Глава 13

– Утеряны все документы? Может, сохранились фотографии, сканы на почте?

Женщина за стойкой регистрации будто работала не в больнице, а в отеле. Неторопливо заполняла документы, когда в коридоре на каталке за моей спиной лежал Тар. Без сознания, в крови, белый как снег.

Я нервничала все больше. Так легко было найти частную скорую помощь, но так трудно получить лечение без документов!

– К сожалению, нет. Но разве это важно в частной больнице?

Я же специально даже не совалась в государственные клиники. Так что они тянут?

– Мы должны оформить договор на случай чрезвычайных ситуаций. В наших руках будет жизнь и здоровье пациента, – совершенно монотонно объяснила сотрудница больницы. Взгляд – само равнодушие.

– А разве вы не должны сначала спасти жизнь человека? Я же сказала, что все оплачу. Оформите договор на меня как на опекуна.

– Данные пациента все равно нужны.

– Я занесу позже. А пока спасите его, пожалуйста!

В этот момент мимо проходил врач.

– Что у вас? – спросил мужчина среднего возраста, готовя стетоскоп.

– Он упал с высоты. Мы поднимались без страховки по небольшой горе.

Врач посмотрел на меня с легким недоумением. Знаю-знаю, до ближайшей горы часов пятнадцать на машине ехать.

Но вопросов больше не задавал, вышел в коридор и тут же застыл, увидев Тара.

Пещерный едва помещался на каталке, истерзанная камнями рука свисала до пола. Спортивный костюм подран, но хорошо, что он хотя бы был, иначе я не знаю, как бы объясняла шкурку на бедрах. Разве что ролевыми играми!

– Давно без сознания? Есть ли аллергии? Какие хронические заболевания?

Если на первый вопрос я могла примерно ответить, то как быть с другими, совершенно не представляла.

– Я не знаю. Мы недавно познакомились.

Ведь такое тоже бывает, верно? Никто же на первом свидании не говорит: у меня аллергия на орехи, язва двенадцатиперстной кишки и проблемы с щитовидкой.

Врач вдруг отступил от Тара, взволнованно обратился к медперсоналу:

– Закатывайте!

А потом повернулся ко мне:

– А вы заполняйте договор.

– Документы потеряны.

– Я слышал. Оформляйте себя опекуном, подписывайте согласие на оперативное вмешательство. Остальное довезете. У нас мало времени. Торопитесь, девушка! Быстрей же! Пока вы не подпишете, я не имею права оказать ему помощь!

Я уже была у стойки. Скан паспорта мы с регистратором достали из моей почты при помощи их компьютера и оформили договор. Ведь моя сумка осталась в каменном веке, а вместе с ней и паспорт. Когда я доставала ключи перед поцелуем, совсем забыла о такой маленькой, но очень важной формальности. Жалко, бумага не сохраняется в веках, а то археологи сильно удивились бы такой находке!

Мимо, быстро перебирая колесами швы плитки, прокатили Тара. Он так странно выглядел среди больничной обстановки, так непривычно, что мне казалось – каждый поймет, что он не из этого мира. Но все словно не замечали его оригинальной стрижки – с одной стороны подстрижено, с другой до сих пор волной шли длинные волосы.

Лишь бы выжил! Остальное неважно. Даже если зададут миллион вопросов, я что-нибудь придумаю. Лишь бы спасли.

– Вам дать одноразовые тапочки?

Я подняла глаза на медсестру. Она с сочувствием смотрела на мои босые ноги. Грязные разводы, сбитый педикюр.

Я поморщилась. Даже не хочу смотреть в зеркало.

– Да, спасибо!

Я приняла тапочки скорее не из потребности привести себя в порядок. В голове крутилась мысль: а то выгонят.

Я поплелась в уборную, умылась, привела в порядок ноги и надела тапки. Раскатала на всю длину брюки и прошлась по ним мокрой ладонью. Волосы расчесала пятерней, признав – так паршиво я еще никогда не выглядела.

«Тар выглядит хуже, – пронеслось в голове. – Как я могу думать об одежде, когда его жизнь висит на волоске?»

