ГЛАВА 6

– Виктория – Не успеваю я приблизиться к подруге, как кто-то со спины хватает меня за руку… От этого у меня холодок по коже! Я вздрагиваю, и оборачиваюсь… Ах! На мгновение я зажмуриваюсь от внезапно нахлынувших воспоминаний. Тяжёлых, пугающих воспоминаний… Но сейчас нельзя выдавать эмоции – я на работе. Поэтому резко открываю глаза и вижу… Взволнованную пожилую женщину, сидящую около прохода. – Я хотела попросить воды, – невинным голосом произносит пассажирка, – Простите, я не хотела вас пугать! От дрожи, которая единым порывом захлестывает моё тело, я еле стою на ногах. А ещё и высокие каблуки… Они нисколько не облегчают моё и без того шаткое положение здесь. – Нет-нет, что вы, – натягиваю на лицо улыбку, хотя выходит с трудом, – Конечно, я вам всё сейчас принесу. – Спасибо, – добродушно улыбается женщина, а я, безуспешно пытаясь унять не желающую покидать меня тревогу, легко киваю головой и отхожу назад. Как только выхожу в зону, где меня не заметят пассажиры – по стеночке сползаю на пол, отчаянно пытаясь сдержать слёзы. Почему, почему мне до сих пор так страшно?! Ведь я уже давно в безопасности… С тех самых пор, когда я сбежала из медицины… – С тобой всё в порядке? – от неожиданности я вздрагиваю – ко мне подошла Ксения, а я даже не услышала звук её шагов. – Ой, д-да, всё хорошо, – вскакиваю я, спешно поправляя причёску. Надеюсь, я не размазала тушь… – Уверена? Выглядишь не очень, – недоверчиво говорит подруга, – Что-то с пассажирами? – Нет, – отрицательно мотаю головой, окончательно приходя в себя, – Всё в порядке, так… НЕмного голова закружилась. – Ну смотри, – пристально смотря на меня, произносит Ксения, – Если что-то не так – лучше скажи. – Хорошо, – улыбаюсь я, – Мне нужно воды отнести женщине в фюзеляже… – О, конечно, иди, – пропускает меня девушка, и я благополучно возвращаюсь к работе, окончательно выветрив из своей головы тревогу и смятение. Из головы… Не из души. – Спасибо, душенька, – улыбаясь, смотрит на меня пассажирка, когда я приношу ей воды. В следующую же секунду на весь самолёт раздаётся голос Игоря Викторовича – твёрдый, не, в то же время, дружелюбный. Не такой, каким он был во время разговора со мной. Н-да, Аристова… Умеешь же ты наживать себе врагов. – Дамы и господа, говорит командир экипажа Булатов Игорь Викторович. Через несколько минут наш самолёт начнёт снижение и будет готовиться к посадке. Зажигается табло с надписью “пристегнуть ремни”. Первая посадка… Не верится, что через совсем небольшой отрезок времени закончится мой первый стажёрский полёт! ***– Булатов – Снижаемся. Благо, туман над аэропортом “Кольцово” в Екатеринбурге благополучно растаял. Что же… – Макар Петрович, – командую я, – Пять-шесть метров, выравниваем! – Есть выравниваем! – бодро отвечает мой напарник. – Осуществляю приземление без кренов на два основных колеса и приподнятым передним, – говорю я, не отводя внимательного взгляда от земли. Скорость сто десять километров в час – можно тормозить. – Уважаемые пассажиры, наш самолёт совершил посадку в аэропорту “Кольцово” города Екатеринбург. Температура за бортом – плюс двадцать градусов по Цельсию, время – двенадцать часов дня. Благодарим за выбор нашей авиакомпании, – говорю я в рацию, – Сейчас вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки. В фюзеляже раздаются громкие аплодисменты – пассажиры хлопают в знак благодарности за успешный полёт. Однако, этот звук не радует меня. Я выполняю свою работу – благодарность мне не нужна. В горячих точках никто не хлопал. Я понимаю, что в данной ситуации неважно, что я думаю об аплодисментах – сейчас я всего лишь пилот. Но я ещё и один из учредителей нашего авиахолдинга. “Спасибо” за это отцу, который сейчас является держателем контрольного пакета акций “ООО АЭРОХОЛДИНГ”. Я не хотел в гражданскую авиацию. В авиацию в принципе. В детстве я прочитал книгу о военно-полевом