась. Авария…
Дрожащая рука попыталась двинуться с места, но всё, что я смогла, это чуть сжать пальцы. И всё.
Нет!
Собственная слабость разозлила моментально, и я буквально заставила себя открыть глаза.
И увидела небо. Точнее густую листву и крохотный кусочек неба. Листву?
Почему-то это удивило намного больше, чем то, что мы вообще попали в аварию.
В ступоре повернула голову направо… И крик замер в горле. Буквально в трех метрах от меня на траве (я лежала на прогалине в лиственном лесу?!) сидел волк. Большой, светло-серый…
Волк.
Он сидел, внимательно рассматривал меня своими жуткими желтыми глазами… и всё. Не рычал, не подходил и уж тем более не торопился нападать и убивать.
Ужасно болело левое бедро и, страшась убедиться визуально и хоть на мгновение упустить из вида волка, я нащупала глубокий кровоточащий порез и как смогла придавила его тканью подола. Спустя минут десять, когда я окончательно распрощалась с жизнью, неожиданно заработала логика, заявив, что пора распрощаться со здравым смыслом в том числе, и подтолкнула вперед фантазию.
— Здравствуйте… — первое слово далось труднее всего. Сесть я смогла только с третьей попытки и то, пришлось упереться в землю руками, чтобы не упасть лицом вниз. — Я кажется, неудачно упала… Не подскажете, где я?
Волк удивлённо наклонил голову. Неужели я ошиблась и он неразумный? Было бы не очень хорошо… Опасаясь двигаться, я постаралась осмотреться получше, но кроме незнакомых деревьев и абсолютно незнакомых кустарников нечего не увидела. Лес. Просто лес. Если бы не то, что я не могла определить вид деревьев, то я бы сказала, что это средняя полоса России. Лето. Вечер.
И волк.
Он всё так же сидел напротив и просто смотрел.
Ай, попытка не пытка!
— Вы разумный?
Волк наклонил голову в другую сторону, в этот момент став похожим на собаку. Вот только ошейника не наблюдалось…
— Здесь поблизости есть цивилизация?
Волк странно фыркнул и неожиданно лёг.
Э…
Черт!
Я начинала ощущать себя глупо, а удлинившиеся тени намекнули, что хватит рассиживаться — пора что-то предпринять.
То, что поблизости не было ни машины, ни Слаафа, угнетало больше всего, но я запретила себе об этом думать. Вообще запретила. Если начну — не остановлюсь. Нельзя.
Надо действовать. Выбираться.
Но куда? Как? А если это всё-таки дикий хищник? Черт!
Я лихорадочно пошарила глазами вокруг себя, но ни камня, ни ветки радом не было. Трава, одна лишь трава, да пара корней.
Ещё через несколько минут я поняла, что хватит сидеть. Подползла к ближайшему дереву и держась за его ствол, потихоньку встала. Покачивало и перед глазами сразу расплылись мутные круги, намекнувшие, что не обошлось без сотрясения. Я понимала в этом до ужаса мало, но всё-таки понимала. Может закружиться голова, затошнить…
Тогда тем более нельзя медлить и ждать!
— Волчок, давай ты всё-таки будешь разумным? — я с тоской посмотрела на зверя, который тоже встал. — Где тут деревня? Село, стойбище, город? Просто лекарь? Баба Яга, леший, водяной? Господи, да хоть кто!
Последние слова я уже истерично провыла, понимая, что ещё час и идти куда-то по темноте будет уже поздно. Я элементарно споткнусь о корягу и расшибусь окончательно!
Волк чихнул, смешно замотав головой, затем встрепенулся всем телом, потянулся как кошка…
И пошел в лес.
— Эй! Ты куда?! — я была искренне возмущена подобным поворотом дел.
Волк остановился, обернулся и мне показалось, что на его звериной морде промелькнуло удивление. Сконфужено почесала нос и смущенно спросила, затолкав здравый смысл в самый дальний угол:
— К цивилизации, надеюсь?
Волк… кивнул.
Сморгнула, не веря в то, что увидела. Так он всё-таки разумный?! А он, словно на этом лимит общения был исчерпан, снова потрусил в первоначальном направлении. Черт!
