Глава 34. Филин в клетке

Ключи тюремщика противно проскрипели в замочной скважине за спиной арестанта. Филин потёр запястья, которые впервые оказались в металлических браслетах. Спёртый воздух камеры отдавал зловонием потных тел и грязной одежды. На скамейке у левой стены кто-то спал, судя по запаху то ли бомж, то ли алкаш. Филин невозмутимо поправил воротник белой рубашки и присел на скамью, откинувшись затылком на стену, прикрыв глаза. За запертой дверью тюремной камеры единственное в чём ты можешь быть абсолютно свободен это своя собственная голова. Никто не может залезть в твои мысли, как бы ему не хотелось.

Его мысли и воспоминания последних трёх дней постепенно выстраивались в упорядоченную последовательность.

*****

— Значит так, гражданка Дурова, слушай инструктаж перед важным заданием…

Маруся сделала серьёзное лицо и попыталась вникнуть, что он от неё хочет. После того, как Филин ушёл из домика по делам, Маруся немного поела, много поспала, а потом он вернулся и они поехали куда-то, оставив все вещи на месте. После поездки длиной в целый час, они приехали в деревню побольше, припарковались недалеко от парка с детскими площадками и Филин начал учить её шпионить.

— Ты всё поняла?

— Да, — закивала головой Маруся.

— Тогда иди, вон та бабушка в синем платке.

Филин не отрывая взгляд, наблюдал, как Маруся идет к детской площадке, присаживается на скамейку, как будто она что-то ищет в телефоне. Потом его отвлек важный звонок и он потерял бдительность, разговаривая с Жориком. Когда Филин повернул голову в сторону площадки, там не было ни бабушки с внучкой, ни Маруси. Не высмотрев Пчёлку, Филин начал ей звонить, Маруся не отвечала. Он объехал парк пару раз, но рыжей головы нигде не было видно. Филин продолжал звонить, ругаясь на самого себя и свою беспечность.

Маруся вернулась через полчаса, прихрамывая, на правом колене, чуть выше укуса гуся, был приляпан листок подорожника. Филин решил больше товарища Марусю не отправлять на дело — она слишком легко травмируется.

— Я потеряла телефон, потом нашла, а потом споткнулась и упала, больно было, — оправдалась Маруся, умилительно закусывая нижнюю губу, когда села к нему в машину.

— Поехали, Дурова, лечить тебя буду, — вздохнул Филин, отъезжая подальше от опасного места.

Святослав даже не ругался, что она так увлеклась качелями, что забыла о времени. Пока Филин обрабатывал большой девочке рану на колене, Маруся рассказала всё, о чем они говорили с девочкой Любой, показала её фото. Она сидела на пассажирском сидении, а он на корточках возле открытой двери. Сняв пиджак, закатав рукава белой рубашки и обнажив рисунки на коже, Филин сосредоточенно обрабатывал ей рану, хмуря брови.

— Она такая прикольная, попросила меня рассказать ей сказку, сказала, что у меня голос красивый. Я раз пять ей рассказывала, а она всё просила и просила! Мы на качелях катались! Так классно было! Я сто лет не каталась!

— Никуда тебя нельзя отпускать, Маруся, особенно играть с другими девочками на детской площадке.

— Это твоя дочка? — спросила Маруся, сделав нехитрые выводы о своём шпионском задании.

— Нет, у меня нет детей.

— Почему? Ты вроде классный.

— По кочану, Маруся, — вздохнул Филин, приклеивая ей пластырь.

— Спасибо, но подорожник от Любаши лучше смотрелся. Она сказала, что это волшебное средство от ушибов, только она зачем-то ещё на него плюнула, не гигиенично как-то, — улыбнулась Маруся, чмокнув своего доктора в щёку.

Филин прищурил зеленые глаза, глядя на её голые ноги, короткое платье, которое она надела без лифчика. Они остановились в лесочке за поселком, обратно до деревни ехать ещё час. Он провёл ладонью от колена до её бедра, просунул руку под подол, она хотя бы надела трусики. Нет, час до места с кроватью он ждать был не готов. Филин поднялся, протянул ей руку и поднял на ноги, притянув к себе, целуя её в улыбающиеся губы.

Он резко развернул её от себя, лицом к машине и чуть толкнул вперёд, прижав к закрытой задней двери. Маруся уперлась ладонями в холодный металл. Он прижался своим телом к её спине и его руки начали ощупывать её тело.