Врач сказал, что у него тупая травма головы, кровоизлияние в мозг, ушиб легких и еще пара невыговариваемых терминов, которых я не знала.

Стало противно от себя, от своих мыслей.

Как я живу? Чем дышу? Модой?

Мечта о показе мод показалась бесполезной, никчемной. Все стремления – ненормальными. Чувство вины жрало меня изнутри, как червяк яблоко.

Шли минуты, потом часы. Прошла ночь.

Наконец, врач вышел. Снял маску, и я попыталась прочесть по его лицу хоть что-то, но оно казалось вылепленным из камня.

– Как все прошло, доктор?

Пауза, которую выдержал врач, мне совершенно не понравилась.

– Операция прошла успешно. Состояние пациента удовлетворительное. Пока он без сознания, его разместят в палате. У вас есть несколько часов привести себя в порядок, пока он не проснется. Ему понадобится ваша помощь.

Я улыбнулась, а потом мир закружился.

Открыла глаза, когда уже было светло. Яркий солнечный свет из окна согревал щеки. Перед глазами висела капельница.

– Очнулась! – В поле зрения показался Тар с перемотанной головой. – Как ты?

– Это как ты?! – Я попыталась резко встать, но закружилась голова.

Пещерный посмотрел на меня так, словно это я только после операции скачу как горный козлик, а не он.

– Полежи, тебе нужно.

– Это тебе нужно отдыхать! Ты чуть на небеса не отправился.

– Лекари тут дельные. – Тар сел, сложил руки в замок, опершись локтями на колени. – А шаман солнцем поцелован, такой маленький шрам у тебя остался.

Иногда Тар выражался так, что я с трудом понимала. Лекари – врачи, а шаман – это кто?

– Стоп. Какой шрам?

– Тебе вырезали какую-то слепую кишку. А у меня, как сказал шаман, она не слепая. Пишет по мне какую-то дис… дисер…

– Диссертацию?

– Да. Я согласился, если он не будет просить за свою работу ракушки. Бартер.

– Ракушки?

– Ну да. Оплату.

Я подняла край больничной пижамы и посмотрела на три красные точки.

Почему мне вдруг вырезали аппендицит? У меня иногда болел живот, но давно не давал о себе знать. Вчера все было спокойно, ничего не болело, а аппендицит больше никак диагностировать невозможно!

– Что тут произошло?

– Когда я проснулся, ты лежала рядом с этим прозрачным червяком в руке и стонала от боли. Я вырвал их у себя, у тебя, взял на руки, а потом ты вдруг закричала от боли. Прибежали лекари, шаман. Я не сразу понял, что они хотят помочь, но ты так кричала, а они обещали вылечить тебя, что я поверил. Вроде не зря.

Тар вел себя как покровитель, хотя это я же должна быть его опекуном! Развел суету, и в этот момент зашел врач, который проводил Тару операцию.

– Ну вы и парочка! – начал с порога он, и я заметила фингал под глазом.

Кажется, знакомство пещерного с «шаманом» вышло эпичным! Как только не выгнали.

Врач осмотрел меня, расспросил о состоянии и сказал, что еще чуть-чуть – и слепая кишка бы у меня порвалась.

Тар в этот момент резко позеленел. Я тоже представила, что со мной случилось бы, останься я в каменном веке, и почувствовала холод в пальцах.

– Тар, вы обещали мне УЗИ.

– Лишь бы не ракушки. Не знаю, где их тут добывать.

Врач усмехнулся, подмигнул мне:

– Веселый он у вас. С юмором. И здоровье феноменальное. Другой бы еще неделю пластом лежал.

Я проводила их взглядом, пока мужчины не вышли, и подняла глаза к потолку.

Мир сошел с ума или я?

Я еще раз подняла край пижамной кофты и посмотрела на свой живот. Круглые следы вмешательства краснели над пупком, под пупком и чуть

в стороне.

Сильного дискомфорта в теле не было, а вот сознание будто плавало. Я положила голову на подушку и уставилась в потолок.

Снова дико захотелось спать, словно я не могла переварить все, что случилось, без перезагрузки сознания. Я прислушалась к своему телу и закрыла глаза, а когда открыла, была глубокая ночь. Капельницы уже не было, как и не было Тара на соседней кровати. Простыня белела в свете луны, и только наспех откинутое одеяло говорило, что он ненадолго отлучился.