— Стой, подожди! Я не могу так быстро!
Господи, лишь бы не в свое логово, где меня схарчит стая! Господи, лишь бы это был не бред и не горячка! Господи…
Я уговаривала себя потерпеть, уговаривала не паниковать, ковылять, поторапливаться и вообще, просто верить зверю, который трусил впереди меня метрах в пяти, то пропадая, то вновь появляясь среди густого подлеска. Мы шли по едва заметной и наверняка звериной тропе, но шли.
Шли и шли…
Уже стемнело, и я едва различала серую шкуру своего провожатого. Дико болели ноги, жутко хотелось пить, немного есть, ныли виски, давило затылок, но я шла. Шла и шла…
И кажется, пришла.
Когда за деревьями показалось пламя костра, и послышались голоса, я сначала не поверила своему счастью, а затем замерла. Не все голоса одинаково полезны…
А если это враги? В смысле, разбойники, насильники и просто душегубы? Как-то не хочется проверять это на себе любимой! Я девушка конечно не робкого десятка, но прекрасно понимаю, что сейчас не смогу дать отпор даже женщине, не говоря уж о мужчине.
Тем временем волк окончательно скрылся за деревьями, и пока я судорожно размышляла, а не пойти ли мне обратно, от костра донеслись явные приветственные возгласы. Ага…
А потом оттуда ко мне вышли двое.
Ёлки…
Орки! Настоящие орки!
Вряд ли мой нервный оскал можно было счесть за приветственную улыбку, но я старалась. Очень!
— З… здравствуйте, — было страшно, но я крепилась. — У вас бинтов не найдется, я ногу поранила?
Почему я спросила именно это? Не знаю. Наверное, всё-таки перенервничала.
Тем временем орки подошли ближе, и я занервничала ещё больше. Ночь окончательно опустилась на лес, но я всё равно увидела всё необходимое: тёмно-оливковую кожу, чёрные волосы, заплетенные в тонкие "африканские" косички, высокий рост (оба выше двух метров), крепкое телосложение и две пары выпирающих клыков на обеих челюстях. Всё это наводило на мысль, что передо мной всё-таки орки. И если молодая девушка, одетая в некое подобие кожаного топика, густо расшитого яркими бусинами, и штанов с мохнатушками (как у индейцев) улыбалась заинтересованно и приветливо, то мужчина лет пятидесяти, одетый лишь в штаны и с огромным тесаком в ножнах на бедре, был хмур и рассматривал меня с явным подозрением.
— Хо ку игрр?
Ч-ч-черт!
Разочарование на моём лице было слишком явным, отчего девушка удивлённо вздёрнула брови, а мужчина сильнее нахмурился. Не знаю, что он спросил, но я поторопилась ответить. А то мало ли! Может мне уже что-то непотребное предложили или в местные враги причислили?
— Простите, я не понимаю. Я ранена, мне нужна помощь. У вас есть… Есть лекарь? Бинты? Вода? — пока я частила, надеясь, что аборигены поймут хоть слово, к нам вернулся волк.
Точнее не к нам, а к девушке, сев у её ноги так, словно собака. Девичья рука рассеянно погладила зверя за ушами, а я расстроено замолчала и с мольбой перевела взгляд на мужчину. Вряд ли он понял хоть слово, но надежда, как говорится, умирает последней. Может хоть воды дадут?
Ну или убьют сразу, без мучений…
Всхлипнув, закусила губу, запрещая себе нервничать и поддаваться панике, а мужчина всё рассматривал и рассматривал… Лицо, грудь, руки…
— Гр-р-рых!
Когда он удивлённо рыкнул, я втянула голову в плечи, а когда шагнул ко мне, то отшатнулась и чуть не упала, но орк успел схватить меня за плечо, помогая удержаться на ногах. Затем что-то тихо рыкнул вновь, что я предпочла счесть за предложение успокоиться и аккуратно, словно специально медля, взял моё правое запястье и вытянул руку, сосредоточившись на ней.
Ага…
Так ему татуировку хочется рассмотреть? Ой, пожалуйста! Давайте итогом осмотра будет "мир-дружба-жвачка"? Иначе меня точно кондрашка хватит!
