Глава 8. Не на своем месте

– Спускайся, – бросил Крис, когда Рик ушел, и дверной проем снова заволокло непроницаемой дымкой.

Нервно оправила юбку платья, но с места не сдвинулась, наблюдая за тем, как Крис что-то ищет в буфете.

– Значит, подслушивать ты не боялась, я спуститься страшно? – лица его я не видела, но почему-то показалось, что там цвела издевательская улыбка.

Фыркнула и спустилась. Было ли мне страшно? Наверное, нет. Бояться уже было поздно, но волнение не отпускало. Теперь от Криса зависело то, что будет с моей жизнью. Присела на край кресла, сложила ручки на коленях, как примерная девочка, и стала ждать. Вскоре перед носом возник стакан с водой, в которой, словно всполохи огня, растворялось что-то оранжевое.

– Успокоительное. Ты просила, – Крис впихнул стакан мне в руки и сел напротив, закинув ногу на ногу.

Под его пронзительным взглядом понюхала содержимое стакана. Пахло травами. Пригубила. На вкус оказалось жуткой дрянью. Горечь от крохотного глотка обволокла весь рот. Я скривилась, но все-таки выпила, даже не подавилась.

Поставила стакан на стол и покосилась на мужа. Он в задумчивости барабанил пальцами по обивке дивана и скользил взглядом по мне. И что у него на уме? Хотела бы я знать.

Уже через пару минут почувствовала, как по телу пробегают волны расслабления, сердце перестает отбивать дробь, стучит ровно, размеренно. Откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, наблюдая из-под опущенных ресниц за Крисом.

– Хм, – многозначительно выдала я, – а наш брак можно считать недействительным? Я ведь не Лана Ровин, значит, не жена тебе.

– Нет, дорогая супруга, так просто тебе из этой ситуации не вывернуться. Брак подтвержден духами леса, твою руку украшает брачный рисунок, который в точности повторяет мой. Кем бы ты ни была, ты моя жена.

– Но замуж ты хотел взять не меня, а Лану, – упорствовала я, – значит, нам обоим будет гораздо лучше, если эта дурная девица вернется в свое тело, а я в свое.

– Сомнительный вывод. Но об этом мы поговорим позднее. Сейчас меня интересует, сколько еще сюрпризов ты с Дарком приготовила для меня.

– На сегодня лимит исчерпан. Кончились сюрпризы. Все, что я знала, рассказала. Единственное, что меня интересует – вопрос моей безопасности и возвращения обратно.

– Я жду подробностей. Как все произошло, каждое мгновение с момента твоего пробуждения. Все, что было сказано Дарком, и подробности о тебе.

– И зачем тебе подробности обо мне? Я не Лана, по-моему, этого достаточно!

– Когда мне будет достаточно, я дам тебе знать, а пока, не искушай меня, день не задался с утра, у меня и без капризных девочек достаточно проблем, будь разумной, расскажи все сама.

– Будто это я виновата, что у тебя день не задался, – проворчала я, но осеклась, под блеснувшими янтарем глазами. – Ладно, – сложила руки на груди, – я все расскажу. Хотя доктор советовал соблюдать покой и не нервировать меня, а ты пообещал позаботиться об этом. Видимо, мужчины в этом мире свои обещания не очень-то держат.

Крис зарычал, я поежилась. Видимо, успокоительное не только на расшалившиеся нервы повлияло, но и язык развязало окончательно. Устроилась удобнее в кресле и рассказала обо всем. Даже о себе: о семье и о том, чем занималась. Крис не перебивал и внимательно слушал. По мере пересказа ритуала мужчина становился все мрачнее.

– И книга эта осталась у Дарка? – когда я замолчала, спросил он и получил утвердительный кивок в ответ.

– Нужно забрать ее и провести еще раз этот ритуал.

– Ты, похоже, не понимаешь всей трудности ситуации, – он подался вперед и облокотился о стол ладонями.

– Было бы удивительно, если бы я понимала все, с учетом того, что в моем мире нет ни оборотней, ни магии. Расскажешь мне, в чем же трудность ситуации? У Ланы ведь получилось!