Удивительно, как быстро Тар сошел за своего в этом мире, как приспосабливался! Я всегда думала, что каменный век – эра людей с крайне примитивным сознанием, но он не сильно отличался от нас.

Я даже начала осторожно задумываться о его будущем в этом мире, когда заметила боковым зрением движение за окном.

Тар!

Он спускался сверху, словно по лиане, ловко и быстро, а потом запрыгнул в приоткрытое окно.

– Проснулась? Как себя чувствуешь?

Кроссовки прошлись по подоконнику, а потом были скинуты как ненужная шелуха. Он был такой бодрый, словно и не висел недавно на волоске от смерти.

Тар уже избавился от повязки на голове, как от чего-то ненужного. Снял рюкзак с плеч и поставил на кровать.

Откуда только он его взял?!

– Тут нет ни одного знакомого растения. Дома я сделал бы тебе таху – тут же поправилась бы. Но это тоже должно сойти.

Тар протянул мне бутылку с чем-то теплым.

Он стольким уже научился пользоваться, что я не успевала удивляться. Неужели он так быстро вольется в мой мир?

– Это что? – Я открутила крышку и почувствовала специфический запах.

– У вас это называют супом. Дают на обед.

Я посмотрела сквозь лунный свет на консистенцию.

– Из чего оно?

– Из птицы.

– Какой?

– Серой. Не переживай, я ее выпотрошил.

Я закрыла крышку бутылки.

– И где ты его достал?

– Приготовил.

– Где?

– На крыше больницы. Она как раз над нами.

Я отставила бутылку на тумбочку, зажмурившись.

Нет, все-таки я рано пела ему дифирамбы. Пещерный век из него не так-то просто вывести.

– Откуда у тебя рюкзак?

– Шаман подарил. Мне он очень понравился. Удобный. Можно забраться куда угодно и ничего не потерять. Можно далеко уйти, не чувствуя веса. У вас тут есть очень удобные штуки!

И тут рюкзак мяукнул.

Что я испытала в этот миг, словами не передать! Нет, только не это!

В голове сразу в красках вспыхнули картины бедного котейки, который издает свой последний «мяу».

Тар запустил руки в рюкзак, и я отвернулась.

– Мяу!

Жив? Я резко развернулась обратно и увидела в ладонях Тара котенка.

– У вас тут так много еды, которая сама бежит в руки. – Пещерный гладил котенка по голове. – Мне почему-то не хочется его убивать, наоборот, хочется гладить. Такой мягкий.

Котенок заурчал оттого, что Тар стал чесать его за ушком, и из меня будто вырвалось облако облегчения, которое до этого распирало изнутри.

Никто не может устоять против котиков!

***

В мир любимых брендов, чистых вещей и стильных сумочек меня выписали через два дня. Я зашла в квартиру и просто обомлела, когда увидела в зеркале свое отражение.

Во что превратились мои волосы, святой Луи?

А кожа? Откуда эти морщинки?

В больнице я пользовалась тем, что было в палате, – одноразовыми пакетиками шампуня с сульфатами, вымывающими всю мою нанопластику. И конечно же, там и речи не шло о сушке феном, который помогает запаять волосы, обработанные составом. Только тогда они у меня выглядят как из рекламы шампуня, а не так, будто ими мыли полы.

Я так давно пользовалась достижениями прогресса во всех сферах по уходу за собой, что сейчас, увидев себя без привычного ухода, испытала легкий шок.

А ногти? У моего мастера ногтей чуть не случился инфаркт, когда я положила руки на маникюрный столик.

Я даже подумала, что есть польза, что Тара все не выпускали из больницы, – я хоть в порядок себя приведу. Кажется, «шаман» положил на пещерного глаз: врачебный такой, исследовательский глаз!

То «надо еще понаблюдать».

То «дождемся анализов»

То «необходимы еще обследования».

Мне же чудилось, что он сказал «исследования»!

Тар, конечно, не инопланетянин, но тоже интересный с точки зрения науки объект. По крайней мере, я в нем очень заинтересована. Не подумайте ничего лишнего, на мечту же надо наскребать.