Девушка подошла ближе, орки о чем-то тихо посовещались, а затем мужчина отпустил мою руку, снова внимательно осмотрел моё настороженное лицо и жестом указал в сторону костра.
Господи, неужели ты услышал мои мольбы?
Когда Слааф понял, что столкновения не избежать и последствия будут чудовищными, то он сделал то, чему его однажды научил дед. Дед…
Потеря сознания была кратковременной, но даже не открыв глаз, он осознал главное и закричал от бессилия — Кати рядом не было.
Что? Что он сделал не так? Что не учёл?!
Сил не осталось, машина превратилась в груду металла, кровь сочилась из многочисленных порезов от разбившегося лобового стекла, а он всё сидел и бездумным взглядом смотрел внутрь себя. Она жива. Жива…
Но где?
Неужели Там?
Но почему тогда он Здесь?!
И где, собственно, здесь? Мутный взгляд скользнул по окружающему пейзажу, и мужчина опознал в нём задний двор клуба. Странно… Почему именно здесь?
И словно услышав его бесчисленные безмолвные вопросы, запиликала мобилка, высветив номер матери.
— Да?
— Слааф? Что произошло? — голос ма сорвался, и она всхлипнула. — Слааф! Говори! Не молчи! Что случилось? Я чувствую!
— Авария… — Медянский закашлялся, а когда убрал ладонь от губ, то увидел на ней кровь и поморщился. — Явно магически подстроенная. Всё нормально, ма, я живой. Без паники. Я разберусь… Давай чуть позже, я сам перезвоню.
И отключился, понимая, что ма первая трубку не положит. Сразу набрал новый номер, коротко переговорил. Следующий… Ещё… И пусть он не может понять, где Катя и что с ней, но на текущий момент она жива и это главное. Он найдёт. Обязательно найдёт.
— Кирюх, ты бы не мог подъехать к моему клубу? Я тут слегка не в форме. Да, ребра, внутреннее кровотечение, нога и по мелочи. Не кричи. Зато живой. Всё, жду.
Палец снова нажал на отбой, оборвав поток эльфийских ругательств. Какие все нервные…
Сделав ещё пару звонков, мужчина откинул голову и уставился в потолок. Можно было бы и в клуб перейти, но лучше не двигаться, пока не приедет Кир. И всё-таки интересно, кто этот смертник? Он же эту гниду из-под земли достанет…
До костра было всего метров десять, вряд ли больше, но чтобы их преодолеть, мне понадобилось активировать всю свою силу воли. Я устала. Я дико устала… И даже то, что у костра сидели ещё пятеро: четверо парней и девушка, не стало преградой для того, чтобы я рухнула на чью-то подстилку, когда мне указали на неё смуглой ладонью. Всё. Я труп.
Хотя нет…
Когда к моему бедру кто-то прикоснулся, я тут же распахнула глаза, вскрикнула и в ужасе уставилась на… девушку. Ту самую, которая меня встретила. Выдохнула. Орчанка смущенно улыбнулась, что-то тихо рыкнула, приложила палец к губам, видимо призывая к тишине, и снова тронула бедро рядом с раной.
Надеюсь, я правильно её поняла, и она хотела помочь, а не просто раздеть… Что ж, есть лишь одна возможность это проверить.
К счастью, это было именно так. Тусклого света костра хватило дружелюбной Ноор (кажется, её звали именно так), чтобы промыть безобразную царапину, смазать её густой тёмно-зелёной мазью и наложить тугую повязку. А ещё мне дали попить и выделили миску с похлебкой и деревянной ложкой. Это было самое вкусное мясо, которое я когда-либо ела!
Я слабо представляла, как буду общаться с орками дальше, но пока нам хватало нескольких жестов, чтобы понять основное.
— Ка-а-ата, — моё имя для Ноор оказалось труднопроизносимо, но меня устраивал и такой вариант, чтобы откликнуться.
Оторвалась от миски, удивлённо сморгнула… И поняла, что мне дают одеяло.
— Спасибо.
Кивнула, обменяла уже пустую тару на одеяло, но прежде чем лечь, покосилась на остальных. Молодежь сидела по другую сторону костра и о чём-то оживлённо шепталась, но стоило им увидеть, что я смотрю на них, как шепотки стихли и на меня уставились пять пар любопытных глаз. Вряд ли я ошибалась в своих выводах.
