Эпилог
Это сумасшедшее лето, всё никак не желавшее начинаться, но затем закружившее всех нас в ураганном хороводе событий, закончилась самым знаменательным днём в моей жизни.
Свадьбой.
Многочисленные гости, возбуждённые родственники, сияющий муж и смущённая я, не узнавшая в зеркале своё отражение. Всё было невероятно красиво, торжественно и неповторимо. Живая музыка, талантливые певцы, искрящаяся теплым юмором тамада и поздравления, поздравления и снова поздравления.
На нашей свадьбе, казалось, присутствовала вся гномья диаспора Москвы и Подмосковья, потому что когда я попыталась хотя бы примерно подсчитать гостей, то у меня зашкалило за четыре сотни и это были ещё далеко не все.
Мама прикладывала платок к сияющим счастливым глазам, а папа придерживал её за талию и успокаивал, находя время, чтобы подмигнуть мне. Замалия, Давид Самуилович и дедушка принимали поздравления наравне с нами, только и успевая, что жать руки и подставлять щеки для поцелуев. Прилетевшая из Испании Дарина поздравила нас красивым стихотворением собственного сочинения, после повиснув на шее у брата и немного смущенно поцеловав меня в щеку, а затем моментально нашла общий язык с другими ребятишками, которых было довольно много, и сейчас ребятня носилась по верхней галерее.
Поздравила нас и Лиза. Сестрёнка до сих пор находилась в клинике, но теперь уже в палате для двоих, где вторую кровать занимал Илья, неизменно ночующий с молодой женой, до сих пор не понимающей, зачем мы их так экстренно поженили. Лиза была всё ещё довольно слаба и преимущественно спала, но на ироничное поздравление с пожеланием для нас у неё нашлись силы.
— И знаешь… — в трубке повисла неловкая пауза. — Я тебя люблю. Ты самая лучшая сестра. Правда. Пусть у вас всё будет хорошо, ты заслужила. Отпразднуйте там за нас… Ой, мне тут капельницу новую притащили… у-у-у… — протяжный капризный стон дал понять, что к Лизе уже возвращается её вредность, и я не удержала улыбки, хотя до этого чуть не всплакнула от искренних и теплых слов своей младшей сестрички. — Ладно, меня тут заставляют закругляться. А! И от Илюши вам привет. Много не пей там, ага? И фоток побольше! Увидимся ещё.
— Спасибо, Лиз. Выздоравливай.
Музыка, конкурсы, поздравления и подарки, подарки, подарки. Если в начале их ставили перед нами, то после тридцатого поздравляющего пришлось просить официантов начинать уносить красочные коробки с шикарными бантами в подсобное помещение. Гости не скупились. Ни один. Уже все прекрасно знали, что молодая супруга в положении и интересуется живописью и дизайном, а супруг богат так, что в деньгах семья не нуждается, так что подарки радовали своей эксклюзивностью, а гости изобретательностью. Дарили мольберты, уникальные холсты и краски, мелки и карандаши, скетчбуки и наборы кисточек, кроватки и люльки ручной работы из дорогих пород дерева с ажурной резьбой, игрушки и одежду для малыша, защитные амулеты и просто вещи ручной работы. Не обошлось и без изделий из камней и драгоценных металлов. Не знаю, поставил ли в известность гостей Слааф, но нам подарили аж три огромных полутораметровых жеоды, от которых я минут десять не могла отвести восхищенного взгляда. Сочно-фиолетовый аметист, переливающийся всеми цветами радуги агат и потрясающий лазурит невероятного оттенка ультрамарин. Были и картины из камней, и статуэтки, и детали интерьера… чего только не было!
Впрочем… чего точно не было, так это тревоги, скуки и нервозности.
Хотя ещё утром мне было о чём переживать: сначала взбудораживший нервы звонок абонента, чей номер не определился (я не стала брать), а затем и вовсе эсэмэска, пришедшая с того же неопознанного номера "Испытания завершены, проклятье исчерпало силу, претензий не имею. Поздравляю со свадьбой. Оракул". Сначала я минут десять в ступоре разглядывала эти слова, затем с пристрастием допросила мужа, что конкретно имел в виду Оракул и он ли это вообще, и уже вдвоём мы пристали к дедушке с просьбой прояснить ситуацию и выяснить не шутка ли это. И только после того, как Карааш после тщательной диагностики Слаафа, а затем отца и дяди с удивлением констатировал, что это действительно факт и ни на одном Медянском больше не чувствуется родовое проклятье, мы выдохнули.
