Глава 10

Женя смотрела на свое отражение в зеркале и не узнавала себя. Перед ней стояла элегантная стройная блондинка в длинном шелковом платье цвета слоновой кости. На шее переливалась тонкая бриллиантовая подвеска, а волосы были забраны в высокую прическу и украшены несколькими заколками из белых розочек. Женя улыбнулась своему отражению. Как же долго Виолетта уговаривала её купить именно это платье! Прошел ни один час, а Женя сопротивлялась из последних сил, но… сдалась, стоило Глебу лишь взглянуть на неё. Увидев её в этом платье, он просто улыбнулся ей и тихонечко проговорил:

— Очень красиво, Женя.

И этого ей было достаточно, чтобы сдаться на волю Виолетте. Странное дело, но за эти две недели, что ни день, то обязательно происходили «совершенно случайные» встречи с Глебом. Он оказывался в том же клубе, что и они с Марго и Даниилом, на том же спектакле, что и они с Виолеттой, в том же кафе, что и она с Лешей. Не говоря уже о постоянных столкновениях дома… Женя постоянно чувствовала его присутствие рядом, его таинственный взгляд на себе, его улыбку, очаровывающую её. Женя не могла не признать, что этого человека словно подменили, и она была рада каждому мгновению, который они проводили вместе. Каждому мгновению, когда он просто наблюдал за ней.

От размышлений девушку отвлек громкий стук в дверь. Женя отошла от большого напольного зеркала и воскликнула:

— Войдите!

В дверях появилась Маргарита и нетерпеливо проговорила:

— Жень, ты готова? Прием уже давно начался! Тебя все… — Марго пристально обвела взглядом Женю и изумленно ахнула: — Боже, Женя! Там все упадут! Ты выглядишь просто божественно!

— Правда? — смущенно проговорила она, нервно теребя переливающийся браслет на руке. — Я себя чувствую как-то… неуютно…

— Привыкай! — хмыкнула Марго и широко улыбнулась. — Пойдем, хватит нам уже прятать такое сокровище!

— Э-э-э… — Женя неуверенно закусила губу, — ты иди, а я спущусь через пять минут.

— Как скажешь, — кивнула Маргарита и выскользнула за дверь.

Женя, оставшись в одиночестве, несколько раз глубоко вздохнула и, ещё раз внимательно окинув взглядом свое отражение, вышла из комнаты. Проходя мимо спальни Глеба, Женя на мгновение приостановилась, услышав за дверью шаги. А ещё через секунду она распахнулась, и на пороге появился Глеб. Боже, он был просто великолепен! В абсолютно черном костюме… Как же ему шел этот цвет…

Женя, словно завороженная, смотрела на него, а тот так же не сводил восхищенного взгляда с Жени.

— У меня видение, или я и впрямь вижу перед собой ангела? — от его мягкого тихого голоса у неё мурашки побежали по спине.

Женя выдавила улыбку и пробормотала:

— Не смущай хоть ты меня, Глеб.

— Хорошо, не буду, — Оболонский улыбнулся, не переставая разглядывать её. — Можно мне тебя проводить? — и он галантно протянул ей руку.

«Прекрасная пара, — пронеслось у неё в голове. — Я во всем белом и он во всем черном! Ну, действительно, ангел и демон».

Но упоминание о дьявольском происхождении Глеба Оболонского её уже совсем не пугало, наоборот — притягивало все сильнее и сильнее с каждым днем, с каждой минутой, проведенной вместе с этим человеком. Иногда ей даже становилось страшно за себя — такую власть он имел над ней. Главное, чтобы он об этом не узнал. Женя обворожительно улыбнулась и взяла Глеба под руку:

— Идем!

«Только бы не споткнуться на этих ужасно высоких каблуках… Да и платье такое длинное, что я могу в нем запутаться… Вот черт, они все на меня так смотрят, неужели у меня что-то не так?! — мысли летели ураганом, пока она под руку с Глебом спускалась по лестнице, где собралось уже огромное количество народа. — Осипова, только попробуй облажаться! — мысленно приказала она себе. — Не дай своим врагам повода для радости!»