Надеюсь.
Кстати мужчины у костра не наблюдалось, он вообще с нами к нему не подходил, пропав в лесу вместе с загадочным волком. Неужели отправились туда, откуда я пришла?
И тут же мысли вернулись к Слаафу. Где он? Почему его не было рядом, когда я пришла в себя? Как я вообще оказалась здесь? Почему одна?
Чтобы не разреветься, я зажала рот рукой и снова запретила себе думать о плохом. Он жив. С ним всё в порядке. Да! Он найдёт меня… Найдёт! Он умный, сильный, способный… Он почти шаман, в конце концов!
Мысли одна страшнее другой лезли в голову, заставляя кусать губы до крови и тихонько всхлипывать. Сейчас, когда я была в относительной безопасности и больше не одна, я не могла не думать. И это было ужасно…
Я успокаивала себя лишь тем, что жива сама. Жива. Это главное. Да…
Ночь прошла в тревожной полудреме. Утро, начавшееся с тихого шебуршания поблизости, стало ранним, но я всё равно открыла глаза, чтобы тут же встретиться взглядом с хмурым орком. Он сидел на траве метрах в трех от меня и кого-то разделывал. То ли кролика, то ли кого-то такого же мелкого. Нервно улыбнулась и кивнула.
Мужчина, видимо, счел, что я недостойна ответного кивка и перевел взгляд на добычу. Что ж, я не гордая, лишь бы самой под его ножом не оказаться. Потихоньку села, осмотрелась… И поняла, что остальные ещё спят, а утро настолько раннее, что утром его можно назвать лишь с натяжкой.
В кустики бы сходить не мешало, кстати…
Снова настороженно покосилась на орка, а затем поняла, что не вытерплю и к кустам необходимо наведаться как можно скорее. Потихоньку встала, всем телом ощущая на себе подозрительный мужской взгляд, наступила на ногу… и поняла, что предупреждение Кира о том, что лодыжку нельзя беспокоить как минимум неделю, было неслучайно — нога болела адски.
До кустов я прыгала.
Обратно тоже.
Рухнула на лежанку… и вздрогнула, когда мужчина грозно разбудил остальных, кажется, позвав их по именам. По крайней мере в его рычании я отчетливо расслышала "Ноор".
Молодежь повскакивала, как ужаленная, причем моя вчерашняя спасительница первым делом метнулась ко мне и под грозные порыкивания орка осмотрела не только перевязанное бедро, но и лодыжку. Что-то раздраженно выговорила мне, затем вздохнула, всплеснула руками, сменила повязку на бедре, помазала коричневой мазью лодыжку и наставила палец на меня.
— Каата! Сед! — ладонь похлопала по лежанке.
Эм… На всякий случай кивнула. Если таким образом мне порекомендовали сидеть, то я всё прекрасно поняла.
Рассвет потихоньку вступал в свои права, серая хмарь рассеивалась, завтрак призывно булькал в котелке, ребята шустро собирали лежанки, девчата что-то старательно перебирали в сторонке, а я сидела и не знала, о чём таком подумать, чтобы не впасть в истерику или уныние. Безделье угнетало, неопределенное будущее страшило, незнание языка давило на психику, а иная раса, в чей мир я попала, была настолько непредсказуемой, что можно было лишь гадать, что будет со мной дальше.
Орки.
Допустим, орки.
Дружелюбные охотники и кочевники, уважающие женщин, как гипотетических матерей или безжалостные убийцы и каннибалы, презирающие людской род? Две крайности.
Как узнать истину?
Что за мир? Какие расы тут проживают ещё? Есть ли люди? Цивилизация? Маги? Как нам понять друг друга? И как, черт возьми, мне вернуться?!
Вопросы-вопросы-вопросы.
И ни одного ответа.
Пока я изводила себя безумными догадками, сборы завершились, и приготовился завтрак. Как и вчера мне выделили миску с кашей, а затем дали воды, но то, что последовало дальше, стало для меня очередным шоком.
Ноор взяла меня на руки.