Крис, наверное, впервые за весь разговор ответил на мой вопрос. И ответ его меня совсем не обнадежил. Оказывается, этот ритуал уже много десятилетий считался запрещенным. Когда-то, очень давно, одному из оборотней удалось прорваться сквозь миры и заглянуть за грань. Но он все же не удержался в том мире и очнулся в собственном теле. После этого случая ритуал тщательно изучили, доработали, но все следующие попытки потерпели фиаско. Души либо оставались в теле, либо тот, кто рисковал, больше никогда не просыпался. Что происходило с ними, никому не известно до сих пор, но Лана, которая не обучалась в академии, не знала таких подробностей и решила рискнуть. Что ей помогло, можно только гадать, но я оказалась в этом мире.

– И самое главное – нет никакой гарантии, что твое тело не погибло. Душа Ланы могла и затеряться, – на такой «оптимистичной» ноте закончил Крис.

– И что мне делать? – нахмурилась я.

– Быть примерной женой. И держать рот на замке. Ты ведь не хочешь, чтобы твоим случаем заинтересовались наши ученые?

– У меня очень неприятное ощущение, что исчезновение Ланы никого не волнует! Тебе совсем без разницы, кто стал твоей женой?

– Мой отец часто повторяет одну и ту же фразу: «Каждый шаг вперед приближает тебя к победе. И не важно, насколько этот путь короткий, важно, как много ты сможешь взять для себя на этом пути. И если на этой дороге ты получил не то, чего ждал, приглядись, велика вероятность, что жизнь щедро одарила тебя». Я стараюсь следовать этому совету. В данный момент меня все устраивает. Волчица осталась с тобой, мой волк доволен таким выбором, наш брак одобрен. Ты кажешься довольно-таки разумной, образование получила, у тебя активирована магия, что может сыграть нам на руку, осталось только обучить тебя управлять ею и примирить тебя с волчицей. И вот это будет, возможно, гораздо сложнее остального. А Лана, она даже не попыталась наладить свою жизнь и подвергла опасности не только себя, но и тебя. Это безответственно. Она оказалась слабой, значит, я ошибся в ней. К тому же, я не терплю предателей.

– Это эгоистично, – зло выплюнула я, – ты думаешь только о себе! А у меня там своя жизнь. Там мои родные.

– Там ты, вероятно, умерла, – жестко отрезал он. – А тут у тебя есть шанс продолжить жизнь.

– Недолгую, судя по тому, что случилось сегодня, – голова снова начала болеть, словно молоточки били по вискам, а перед глазами поплыли красные круги.

– А вот об этом ты думать не должна. Сегодня-завтра отдохнешь, а потом отправимся на встречу к Дарку. Там и решим, что делать дальше.

В воздухе что-то защелкало. Волосы зашевелились, в груди снова начинал формироваться сгусток ярости, которую хотелось на кого-нибудь выплеснуть. Вселенская несправедливость, похоже, решила шагать со мной по жизни рука об руку.

– Ты разнесешь квартиру, – совершенно спокойно заметил Крис.

Я оглядела себя. Оказывается, даже не заметила, как поднялась на ноги, и теперь стояла перед ним, сжимая кулаки, вокруг которых дрожал воздух. Волосы взметнулись в воздух и окружили голову, словно змеи медузы Горгоны. Стакан подпрыгивал над столом, и звон разносился по квартире.

– Может быть, тогда ты одумаешься, – прошипела я, – и сделаешь все, чтобы отправить неуравновешенную меня в мой мир?

– Поверь, я сумею справиться с тобой и менее опасным способом. Я бы даже сказал, что этот способ сбросить напряжение меня очень даже привлекает, – его красноречивый взгляд коснулся моей груди, скользнул ниже и вернулся к глазам.