хирурге и загорелся мечтой стать таким же, как главный герой – врачом, спасающим жизни в самые тяжёлые и страшные моменты. Но жизнь распорядилась иначе – отец, который всю жизнь проработал пилотом, отправил в лётное училище. Из которого я сбежал и поступил в военное авиационное училище… Путь в медицину мне был закрыт. Может, после этого я и стал плохим сыном в глазах отца, но… – Игорь Викторович, вы чего загрузились? – толкает меня в бок Тузов, – Уснули? – Нет, так, загрузился немного, – сухо отвечаю я, потряхиваю головой. – Да ладно вам, Игорь Викторович, – поглаживает усы Макар Петрович, – Давайте выйдем, прогуляемся. Погода замечательная, а нам ещё обратно лететь через четыре часа! До полёта я именно так и хотел поступить – после брифинга отправиться в ресторан, спокойно посидеть, а после – подремать перед возвращением обратно в Москву. Но с появлением этой… Как её там? Аристовой… Всё пошло не по плану. Этот чёртов кофе, её чёртова самоуверенность и моя чёртова злость на неё! – Не в этот раз, – отмахиваюсь я, – Сейчас у меня другие планы. В любом случае, после посадки экипаж не сразу оставляем самолёт для осмотра авиатехниками. Я, будучи пилотом, могу этого и не делать – моя задача – лишь выключить бортовое питание, но… Хочу посмотреть, как работает эта Аристова. Выхожу из кабины. Туда-сюда снуют бортпроводники, осматривают салон на наличие оставленных предметов или повреждений, делают записи в бортовых журналах. Пытаюсь в этой суете выцепить взглядом аристову, но вместо неё перед моими глазами возникает Юлия Петровна Голунова, по своему обыкновению начавшая строить мне глазки в присущей ей и до белого каления раздражающей меня манере. – Ох, Игорь Викторович, я так рада ,что мы прилетели, – щебечет женщина, – а какие у вас планы? Ведь нам предстоит лететь обратно через несколько часов… – Нет планов, – сухо отвечаю я, даже не смотря на старшую бортпроводницу. Где же эта Аристова? Не вижу. – Да нет,вы не поняли, – смешливо продолжает Юлия Петровна, – Мы с другими членами экипажа собираемся в ресторан, отдохнём, поболтаем. Вы как, с нами? – Нет. У меня другие дела. – Жаль, – дует накрашенные губы Юлия Петровна, – мне было бы приятно составить вам кампанию. – Аристову позовите. – Что? Эту растяпу? Да зачем она вам сдалась?! – Это приказ, – жёстким тоном, оставшимся у меня после командировок, я резко одёргиваю бортпроводницу, – Позовите. – Она вроде на улице уже, – фыркает Голунова, – Вроде она закончила свои дела здесь. Отлично. Сам пойду. – Куда вы, Игорь петрович? – кричит мне вслед Юлия Петровна, – Может вы кофе хотите? Её вопросы остаются неотвеченными. Они разлетаются гулким эхом по салону полностью опустевшего самолёта в момент ,когда я по трапу схожу вниз. Где же она? Верчу головой вокруг, и вижу её. Стоит лицом навстречу ветру. Волосы распустила. Её длинные белокурые волны колышутся от малейшего дуновения ветра. Странная она какая-то. Обычно, все новенькие стараются наладить общение с коллегами, а она наоборот – дистанцию держит. Подхожу к ней со спины и встаю рядом. – Вам что-то нужно, Игорь Викторович? – к моему удивлению, Аристова первая задаёт мне вопрос. Не знал, что она меня заметила. – Нет. – Тогда почему вы подошли именно сюда? Аэродром пуст, есть много других мест, где можно подышать воздухом. И всё же вы выбрали это место. Вот же… Зараза! Вроде бы ничего такого не говорит – но бесит меня с каждым разом всё сильнее и сильнее! Меня – воённого лётчика, хладнокровного и невозмутимого. Вывести меня на эмоции редко кому из моих знакомых под силу, а тут… Какая-то смазливая девчонка. – Я не помню, как вас зовут… – Виктория Валерьевна, – чеканит девушка, перебивая меня. – Значит так, Виктория Валерьевна… Не успеваю я закончить фразу, как вдруг где-то слышится крик. – ПОМОГИТЕ! Продолжение совсем скоро! Как думаете, что же хотел Булатов и кому нужна помощь?