И высоко задрав голову, Женя расправила плечи и величественно прошествовала к гостям.

И только она одна знала, каких трудов ей стоило все это выдержать и не дать слабину — не сбежать и не опростоволоситься.

Хотя может и не одна… Может, Глеб, в чью руку она вцепилась мертвой хваткой, тоже об этом догадывался, но виду не подавал.

Спустя несколько часов Женя потеряла счет всем рукопожатиям, улыбкам, словам благодарности за сделанные ей комплименты… Голова шла кругом, но девушка стойко продолжала приветливо улыбаться. Наконец, на минуту оставшись в одиночестве, она устало присела на софу. Взгляд её блуждал по роскошно одетым гостям, веселящимся от души. Но непроизвольно она старалась найти взглядом лишь одного человека… Глеб, пробыв с ней около часа, оставил её с отцом и куда-то исчез.

«Интересно, где он? — подумала Женя и тут же сама себя отругала за любопытство. — Черт, Осипова, ну тебе-то какая разница?! Такой человек, как Глеб Оболонский, не может постоянно находиться в одном месте, у него тут много знакомых, он, наверное, дела обсуждает с кем-нибудь, или… уединился в комнате с какой-нибудь женщиной…» — едва ей в голову пришла эта странная догадка, как Женя моментально возненавидела всю присутствующую на приеме женскую половину моложе тридцати. И стала недобрым взглядом рассматривать тех самых представительниц прекрасного пола, что могли бы заинтересовать Глеба.

— Жень, я понимаю, конечно, что ты устала, но не стоит так явно выражать свою неприязнь к собравшимся гостям, — прозвучало вдруг над самым её ухом. Женя, оторвав пристальный взгляд от высокой стройной брюнетки со слишком глубоким декольте, подняла голову и увидела улыбающегося Алексея.

— Ты что-то сказал?!

— Да уже не имеет значения, — Леша махнул рукой и присел рядом, — шутка все равно неудачная вышла! Решила спрятаться от назойливого внимания гостей, собравшихся поглазеть на тебя?

— Ага, — выдохнула Женя и устало посмотрела на Алексея. — Говорила я Марго, что это плохая идея, но разве твою сестру переубедишь, если она что-то вбила себе в голову?!

— Это точно, — согласно закивал Алексей. — Но знаешь… — он выразительно глянул на Женю, — я ей очень благодарен за этот вечер.

— Почему?

— По двум причинам. Первая — это то, что сегодня я увидел настоящего неземного ангела, спустившегося с небес на нашу грешную землю. — Он осторожно коснулся её руки и посмотрел прямо в глаза. — А вторая причина… что я, наконец, смогу потанцевать с этим неземным созданием, которое сейчас смотрит на меня своим изумрудным взором, и я боюсь, что у меня выпрыгнет из-за этого сердце…

Женя не могла вымолвить ни слова. И не могла поверить, что эти слова… эти потрясающие слова были сказаны о ней. И так нежно, как Леша, на неё никогда никто не смотрел… Даже Дима…

Странно, но сейчас, вспомнив о своем покойном муже, Женя не испытала той горечи, что было совершенно обычным делом ранее. Под невероятно нежным и теплым взглядом девушка просто растаяла.

— Ну что скажешь? — Алексей сильнее сжал её ладонь и произнес: — Ты потанцуешь со мной?

— Если ты не боишься, что твои ноги будут жестоко истоптаны. Я совершенно не приспособлена для хождения на таких высоких каблуках. — И она приподняла подол платья, показывая Леше изящные ступни, дополненные белыми туфельками, окаймленными серебристой тесемкой и стразами на носке. — Ну так, что, принимаешь вызов? — весело воскликнула Женя.

— Принимаю! — Алексей с готовностью поднялся и, взяв Женю за руку, повел вглубь зала, туда, где танцевали несколько пар.

***

Марго скучающе прохаживалась по залу, держа в руках бокал с шампанским. Она все пыталась высмотреть в толпе того, кого была бы безумно рада увидеть, однако Кристиан ещё не появился, в отличие от своей благоверной, которая уже прошествовала мимо неё минут пятнадцать назад, даже не поздоровавшись.