Задохнулась от возмущения. Желание проучить самоуверенного мужчину вспыхнуло пожаром и выплеснулось белой пеленой в воздухе, которая устремилась к нему. Ноги подкосились, я рухнула на колени, наблюдая за тем, как Крис двумя взмахами останавливает то, что запустила я, сворачивает дымку руками в шар и постепенно сжимает. А вскоре эта дымка и вовсе исчезла между его ладонями. Он даже не изменил позы. Все также выглядел расслабленным и самодовольным, в то время как я чувствовала полнейшее опустошение и жуткую слабость. Сил не хватало даже на то, чтобы подняться с колен.

– Ты еще маленькая, чтобы играться со мной, но впечатлить меня тебе удалось, – хмыкнул он, подхватывая меня на руки, как тряпичную куклу.

– Ненавижу тебя. И понимаю, почему Лана сбежала, – прошептала я.

– Не растрачивай жизнь на это гадкое чувство, когда есть масса других, а теперь помолчи. Ты сегодня и без того сказала многое. И сделала тоже. Доктор велел соблюдать постельный режим, вот и соблюдай, – опустил на кровать, перевернул на живот, под мои тихие возмущения, расстегнул пуговицы и стащил платье. – Это называется магическое истощение на фоне эмоционального взрыва и бесконтрольного выброса магии. Дважды за день – слишком много даже для опытных магов. В следующий раз будешь думать головой, прежде чем решишь воспользоваться тем, чем пользоваться не умеешь. А использование магии против меня, – перевернул на спину и навис надо мной, – ты практиковала первый и последний раз. Не испытывай мою доброту. Помнишь, что я тебе сказал? Будешь умничкой, и я сделаю тебя счастливой, – подмигнул, накрыл меня одеялом и двинулся к выходу из спальни.

– Ты слишком самоуверен, – с горечью проговорила я.

– Ты многого не понимаешь, прекрати бунтовать и подумай над моими словами.

Он вышел, тихо притворив за собой дверь. В голове шумела кровь, меня знобило. Но усталость оказалась сильнее, и вскоре я провалилась в очередной странный сон.

Вязкая тьма на этот раз была теплой, уютной и совсем не пугающей, до тех пор, пока меня не накрыли совершенно беспричинные переживания. То самое чувство, которое мама характеризовала фразой «сердце не на месте». Теперь я понимала, что это значит. А в голове набатом билось одно слово: «чужой». Словно заевшая пластинка, это слово повторялось из раза в раз. По спине бежали неприятные холодные мурашки. Откуда-то из глубин души раздавался рык, а перед глазами среди непроглядной черноты стал сгущаться туман.

Он, словно белая краска, которую капнули в темный омут, опадал, сгущаясь на дне. Я как завороженная наблюдала за этим танцем, затаив дыхание, всматривалась в смутные очертания, которые с каждой минутой становились все четче. И по мере того, как эта дымка приобретала более ясные, яркие линии, брови все выше заползали на лоб. Я будто в зеркало смотрела. Даже удивление призрачной девушки наверняка повторяло мое. Я уже знала это ощущение, когда разум шепчет, что все происходящее – сон, но чувства просто сиреной завывают о том, что это непросто игра воображения и подсознания.

– Лана?! – не то спросила, не то констатировала я, и мой голос эхом разнесся вокруг.

Дымка дрогнула, глаза призрачной девушки расширились, она открыла рот, потом нахмурилась и обвела меня взглядом. Дернулась по направлению ко мне, но между нами материализовалась полупрозрачная волчица. Грозный рык был настолько неожиданным и пугающим, что теперь мы вздрогнули с девушкой вместе. Но если мой страх не собирался отступать, то у девушки быстро сменился негодованием.

– Не смей на меня рычать, – она погрозила полупрозрачным пальцем животному.

Волчица лишь уши прижала к голове, чуть опустила голову и зарычала еще громче. И вот теперь на лице моего двойника отразилась настоящая растерянность. Она перевела взгляд на меня.

– Похоже, ты ей не нравишься, – констатировала я, – и мне тоже.

Волчица обернулась, сверкнула удивительно яркими золотистыми глазами, которые резко выбивались из общей черно-белой гаммы. Ее губа дернулась, обнажая клыки, но зловещего рыка не последовало. Волчица вновь устремила свой взгляд на Лану.