— Прямо здесь? — с долей страха в голосе спросила Маруся.

— Да, до дома я не дотерплю, нам ещё вечером в гости идти. Мы быстро, Марусь, охнуть не успеешь.

Маруся успела охнуть и ахнуть, после того, как Филин запустил свою руку ей в трусики. Он заставил её забыть на время, что они могут быть в лесочке не одни, что кто-то их увидит. В её реальности существовала только его рука, которой он в данный момент творил чудеса. Она распугала в лесу всех дятлов, своими стонами, когда Филин приспустил с неё трусики и начал трахать с таким нетерпением, как будто у них ничего не было целую неделю.

Вместо храпа сокамерника, в голове у Филина всё ещё звучали сладкоголосые стоны Медовой пчёлки…

*****

За большим столом в доме управляющего фермой собрались дорогие гости, половина из них работала на Филина. Среди темноволосых мужчин и женщин, которые успели загореть от работы на улице, Маруся смотрелась светлым пятном, с горящими огнём волосами. Она уплетала выпечку, которую ей постоянно подкладывали. Когда она начинала что-то говорить, люди улыбались, слыша её мелодичный голос. Филин, наверное, уже к нему привык, но мурашки все ещё пробегались по телу вверх-вниз, когда она начинала постанывать и пищать от удовольствия в постели. Он еле дождался, чтобы остаться с ней наедине без одежды.

— Что, опять? — вздохнула Маруся, когда он начал её раздевать, стоило им оказаться в их домике.

— Ты такая сладкая, Медовая пчёлка, невозможно оторваться! — оправдался Филин, толкая её в гостиную поближе к дивану.

— Как бы сахарный диабет не развился, столько сладкого употребляешь, — проворчала Маруся, падая на спину.

— Скорее у меня случится сердечный приступ от перенапряжения, — расхохотался Филин, накрывая её своим горячи телом.

Вместо горечи поражения арестант всё ещё чувствовал вкус её губ на своих губах. Филин взглянул на свою руку и улыбнулся, вспоминая как он нежно скользил подушечками пальцев по её спине от поясницы и обратно, когда она лежала обнажённая на животе после того, как он ею насытился до отвала.

— Почему люди здесь часто называют меня матурым?

— Это означает на татарском «моя красавица».

— Я не их красавица, — обиженно буркнула Маруся.

— Хочешь, будешь только моей красавицей?

— Я подумаю…

*****

Утром следующего дня они отправились в обратный путь, по пути сделав крюк в ещё один городок, где жила девушка, которая стала ему чем-то вроде младшей сестры. Хотя когда-то он даже думал на ней жениться, лишь бы спасти её от отца дегенерата, который торговал дочерью, чтобы только избавиться от проклятия в виде неё. Потом она ушла замуж за другого, развелась, а с Филином они стали просто хорошими друзьями, которым было не плевать друг на друга в этом огромном мире.

Он давно хотел её проведать, да ему мешали остальные проблемные женщины в его жизни. Эдик его подтолкнул, когда Святослав забирал у него свои новые костюмы.

— Съездил бы ты к Кире, ты вроде собирался, а то она совсем расклеилась, — с укором сказал стилист, отдавая его заказы в руки.

*****

Старая скамейка в парке, Волчонок потухшим взглядом смотрела, как рыжая девушка самозабвенно катается на качелях недалеко от них. Взрослые, которые проходили мимо, крутили пальцем у виска, дети спокойно ждали своей очереди, чтобы покататься после взрослой тёти.

— Кто это? — кивнула Кира на Марусю, с которой он её познакомил.

— Моя девушка, — расплылся в улыбке Филин.

— Бедная твоя девушка, не знает, с кем связалась, — покачала головой Кира.

— Я вообще-то один из самых завидных холостяков столицы!

— Вот и оставайся в холостяках, не губи чистые девичьи души!

Филину она до боли напоминала его погибшую сестрёнку Гулю. Может, потому он так к ней проникся и переживал за её судьбу. Сейчас она переживала не лучшие времена, болезнь близкого человека будто высосала из неё всю радость жизни.

— Как ты, Волчонок? Чем я могу тебе помочь? Только скажи, — встревоженно спросил Филин, обнимая её за плечо.