«И слава Богу, — размышляла Маргарита. — Я б ей такое приветствие устроила, она б потом месяц на улицу свой нос не высовывала».

Девушка видела, как её младший братец что-то долго втирал Жене, а потом повел танцевать. Она криво усмехнулась и покачала головой. У Алексея нет никаких шансов. Он лишь третий в списке, и Марго ни за что бы на него не поставила. Не тот типаж. Мордочка симпатичная, характер ангельский, но такие девушек не цепляют. В лучшем случае, они становятся лучшими друзьями своего объекта поклонения. И у Алексея как раз такая ситуация. Ох, и больно же ему будет падать с той высоты, куда он сам себя загнал. Сам виноват.

Маргарита, громко вздохнув, сделала большой глоток из бокала и проследовала далее, попутно здороваясь с совершенно незнакомыми ей людьми и из вежливости улыбаясь им. Это то поведение, что требовала от них жизнь в высшем обществе. Там, где фальшь — само собой разумеющееся, где неискренняя улыбка — признак порядочности, где все вокруг крутятся в водовороте интриг.

Да, вот такая она — жизнь богатых людей, и Маргарита за свои двадцать с небольшим лет эти неписанные правила выучила назубок. Она и сама с удовольствием научит этому любого, кто обратится к ней за помощью. Вот только… Всех, кроме их маленькой наследницы. Марго вновь бросила взгляд в ту сторону, где её брат кружил в танце Женю, и, отвернувшись, отправилась на балкон.

На улице уже стемнело, однако свет в окнах очень хорошо освещал довольно просторную площадку. Марго, на мгновение, остановилась и благоговейно втянула в себя холодный свежий воздух. Как приятно очутиться подальше от всей этой суматохи, царящей сейчас в доме. Девушка укуталась в накидку и уже хотела было пойти дальше, однако раздавшиеся впереди неё голоса заставили её сделать шаг назад — в тень и прислониться к стене, чтобы разговаривающие не заметили её.

— Глеб! Глеб, подожди! — это был голос Андреа.

Маргарита увидела, как на свет вышел её брат, а за ним бежала женушка Криса.

Глеб резко остановился и, развернувшись к блондинке, яростно прошипел:

— Я же сказал тебе, что между нами все давно кончено, Андреа! Сколько раз тебе это повторять? У меня уже язык устал твердить об этом!

— Глеб, я люблю тебя и жить без тебя не могу!

— Это твои проблемы, и меня они никоим образом не касаются!

Марго удивленно наблюдала за этой сценой, не в силах поверить свалившемуся на неё нежданно-негаданно счастью. Значит, Глеб и Андреа… Великолепно!!!

— Как это не касаются?! — завизжала Андреа. — Мы должны быть вместе! — Она вцепилась в рукав его пиджака и тут же была жестко отброшена в сторону. Глеб цинично усмехнулся и произнес, четко выговаривая каждое слово:

— Между нами все кончено. Наша связь была довольно приятной, однако она закончена. И, к тому же… я никогда не пользуюсь уже использованными вещи.

От этих слов Глеба Андреа отшатнулась, как от оплеухи.

А Марго в тени довольно улыбнулась.

«Молодец, братец, так ей и надо!»

— Ты… ты… — Андреа не знала, что сказать, глаза её наполнились слезами, что нисколько не смутило Глеба:

— Я тебе говорю в самый последний раз: между нами НИЧЕГО НИКОГДА больше не будет! Поняла меня, Андреа?

Маргарита, чувствуя, что скоро запахнет жареным, и, боясь быть обнаруженной, потихонечку выскользнула с балкона и, как ни в чем не бывало, пошла обратно в зал.

Однако с лица её не слезала злорадная усмешка.

Да-а, вот так подфартило ей! Как же это замечательно оказываться в нужном месте в нужное время!

Ничего лучшего сегодня с ней случиться не могло. Глеб спал с женой своего лучшего друга… А для брата нет ничего святого… И это просто прекрасно! Марго шла, погруженная в свои радостные мысли, и не заметила, как врезалась в кого-то. Подняв глаза, девушка расплылась в невероятно красивой улыбке:

— Кристиан!