Оракул, конечно, тот ещё неопознанный тип с садистскими замашками, но это действительно бесценный подарок. Лишь бы больше никогда не звонил, и повода не было!
— О чём задумалась? — празднование набирало обороты, и если гости всё меньше обращали внимания на молодожёнов, то Слааф был сосредоточен лишь на мне.
— Всё хорошо, — я накрыла широкую ладонь супруга пальчиками и немного сконфуженно покачала головой, тоже мысленно отвечая на запрос. — Просто мне тут… кое-кто сообщил, что сейчас подойдёт. Ты ведь не против ещё двух гостей?
— А намерения у гостей какие? — безупречно выглядевший варвар, одетый в строгий черный костюм и белоснежную рубашку, моментально подобрался и прищурился, пытаясь по моему лицу понять, о ком конкретно я говорю.
— Благодарные, — я не удержалась от широкой улыбки, а затем и вовсе рассмеялась, когда мне мысленно посоветовали унять воинственный пыл супруга.
Как интересно я должна это сделать?
А затем из портала прямо в центре зала вышли они. Увароу и Олиррис.
Скрипка взяла неверную ноту, певица забыла слово и закашлялась, и постепенно в клубе стало тихо. Лишь детский беззаботный смех ещё звенел колокольчиками по второму этажу, но вскоре и ребятишки приникли к перилам, чтобы выяснить причину происходящего.
— Добрый вечер, — Увароу, пребывающий в человеческом облике и одетый как самый настоящий английский джентльмен в костюм тройку и бордовую щегольскую бабочку, чинно кивнул Слаафу. — Прошу прощения за столь неожиданный визит без предупреждения, но мы к вам ненадолго. Позвольте выразить всю глубину моего почтения за своевременную помощь, мастерство, небанальный подход к решению поставленной задачи и… за моё счастье.
Рука дракона чуть крепче обняла за талию сияющую белозубой улыбкой Олиррис, одетую в золотое платье с пышными юбками, расшитыми жемчугом и воздушным кружевом, а когда я мысленно поздравила драконицу с любящим мужем (я же говорила!), чтобы не перебивать дракона вслух, она улыбнулась ещё шире.
"Он сто тридцать семь раз извинился! И стихи мне посвятил! И он…", — драконица блаженно выдохнула и прильнула к супругу.
"Девочки, не так громко, я поздравляю всё-таки, на нас люди смотрят", — в моей голове укоризненно проворчали, но это было настолько смешно и умильно, что мы обе прыснули со смеха, хотя и постарались сделать это незаметно. — "Женщины…"
— И как истинный дракон, которому не чужды такие понятия, как благодарность и отзывчивость, я хочу поздравить вас, Слааф и Екатерина, с обретением друг друга и подарить вам своё драконье благословение. Будьте счастливы, здоровы и любите друг друга.
"А ещё я беременна! Правда здорово?"
Я шокированно выдохнула и тут же мысленно поздравила покрасневшую Олиррис, торопливо нажелав ей и малышу всего самого наилучшего, а её супругу терпения, побольше положительных человеческих эмоций, а также не лениться и изобретать побольше полезных житейских вещиц, облегчающих быт.
Мне скептично фыркнули в ответ мужским баритоном, рассмеялись беспечным девичьим смехом и…
— Да будет так, — дракон поднял руки вверх, задержал их в таком положении на мгновение, а затем хлопнул в ладоши.