– Кто ты такая, и что вообще происходит? – требовательно спросила она, но попыток приблизиться больше не предпринимала.

– Странно, что ты задаешь эти вопросы мне, – язвительно заметила я, – не ты ли устроила так, что мне приходится жить твоей жизнью? – я даже не пыталась скрыть всей своей злости.

– Что? Подожди-ка, – протянула она и прикрыла глаза, но через секунду распахнула их и осторожно поинтересовалась, – ты Лена?

– Надо же, какая ты догадливая, – всплеснула я руками, и сразу перешла к тому, что меня интересовало особенно сильно, – значит, ты все-таки заняла мое тело! И у меня есть шанс вернуться! Ты чем вообще думала, ненормальная? – вызверилась я.

– Я не думала, что все будет так! – закричала она, – все должно было произойти иначе!

– Должно, да не обязано! Довольна результатом?

– Да! – закричала она, а потом ее плечи поникли, и она продолжила уже гораздо тише. – Все пошло не по плану. И я еще не понимаю, что случилось. Меня чем-то опоили почти сразу, как я очнулась.

– Подробнее, – потребовала я.

Лана не стала сопротивляться и рассказала о том, что случилось там, в моем мире, после того, как она очнулась. Оказалось, что девушка почти сразу после пробуждения упала в обморок. Сначала шоком для нее стало место, в котором она очнулась, потом резко изменившийся цвет волос, а последней каплей стал вид из окна моей комнаты. Так высоко над землей ей бывать не приходилось. Страх затопил ее сознание, она вскрикнула и упала в обморок. Естественно, на ее крик сбежались мои родители. Они привели ее в чувство, но когда попытались с ней поговорить, успокоительное уже понадобилось им. Лана без каких-либо отступлений рассказала им, что провела ритуал, и попыталась выведать подробности у родителей. Они начали расспрашивать ее о произошедшем, и когда девушка перешла к рассказу о принудительной женитьбе, скорее всего, решили, что я тронулась умом.

– Я впервые видела маму такой обеспокоенной, – задумчиво произнесла Лана. – Она пыталась меня вразумить, говорила, что это всего лишь сон, что это стресс на фоне экзаменов, но теперь все позади, и мне нужно успокоиться. Я вообще перестала что-либо понимать, особенно было странно видеть незнакомого мужчину и мальчишку, которого мама почти сразу выгнала из комнаты. Но она мне не поверила. А когда я сказала, что больше не чувствую свою волчицу, побледнела и выбежала из комнаты.Вернулась уже со стаканом. Напоила меня, и я почти сразу уснула. А потом появилась ты. Что все это значит?

– Это значит, что мои родители считают, будто я сошла с ума, – с грустной усмешкой ответила я.– Чем ты только думала, когда проводила этот ритуал?

– Думала, как избежать нежеланного брака, – буркнула Лана, – может, все-таки объяснишь, что к чему? Я вообще-то планировала переселиться в тело Лики. Я читала, что такое возможно, если взять какую-то личную вещь.

– Ну ты и… – даже не смогла подобрать нужного слова, чтобы охарактеризовать девушку, настолько была поражена её эгоизму и бессовестности. – Ты, чтобы спасти себя, решила подставить под удар младшую сестру? – еще не до конца поверила своим ушам.

– Она, в отличие от меня, ничего ужасного в этом браке не видела, – пожала та плечами, – вот и пусть бы выходила замуж, а у меня бы было два года, чтобы найти себе подходящую партию.

– До чего ты мерзкая, – презрительно произнесла я.

– Не надо меня судить! – рыкнула девушка, – тебе не понять, каково это.

– Ой ли, я вообще-то сейчас на твоем месте. Но не собираюсь на нем долго задерживаться. Только, – в задумчивости прикусила губу, – чего я не хочу, так это того, чтобы мои родители сдали тебя в психушку, пока я решаю проблемы, созданные тобой! Что нужно для ритуала?