— Марго! — Крис смущенно уставился на неё. Они не виделись с момента их поцелуя в гостиной. Вернее, Кристиан намеренно избегал встреч с ней. И сейчас он не знал, что ей сказать.

Сказать-то нет, но не отметить её потрясающую красоту он не мог. Марго и так была прекрасна, а сегодня, в этом облегающем её стройную фигуру красном платье с низким вырезом, была просто сногсшибательна! Поэтому Кристиан сделал вид, что высматривает кого-то в толпе.

— Кого-то потерял? — Марго подняла левую бровь вверх и посмотрела на него, не убирая с лица очаровательную улыбку.

— Не могу Андреа найти, не видела её?

— Нет, не видела.

— Мне сказали, что она пошла на балкон, пойду, посмотрю её там. Наверное, свежим воздухом вышла подышать. Тут душновато. — Он сделал пару шагов по направлению к двери на балкон, но был остановлен цепкими руками Маргариты:

— А-а-а, я же только что там была, твою жену не видела! — быстро сообразила Маргарита и, подхватив его под руку, добавила: — Крис, составь мне, пожалуйста, компанию. Я так хочу потанцевать, а меня никто не приглашает! — она невинно захлопала ресницами, хитро улыбаясь. — Ты ведь не бросишь в беде сестру своего лучшего друга?

— Но-о, Андреа… — Кристиан стоял в нерешительности, не зная, что сказать, однако Маргарита уже тащила его к танцующим, и ему ничего не оставалось сделать, как сдаться ей на милость.

«Не время ему сейчас обо всем узнавать, — думала Маргарита. — Он узнает, обязательно узнает, но не сейчас и не сам. Глебу надо было быть осторожным со своими связями. Теперь он попал, ой, как попал…»

***

Женя вышла из дома и тихонько побрела по дорожке вглубь сада. Уже светало, а гости все не желали расходиться, и музыка все играла и играла, прерываясь лишь на мгновение. Она устала. Ей так хотелось спать, но в комнату идти не имело смысла, музыка и смех были слишком громкими, и она ни за что бы не уснула. Поэтому, вспомнив про беседку, куда её отвел как-то Даниил, она уверенно направилась именно туда. Это место находилось в глубине сада, и там должно было быть спокойно.

Женя оказалась права. Уютная скамеечка была совершенно пуста и девушка, не долго думая, скинула туфли и забралась на неё с ногами. Ноги ломило от усталости. Сегодня она весь вечер на ногах, да ещё, к тому же, танцевала сначала с Алексеем, потом её выцепил Даниил, весь танец продолжавший обсыпать её комплиментами и признаниями в глубочайшей к ней привязанности, потом было ещё несколько кавалеров, которым она не смогла отказать… Вот так и прошел для неё весь этот безумный вечер.

А Глеба она больше так и не увидела. Он просто исчез. Растворился в сумеречном небе Лондона. Слился с тенью, благо, костюм его был черным, как безлунная ночь. Женя еле заметно улыбнулась и прикрыла глаза. Да, она хотела, чтобы он весь вечер провел с ней. Был рядом. Она хотела, чтобы он танцевал с ней. Хотела ощущать прикосновение его руки к своей.

«Черт, Осипова, ты из ума выжила, что ли? — где-то издалека подсознания донесся слабый тихий шепот её внутреннего голоса, который она тут же заглушила криком: — Да! Да! И ещё раз — да! Можешь считать меня сумасшедшей, но он мне нравится! Нравятся его таинственность, его улыбка, его взгляд…»

— Тоже устала от этой суеты?..

— «… его голос… Да… Стоп! ГОЛОС?!»

Женя открыла глаза и увидела перед собой Глеба Оболонского собственной персоной с бутылкой вина и двумя бокалами в руках.

Она удивленно заморгала, словно проверяя, не плод ли это её больной фантазии. Но иллюзия не собиралась исчезать, продолжая стоять рядом с ней и улыбаться.

«Да-да-да, вот именно об этой улыбке я и говорила… И об этом самом взгляде…»

Женя вздохнула и опустила ноги на землю, освобождая место для Глеба.