Сам хлопок был очень тихим, едва различимым, но что-то неуловимо дрогнуло в сердце каждого присутствующего, а в воздухе над головой Увароу образовалось серебристое облако, переливающееся всеми цветами радуги. Оно росло, поднималось к потолку, расползалось по помещению, превращалось в туман и вскоре начало опадать крохотными серебристыми снежинками, создавая невероятную волшебную атмосферу. Мерцающие искорки, несшие в себе крупицы благословения дракона, кружились в воздухе, иногда оседали на одежду и кожу гостей, и те сразу начинали улыбаться. Уходили страхи, тревоги, болезни, в глазах появлялся юношеский задор, а в сердцах поселялась уверенность, что теперь уж точно всё будет хорошо.
И не просто хорошо, а превосходно!
Нам со Слаафом и нашим родным этих искорок досталось больше всего и до конца торжества мы так и ходили — сверкающие серебристой пыльцой и сияющие от счастья и любви.
Драконы, действительно не став задерживаться после бесценного поздравления и подарка, ушли, вновь заиграла музыка, отмерла певица, гости потянулись к бокалам, и на весь зал грохнуло дружное:
— Горько!
P.S. Наш клуб в кратчайшие сроки стал самым популярным заведением у нелюдей столицы и не только. Драконье благословение оказалось настолько сильным, что охватило не только нашу семью, но и все наши начинания. Я рисовала и писала с упоением, а заказы на дизайн в моём исполнении так и вовсе были расписаны на многие месяцы вперед. Даже Иосиф Самуилович, дядя Слаафа, познакомившийся на нашей свадьбе с симпатичной уже немолодой, но очень привлекательной гномкой, рискнул и не прогадал — скоро у них родится дочь. У нас же со Слаафом ровно в срок родился замечательный малыш, которого мы назвали Микаэлем или по-русски Михаилом. Теперь у меня два мишутки. Один большой и заботливый, а второй маленький, невероятно послушный и абсолютно некапризный. Мой самый-самый любимый мальчик.
У Лизы и Ильи родился сын Матвей и мы все были искренне удивлены, но кажется из этих двоих начинала получаться неплохая семья. По крайней мере Илья нашел работу менеджера по связям с общественностью и числится у руководства на хорошем счету, а Лиза, по словам регулярно навещающей её мамы, взялась за ум и уже умеет сносно готовить и даже закончила курсы косметолога и визажиста и уже принимает заказы знакомых, которых у неё превеликое множество. Никифоров на рождение внука подарил молодым квартиру, потому что до этого они жили в моей двушке, и Лиза уже вскользь намекнула, что с удовольствием бы выслушала пару моих советов по дизайну и ремонту, на что я естественно ответила положительно.
Осталось найти время!
Покосилась на сына, сладко сопящего в люльке, мягко улыбнулась и снова сосредоточилась на клавиатуре и экране ноута. Одну из моих рукописей одобрило издательство и сейчас мы работали с корректором, подчищая ошибки и доводя роман до окончательного идеала.
— Катюша, полночь.
— Да-да… — я отмахнулась, прося не мешать и подождать ещё чуть-чуть.
— Катя.
— Ага…
— Екатерина Юрьевна.
— Секундочку… да, точка. Всё. Что? — я подняла голову, сморгнула и тут же удивлённо нахмурилась. Слааф стоял передо мной с огромным букетом шикарных чайных роз и загадочно улыбался. — А-а-а… А что случилось?
— Год назад случилось чудо.
Я попыталась переключиться с рукописи на реальность, но получалось плохо. В итоге просительно улыбнулась и кивнула. Может сам расскажет?
— Ну вот, — самый расстроенный варвар обиженно выдохнул. — Ты не помнишь.
— Помню.
— Врушка.
— Нет-нет! — я встала с кресла, потянулась, лихорадочно ковыряясь в памяти, шагнула к мужу и… — Точно! В тот день ты меня едва не размазал по асфальту!
— Не размазал, я мягонько намекнул на твою неотразимость, не успев затормозить перед твоими прелестями и возжелав стать их единственным обладателем сразу же, как только увидел.
— Льстец, — тихо рассмеявшись, я приняла букет и крепко обняла мужа. — Спасибо. Ты самый лучший. Самый-самый лучший.
— Да, мы, гномы, такие. А теперь, пожалуй, перейдём от комплиментов к непосредственно поздравлению.
— Точно! На ручки-и-и!
Самые крепкие, самые горячие, самые нежные и любимые ручки на свете!