– Я не помню, – буркнула девушка.

– Врешь!

– Я не вру! Я его по книге делала.

– Говори, что помнишь!

Но Лана не сдавалась. Я угрожала, рычала, кричала, но девушка словно язык проглотила. И когда я уже была готова придушить ее своими призрачными руками, поняла, что помощи от нее ждать не придется. Действовать нужно самой, еще и ей рассказать, как следует себя вести, чтобы не загремела в психушку.

– Значит так, Лана, – процедила я, изо всех сил стараясь не сорваться на оскорбления, – слушай меня внимательно и запоминай! Сделаешь что-то не так, я убью тебя лично, уж поверь, найду способ.

Пришлось быстро и ёмко рассказать все о себе и о том, куда она попала, чтобы успеть до пробуждения. И если с рассказом о родных не возникло никаких проблем, то мелочи почему-то ускользали из памяти. То, что всегда казалось элементарным, теперь будто подернулось толстым слоем паутины, сквозь которую приходилось пробиваться.

– Когда проснешься, скажешь, что ничего не помнишь, или что тебе все это приснилось. Пусть лучше думают, что у меня был приступ лунатизма. Из дома не выходи, притворись, что заболела. Не знаю, мигрень, отравление, что угодно, лишь бы выглядело естественно. Больше молчи, меньше болтай. Читай книжки. У меня большая библиотека. Там много современных романов, хоть поймешь немного, как мир устроен. С друзьями не встречайся, если будет звонить Саша или Настя, скажи, что болеешь, расспроси, как прошел выпускной. Или лучше вообще трубку не бери. Родителям скажи, что документы в университет подашь чуть позже. И ни слова, слышишь, ни слова об оборотнях и магии! Ты поняла?

– Почему? – удивилась девушка.

– Потому что в моем мире их нет! – закричала я.

– К-как? – ошарашенно выдохнула она.

– Вот так. Просто запомни, и все, если не хочешь проблем! И не смей обижать Владика! – с нее станется. А за младшего братишку, несмотря на то, что он иногда бывал огромной занозой в мягком месте, я была готова порвать любого. – А я пока решу вопрос с обратным возвращением.

– А как у тебя там? – осторожно поинтересовалась она.

– Вернешься и узнаешь! – покосилась на мирно сидящую рядом волчицу, которая все это время прислушивалась к разговору, о чем говорили подрагивающие уши, – тебя ждет горячий прием. Особенно от Криса, – зловеще произнесла я.

Если призрачная Лана могла побледнеть, то, наверное, именно это с ней и произошло. Дымка чуть рассеялась, размывая очертания, делая девушку совсем тусклой. Я была довольна эффектом. Лана мне совсем не нравилась. Но я была уже знакома с их семейкой и понимала, что такой ее сделали родители. Девушка оказалась жуткой эгоисткой, готовой на все ради собственного удобства. Мне даже показалось, что она и не хотела уходить из незнакомого мира в родной. Но ее желания меня волновали мало. Она и так заварила эту кашу, которую мне приходилось расхлебывать двумя ложками – и в ее мире, и в своем.

Еще некоторое время я вываливала на нее все, что только помнила, пыталась затронуть все аспекты своей жизни, чтобы ее поведение не вызывало подозрений, хоть и понимала, что что-нибудь обязательно пойдет не так. А потом меня словно вырвали из сна. И виной тому был муж, который бесцеремонно сдвинул меня и забрался под одеяло. Я с закрытыми глазами прислушивалась к шороху за спиной, изображая спящую, но мой спектакль не удался.

– Ты говорила во сне.

Я промолчала. Рассказывать о том, что повстречала Лану, почему-то не хотелось. Мало ли что я могла бормотать, и что он мог услышать.

– Занятные вещи говорила. Не пояснишь? Я знаю, что ты не спишь.

– Не поясню, – огрызнулась я, – это мои сны. И они останутся только моими.

Видимо, Крис понял, что я настроена недружелюбно, или решил, что на сегодня достаточно откровений, но приставать не стал.