— Ничем, Филин, всё в руках Божьих, как говорит тётя Таня. Всё нормально, мы понемногу лечимся, — надтреснутым голосом сказала Кира. — Всё будет хорошо.

Маруся взлетала на качелях вверх и вниз почти час, пока Филин разговаривал с Волчонком, которой не нужна была помощь, она справлялась сама. Стискивала острые зубы и боролась с судьбой, которая не щадила её в который раз за её жизнь. Этим они были с ней похожи: Филин и Волчонок, необычный симбиоз двух разных видов.

— Кто это? Твоя дочь? — ещё раз спросила Маруся на всякий случай, когда они ехали обратно.

Филин, прикинув в голове разницу в возрасте с Кирой, усмехнулся, а ведь могла бы быть его дочерью. Какой же он уже старый, если женщина, на которой он хотел когда-то жениться годится ему в дочери и ему от этого как-то не по себе.

— Моя хорошая знакомая, приглядываю за ней, как за тобой. Чтобы ничего плохого не приключилось.

Надо было ему получше приглядывать за самим собой…

*****

Вечер перед потерей памяти, Филин помнил смутно. Они приехали в Москву, немного отдохнули и он повёл Марусю на юбилей Натальи Борисовны, которая с размахом его отмечала среди сотни гостей. Маруся была в изумительном шёлковом платье, нежно-голубого цвета. Её кудри струились по открытой спине, а светло-серые глаза горели будто только для него одного. Филин рискнул и пригласил Пчёлку на медленный танец. Она наступила ему на ногу всего лишь два раза, но это было ничто по сравнению с тем, как ему было приятно, что её голова лежит на его плече, пока они танцуют.

Этот идеальный вечер прервали звонки от Нади, которые Филин пропустил, на третий звонок, он всё же ответил.

— Он меня избил… Я не могу выйти из дома… Пожалуйста, помоги!

И он, конечно, поехал, а лучше бы остался с Пчёлкой.

*****

Утром он был в камере, а выжившая жертва давала показания против него:

— У мужа ответственная и важная работа, он постоянно в разъездах. Я обратилась к Святославу Филимонову, чтобы он взял на себя охрану наших детей и меня. Когда-то мы были знакомы. У нас были отношения, нам было по восемнадцать, но потеряли связь, — без запинки говорила Надя, под запись для следователя. — Мы договорились о цене и его работе, но только на словах, никакого письменного договора, мне это показалось странным, а он сказал, что это личная услуга. Потом он начал вести себя очень настойчиво, говорил про моего мужа всякие небылицы, будто он мне изменяет, хочет развестись…

Ласточка логично выстроила линию обвинения против Филина, основанную на фактах — показания свидетелей о том, как Филимонов оказывал знаки внимания замужней женщине, видео с камер вокруг её дома, следы побоев на жертве, отпечатки пальцев на пистолете, следы пороха на его руках.

Муж, который приехал неожиданно прямиком из аэропорта и застал, как избивают его жену прямо у него дома. Итог — Филин убил его тремя выстрелами в грудь, пристегнул Надю к батарее, чтобы не сбежала и напился, оставив свою жертву на потом. Следователь внимательно слушал и сочувственно кивал. В течение трёх дней были проведены экспертизы, которые подтвердили версию Надежды.

Она всё это время принимала успокоительные и соболезнования, готовясь похоронить мужа. За день до похорон её вызывали на допрос, в связи с новыми обстоятельствами расследования. Следователь сказал ей, что в связи с особой важностью дела, он приедет за ней сам на служебной машине. Безутешная вдова продолжала играть свою роль и готовилась давать новые показания.

*****

— Что это за место? — испуганно озиралась вокруг Надя, когда вышла из машины совсем не там, где её допрашивали в первый раз.

Следователь ничего не ответил, захлопнул за ней дверь авто, обогнул машину и сел обратно за руль. Надя в ступоре смотрела, как он резко даёт по газам и оставляет её одну, в темноте, около какого-то заброшенного здания. Она в панике начала хвататься за сумку, в которой был телефон. Её вопль ужаса заглушила сильная мужская рука, которая прижала к носу и рту кусок ткани. Попытавшись вдохнуть в себя воздух, Надя начала терять сознание. Перед тем, как провалиться в сон, она отчётливо услышала голос Булата:

— Птичка скоро будет сидеть в клетке и зовут её Ласточка…