Я лишь глухо пискнула и шокированно уставилась на орчанку, а та в ответ белозубо и весьма клыкасто усмехнулась, перехватила меня поудобнее и под смешки остальных отправилась на восток. Туда, где вставало солнце…
Это было самое странное путешествие в моей жизни. На обед мы не останавливались, мне лишь сунули в руки кусок хлеба, который я запила водой из кожаного бурдюка. Пока шли, я успела основательно заскучать и слегка осмотреться. Судя по тому, что сумела увидеть — орки были охотничьей группой, потому что каждый из четверых ребят нес на плечах огромную тушу неизвестных животных. Девушки по очереди несли или меня или ручную кладь, а старший орк нес тюк со шкурами.
К вечеру, когда я начала подумывать уже о том, что путешествие по лесу затянется на несколько дней, мы вышли к деревне. Обычная такая деревня… Только с необычными жителями. Добротные деревянные одноэтажные дома, сараи с домашней скотиной, любопытные ребятишки. Пока шли по центральной улице, потихоньку приближаясь к центру, я насчитала больше трех десятков домов и это была едва ли пятая часть деревни.
И вот… он. Кажется, глава. Или шаман. В общем, весьма суровый лысый татуированный дед, одетый в яркую зелено-оранжевую хламиду и с кучей бус на шее.
Меня поставили на ноги, чтобы поклониться и я решила не отставать от остальных, тоже поклонившись чуть ли не в пояс.
— Ыргурух?!
Если бы я ещё понимала…
Выпрямившись, нервно улыбнулась.
— Здравствуйте. Я человек. Катя. Ваши ребята нашли меня в лесу. Я… Я прошу вашей помощи.
Пока наша группа шла по деревне, мы собрали больше двух десятков зевак, преимущественно из детишек, но сейчас, когда я случайно посмотрела в сторону, нервничая под изучающим мужским взглядом, то поняла, что на пятачке перед домом пожилого орка собралась чуть ли не половина деревни. Все молчали и чего-то ждали…
Чего?
Неожиданно мужчина шагнул ко мне, двумя пальцами взял за правое запястье и вытянул руку, начав внимательно рассматривать татуировку.11476e
Я затаила дыхание… И кажется, не одна я.
Тишина. Гнетущая. Вязкая.
А затем едва различимый хмык и кивок.
Я не успела ничего понять, а Ноор с радостным выдохом уже брала меня на руки вновь и заносила в дом. Эм…
Надеюсь, не в рабство?
Сутки. Прошли уже сутки, а он до сих пор ничего не узнал. Были подняты все: полиция, гномы, эльфы и даже знакомые орки, но…
Ничего.
Пусто.
Вывод, что присутствовало черномагическое вмешательство… и всё. Ни заказчика, ни исполнителя. Одна лишь констатация факта, что вмешательство было.
Кто? Зачем?
Пусто…
Перелом ноги. Может он бы кому-то и помешал, но не Медянскому. Блокада, гипс и он лично присутствует на месте жуткой аварии. Аварии, унёсшей три человеческих жизни. Пока три…
Рядом все: отец, мать, дядя, Кир, Ваарр… Но какой в этом толк, если они не могут понять главного — где Катя?
Где?!
Были ли целью именно они или это просто глупое стечение обстоятельств?
— Слааф…
Медянский поднял руку, призывая к тишине, когда его мобильник зазвонил и на экране высветился "Номер скрыт".
Вот так? Неожиданно.
— Слушаю.
— Я всё знаю.
Ещё бы… Прикрыв глаза, мужчина выдохнул сквозь зубы, но решение было уже принято.
— Цена.
— Услуга.
— Нет.
На том конце трубки иронично хмыкнули… и отключились.
Дерьмо!
На пару секунд Слааф засомневался в своём категоричном отказе, но стоило вспомнить тех, кто оказывался должен Оракулу хоть что-то, как все сомнения отпали. Он бы без сожаления расстался со всеми своими сбережениями, но обещать "то, не знаю, что", было бы опрометчиво. Нет. Никогда. Ему есть что терять.
И это не деньги…
К тому же у него ещё есть неиспользованный вариант.
— Ма, где сейчас дед?