Я каждый день ходила в больницу с намерением забрать его оттуда во что бы то ни стало, но каждый раз отступала под шквалом медицинских терминов и врачебного ораторства. Я уже всерьез подумывала украсть Тара на заре, оплатить счет и больше никогда не попадаться на глаза людям в белых халатах и их силе убеждать.

И хоть находиться дома одной мне было привычно, но все равно как-то пусто. На носу висел дедлайн сезонной статьи в молодежный журнал, а я думала лишь о зверином принте, наскальной живописи и, конечно же, пещерном человеке.

Вместо модных неоновых цветов и факта, что тренд будет на пике всего полгода, хотелось прописать, как полезно мимикрировать с растительностью с помощью противного цвета хаки. Вместо рекламы обуви на массивной платформе рассказать, как удобны кроссовки при ходьбе по горной местности и как плохи шпильки. Слова сами складывались в строки, и вместо модной рекомендации тинейджерам у меня получился дайджест по выживанию.

В топку!

Я стерла все до строчки, до белого листа, а потом переписала заново. Как молодым девушкам ухаживать за ногтями, какими маслами питать и как отрастить длину. Вот это я знала в совершенстве, в это меня не заносило.

Каменный век, будь он неладен, впечатлил так впечатлил!

У меня мурашки по коже бежали, стоило только вспомнить злоключения в прошлом. Я даже ходила на шпильках, лишь бы почувствовать современный мир – мой мир. Забыть, как ходила босыми ногами по камням, как закатывала штаны, как ловила голыми руками рыбу.

И я ее не ела, не ела, не ела! Если повторить это тысячу раз, то поверю.

У меня шло полное отрицание произошедшего, и все же я поймала себя на том, что чувствую себя не такой, как раньше. Что-то во мне изменилось, но я не могла понять что.

Да еще и Ники рыдала, и в этом косвенно оказалась виновата я. Тот самый дом со скелетами оброс такой волной слухов, что цены упали ниже плинтуса. Квартиру пришлось продавать ниже рыночной стоимости, а клиент обвинил во всем ее. Даже за работу не заплатил.

А между тем неделя моды приближалась. Моя мечта не осталась в каменном веке, а благополучно путешествовала со мной.

Со мной подала на восстановление документов, со мной искала другие «плохие» дома, чтобы заработать в кратчайшие сроки. И вот мне подвернулась удача!

Видео, снятое очевидцами, где я смело говорю: «Я риелтор. Продаю дома, которые в народе называют плохими…» вдруг завирусилось, и мне стали писать в соцсетях: «Я давно страдаю! Продайте мой дом!»

Как говорится, слава пришла оттуда, откуда не ждали. И слава не та.

Я стала уточнять, действительно ли с домом что-то не так.

«Да! У меня в холодильнике живет монстр-обжора».

Я приехала в поисках необъяснимого на квартиру. Думала о том, как приведу сюда Тара, и нашла заплесневелую кухню. Ну да, ее действительно сожрала плесень. Быстро и без вложений такой дом не продать!

Мне продолжали писать: «Не продается квартира. Необъяснимый звук. Помогите».

Я подумала – оно! Снова стучащая квартира, скелеты в шкафах. Это мы знаем, это мы проходили! А что на деле?

Сосед с дрелью! Тьфу.

Мечта уплывала все дальше. Да еще и Тар не спешил вылезать из больницы!

Для связи я купила ему телефон, и он пропал. А что, разве плохо? Кормят, поят, крыша над головой, мягкая постель, да еще такое внимание врачей. Кажется, только я дрожала от мысли о том, что в один день врач поймет, что Тар – попаданец из прошлого.

Но одно сообщение решило судьбу. Мне пришло: «Нужна ваша помощь. Срочно!»

К этому сообщению было прикреплено видео: ребенок лет трех собирает лего, а конструктор летает по воздуху.

«Любая сумма вашего вознаграждения за избавление от нечисти».

Это либо розыгрыш, либо тут без Тара не обойтись! Да мне в любом из этих случаев нужен пещерный. Хочет он или не хочет – я его выписываю.