— Ненавижу все эти приемы, — добавил он, присаживаясь рядом. — Такой галдеж стоит в доме, что невозможно нигде спрятаться. Вот я и решил сбежать оттуда и уединиться в этой милой беседке, а тут, смотрю, ты. Не один я такой, значит.

— Уединиться, говоришь, хотел? — хмыкнула Женя, выразительно поглядывая на два бокала в руках мужчины.

Глеб расплылся в широкой улыбке и протянул ей один из них:

— Хорошо, я слукавил.

— Ты следил за мной?

— Не совсем. Я случайно увидел, как ты вышла из дома и решил составить тебе компанию, но если хочешь побыть одна, я могу исчезнуть.

— Нет, все в порядке. Будет несправедливо, если я буду пользоваться преимуществом этого тихого места в одиночку.

Глеб кивнул и, откупорив бутылку, разлил вино по бокалам.

Они довольно мило беседовали, смеялись, шутили… Однако Жене не стоило пить. Она с самого утра ни крошки в рот не взяла, поэтому вино очень быстро ударило ей в голову. Приятное состояние опьянения… И Женя почувствовала, что смотрит на Глеба слишком долго и пристально, но ничего не могла с собой поделать. А он, видимо, не замечал этого. Или замечал…

— Ну, как тебе вечер? — он налил ещё вина в подставленный Женей бокал.

— Честно? — хихикнула девушка.

— Угу!

— Ужасно! — Женя скривила смешную рожицу и, сделав большой глоток, добавила: — Больше никогда не поддамся на уговоры Марго! Как бы она меня не уговаривала, НИ ЗА ЧТО! Во-от, — Женя кивнула в подтверждении своих слов и случайно выплеснула содержимое бокала на свое белое платье. — Вот черт! — выругалась она и, вскочив, попыталась отряхнуться, однако, в довершении ко всему, уронила ещё и бокал, который со звонким эхом упал и разбился. — Черт!

Глеб понял, что Женя уже изрядно пьяна. Он, осторожно поставив бутылку на пол, взял расстроенную девушку за руку и усадил обратно на скамью:

— Ничего страшного.

— Но это было такое красивое платье, и теперь оно безнадежно испорчено! Я такая неуклюжая! И этот дурацкий бокал! Я его разбила! — Женя казалась настолько сильно расстроенной этим маленьким происшествием, что Глеб не выдержал и улыбнулся:

— Стекло бьется на счастье, Женя, поэтому не переживай.

— А платье? — она сокрушенно помотала головой. Его доводы её не убедили.

— С платьем, конечно, сложнее будет, — взгляд Глеба был прикован к пятну, красующемуся на лифе платья. — А хочешь, я тебе новое подарю? В точности такое!

— Гле-е-б, — неожиданно протянула Женя и, ласково улыбнувшись, провела рукой по его щеке, — ты такой милый… Правда-правда, я не вру! Ты хочешь показаться черствым и злым, но я-то вижу, что это не так… Ты другой, правда?

Её губы медленно приближались к его губам. Глеб нервно сглотнул. Он ощущал её теплое дыхание на своем лице… Её локон, выбившийся из прически, нежно щекотал его щеку. Нежный аромат её духов опьянял его.

— Женя… — хрипло произнес он и, обхватив её за талию, привлек к себе и усадил на колени. Она не сопротивлялась и обвила его шею, прижавшись к нему всем телом.

— Ты не злой… — прошептала она, — прос… то одино… кий… оди… но… кий… — и тут Глеб услышал мирное посапывание у себя над ухом.

На его губах заиграла улыбка. Она уснула! Её голова мирно покоилась на его плече, и ему совершенно не хотелось её будить. Эта девушка сейчас была похожа на восьмилетнего ребенка, который ждал праздника, но, так и не дождавшись, уснул на руках у родителей.

«Ну что же, — подумал Оболонский. — Эта ситуация в мою пользу. Я не делал ничего предосудительного, разве что только предложил ей выпить, а остальное Женя сделала сама…»

И он улыбнулся своим мыслям, крепче прижимая к себе спящую девушку…